Приносящий удачу

Братья

— Отвратительно! — Да что за бред, Шерлок! Почему отвратительно? — Я не буду поздравлять Майкрофта. И Гэвина тоже не буду поздравлять. Шерлок, как всегда, восседал в своем кресле. Гладстон лежал, устроив голову на начищенных туфлях хозяина. — Во-первых, Грег, и хватит притворяться, что ты не в состоянии запомнить имя. А во-вторых, я уже купил подарок от нас. Фарфоровые чашки. — Джон лежал на диване, поглядывая в сторону Шерлока. — И вообще… В день свадьбы ты умудрился найти среди гостей преступника. — Это был фотограф, а не гость. — Господи… Да, хорошо, фотограф, но не в этом суть. Когда нас пригласили на пятилетие брака, ты заявил в присутствии гостей и, особенно, при своих родителях, что никогда не впутаешься — цитирую — «в столь сомнительное дело». И что произошло через год? — А что произошло через год? — переспросил Шерлок. Крылья — позолоченная сталь — едва заметно двигались, впитывая пыльцу удачи, которую распространяли крылья Джона. — Перестань. На десятилетие ты загорелся желанием подарить брату целую коробку разных штук из сексшопа. — Почему нет? — Потому что это недопустимо! — Джон уселся. Он выглядел старше своих шестидесяти четырех лет, сказывались старые травмы и частая нервотрепка. — Я бы сто раз подумал перед тем, как всучить дилдо или вибратор даже очень близкому другу. — Недопустимо. Надо же, — хмыкнул Шерлок. — Я всего лишь хотел разнообразить сексуальную жизнь моего брата с мужем. — Я даже думать об этом не хочу. В общем так, на двадцатилетие мы приедем, и ты будешь вести себя как пай-мальчик. — Ну на мальчика я давно не тяну. — Хватит, — сдавленно проговорил Джон. — Мы едем к Майкрофту и Грегори, дарим подарок, ты ведешь себя хорошо. Возраст коснулся Шерлока, посеребрив его волосы и убавив прыти. Шерлок консультировал полицию по видеосвязи, изредка приезжая на места преступлений. В основном он занимался спиритическими сеансами, что приносило неплохой доход. Сейчас его талант медиума достиг небывалых высот. Джон оставил работу в больнице, когда ему исполнилось шестьдесят. — Шерлок, — смягчился Джон, — это твой брат. Он о тебе беспокоится. — Пора бы прекратить. — Пожалуйста. — Джон вздохнул. — Я очень тебя прошу. Шерлок пересел к нему на диван, взял за руки, погружаясь в эмоции Джона. На безымянном пальце левой руки поблескивало простое золотое кольцо. — Хорошо. — Он положил голову на плечо Джона. — Я сделаю все, что ты хочешь. Но только потому, что ты попросил. Только давай там не задерживаться, а то Гладстон соскучится. Через два дня они приехали в загородный дом Майкрофта и Грега, где уже собрались гости. В небольшой толпе было поровну экстрасенсов и обычных людей, но все пространство гудело от скопления энергии. Крылья медиумов и ясновидящих торопливо подхватывали пыльцу удачи Джона. Шерлока всегда раздражало подобное, он называл это паразитизмом. «Да что за глупости! — возражал Джон. — Мой дар не рассчитан на меня одного или на нас двоих». При этом понимал из-за чего бесится Шерлок — тот, как и сказал при второй встрече, был жутким собственником. Как-то у них случился кризис. Джон вдруг решил, что Шерлок с ним только из-за удачи. Кризис сожрал кучу нервов и целую неделю, в течение которой оба нападали друг на друга словесно, не стесняясь выражений. Все закончилось внезапно, как и началось. Шерлок обнял Джона и передал ему часть своих тревоги и душевной боли. После этого Джон торжественно пообещал, что избавится от дурных мыслей. — Рад, что вы приехали. — К ним подошел Грег. — Давно не виделись. Майкрофт скоро выйдет. Шерлок хотел всучить ему коробку с чашками, но Джон отобрал подарок и с наилучшими пожеланиями вручил Грегу. Потом толкнул Шерлока в бок и негромко напомнил: — Ты ведешь себя хорошо, забыл, что ли? Джон надеялся, что Шерлок высидит хотя бы до конца обеда, но к его изумлению, Холмс не только выдержал обед, но и остался выпить кофе с Майкрофтом, когда гости разъехались. Братья сидели на софе в кабинете, и в какой-то момент Майкрофт протянул руки Шерлоку. Крылья братьев соединились, почти полностью закрыв их. Шерлок считанные разы прикасался к рукам брата: после того, как в семье узнали о способностях младшего сына, старший начал всячески избегать физического контакта с ним. Эта традиция глубоко укоренилась у обоих, и сейчас Шерлок попал на неизведанную территорию. Он анализировал эмоции Майкрофта, отбросив ощущения насыщения и легкого опьянения. Шерлок увидел под слоем постоянной сдержанности грусть, тревогу, любовь. — Спасибо, что приехали, — сказал Майкрофт. — Меня Джон уговорил, — с упрямой интонацией отозвался Шерлок. — И ты не подумай, что я изменился и теперь… — Я все понимаю, — перебил брат, — но тебе не кажется, что пора зарыть топор войны? Шерлок застыл в полной неподвижности, наблюдая за тем, как движутся крылья Майкрофта, улавливая пыльцу. — Да, — ответил он, — кажется.

Мы

— Пообещай, что не наделаешь глупостей. — Джон лежал на кровати, возле которой попискивали приборы жизнеобеспечения. Крылья почти полностью исчезли, не в силах поддерживать хозяина, но пыльца удачи, которая пропитала все здание, помогала Джону переносить неудобства, связанные с самой обычной старческой немощью. — Поклянись. — Не могу. — Шерлок сидел на полу, похожий на сломанную ростовую куклу. — Я… у меня отменное здоровье, как оказалось. Но я не выдержу без тебя ни дня. — Мы же договорились остаться здесь как призраки. — На его голове с полностью поседевшими волосами лежала рука Джона, покрытая морщинистой кожей с темными пятнами. — А если ты покончишь с собой, то кто знает, куда денется твоя душа. — Не имеет значения, как человек умер, — огрызнулся Шерлок. — И тебе об этом известно. Я не хочу оставаться в полном одиночестве. — Майкрофт и Грег решили исчезнуть. — Пальцы перебирали его волосы. — И мне жаль, что они сделали такой выбор. — О, братец и так следил за мной всю мою жизнь, — Шерлок привалился к кровати, стараясь игнорировать затекшие от неудобного положения ноги, — так что, наверное, ему стоит расслабиться хотя бы после смерти. — И все же я запрещаю тебе обрывать свою жизнь. — В голосе Джона прозвучали жесткие нотки. — Ты слышишь? — Да. — Шерлок закрыл глаза. — Слышу. — Я тебя люблю, невыносимый мой человек. — Боже мой… — Шерлок схватил Джона за руку, — не делай так со мной, пожалуйста. Я не смогу быть один. Мы всегда были вдвоем. — Да, всегда. Просто наберись терпения.

***

Шерлок сидел в гостиной, с трудом удерживая в руке стакан с виски. В квартире было темно, свет включался только если приходила обслуга. Сегодня здесь не убирали, Шерлок попросил сделать это позже. На похороны пришла небольшая толпа. Коллеги Джона, сами без пяти минут покойники. Какие-то дальние родственники, о которых Джон никогда не вспоминал. Пациенты, благодарные за помощь, видать из тех, кто был детьми или подростками, когда Джон их лечил. Молли с мужем и дочерью. Все выразили Шерлоку свои соболезнования, он механически кивал, пребывая во всепоглощающей тьме, которую больше не озаряли золотисто-стальные крылья и медовая аура. Он не стал пользоваться зрением окружающих, позволив Молли водить его под руку. Шерлок с невыносимой грустью понял, что она любит его до сих пор. Прощаясь на выходе с кладбища, он поцеловал Молли в щеку и сказал: «Прости за все», в ответ она улыбнулась: «Конечно же я тебя прощаю». Дома он с трудом отыскал бутылку виски, которая лет десять пылилась в одном из кухонных шкафчиков, разбил пару стаканов, столкнув с полки, пока наконец не перебрался в гостиную. — Я отвык от темноты. — Шерлок сделал небольшой глоток. — Это утомительно, знаешь ли. И ты… обещал, что вернешься. Ты что, обманул меня? Если да, то… я тебя ненавижу. Он едва не выронил стакан, вспомнив в последний момент, что осколки будут валяться до следующего утра, пока не придет уборщик. — Нет. Я лгу. Я не в состоянии тебя ненавидеть. Пожалуйста, не исчезай. Он нашарил свободной рукой столик возле кресла — Шерлок запрещал обслуге передвигать мебель — поставил на него стакан. В комнате кто-то был. — Да, хорошо, что ты появился. Я ведь твой должник. — Шерлок узнал монстра, который преследовал его с самого детства. — Так вот, я хочу исчезнуть, если мой Джон выбрал небытие. Тьма приближалась, заполняя собой гостиную. Под бесформенным, амебным телом предметы превращались в ничто. Сначала пропал диван, потом журнальный столик, затем стол, по-прежнему заваленный всякой всячиной. Шерлок допил виски, встал, одернул пиджак. Крылья — сталь, покрытая золотом, — в отчаянии обхватили своего хозяина, вливая в него энергию, но Шерлок не собирался сбегать или бороться. — Спасибо. — Он повернулся к монстру. — Джон запретил мне совершать суицид, так что ты весьма кстати. Липкая тьма подступила к нему, окружила, уничтожив оба кресла, и восточный столик, и камин, и книжные полки… Шерлок ждал, когда монстру надоест играть с ним. — Тебя вообще нельзя одного оставить? Возмущенный голос Джона появился вместе с золотисто-стальными крыльями, от которых не отлетала пыльца удачи, но аура никуда не делась. Под давлением сияния тьма отступила, рассеиваясь тяжелыми хлопьями, спряталась под мебель, в дальние углы комнаты. — Ты невыносимый человек. — Джон уселся в свое кресло. — Не успел я умереть, как ты ударился в запой. Шерлок неуверенно улыбнулся. — И кто из нас идиот? — Джон покачал головой. — Неужели ты думал, что я исчезну? Брошу тебя? Не дождешься. Шерлок знал, что больше никогда не сможет прикоснуться к нему, даже если сам превратится в призрака. Но он ощущал слабую энергию, исходящую от Джона, и этого ему было вполне достаточно. — Только не разговаривай со мной при всех, договорились? — Джон тоже улыбнулся. — А то сочтут тебя старым безумцем. — Без разницы. — Шерлок резким движением руки отмел это. — Пусть как хотят, так и называют. Хорошо, что ты здесь. — Я бы никогда тебя не оставил. Ну, скажи, как я выгляжу? — Намного моложе. — Старичок ты мой. — Ну, — нахмурился Шерлок, — не смешно. — Тебе нужно отдохнуть. Давай, сними этот слишком тесный пиджак, ты, чертов модник, не забудь расстегнуть пуговицу на брюках и ложись. — Не указывай мне. Раскомандовался. — Эй. Я всегда буду здесь. — Мы всегда будем здесь, — поправил Шерлок. — Ты прав. — Улыбка Джона стала грустной. — Мы. А теперь иди и хорошенько отдохни.

***

— Как думаешь, стоит ли время от времени напоминать жильцам о своем присутствии? — Джон посмотрел на Шерлока. Оба стояли в гостиной у камина, наблюдая за тем, как по квартире носятся двое детей — близняшки-трехлетки. — Нет. — Шерлок покачал головой. — Пусть живут спокойно. Не уверен, что мое появление вкупе с выводами о прошлом отца семейства, будет кстати. Они перешли в астральную проекцию квартиры, и словно по щелчку пальцев обстановка изменилась, превратившись из ультрасовременной в прежнюю. Со стен исчезла светлая краска, ее сменили обои, вылинявшие от времени. Шерлок занял свое кресло, устремив взгляд на Джона. — Так-так, — Джон взял газету, — кажется, тут про тебя написано. — Он ткнул пальцем в статью. — И твое любимое фото в той самой шляпе. — Смертельное фрисби, а не шляпа, — усмехнулся Шерлок. В этом мире он смотрел собственными глазами. Крылья стали еще больше, получая энергию астрального мира. Ему и Джону было вполне комфортно существовать вдвоем в квартире на Бейкер-стрит. Аура Приносящего удачу отпугивала посторонних призраков, но изредка Джон общался с ними. Шерлок, как обычно, игнорировал «социальное взаимодействие». И Шерлок наконец узнал, чем же была тьма — как он и предполагал, она оказалась частью его души, его локальным безумием, которое появилось, когда маленький мальчик столкнулся с призраками. — Ой, да не ворчи. — Джон раскрыл газету. — Завтра пойдем гулять. Я давно не читал свежую прессу. Никак не привыкну, что в этой реальности ничего нового не появляется. Что? — Он заметил, как на него смотрит Шерлок: с нежностью и любовью. — Я тебя люблю. — Я знаю. Всегда знал. У них была целая вечность, одна на двоих. И оба не собирались от нее отказываться ни при каких условиях.