Приносящий удачу

Джон чудом избежал задержания — медперсонал, увидев кровоподтеки на плече пациента, вызвал охрану, но Джон сумел всех успокоить, солгав, что Шерлок пытался встать, а он его удержал. Джон приехал на следующий день после того, как Шерлок более-менее пришел в себя. Путаясь в словах, постоянно извиняясь, он признался в своей лжи. — Ничего страшного. — Шерлок с удовольствием смотрел на его крылья и ауру, которые обрели прежний блеск. — Я должен кое-что рассказать. В день, когда был убит Магнуссен, я увидел в будущем Лестрейда временные линии, в которых Мэри целилась в того, кто на нее смотрел. В линии Майкрофта я лежал с пулевым ранением. В твоей линии ты видел нас с Мэри, когда она собиралась убить меня. По всему получалось, что я должен был смотреть на нее своими глазами. — Ты частично ошибся. — Я прозрел на считанные минуты. — А теперь? — Ничего не вижу. И… насчет видений. У меня десять процентов ошибок на девяносто правдивых предсказаний. — Прости. — Джон прикоснулся к плечу Шерлока, на котором темнел след от его пальцев. — По сравнению с остальным это ничего не значит. — Шерлок чему-то улыбнулся. — Дай догадаться, ты едва не пристрелил Майкрофта, когда он вломился в твой дом посреди ночи? — Да не вломился, открыл замок, как цивилизованные люди. М… Мэри должна была дежурить в больнице. Майкрофт вошел в спальню и командным тоном приказал мне встать. Я его послал, а потом до меня дошло, что это не дурной сон. Я подорвался с кровати, достал пистолет из тумбочки. — Майкрофт и глазом не моргнул. — Ага. Стоял и смотрел на меня с таким выражением лица, будто увидел дохлятину. Картина была замечательной — я в трусах, пистолет в руках. Твой брат преспокойно рассказал о том, кем на самом деле является Мэри. — Ты не поверил. — Не поверил. Но зная, что Майкрофт не склонен к розыгрышам, я подумал, что все вопросы можно и потом решить. Собрался за считанные минуты. И только когда сел в машину, Майкрофт сообщил мне, что Мэри в тебя стреляла, и сейчас ты находишься в операционной. — Джон старался изо всех сил говорить спокойно, и у него почти получилось. — Потом он передал ее слова и спросил, знаю ли я что-то о тьме. Хотя мне показалось, что он все прекрасно понял. — Разумеется, понял. Я уверен, что полетит много голов. За недосмотр. За моим домом следили, и за твоим тоже. Но, как видишь, проворонили. — Я… — Джон задержал дыхание, справляясь с эмоциями. — Я собираюсь уехать. — Далеко? — Подальше от тебя. — Почему? — Потому что я не могу это все выносить! Ты умер во время операции. Я не в состоянии видеть твои похороны. Только не во второй раз. — Твоя удача меня спасла. И я жив. — Я уже упаковал вещи, сегодня их отправят по новому адресу. Выздоравливай. И не старайся меня отыскать. Всего хорошего. Ну давай, скажи ему, что после его ухода твоя жизнь закончится. В первое время после ранения серо-стальные крылья валялись жалкими тряпками, даже не пытаясь шевелиться. Отдав всю энергию хозяину, новой они не получали. Но чем дольше Джон находился в палате, тем больше крылья Шерлока насыщались пыльцой удачи, отлетающей от золотистых крыльев. Они уверенно крепли, переплетая свои перья с перьями Приносящего удачу, издавая при этом перезвон колокольчиков. Сейчас серые крылья рванулись к золотистым, врастая в них, стараясь образовать единое целое. В воздухе поднялся ураган из пыльцы, которая рассеивалась по палате, выходила за ее пределы. Шерлок изо всех сил сдерживался, чтобы не начать умолять Джона остаться. Но едва Джон сделал шаг к двери, как ощутил сопротивление воздуха. Словно огромные ладони удерживали его на месте, не давая толком двигаться. — Что происходит? — спросил Джон. — Ты научился новым трюкам? Шерлок взглянул астральным зрением на палату и увидел две пары крыльев, которые так тесно соединились, что золото отливало сталью, а сталь покрылась золотыми нитями. Джон сильнее дернулся к выходу, и Шерлока потащило вслед за ним. — Да что же это такое? — Джон остановился. — Ты знаешь что происходит? — Между нашими крыльями произошла диффузия. — Я понимаю о чем ты, но можешь говорить по-человечески? — Структуры наших крыльев перемешались между собой. В твоих есть частица моих, и наоборот. — Этого только не хватало. — Джон опять рванулся, сдвинув Шерлока. — Но ведь крылья — они не настоящие, их нельзя потрогать. Ну то есть, настоящие, просто не физические. — Наша энергия слилась воедино. — Боже… — простонал Джон. — И что делать? — Ждать, пока они отлипнут друг от друга. Но не переживай. Во всех известных случаях диффузии рассоединение обычно происходит на вторые сутки. — Это мне придется до конца этого дня, ночь и неопределенное время завтра ждать, пока я смогу в одиночку посещать туалет? — Получается, да. — Шерлок, несмотря на боль, немного развеселился. Джон ногой пододвинул стул поближе к кровати и уселся на него, сложив руки на груди. — Жаль, что ты их не видишь, — сказал Шерлок. — Это прекрасное зрелище. Сталь и золото. — Твои крылья из стали? — Крылья — это средоточие энергии экстрасенса. Я же тебе когда-то рассказывал. Это сгустки энергии, а не физические величины. — Да-да, — кивнул Джон. — Но ты говорил, что твои крылья просто серые. — К чему вдаваться в подробности, если ты все равно ничего не видишь, — фыркнул Шерлок. Он чувствовал себя расслабленным, боль начала утихать, и причиной этому был не морфин. Слияние двух энергий — экстрасенса и Приносящего удачу — насыщало Шерлока, заживляя раны. — И такое вот соединение часто происходит? — Не знаю, — слабым голосом ответил Шерлок, — без малейшего понятия что происходит у других экстрасенсов. Ты когда в последний раз видел, чтобы я общался с себе подобными? — Да ты и с обычными людьми не горишь желанием общаться. — Вот именно. — Наверное, надо уменьшить дозировку. — Джон потянулся к регулятору морфина. — У тебя язык заплетается. — Нет. Дело не в морфине, — с трудом проговорил Шерлок, — слишком много энергии. Ему казалось, что он лежит в теплой воде, он не чувствовал своего тела — чистая эйфория, ярче любого оргазма или прихода от препаратов. Джон нахмурился, ощутив, что его неудержимо клонит в сон. Он глянул на Шерлока, лежащего с блаженной улыбкой на губах, и тоже улыбнулся. Джон устроился поудобнее и задремал. В полутьме палаты сияли золото-стальные крылья, образовав шатер над мужчинами. Пыльца удачи беспрестанно кружилась в воздухе не только в этой комнате, золотые хлопья витали в соседних палатах, развеивались по этажам. В этот день, а также ночью (по требованию Шерлока Джону принесли кровать) и на следующее утро в больнице произошло рекордное количество спонтанных излечений, все операции закончились успешно, а пациенты, стоявшие одной ногой в могиле, получили несколько дней жизни без боли и страданий. Рай в больнице царил почти неделю, невзирая на то, что Джон уехал через день.

***

— Рассоединились, — констатировал факт Шерлок. — Наконец-то, — сказал Джон, но, как заметил Шерлок, без особой радости. — Неловко было пользоваться портативным унитазом. — Хм-м. — Мне пора. — Джон поспешно ушел. На серо-стальных крыльях поблескивали золотые нити. Шерлок смотрел на них, раскрытых на всю ширину палаты, концы проходили сквозь стены. Вот все и закончилось. Он протянул руку к регулятору морфина, но одно из крыльев сложилось так, чтобы преградить ему путь. — Да ладно, — сказал Шерлок. — Не твое дело. Но руку убрал.

***

Джон не появлялся в больнице, и Шерлок начал приучать себя к мысли, что больше никогда его не увидит. Майкрофт с сочувствием смотрел на младшего брата, а Лестрейд постоянно порывался что-то сказать, да так и не говорил. На вопрос Шерлока, что случилось с Мэри, Майкрофт ответил: — Ее разум не выдержал столкновения с твоей тьмой. — А меня убеждали, что это всего лишь выверты моего мозга, — хмыкнул Шерлок. — Оказалось, что нет… Странно, получается, что твой детский кошмар — реален? — В голосе Майкрофта промелькнуло что-то, похожее на потрясение. — Получается, что да. Но я не знаю, радоваться этому или нет. — Кошмар тебя спас, — заметил Майкрофт. — Интересно, что это на самом деле. — Возможно, это моя личная темная сторона. — Губы Шерлока искривила жестокая улыбка. — В любом случае, нечто действительно меня спасло. Иначе я бы исчез навсегда.

***

После выписки старший Холмс в компании Лестрейда отвез Шерлока на Бейкер-стрит. — Твои крылья изменились, — заметил Майкрофт. — Я еще в палате увидел. Ты знаешь, что такое соединение возможно только между идеально совместимыми людьми? — Это не имеет никакого значения. — Шерлок смотрел на брата глазами Лестрейда. — Одиночество всегда меня защищало. И видишь, что со мной в итоге случилось? — Все наладится, — ободряюще произнес Лестрейд. Шерлок презрительно хмыкнул. — Я буду держать тебя в курсе по поводу Мэри Морстен, — сказал Майкрофт. — Отчеты получишь на почту. — Что стало известно предварительно? — Входила в группу из четырех агентов, точнее, бывших агентов. Занимались, если так можно сказать, фрилансом. Работали на тех, кто больше платил. — И ты ошибся насчет моих временных линий. — Лестрейд щелкнул пальцами. — Никто в меня не целился. — Я обрел зрение перед тем, как Мэри спустила курок. — О. — Майкрофт подался вперед. — А теперь видишь? — Нет. — Шерлок не стал говорить о том, что ошибся один раз из трех предсказаний. Выйдя из машины, Шерлок побрел к двери с номером 221Б. — Посмотри на все астральным зрением. Не забывай о режиме дня и лекарствах, — сказал Майкрофт, перед тем, как его машина тронулась с места. Шерлок с удивлением уставился на дом, стены и окна которого излучали пыльцу удачи. Слышался мелодичный перезвон музыки ветра. Крылья Шерлока встрепенулись, взметнувшись вверх, на серо-стальных перьях запульсировали ярким светом золотые нити. — Офигеть, — послышалось сзади. Шерлок повернулся — перед ним стоял ясновидящий с бирюзовыми крыльями. — Ну и размах, а золото явно от Приносящего удачу. Как такое получилось? В любой другой день Шерлок отбрил бы наглеца так, что парень сбежал бы, сверкая пятками и заработав заикание. Но сегодня был особенный день, поэтому Холмс не удостоил ясновидящего своим вниманием. Он вошел в парадную, восхищенно глядя на золотую взвесь, плавающую в воздухе. Миссис Хадсон встретила Шерлока, крепко обняла его и расцеловала в щеки, сказав: «Мой дорогой, я так рада, что ты вернулся». Шерлок медленно поднялся по лестнице, чувствуя, как от пыльцы удачи пропадают остатки боли и слабости, открыл дверь и увидел ауру Джона, который протирал подоконники тряпкой. Джон повернулся к Шерлоку. — Ну и зачем ты выбросил «Таймс» за девяносто второй год? — поинтересовался тот. — Не выбросил, а сдал на переработку. — Джон приблизился к нему. В золотистых крыльях звенела музыка ветра. — Я немного вижу крылья. Никогда не думал, что они такие огромные. Но мои чуть больше. — Когда в одной комнате собираются экстрасенсы, все меряются энергией, — усмехнулся Шерлок. Джон протянул ему руки, Шерлок взялся за запястья, считывая эмоции. Затаенная боль. Страх. Тревога… Радость, счастье, удовольствие… любовь… Зона любви никуда не делась. Но для кого она? — Где ты был все это время? — Шерлок отпустил Джона. — Надо было разобраться с вещами и с домом. Твой брат помог уладить некоторые финансовые вопросы. Не то чтобы я сильно рвался получить от него помощь, но подумал, что заслуживаю компенсацию за пережитое. И вообще… надо было со многим разобраться. — Значит, и подписку «Нью Сайентист» за прошлый год ты тоже вынес на мусорку. — Сдал на переработку. Шерлок набрал воздуха в легкие, чтобы предъявить все претензии по поводу уборки, но ему помешали крылья. Они потянулись к Джону и в один миг образовали плотное соединение с его крыльями. — Та-а-к, — протянул Джон. — В этом союзе, пожалуй, есть плюс. Невзирая на твою психогенную утрату аппетита, я все же рискну накормить тебя хотя бы половиной обеда. — Надеюсь, на «Анналы» за пять лет ты не поднял руку. — Шерлок уткнулся лбом в голову Джона. — И на «Марбургский журнал религии». — Ты удалил Солнечную систему. — Джон притянул его к себе. — Зачем тебе религия? — Вдруг пригодится. — Попробуем с самого начала? Притворимся, что только сегодня встретились. Шерлок едва слышно фыркнул. Помолчав, он произнес: — Привет. Я Шерлок Холмс. Медиум и ясновидящий, а еще консультирующий детектив — эту профессию я сам придумал. Ищу соседа по квартире, но… — Шерлок запнулся, — на самом деле хочу найти человека, ради кого почту за счастье умереть. — Привет. Меня зовут Джон Уотсон. Я — Приносящий удачу. Врач, военный, обладатель ПТСР, а также незарегистрированного «зиг зауэра». Стреляю, кстати, отлично. Я ищу человека, ради которого захочется жить. Сталь перетекала в золото, золото переходило в сталь, пыльца удачи окутала мужчин, почти полностью скрывая их фигуры. — Мне подходят твои требования, — почти в унисон произнесли оба. Впереди их ждали тяжелые дни, включающие взаимные притирки, борьбу Джона с дурным настроением и скукой Шерлока, сражения Холмса за свои драгоценные газеты и журналы, преодоление его равнодушия к сексу и борьбы Джона со вспыльчивостью… Словом, работы был непочатый край, но никто из пары не собирался сдаваться. Их крылья все больше и больше смешивались, пока одинаково не засияли золотом и отполированной вороненой сталью.

***

В последующие несколько десятков лет квартал, где находился дом 221Б по Бейкер-стрит, прославился как «островок исключительной удачи», где стремились жить знаменитости и бизнесмены, потому цены на жилье взлетели до небес. Но единственным центром этой вселенной оставалась довольно эксцентричная пара: детектив и его блогер, с крыльями одинакового цвета — сталь с золотыми нитями. Разве что у Джона они были чуть больше.