Парадоксальное явление

      — Господи, — говорит копия Шиничиро, прижимая к себе свою младшую версию, — Куда мы попали?       Манджиро поморщил носик, настойчиво удерживая руки убийцы своих друзей, чтобы тот, не дай святые таяки, не ушел. Как они оказались в Киото, парни и сами не могут понять.       Все начиналось до боли просто. Такемичи сказал, что хочет развеяться, поэтому предложил проехаться в Канагаву, так как там должен быть какой-то фестиваль. Никто из Майки возражать не стал, поэтому все дружно собрались и отправились на электричку.       Ханагаки ехал рядом с Сано из последнего альтернативного будущего. Глава Бонтена довольно ухмыльнулся и показал язык другим своим версиям, показательно укладывая свою голову на плече капитана первого отряд, довольно о чем-то щебеча. Оригинальный Манджиро же сидел спереди в одиночестве. Кажется, его это больше устраивало, ибо тот просто смотрел в окно, слушая музыку в наушниках. Главе «Токийской свастики» и черноволосому парню повезло, пожалуй, меньше всех. Они, мало того, что сидели почти в конце от своих «друзей», так еще и возле дверей.       — Мне холодно, — пожаловался подросток, прижимаясь к копии Шиничиро, — Когда мы уже доберемся?       — И не говори, — вздохнул Майки из второй временной линии, приобнимая мальчишку за плечо, — Еще долго.       Как эти двое умудрились заснуть и пропустить свою станцию, они и сами не понимают. Теперь, Манджиро, что один, что и второй, понятия не имели, что делать. Как на зло, денег у них было совсем немного, на билет вряд ли хватит обоим, так еще и телефон мелкого был на последнем вздохе.       — Как в каком-то сериале, — недовольно пробурчал убийца своих друзей, — И как нам теперь выбираться отсюда?       — Ты же старше, — кивает головой светловолосый парниша, — Значит, умнее и опытнее, предлагай свои варианты.       Копия Шиничиро одарила мальца скептическим взглядом. Тяжело вздохнув, мужчина взял мелкого за руку и куда-то пошел. Найдя какую-то забегаловку, они купили себе по булочке и пошли блуждать по улицам Киото. Этот город был довольно интересным, поэтому, молодые люди с любопытством рассматривали каждую памятку, каждый домик и улочку.       — А куда мы идем? — спросил мальчишка, подозрительно косясь на байк возле какого-то супермаркета.       — Не знаю, — отвечает мужчина, слегка потягиваясь, — Я за тобой иду.       — А я за тобой.       Сано остановились и недоуменно переглянулись между собой. Громкий смех заполнил улицу.       — Пошли стыбзим тот байк? — указывая на мотоцикл, проговорил светловолосый.       — Отличная идея, как раз и прокатимся, — ухмыльнулся убийца своих друзей.       — Такемучи там, наверное, с ума сходит, — усмехнулся Манджиро, представляя, что сейчас происходит в Канагаве.       — ГДЕ?!       Глава Бонтена прикрыл уши руками, пока оригинальный Сано пытался успокоить взбешенного Ханагаки. Путешественник во времени метался из одного места в другое, все время проклиная себя и других Майки. Вот же дурак, надо было сразу забрать этих горе-детей оттуда. Такемичи-то думал, что они и сами в состоянии выйти из электрички без всяких приключений. Ага, как же.       — Где мой ребенок? И ещё один ребёнок! — лохматя золотистые волосы, парень начал кругами ходить вокруг первоначального Манджиро, — Господи, да они же пропадут!       — Такемучи, — позвал было беловолосый «плаксивого героя», но был нагло проигнорирован.       — Их сожрут собаки! — остановился на месте Ханагаки, прижимая кулачок к подбородку, — Точно сожрут.       — Такемучи!       — И поминай, как звали, — голубые глаза наполнились слезами, — Где мои Майки?!       Глава преступной организации прижал к себе капитана первого отряда, неуверенно поглаживая по спине, пока тот шептал что-то в бреду.       — Где мои дети? Верните мне моих детей! — воскликнул Такемичи, привлекая к себе внимание посторонних на станции.       — На минуточку, одному из твоих детей 15, а второму 27, — решил уточнить глава Бонтена.       — Дети они и есть дети!       — Найдутся, — вдыхает тяжело оригинальный Сано, — Это же мы, все же.       — А если их найдет какой-то маньяк?! — в панике воскликнул путешественник во времени.       — Ну, включат значит свои импульсы и убегать придется уже маньяку, — пожимает плечами беловолосый парень.       — Это не смешно!       Тем временем «пропажи» стащили чей-то байк и гоняли по Киото, наслаждаясь своеобразной прогулкой. Им было довольно хорошо, что не скажешь о бедном Ханагаки, который уже успел обзвонить все морги и больницы, чуть ли не во всей Японии. Доводы взрослых Майки о том, что, если с их мелкой версией бы что-то случилось, они бы тут же пропали, парень тупо игнорировал.       Вернулась троица обратно в Токио, даже не сходив на фестиваль. Мысли блондина все были забиты «детьми», поэтому, тот подключил почти всех в Свастике, чтобы те тоже начали искать своего главу и его «друга». Поиски, пока что, не дали никаких результатов.       Ночь Такемичи не спал, звонил на телефон пятнадцатилетнего Манджиро, но в ответ лишь слышал о том, что абонент недоступен. У копии Шиничиро же, телефона не было. Оригинальный Сано искал в интернете информацию о том, не появлялись ли случайно два странных парня без ничего в каком-то городе. Глава Бонтена же взломал сайт железной дороги, предполагая, где могли остановится его другие версии.       — Такемучи! — радостно помахал ручкой глава «Токийской свастики», заходя в дом к капитану первого отряда, — Мы дома!       Голубые глаза расширились, а рот непроизвольно открылся. За мелкой версией появилась и его взрослая, слегка смущенно улыбаясь. Оба слегка помятые и грязные, но живые.       — Вы где были?! — закричал на весь дом мальчишка, подбегая к пропажам и рассматривая их.       — В Киото, — улыбнулся черноволосый, показывая небольшой пакетик с чем-то, — А сюда добирались сначала на байке, потом нас подобрала одна приятная женщина и подкинула до Токио. А еще она нам дала вкусняшки, хочешь?       — Так, стой, — нахмурился «плаксивый герой», лапая подростка, — Вроде ноги, руки целы, — Такемичи поднял чужую футболку оглядывая спину и живот, — Так, синяков не вижу.       — Надо будет бабушку Рури с дедом познакомить, — задумчиво протянул мальчишка, слегка морщась от холода.       — Так, вы двое, сейчас получите, — усмехнулся глава Бонтена, — Сейчас Такемучи даст жару.       — Он прав, — мило улыбнулся Ханагаки, — ВЫ, БЛЯДЬ, ХОТЬ ПРЕДСТАВЛЯЕТЕ, ЧТО НАТВОРИЛИ?       Блондин замахнулся, но глава «Токийской свастики» увернулся, прячась за своей взрослой версией. Капитан первого отряда вновь попытался напасть, но не сумел нанести решающий удар. Как-то так получилось, что он коснулся ладошки копии Шиничиро, крепко сжимая и тяня на себя, собираясь что-то сделать. Однако…       Бабах.       Все удивленно огляделись, замечая странную обстановку, которая никак не напоминала жилище Такемичи.       — А вы еще кто такие?       Ханагаки вздрогнул, поворачивая голову к взрослому, мать вашу, Курокаве Изане.       Живому. Курокаве. Изане.       Это еще за сюрпризы такие?       — Изана! — захныкал черноволосый, налетая на Курокаву, — Изанушка.       — Майки? — удивленно спросил глава «Поднебесья», замечая, как тот странно выглядит.       — А чё ты вновь выглядишь на тридцатник? — нахмурился Сано, осматривая так названого брата.       — Потому что мне тридцать? — подняв одну бровь вверх скептически спросил беловолосый.       — Оу, тебе недавно ведь 18 было, — протянул неловко убийца своих друзей.       — Ты бредишь? — нахмурился Изана, прикасаясь своими губами ко лбу младшего, — Странно, температуры нет. 18 лет мне было двенадцать лет назад, Майки.       — Мы что, — тыкает первоначальный Майки Такемичи в бок, — В каком-то будущем?       — Походу, да, — отвечает за «плаксивого героя» Манджиро из последней временной линии, рассматривая «брата», — И правда, живой.       — И так, — грозно произнес Курокава, пряча за собой слегка возмущенного таким действием родственника, недовольно оглядывая своими фиалковыми глазами незнакомцев, — Кто вы такие и что вы там успели сделать с моим Майки?       — Моим? — глава «Токийской свастики» удивленно похлопал своими оксидовыми глазками, не понимая, когда он стал чьим-то.       — Вообще-то, он за меня и убить может, — неловко прокашлялся черноволосый, выглядывая из-за спины старшего.       — Я в курсе, — прокашлялся Такемичи, вспоминая о том, как именно Изана приказал Какучё застрелить его, — Что же, если коротко…       Это будет тяжело пережить.