Моё польское солнышко

Очнулся Феликс уже на больничной койке. С трудом открыв глаза, увидел, что возле него кто-то сидит. Это был никто иной, как Торис. Прислушавшись, Лукашевич понял, что тот тихо плачет. Он никогда не видел его слёз. Они капали на джинсы, оставляя мокрые некрасивые пятна, иногда попадая на пол. Литовец заметил, что его друг пришёл в себя. -Феликс...- поднял на него заплаканные глаза, не в силах сказать что-то ещё. - Феликс, милый...- всхлип. -Тори, ты чего? Почему ты плачешь? Зачем?! Но тот не только не перестал плакать, а зарыдал сильнее. -Тори, скажи что-нибудь.- на него смотрели взволнованные зелёные глаза.- Всё хорошо, я жив.- улыбка. -П-почему?.. -Что почему? Говори, прошу. Смотри на меня. -Почему ты мне с самого начала не сказал?- Лоринайтис немного перешёл на крик.- Я уже всё знаю, солнце... Поляк понял всё, и прижал голубоглазого к себе.Тот, не стесняясь, припал губами к тощей груди и покрывал её нежными поцелуями. -Торис... -Фелек, ну почему же ты молчал?- брюнет успокоился.- Врал, что из-за работы ослабел. На самом деле ты просто прятался от меня и пил таблетки, пытаясь унять боль. Да, сегодня ты положил в карман куртки те самые таблетки. И соврал про конфеты. Какого чёрта ты не говорил, что у тебя проблемы с сердцем?! Ох, прости за то, что накричал. Я беспокоюсь о тебе. Ничего, справимся. Будем бороться вместе, мой хороший.- поцелуй в щёку. После этих слов Торис начал бережно расстёгивать клетчатую рубашку, чтобы погладить область сердца. -Фелек...- смуглая рука нежно поглаживала бледную грудь.- Ты всегда был таким. Игнорировал даже самые серьёзные симптомы, на простуды вообще не обращал внимания. Уверял всех, что здоров, никогда не жаловался ни на что. Вот до чего дошло -Я не хотел быть обузой...- сказал чуть не плача блондин. Глаза литовца расширились. -Не смей так говорить! Ты очень дорог мне. С момента нашего знакомства я пообещал себе защищать тебя, что бы ни случилось. Ты сам мне очень много раз помогал. Как только я оказывался в трудном положении и мне было плохо, ты бросал все свои дела и шёл ко мне. Ты стал для меня родным, понимаешь? И теперь я хочу тебе помогать. Торис заплакал снова. -И вот почему ты перестал пить кофе... Феликс начал всхлипывает тоже. -Прости, что молчал. Если бы не этот случай, ты бы не знал. И меня могло не стать в любой момент. Теперь знаешь и спасибо тебе... Поляк больше ничего не говорил. -Обещаю,- прибалт вытер слёзы,- вылечу тебя любым способом. Феликс, пока ещё не всё так серьёзно и не дошло до операции, нужно бороться и верить. Всё, солнышко,- Торис погладил Феликса по спине,- уж теперь-то точно ты от меня ничего не утаишь. Я хочу, чтобы ты доверял мне, говорил как есть. Ведь только так, зная о твоих бедах и проблемах, я смогу тебе помочь. Лоринайтис отстранился немного, поцеловал поляка в сердце и застегнул рубашку. Снова обнял. К счастью, Феликса отпустили домой, взяв с него обещание, что будет соблюдать рекомендации врача и лечиться. Той же ночью Торис лёг рядом с блондином.Но сон не шёл, и он решил просто полежать. -Феликс, Феликс...- шепчет.- Вредный и упёртый. Вечно корчишь из себя героя, а потом страдаешь. Так, чтобы не разбудить это чудо, он немного приспустил одеяло и устроил голову на груди, слушая слабое, но такое родное сердце.