Против судьбы

Пары минут в аду хватило, чтобы согреться и высушиться. Ориентироваться на местности, когда всë вокруг чуть менее квадратное чем было раньше — действительно сложное занятие. Пощупав пространство вокруг и иллюзорный инвентарь в разных местах, Дрим разобрался-таки, как посмотреть координаты. Спустя ещё пару минут с него уже тек пот ручьём. Что самое интересное, тек и сразу же испарялся. Но ему не оставалось ничего, кроме как терпеть. В пешей прогулке по пучинам ада оставался плюс: у парня было достаточно времени чтобы придумать, как всë исправить. Было стойкое ощущение, что пока он не расхлебает всë то дерьмо, происходящее на сервере вот уже три (или четыре, по правде никто не считал) сезона, Дрим не сможет вернуться домой. Также не стоит забывать, что он может тут умереть. Стоит быть аккуратнее. Появилась идея притвориться другим человеком: будто бы Дрим пропал, но в место него появился, скажем, Клэй. Спокойный парень, который никому не желает вреда. Но люди на сервере же не тупые. Они подумают что Дрим задумал их обмануть или что-то похуже. Да и кто-то наверняка знает, как он выглядит без маски. Значит, придëтся действовать "игровыми методами". Дрим усмехнулся собственной шутке и зашагал активнее. Со временем он привык к жаре и сухости. Услышав знакомый звук натягивающейся тетивы, парень не успел ничего подумать. Инстинкты выживания всё сделали за него: Он присел точно тогда, когда в него полетела стрела. Она прошла совсем близко. В том месте, где только что была его голова. Обернувшись в полуприсяде, он обнаружил трëх пиглинов. Точнее, он предположил, что это пиглины, ведь не каждый день встречаешься со странными волосатыми прямоходящими свиньями под два метра ростом. Двое уже бежали с мечами на него, пока третий перезаряжал свой арбалет. «Да что ж за день то сегодня такой?!» — устало пробурчал парень и достал топор и щит. Снаряжение в руках казалось громоздким и неудобным. Отбив удар одного из мобов, Дрим не заметил, как второй зашёл за спину. Избежал он атаки с тыла только от того, что в ногу попал арбалетный болт, и он согнулся от боли. Сориентировавшись быстрее, чем свиньи, он поскакал на здоровой ноге к арбалетчику. Вспоминая механики Майнкрафта, он решил нанести удары в прыжке. Скакнул в бок от очередного болта и рубанул с плеча. И, кажется, вывихнул руку, ведь плечо моментально заболело. Сквозь боль осилил второй удар и закрылся щитом от меча другого. Арбалетчик рассыпался пылью, но двое воинов не спешили отступать. Дрим, решивший сначала победить нападавших в честном бою, быстро переосмыслил свои идеалы и побежал. Точнее попытался, ведь стрела торчащая из икры никуда исчезать не собиралась. Наступив на больную ногу, он пискнул и потерял равновесие. Неловко отпрыгнув в сторону, чтобы не упасть, парень вспомнил старые техники избавления от излишне навязчивых мобов. Со всей оставшейся силы прыгнул строго в верх несколько раз подставляя под себя первый попавшийся в инвентаре блок. И вот он возвышается над свиньями на своём пьедестале из двух обсидиановых блоков. «Чуть не умер от трëх пиглинов. В полном незерите... Стыдоба... » — заключил мрачно Дрим, выковыривая стрелу из ноги. Потом глаз упал на индикатор жизней и парень бы откровенно заржал, если бы не навязчивая боль и усталость. В битве он потерял только два с половиной сердечка. «Над этим придëтся поработать, — подумал он, вздыхая об утраченных скиллах. — Хотя...» Парень засучил рукава и стал рассматривать свои иссохшие покрытые шрамами руки. Прощупал ноги и ужаснулся от того, что почти может охватить в кольцо ляжку одной рукой, притом в самом широком месте. Задрал худи и глянул на впалый живот. Вздохнул ещё раз, но теперь уже о здоровом и подкаченном теле. Хотя чего он ожидал. По сюжету он провëл в тюрьме несколько лет, всë это время питаясь лишь сырой картошкой. Его не один месяц пытали, в конце концов. Нужно будет заняться и этим. Может попросить Техно натренировать его как следует... Дрим вдруг вспомнил, что канонный Техноблэйд — убийца психопат, который слышит голоса, жаждущие крови. По позвоночнику прошёл неприятный озноб. Желание идти с ним на контакт сразу как-то поубавилось. Решив справляться своими силами, Дрим съел очередное золотое яблоко и со стратегического расстояния затыкал пиглинов топором. До нужного портала в верхний мир он добрался без происшествий. Дрим знал, что не ошибся, когда строил свою подземную базу в тропическом лесу на берегу озера. Выйдя из знойного ада, первое, что парень сделал — это нырнул в прохладную воду. Не раздеваясь. Честно говоря, где-то глубоко в подсознании, он был уверен, что всë это — странное видение. Но ощущение облепившей тело мокрой одежды, кислой усталости в мышцах и призрачных отголосков пережитой боли не давали расслабиться окончательно. Дрим снял маску и убрал еë в инвентарь. Нырнул с головой, счастливо утыкаясь лицом в приятный холод воды. Вдоволь накупавшись, он вышел из водоёма и по координатам стал искать вход. Вода довольно быстро стекла с одежды. Дрим неожиданно для себя понял, что меньше минуты спустя уже сухой. Удивительно, что он вообще помнил координаты. Повертевшись на месте и побродив вдоль берега, парень нашел то самое место. Оставалась одна проблемка: ему нужно прокопать вниз пять блоков. Парень глянул в инвентарь, заранее зная, что лопаты там не найдëт. Нашелся эндерсундук. Дрим поставил его на землю, заглянул внутрь и решил собрать инструмент из найденных внутри алмазов. Дерева в запасах не оказалось, так что парень не без сожаления ударил топором по ближайшей пальме. В инвентарь выпал блок, а Дрим выпучил глаза на повисший в воздухе ствол с листвой. «Тут буквально всë как в игре! Даже если это противоречит законам физики, — догадался он, срубая ещё пару блоков, — Я тут с катушек съеду с этими вашими летающими блоками и бесконечными источниками воды...» Собрал верстак, пока крафтил лопату, успел посмеяться, что теперь можно притворить мем с верстаком в "риал лайф". Парень воткнул орудие в землю и поблагодарил всех богов, за то, что ему не придëтся выкапывать пятиметровый туннель своими силами. Квадрат земли под лопатой свернулся в иконку блока. Дрим потыкал инструментом ещё пару раз и провалился во вход собственной же базы. Он не мог не обратить внимание на ещё одну игровую условность: факела горят, не давая дыма, и освещают помещение уже больше полугода без вмешательства людей. Дрим прошёл вглубь холодного коридора из тёмного камня. В нос ударило сыростью. А люди ли они вообще? То есть по лору половина персонажей демоны или животные. Как в этом мире выглядит Техно или Фанди? А Скеппи? Они живые, как он, или бесчувственные марионетки, как мобы, порождения этого мира? Если всë это — игры его разума, почему бы ему не дать себе волю и "поиграть"... Дрим мотнул головой, выгоняя пугающую мысль. Он не Дрим! Точнее, не канонный Дрим. И манипулировать людьми не собирается. Он не должен вживаться в роль злодея, иначе закончит как злодей. Парень представил, как ощущается смерть, которую они с Вилбуром прописали ему, и поëжился. Коридор расширился и перешёл в большую комнату с низким потолком. У противоположной стены стояло несколько пустых стоек для брони, а вдоль стен — объёмные деревянные сундуки. На стене за стойками был нарисован светящийся член. Дрим устало провëл рукой по лицу. Вспомнив про маску, надел еë. Его базу разграбили. «Фак!» — дал он меткое имя рисунку. Без особого энтузиазма он осмотрел сундуки. Ничего полезного внутри не оказалось. Отчаянно уставился на детородный орган, словно тот даст ему ответы. Обычный пранк, но как хреново то на душе. За короткую прогулку, Дрим уже забыл, что весь сервер его ненавидит. Все его друзья тут жаждут его смерти, а из союзников — кровожадный свин и наëмник. Н-да. Не густо. Если кто-то был здесь, значит, сервер знает об этом месте. Значит, оставаться тут опасно. Липкий страх пробрался под толстовку. Но куда идти? Вариант с домом Техно сразу отпадал. Фил не позволит у них остаться. То же самое с Вилбуром. С Панзом договор был держаться подальше, чтобы не вызвать ни у кого подозрений. Кто ещё на сервере примет его, не сдавая Сэму и Квакити? В реальной жизни, Дрим пошел бы к своим друзьям: Джорджу и Сапнапу, Бэду... Сердце защемило при воспоминаниях о них. Бэд работает охранником Пандоры, при малейшей же возможности вернëт его в тюрьму. Сапнап, его ненавидит и считает предателем, а Джордж почти не просыпается. В носу защипало. Парень сжал кулаки, раз за разом проходя вокруг комнаты. «Нужно играть по правилам. — заключил он, — К кому бы пошёл канонный Дрим?» Нужен кто-то добрый, понимающий и сочувствующий. Кто-то кто не будет судить о нëм как о преступнике... Ответ пришёл сам собой: Паффи! Она же его мать, она как минимум выслушает! Дрим уже собирался бежать к ней, когда вспомнил ещё кое-что. Он осторожно подошёл к углу комнаты и сломал пару блоков. Сундук был там. Не надеясь особо, он открыл его. Внутри лежало два стака динамита, зажигалка и по стаку золотых моркови и яблок. Парень отбросил сомнения и переместил в инвентарь всё содержимое. До дома Паффи придëтся снова идти через ад. Избегая всех живых существ, уворачиваясь от выстрелов Гаста, Дрим всë же добежал до главного портала. Выйдя с той стороны он присвистнул. Портал и платформа вокруг него были украшены к Рождеству. Громадные ёлки, светящиеся гирлянды и мягкий снежок под ногами. Заметив фигуру вдали, Дрим дёрнулся к земле. Он почти забыл, что его ненавидят. Прокравшись в сторону от дороги, он поспешил к святым землям. Там он уже сориентируется и выберет самый безлюдный путь к дому матери. Переступая мраморную разметку, отмечавшую начало земель, Дрим почувствовал прилив сил и уверенности. Как минимум, тут он может не беспокоиться о недоброжелателях. Мягкая травка выстилала путь до Церкви Прайма. Парень хихикнул, он и не думал, что сможет когда-нибудь и правда помолиться за Твич. В церкви никого не было. Голубоватый свет, выливающийся из окон, журчание воды в фонтане по центру и спокойная тишина. Парень надел фиолетовые тапочки у входа и позволил себе расслабиться. Черепаха со стены своими мудрыми глазами смотрела в самую душу и одобрительно, как гордящийся любимый учитель, улыбалась. Дрим невольно проникся выдуманной религией, сел на лавку для прихожан и соединил ладони. У него была лишь одна просьба: пусть его выслушают и простят. Хотя бы мама. На улице послышались шаги. Дрим неосознанно дёрнулся, оборачиваясь к вломившемуся в церковь Томми. Не узнать его было невозможно. Он наверняка единственный в этом мире, кто не отличается от своего "оригинала". Подросток распахнутыми в ужасе глазами смотрел на человека перед собой. Дрим покашлял, заполняя неловко повисшую тишину. — Давно не виделись, Томми, — вышло откровенно по злодейски. Если бы паренёк не пялился так на него, Дрим бы пробил себе череп фейспалмом. — Нет! ТЫ НЕ МОЖЕШЬ РАНИТЬ МЕНЯ НА СВЯТЫХ ЗЕМЛЯХ! — заорал, отошедший от потрясения встречи, Томми, — ЗАЧЕМ ТЫ ПРИШЁЛ?! — Спокойней, нет нужды так заводится, — попытался успокоить того Дрим. От неловкости уже сводило скулы. Он почему-то чувствовал себя, словно его поймали за какой-нибудь непристойностью. — НЕТ НУЖДЫ?! — Томми откровенно трясло, он поднял на того свой топор и жался к стене, — ТЫ УБИЛ МЕНЯ ДРИМ! ТЫ ПРЕДСТАВЛЯЕШЬ, КАК ЭТО БОЛЬНО! Я ТАК ДАВНО ПЫТАЛСЯ ПЕРЕЖИТЬ ЭТО, И ВОТ ТЫ СНОВА ТУТ! В ЕДИНСТВЕННОМ МЕСТЕ, ГДЕ Я МОГУ ЧУВСТВОВАТЬ СЕБЯ В БЕЗОПАСНОСТИ!... Мальчик не переставал кричать и похоже, от одного вида Масочника словил нервный срыв. Дрим не мог понять, что ему хотелось сильнее: сунуть раздражающе громкого ребëнка головой в фонтан, чтобы он наконец замолчал, или обнять его. Но единственное, на что его хватило, это крикнуть: — ИЗВИНИ, ТОММИ, — слова произвели должный эффект, мальчик растерянно замолчал, — Я погорячился, когда запугивал тебя в тот раз. Просто, выйдя из тюрьмы, я винил тебя в том, что со мной делал Квакити. Теперь я понял, что не прав. — ТЫ ЛЖЕЦ! — крикнул, не дослушав, Томми, — Я ЗНАЮ, ЧТО ТЫ ПЫТАЕШЬСЯ СДЕЛАТЬ! ТЫ МАНИПУЛЯТОР, ДРИМ. Дрим сжал кулаки, но, чтобы не пугать ребëнка, убрал их в карманы, выслушивая очередные обвинения. — ТЫ СНОВА ПРИТВОРЯЕШЬСЯ, ЧТО МОЙ ДРУГ, ТОЛЬКО ЧТОБЫ ПОДОБРАТЬСЯ ПОБЛИЖЕ! — мальчик почти рыдал, но трясущееся оружие всë также направлял на врага, — ВОТ ЧТО ТЫ ДЕЛАЕШЬ! УБЛЮДОК! Я ВСË РАССКАЖУ СЭМУ, ОН ВЕРНЕТ ТЕБЯ В ТЮРЬМУ! ТУДА, ГДЕ ТАКИМ КАК ТЫ И МЕСТО! Томми откровенно раздражал. Дрим говорил с ним спокойно и миролюбиво, а всë, что получал в ответ — угрозы и оскорбления. Почему все на сервере слушают этого истеричного идиота? — А теперь слушай сюда, Томми, — парень не успел оддëрнуть себя, так что звучало шипяще и злобно, — Ты не думал, что я убил тебя, потому что ты ИСТЕРИЧНЫЙ РАЗДРАЖАЮЩИЙ РЕБЕНОК?! Дрим сделал шаг вперед, Томми что-то кричал, вжимая голову в плечи, но тот не слушал: — Ты посадил меня в Ящик, и приходил чтобы позлорадствовать и читать мне морали сколько, ТРИ МЕСЯЦА?! — парень подступах всë ближе, активно жестикулируя руками. — БЕДНЯЖКА! Посидеть на том свете три дня, должно быть в ТЫСЯЧИ РАЗ ХУЖЕ, ЧЕМ ТЕРПЕТЬ ЕЖЕДНЕВНЫЕ ПЫТКИ МЕСЯЦАМИ, не так ли?! — НЕ ПОДХОДИ! НЕТ! — Томми, вжимаясь в стену, пополз к выходу, — НЕТ! — Я ИЗМЕНИЛСЯ, ТОММИ. МОЯ ЖИЗНЬ НЕ КРУТИТСЯ ВОКРУГ ТЕБЯ! —Дрим подошёл впритык и ткнул пальцем в грудь ребëнка, — И ЕСЛИ ТЫ МНЕ НЕ ВЕРИШЬ, ЭТО ТВОЯ ЕБАНАЯ ПРОБЛЕМА! Томми завизжал и с размаху всадил топор в плечо Дрима. Парень с неприятной осведомленностью услышал хруст собственной ключицы. Он сжал зубы, стараясь не потерять контроль и не откусить язык. Через белую пелену боли, он увидел как Томми выдернул из раны оружие и с криками о помощи побежал к дороге Прайма. Дрим привалился к стене перед ним и зажмурился до белëсых пятен. Когда открыл слезившиеся глаза, комната задрожала. Вдалеке уже слышались крики людей. Парень нащупал что-то съедобное в инвентаре и закинул в рот. Это оказалась морковь. Рана стала болезненно медленно затягиваться, а количество сердец возвращалось к привычным десяти. Дрим оттолкнулся от стены и с остервенением уставился на окровавленную белую стену церкви. Крик Томми и других приближался, так что парень одëрнул себя от созерцания "современного искусства" (Кровавую картину он бы назвал "Главный грех") и поспешил обуться и скрыться. Дрожащими руками он затянул шнурки на ботинках и заправить их внутрь, а когда поднял голову, через витражное окно увидел приближающуюся группу из пяти человек. Томми стоял посередине и что-то эмоционально рассказывал. Времени бежать не осталось. Дрим оглянулся, ища место, чтобы спрятаться, но ничего не подходило. Секунду спустя, шаги послышались на дорожке у входа. Парень успел лишь сообразить сломать три блока под собой и вернуть мраморную плиту на место над головой. — Говоришь, он был тут? — Дрим узнал голос Сэма, когда группа вошла в церковь. — Да, сидел вон там и ждал, когда я войду, — голос Томми откровенно дрожал. — Осмотрите периметр, если что-то найдëте, зовите. В драку не вступайте. — приказал страж. Послышался топот у входа. — Тут кровь на стене, — шаги прямо над головой, — Ты ранен? — Н-нет. Это его, я думаю... — с сомнением пробормотал Томми. — Как всë было? — Сэм звучал серьезно и сосредоточенно, но после шумного сморкания младшего, добавил мягче, — С нами ты в безопасности, Томми. Да и Дрима здесь уже нет. — Он поджидал меня там. — Томми запнулся, — когда я вошёл стал говорить что он мой друг и... Не тронет меня... Но я не поверил. Я знаю, что он обманщик. Чертов манипулятор. Он мне НЕ ДРУГ. — Тише, тише. — Потом он стал угрожать мне. Го-говорил, что будет пытать меня месяцами и... И подходил всë ближе и ближе. И когда он замахнулся, я не выдержал и ударил его. И-и побежал к вам, — Дриму хотелось придушить этого мелкого лжеца. Каков актёр, а? Кто ещё тут манипулятор! Томми тем временем уже рыдал, — Он придëт за мной! Он убьёт меня снова, Сэм! Ты обещал защитить меня! — Тише, тише, — шорох одежды, — Мы поймаем его и запрëм в Пандоре. Всë будет хорошо, Томми. Никто не умрëт. Мальчик шумно выдохнул. — А теперь пойдëм перекусим в Мак. — двое прошли к выходу, —Тебе нужно отдохнуть. Снаружи голоса были не слышны, но Дрим решил подождать немного в своей укрытии, для верности. Чувствовалось, как горело его лицо от злости. Отвращение к себе, Томми, и вообще ситуации, заливало душу. Язвительно усмехнувшись про себя, он подумал: теперь это часть его жизни. «Привыкай.» От бессильной злобы дрожали руки. Но лишний раз шевелиться было опасно. Что если наверху ещё кто-то есть? Не находя выхода, ярость постепенно перетекла в разочарование и хандру. Немного остыв, Дрим поразился своему поведению. С чего он вообще начал кричать? Он был готов к этому и заранее знал, что Томми будет себя так вести. Никогда раньше он не злился так на людей. Мог сказать что-то грубое в ответ на грубость, но не истерить же... Он в шутку переругивался на повышенных тонах с сестрой или друзьями. Но сейчас ни он, ни Томми не шутили. Ощущение того, что эта странная неправильная реальность ломает его, поселилось где-то у самого сердца и не спешило уходить. Хотелось вогнать меч под рëбра и выковырять все чувства вместе с лëгкими. Когда парень нашел в себе силы, выбраться из укрытия, солнце уже зашло за горизонт. До дома Паффи он добирался перебежками, из одного тёмного угла в другой. Дрим боялся не только встретить стражу, но и монстров, с которыми в его нынешнем состоянии справиться было непозволительно сложно. Избегая любых нежелательных встреч, примерно через час, он шагнул на небольшое крыльцо перед домом. В окнах горел тёплый свет. Дрим стыдливо понял, что замер в нерешительности. Страх выполз из светящейся щели под дверью и обвился вокруг ног. «Что если она прогонит меня? — закралась нелестная мысль, — Или вовсе сдаст...» Холодный порыв ветра подтолкнул парня в спину так, что тот дёрнул ручку двери. Не заперта. Бесшумной поступью, Дрим оказался в коридоре. Звать хозяйку было страшно неловко. Да и просто страшно. С кухни раздавались какие-то звуки. Замерев в дверном проëме, парень невольно залюбовался трудящейся женщиной. Широкой спиной, аккуратными белыми копытцами и двухцветными пышными кудрями, собранными в небрежный хвост. Дрим неосознанно сделал шаг, к теплу. Половица под ногой скрипнула, отвлекая мать от готовки. Паффи обернулась.