Ожидание/Реальность

Тэхён с трудом разлепляет сонные глаза, чувствуя нежные поглаживания по спине вдоль лопаток к пояснице. С трудом сфокусировав взгляд на безмятежном лице Чонгука, который лежит на боку подпирая ладонью голову, парень негромко шепчет что-то о ещё пяти минуточках и вновь закрывает глаза. Мужчина мелко вздрагивает от неожиданности, услышав чужой тихий ото сна голос, а уголки его губ на мгновение дёргаются вверх с забавной реакции Тэ. Он не собирался будить младшего ещё где-то минут пятнадцать, прекрасно понимая, как тот вымотался за прошедшую ночь, поэтому в извинение наклоняется и коротко целует парня в лоб: — Извини, что разбудил, — Тэ жмурится, улыбаясь, и пытается потянуться, как из груди неожиданно вырывается сдавленный «ох», глаза широко распахиваются, а губы кривятся от неприятных ощущений в теле. — Больно? — на обеспокоенный вопрос парень только качает головой и давит улыбку, чувствуя, как боль медленно, но всё же отступает. Жить можно. Он был бы даже гораздо больше удивлён и озадачен, если бы у него на утро нигде ничего не тянуло после этой ночи — совместным душем всё не ограничилось, и ещё в коридоре, даже не дойдя до комнаты Чонгука, они не сговариваясь решили продолжить изучать тела друг друга. И только полностью измотанные, тесно прижимаясь друг к другу обнажёнными телами на смятых простынях и дыша через раз, оба еле нашли в себе силы перебраться в спальню для гостей, чтобы спокойно уснуть на чистом постельном белье. — Ты уже давно проснулся? — младший хочет перевернуться и посмотреть время на телефоне, потому что солнце поднялось уже подозрительно высоко и противно слепит глаза, но нежелание покидать тёплые объятия сильнее; через пару мгновений он вспоминает, что не брал его с собой в эту комнату, потому что не до того было. Почувствовав, что глаза начинают слезиться из-за яркого света, Тэхён слегка съезжает вниз, прячась за плечом своего мужчины от солнечных лучей. — Почему меня не разбудил? — дует губы и несильно щипает старшего за бок. Тот вздрагивает от неожиданности и в ответ несильно шлёпает Тэ по попе. — Тебя не разбудил будильник, поэтому… — мужчина многозначительно, но по-доброму улыбается, а Тэхён краснеет и прячет своё лицо у старшего на груди, негромко лепечет извинение. — Нам бы не помешало принять душ, ты так не думаешь? И через полтора часа придет клининг, так что нам точно нельзя долго нежиться в кровати. Тэ отстраняется, недовольно заламывает брови, безуспешно пытаясь разжалобить Чона на ещё пару минут ничегонеделанья, и обречённо вздыхает, когда понимает, что не прокатит. Мужчина, чтобы парень не дулся и перестал хмуриться, наклоняется к нему, целует в лоб и не может скрыть усмешки, когда тот мгновенно расслабляется и льнёт ближе, подставляя лицо под поцелуи. Это попытка отсрочить поход в душ? Тэхён же, чувствуя, как к лицу приливает кровь от внезапно накативших воспоминаний об их ночи, игнорирует ноющие мышцы и пресекает на корню непонятно откуда взявшиеся неловкость и смущение — прижимается к чужим губам своими и удовлетворённо улыбается в поцелуй, когда мужчина сразу берёт инициативу в свои руки. Если ночью не стеснялся, то и сейчас, с дневными лучами солнца не будет! Ладонь парня опускается на плечо Тэхёна и скользит ниже на спокойно вздымающуюся грудь. Тэ уже чувствует, как начинает затекать его тело от неудобного положения, поэтому, напоследок чмокнув слегка покрасневшие губы старшего, отстраняется, игриво улыбаясь. — Я тут кое-что заметил, — начинает младший, загадочно стреляя взглядом в слегка озадаченного такой резкой сменой чужого настроения Чонгука. Тот вздёргивает бровь, молча прося пояснить, и парень, предвкушающе закусив нижнюю губу, чтобы не лыбиться так откровенно, ведёт ладонью до низа живота старшего, почти до кромки белья. — Ты… боишься щекотки, да? — и проводит самыми кончиками пальцев по вмиг напрягшемуся животу мужчины вверх, перемещаясь на рёбра. Старший рефлекторно отодвигается назад, пытаясь уйти от прикосновения, а его глаза щурятся из-за широкой неконтролируемой улыбки. Услышав тихий смешок, парень куда смелее начинает почти невесомо водить по чужому торсу, при этом наблюдая, как мужчина, слегка порозовевший, пытается изо всех сил сдерживать свой смех. — Тэхён, нет, прекрати… — Чонгук, закусив нижнюю губу, пытается уйти от прикосновений, едва не оказывается на самом краю кровати, норовя с неё улететь на пол, и думает, что нужно срочно прекращать эту забаву младшего, который что-то разошёлся. Перехватить чужие руки оказывается не так просто, потому что Тэ весьма ловко и быстро успевает отдёргивать их, откровенно веселясь с реакции опешившего мужчины, которого, кажется, никто очень давно не щекотал и не оказывал такого сопротивления. Когда запястья младшего всё-таки оказываются в руках у мужчины, тот наконец облегчённо выдыхает и, заметив, как недовольно насупился Тэхён, безуспешно пытаясь освободить свои руки, показывает ему кончик языка, победно улыбаясь. — Так мило, что ты боишься щекотки, — дразнится парень и гордо заявляет, что вот он совершенно её не боится. Чонгук неверяще хмыкает и, навалившись на младшего сверху и спокойно удерживая чужие запястья одной рукой у изголовья кровати, второй скользит по чужому торсу. Тэ даже малость не дёргается, пока мужчина пытается его пощекотать, и лишь широко улыбается, когда тот мирится со своим поражением. — Ну, что? Убедился? Я же теперь не успокоюсь, Чонгук… — старший затыкает своего парня поцелуем, и когда тот пытается углубить его, отстраняется, начиная зацеловывать всё лицо младшего. — Что за тактика у тебя такая? — Но действует же, — Тэхён не может не признать, что и правда действует, потому что его руки, уже свободные, обнимают Чона за шею, притягивая к себе ближе, а не пытаются вновь скользнуть на чужой пресс. Он, сладко жмурясь подставляет лицо под короткие и быстрые поцелуи, и думает, что хотел бы просыпаться вот так всегда. Сначала подурачились, потом нацеловались, а затем уже всё остальное. — Времени всё меньше, пора вставать, — младший, вздыхая, закатывает глаза, но понимает, что оттягивать ещё больше уже не получится. \\\\\\ Тэ с улыбкой на губах пытается сделать им с мужчиной на завтрак тосты, пока тот ещё принимает душ. Они могли бы и вместе выйти, но у младшего определённо детство в попе заиграло, и он, пока Чон водил по его телу мочалкой, вновь решил убедиться в том, что тот боится щекотки. Чонгуку понадобилось около пяти минут, чтобы оперативно вымыть Тэхёна, потому что тот вообще не собирался, видимо, как-то принимать в этом участие, и, смачно шлепнув парня напоследок по заднице, мужчина со спокойно душой выставил его из душевой кабинки. Зачёсывая влажные волосы назад, парень переводит взгляд на кофемашину, из которой вот-вот можно будет уже забирать готовые напитки, и громко ойкает от неожиданности, оказавшись вжатым телом директора в кухонный гарнитур. Так задумался, что не услышал его тихих шагов. — Мило виляешь попкой, — парень замирает, чувствуя прикосновение горячих губ к своей шее, и хочет развернуться, но старший не позволяет, удерживая на месте. Невольно задерживает дыхание, когда ладонь мужчины скользит к нему под футболку и мягко оглаживает напрягшийся живот. Он не боится щекотки, это да, но тело всё равно реагирует на чужие прикосновения, покрываясь мурашками от приятных ласк. Тэхён слегка прогибается в пояснице, когда второй рукой Чон сжимает его ягодицу, и больше отклоняет голову в сторону, подставляя шею под горячие поцелуи. — Еда из доставки тебе не нравится?.. — Чон ведёт носом до уха парня и оставляет за ним короткий поцелуй. — Я не могу приготовить нам тосты? — голос слегка подводит парня, поэтому, под тихий смешок прочистив горло, он продолжает, пытаясь сделать свой тон хоть капельку недовольным. Это на самом деле очень сложно, когда любимые руки так нежно гладят, прижимая к крепкому торсу, а губы оставляют невесомые прикосновения у позвонков, но он искренне пытается. — …К т-тому же, я думал, ты знаешь, что я не люблю китайский тыквенный пирог. — Мне казалось, что я убрал его из списка меню, извини, — мужчина ставит подбородок на чужое плечо и наконец складывает руки на животе младшего в замок, поверх футболки. — Я тебе немного помешаю, ты не против? — У вас хорошее настроение, господин Чон? — игриво спрашивает Тэхён и, поняв, что пока что старший не собирается отвлекать его и провоцировать своими прикосновениями и поцелуями, продолжает аккуратно намазывать на тосты тонким слоем мягкий сыр. — Мм, прекрасное, — тихо урчит старший и, на мгновение прикоснувшись своей щекой к чужой, осторожно отстраняется, берёт приготовленный кофе и несёт его на стол. Первое время завтрак проходит в тишине, каждый думает о чём-то своём и не беспокоит другого. Тэхён, медленно пережёвывая еду, думает, что завтра уже опять на работу, но почему выходные так быстро заканчиваются? Младший более чем уверен, что Чонгук был бы не против, останься он у него сегодня с ночёвкой, но у парня с собой нет костюма, и злоупотреблять чужим гостеприимством так уж сильно не хочется. Тэ и так уже считает, что почти поселился у директора, а ведь они встречаются всего ничего! «завтра должно быть очень тепло, а мне придётся искать что-то с горлом, — удручённо думает младший, пытается вспомнить содержимое своего шкафа. — блин, да я был бы даже согласен получить штраф за свою рубашку с вырезом, но тогда все увидят засосы, а это ещё один штраф …» Когда до прихода женщин из клининг-компании остаётся совсем немного времени, Тэхён предлагает Чонгуку пойти погулять вместе на улицу, чтобы не мешать тем прибираться. Мужчина совершенно не против, и вскоре они уже неспеша идут к ближайшему парку по залитой светом почти безлюдной улице. Тэхён чувствует аккуратное прикосновение чужой ладони к своему запястью, отрывается, наконец, от телефона, чтобы оглядеться, что не так и где опасность, но впереди как была пустая аллея, так и осталась. — Что-то не так? — Чонгук переплетает их пальцы, слегка сжимая и поворачивает голову к озадаченному парню. — Сейчас мы с тобой впервые вместе гуляем, как нормальные люди в отношениях, а ты смотришь только в свой телефон. Тебе неловко со мной? — Что? — Тэхён едва рот от удивления не открывает, спотыкается на ровном месте и чуть не наворачивается, но мужчина вовремя успевает придержать его за руку, не давая упасть. — Ох… спасибо, — благодарно лепечет, прикладывая свободную руку к сердцу, чтобы оно поскорее угомонилось и перестало так выпрыгивать из груди, второй крепко сжимает чужую ладонь. Чон криво улыбается, как бы говоря, что это всё из-за телефона и чужой невнимательности. Отпустив ладонь парня, он только вновь начинает идти вперёд, как за рукав его толстовки тут же цепляется Ким, останавливая. — Чонгук, с чего бы мне должно быть неловко с тобой, мм? Мужчина через плечо кидает на парня холодный ничего не выражающий взгляд: он что, сам не понимает, что сделал не так? По заломленным бровям и виноватому взгляду младшего становится понятно, что да, он реально не понимает. Подавив тяжёлый вздох, Чонгук поворачивается всем телом к парню и, стараясь звучать менее обвиняюще, произносит: — За первые двадцать минут, что мы с тобой прошли, ты ни разу не попытался взять меня за руку или элементарно посмотреть в мою сторону, а ещё ты соблюдал какую-то непонятную дистанцию почти в метр, будто мы не знакомы. Если бы я не подтянул тебя ближе, ты бы так и продолжал идти, верно? — парень виновато лепечет извинения, он не думал, что старший видит это так. Он хочет опустить голову, потому что прямой взгляд Чона морально слишком давит, но, закусив изнутри щеку, он не позволяет себе такой роскоши. — Спасибо, что на другую улицу не перешёл ещё, — иронизирует Чонгук, но всё равно старается выглядеть более сдержанным, не хочет показывать, что эта ситуация его действительно настолько задела, хотя младшему и так это понятно. Парень видит, что чужое тело сильно напряжено, несмотря на то, что Чонгук надел его безразмерную толстовку, проигнорировав весь свой гардероб. Неожиданно проскочившая мысль, что мужчине крайне идёт его одежда, заставляет Тэхёна на мгновение улыбнуться, что не ускользает от внимательного взгляда старшего. Красноречиво поджав губы, тот мрачнеет ещё больше, потому что ситуация между ними сейчас явно не предрасполагает к улыбкам. — Я не настолько тактильный человек, поэтому не брал тебя за руку, — объясняет Тэхён и в который раз убеждается, что для его мужчины прикосновения очень важны. — И расстояние было между нами не метр, не ври, — парень несильно шлёпает Чона по предплечью и тут же об этом жалеет, потому что предположение, что так получится разбавить возникшее между ними напряжение, мгновенно спотыкается о ледяной взгляд потемневших глаз старшего. — …Ты же знаешь, что хоть сейчас общество и стало более толерантным… всё равно многим не нравятся однополые отношения… и вот, я соблюдал приемлемую дистанцию, чтобы избежать кривых взглядов и ненужного к нам внимания. Прости, если тебя это задело, я не хотел… — Улица почти пустая, Тэхён, и на самом деле людям чаще всего наплевать, кто с кем встречается и ходит за руку. В конце концов, я бы не стал молча выслушивать чьи-то претензии по поводу наших отношений. — Не думаю, что в принципе найдётся настолько смелый человек, решивший тебе что-то высказать с претензией, — несколько напряжённо смеётся младший, неуверенный, что к месту попытался пошутить, но когда видит, что чужие уголки губ слегка приподнимаются в подобии улыбки, наконец чувствует, что начинает успокаиваться. Даже дышать становится легче. Сделав полшага навстречу к своему мужчине и оказавшись вплотную к нему, Тэ осторожно касается его лба своим и смущённо улыбается; находит ладонь Чонгука своей и крепко сжимает чужие пальцы. Но если парень боялся идти слишком близко, то о поцелуях на улице уж точно пока что остаётся только мечтать. Возможно, когда-нибудь… Младший, будто почувствовав чужие намерения, отстраняется с лёгкой виноватой улыбкой и перешагивает через поводок, лежащий на земле. Следом за ним перешагивает Чонгук, и они возобновляют свой прогулочный темп. В этот раз идут почти касаясь друг друга плечами, а их пальцы то и дело невесомо задевают друг друга. Первым не выдерживает Тэхён. — Ты же не тактильный человек, — беззлобно язвит директор, когда чувствует, что пальцы Тэ привычно переплетаются с его, образуя замок, и лишь крепче сжимает их в своей ладони. — Но для тебя же это важно, — легко отвечает Тэхён, да и он ведь не говорил, что ему неприятно прикасаться к Чонгуку, ему, напротив, нравится абсолютно всё, что связано со старшим. Просто… для него прикосновения не так важны, как для мужчины. — И, кстати… почему ты надел мою толстовку? — А ты мою почему? — Не переводи стрелки, — ворчит парень, покрываясь румянцем. У Чона в квартире где-то лежит ещё одна его толстовка, но надевать свою, когда можно одолжить у своего мужчины — кощунство. — Думаю, у нас одна причина. Пока они идут до парка, Тэхён несколько раз едва не отпускает чужую руку, когда замечает на горизонте редких прохожих, но буквально в последний момент всегда успевает произнести про себя словно мантру, что всё хорошо, что никому нет до них никакого дела. Также расслабиться и отвлечься помогает Чонгук — ненавязчиво оглаживает чужие напряжённые костяшки большим пальцем и ровным голосом, полным тепла, произносит, когда незнакомцы проходят мимо них, что парень молодец. Тэ почти перестаёт нервничать, только когда они уже подходят непосредственно к арке, за которой расположен огромный парк. Заполненный кучей людей парк. Поняв чужое замешательство, мужчина говорит, что людей обычно много только у входа, и им просто нужно ещё немного пройтись, чтобы оказаться в глубине парка, куда действительно люди заходят чаще всего по чистой случайности, загулявшись. Тэхён согласно кивает и, заприметив одну из ближайших к ним аллей, тут же направляется в её сторону, утягивая Чона за собой. — Тут так тихо, — оглядываясь по сторонам, произносит Тэхён. Он не помнит, когда в последний раз выбирался с кем-то погулять в парк. — Будто мы в лес уехали. — Можем как-нибудь пикник на природе устроить, — предлагает Чонгук, тоже наслаждаясь тишиной. Сейчас, совсем медленно шагая вперёд, чтобы запечатлеть в памяти красоту природы, мужчина чувствует, будто они связаны с Тэ какими-то эфемерными нитями и чувствами. Сейчас, уйдя подальше от всех людей и оставшись практически наедине, они словно поймали собственную волну, и присутствие друг друга рядом ощущается таким… естественным? Боже, Чонгук большую часть жизни морщился и презрительно хмыкал, когда кто-то при нём говорил о родственных душах, а что теперь? Готов мысленно извиниться за каждый подобный случай, потому что и не предполагал когда-нибудь встретить такого парня, как Тэхён, который неосознанно меняет его восприятие к некоторым моментам. — О-о, планируешь наше будущее свидание? — предвкушающе улыбается парень, несильно тычет старшего локтем в бок и рефлекторно отскакивает чуть в сторону, на случай если мужчина решит его ущипнуть или шлёпнуть в ответ. Чонгук красноречиво вздёргивает одну бровь на такое игривое поведение младшего и даёт понять своим спокойным видом, что он совершенно не собирался как-то отвечать на чужую шалость. — Я часто думаю о том, куда мы можем вместе сходить, чтобы обоим при этом было интересно, — Тэ чувствует, что ещё немного, и его лицо треснет от улыбки. — Но мой выбор всё время останавливается на ресторанах, потому что раньше я такими вопросами не задавался. В скором времени мужчина получает сообщение, что уборка в квартире закончена, и предлагает Тэхёну возвращаться. \\\\\\\ Когда Тэхён первым переступает порог квартиры, он сразу замечает, что везде всё настолько вылизано, что едва ли не слепит глаза. Запах очистительных средств ощущается слабо, потому что везде открыты окна на проветривание, а по коридору и вовсе гуляет сквозняк. Парень снимает кроссовки и, обернувшись через плечо на старшего, смущённо признаётся в том, что неожиданно пришло в его голову: — Мне немного неловко, что они могли понять по беспорядку в спальне, чем мы с тобой занимались ночью. Пусть те женщины, что убирают квартиру Чона, и видели его, когда мужчина был в командировке, об уровне их отношений они могли только догадываться. А скомканное и где-то запачканное постельное бельё явно должно было натолкнуть их на очевидные выводы. Это немного напрягает. Чонгук, сняв обувь, подходит к застывшему парню и аккуратно кладёт свою ладонь между чужих лопаток, вырывая того из потока собственных мыслей. Мужчина, улыбаясь кончиками губ, слегка подталкивает парня в сторону ванной, потому что вымыть руки после прогулки — первая необходимость, и попутно заверяет Тэ, что нет ничего такого в том, что уборщицы могли понять, какого рода отношения их связывают. — Я буду очень рад, если они наконец поймут, что меня не интересует женский пол, — директор выглядит таким спокойным и невозмутимым, что Тэхён невольно тоже перестаёт так сильно драматизировать насчёт этого в своей голове. Тэхён перестаёт намыливать руки, поднимает голову, озадаченно хмурясь, и в отражении зеркала встречается с насмешливым взглядом старшего. — Ты что, раньше к себе не приглашал никого из своих… бывших? — Было пару раз, — отвечает Чонгук, стряхивая лишнюю воду с рук над раковиной, а парень сразу идёт за полотенцем. — Но чаще всего это происходило из-за неудачно сложившихся обстоятельств, когда я был вынужден их впустить в свою квартиру. Тэхён вешает полотенце на крючок и, бросив через плечо короткий взгляд на мужчину, идёт в спальню, чтобы переодеться. Из слов старшего следует, что он не любит, когда кто-то посторонний находится на его территории. Он вообще, если так подумать, очень отстаивает свои личные границы, которые Тэ в компании периодически нарушает, влетая в кабинет без разрешения. Как неудобно получается. В спальне, как и ожидалось, идеальный порядок, и парень искренне хочет надеяться, что уборщицы не акцентировали особого внимания на бардаке, что тут был до этого. Надеясь, что его щёки не покраснели, Тэхён проходит до шкафа с одеждой и достаёт оттуда свою любимую чонгуковскую футболку и его же чёрные спортивные шорты, доходящие ему почти до колен. Чонгук встаёт рядом, касаясь своим плечом чужого, и тоже быстро находит для себя то, во что собирается переодеться. — А… когда я пришёл к тебе в первый раз, — осторожно начинает Тэхён, попутно стягивая через голову толстовку, отойдя ближе к кровати. — Ну, даже во второй, тебе тоже было некомфортно? Чонгук, готовый уже надеть свою домашнюю футболку, останавливается и поднимает заинтересованный взгляд на младшего, который так же стоит в одних джинсах. — Не сравнивай эти ситуации. Тебя я пригласил намеренно, чтобы предложить начать отношения, и, следовательно, был готов осознанно впустить в свою квартиру, а мои бывшие в большинстве своём как-то изворачивались, чтобы оказаться здесь. Кому понравится, когда нарушают его границы? — Извини, что иногда врываюсь в твой кабинет, — надев светло-голубую футболку, раскаянно произносит Тэхён и принимается за джинсы. — Ты и выходишь из него иногда без разрешения, — усмехнувшись, напоминает старший, отчего парню совсем неловко становится. Он чувствует себя теперь ещё более виноватым, поэтому, наспех натянув шорты, чуть нервно начинает складывать свою одежду, чтобы затем отложить её в сторону. — Тэхён, — парень поворачивается к позвавшему его мужчине, выглядит по-прежнему словно провинившийся щенок. Чонгук обходит кровать, встаёт в полушаге от парня и мягко треплет его по волосам, из-за чего некоторые светлые пряди падают тому на лоб. — Я никому и никогда не разрешу входить или выходить из моего кабинета без разрешения, потому что я так хочу. Это мои правила, и за их нарушение последует штраф, выговор или сразу увольнение — тут уже какое настроение у меня будет. По коже бегут мурашки от такого непреклонного тона, который никак не состыковывается в голове младшего с лёгкой улыбкой, растянувшейся в конце на чужих губах. Чон умеет впечатлять. Хочется спросить, смог ли бы мужчина уволить его когда-нибудь за такую, казалось бы, мелочь, но язык не поворачивается и элементарно не хватает смелости, потому что отдалённо он понимает, что Чонгук бы смог. — Выключай режим господина Чона, — натянуто улыбается парень, несильно шлёпая ладонью старшего по предплечью, чтобы разрядить атмосферу между ними. Хотя её накал чувствует только Тэхён, потому что сам себя же и накрутил. — Скоро должен начаться фильм, помнишь? Нужно успеть приготовить попкорн. Мужчина скептично выгибает бровь на такую очевидную смену темы, но решает, что если Тэхён захочет, он поделится с ним своими мыслями. Пока готовится сладкий попкорн, парень говорит Чону, что после просмотра фильма уедет домой. Как бы парню не хотелось уезжать, он понимает, что уже буквально прописался в чужой квартире и почти не появляется у себя дома. Да и одежды у него с собой для работы нет, поэтому в любом случае придётся уезжать. Чонгук в ответ говорит, что тогда отвезёт его вечером, полностью игнорируя слова младшего о том, что это будет лишним, он вызовет себе такси. Когда они смотрят старый американский фильм, с удобством устроившись на диване с попкорном — правда, старший довольно быстро ставит свою миску на пол, чтобы не просыпать, потому что тот оказался слишком сытным, — Тэхён потихоньку болтает своими ногами, перекинув их через чужие, и почти не следит за сюжетом, любуясь своим мужчиной. Мимика старшего, который пытается вникнуть в сюжет, куда интереснее, хотя Чон только и делает, что едва заметно хмурится, когда ему что-то не нравится или непонятно; прищуривается, когда пытается разглядеть что-то на заднем плане поподробнее, и криво усмехается, кода кто-то из героев отпускает чёрные шутки. «мне, наверное, было бы легче поверить, что всё происходящее между нами — плод моей разбушевавшейся фантазии, и скоро я проснусь» В один из моментов, когда шутка в фильме настолько хороша, что Чонгук почти даже смеётся с неё, он поворачивается к младшему, чтобы убедиться, что и тот её не пропустил, но натыкается на чужой отсутствующий взгляд, направленный куда-то сквозь его тело. Миска с почти доеденными попкорном стоит на подлокотнике дивана за плечом Тэ, поэтому, уверенный, что она не опрокинется, Чонгук тормошит своего парня по ноге, перекинутой через его собственные, и тот, сразу придя в себя и явно не рассчитав силы, неожиданно подаётся вперёд, быстро меняя своё положение, и наваливается на опешившего мужчину сверху, обнимая. — Ой, — смущённо лепечет Тэхён, смотря в удивлённые глаза старшего, с которым он едва не столкнулся носами, опрокинув того так резко на спину. — Всё в порядке? — обеспокоенно спрашивает мужчина и кладёт свои ладони на поясницу парня, не позволяя тому отстраниться, не объяснив свой неожиданный порыв. — Да, конечно, — младший закусывает губу, предательски краснея под таким внимательным взглядом Чонгука. — Просто… ты такой потрясающий. Мне до сих пор иногда не верится, что такой мужчина, как ты, смог заинтересоваться мной. — Глупый, — мягко смеётся Чонгук и вновь треплет парня по мягким волосам, из-за чего тот едва заметно морщится, и целует того в подбородок. — Кто из нас и потрясающий, так это ты, — старший поправляет беспорядок на чужой голове, который сам же и устроил, и уже целует Тэхёна в губы, чувствуя слабый карамельный привкус от попкорна. Думает, что Тэ его так искренне любит, что это порой в его голове как раз таки и не укладывается. /// Чонгук уже лежит в кровати и что-то печатает в телефоне, когда парень возвращается из ванной. Он по своему обыкновению провёл там как-то слишком много времени, на деле же размышляя, как стоит подступиться к мужчине с предложением о минете, которое не даёт ему покоя весь день. Каждый раз, когда ему этим вечером представлялся идеальный момент, чтобы спросить у мужчины, не против ли тот, Тэхён забывал все слова напрочь и не мог выдавить из себя и звука. Но сейчас, приведя чувства в порядок под прохладным душем, он почти не сомневается, что вот сейчас-то точно предложит старшему сделать ему минет! Убрав упавшие на лоб светлые пряди назад, младший как и всегда проскальзывает на своё место под одеялом, ничем не выдавая своей мелкой нервозности, которая, как бы он ни старался, всё равно не проходит. Чуть-чуть успокаивает мысль, что если он всё-таки не решится, — ну, мало ли, язык не захочет слушаться опять, — Чонгук никогда не узнает о его потугах совершить этот подвиг, и они просто уснут. В таком случае никто ничего не потеряет, значит, сегодня просто не судьба. Парень поворачивается на бок и подпирает голову ладонью, чтобы было удобнее наблюдать за сонным мужчиной, который уже почти откровенно спит, но всё равно продолжает кому-то что-то печатать. Тэхён, чтобы хоть как-то сдвинуться с мёртвой точки, спрашивает, кто ему пишет. — Юнги, — коротко отвечает Чонгук с лёгкой улыбкой на губах и, видимо, поставив точку в разговоре, выключает телефон и откладывает его в сторону на прикроватную тумбочку. — Я выключаю свет, хорошо? — Да, конечно, — говорит быстрее, чему успевает сообразить, что вообще произнёс это своим ртом. Только младший хочет сказать, что нет, у него ещё есть одно маленькое дельце, как комната погружается в темноту, а мужчина устраивается на спине, укрываясь одеялом и готовясь в любой момент уснуть. — … Юнги, это который твой бывший? «Ким Тэхён, ты другое собирался сказать!» Около минуты от старшего нет никакого ответа, и парень уже хочет огорченно вздохнуть, что ни на шаг не приблизился к своей цели, так ещё и Чонгук уснул, как тот всё же отвечает: — Да, — младший пододвигается ближе к мужчине и одной рукой обнимает его поперёк туловища под одеялом. — … Он написал, что скоро вернётся сюда из Китая и хочет встретиться, — пока старший ещё что-то тихо рассказывает о своём первом парне, Тэхён вовсю ластится к нему и даже пару раз коротко целует в плечо. — …Милый, ты что-то хочешь? «я смогу, в этом нет ничего сложного!» Парень откидывает в сторону одеяло, укрывавшее их, и в одно мгновение седлает чужие бёдра. Чонгук повторяет сонным голосом свой вопрос и кладёт ладони на талию парня, слегка сжимая. Он не понимает, что тот задумал, но и гадать на этот счёт особо не хочет, потому что мечтает только о том, как бы сейчас уснуть. — Расслабься, я просто хочу кое-что попробовать, — парень чрезмерно рад, что в комнате сейчас полумрак и его раскрасневшегося лица не видно. Так создаётся хотя бы видимость, что он уверен в своих действиях, когда на самом деле то и дело нервно облизывает губы и привычно прикусывает нижнюю, чтобы не так сильно нервничать от предвкушения. Тэхён на мгновение наклоняется к лицу мужчины, чтобы коротко поцеловать, а затем убирает с себя его руки и проезжается своими ягодицами по чужим бедрам, устраиваясь чуть пониже. Когда Гук чувствует первое прикосновение чужих пальцев к своему животу, он мгновенно напрягается и хмурится, ожидая, что младший вновь начнёт его щекотать, но вскоре поглаживания сменяются аккуратными прикосновениями тёплых губ, заставляя мужчину теряться в догадках, боясь даже в мыслях предположить, что Тэ собрался там пробовать. Тем временем Тэхён спускается поцелуями ниже, прикусывает тазовую кость, а ладонями проводит по чужим бедрам, стягивая вниз бельё. — Тэхён, что ты собрался делать?.. — севшим голосом произносит Чонгук и облизывает пересохшие из-за тяжёлого дыхания губы. — Штраф хочу отработать, — абсолютно невинно, но в противовес вышибая искры из карих глаз мужчины, когда первый раз проводит языком по начавшему твердеть члену. Сон покидает старшего мгновенно. — Ты уверен?.. У Тэхёна опыта в минетах нет, от слова совсем, но теперь слишком хочет доставить Чонгуку удовольствие, чтобы оттягивать такой момент. Парень обхватывает горячую плоть ладонью у основания, с лёгким нажимом проводит большим пальцем по особо выпирающей венке и обхватывает губами увлажнившуюся головку. Чувствует, как в его волосы зарывается ладонь мужчины, короткие ногти царапают затылок и едва надавливает на него, заставляя опуститься чуть ниже. До обострившегося слуха Тэ долетают рванные выдохи, и с каждой секундой он начинает действовать всё смелее, понимая, что если это и не лучший минет в жизни Чона, то он хотя бы доставляет ему сейчас удовольствие. Смыкая губы плотнее и вбирая твёрдую плоть постепенно всё глубже, Тэхён уже почти не ощущает слегка солоноватый привкус чужой смазки из-за обилия выделившейся слюны. Наверное, это единственное, что он не учёл, и сейчас слегка теряется из-за этого. Когда к тихим стонам мужчины добавляются пошлые хлюпанья, Тэ, думая, что делает что-то не так, хочет отстраниться, но ладонь Чонгука по-прежнему надавливает на затылок и не даёт этого сделать. Когда вязкая слюна уже начинает стекать по подбородку, младший приподнимает голову насколько это вообще возможно из-за чужой ладони и осторожно сглатывает, из-за чего давление на члене возрастает, и Чон рефлекторно толкается бедрами вверх. — Тэхён, блять, прости… — парень чуть отстраняется, чтобы восстановить сбившееся дыхание, но водить рукой по чужому члену не прекращает. Обведя головку большим пальцем, Тэ вновь обхватывает её губами и, расслабляя горло, пытается взять глубже. Когда бёдра Чонгука вновь начинают подаваться навстречу, пусть тот и пытается это контролировать, парень понимает, что мужчина приближается к оргазму. Плотнее обхватив ствол губами, Тэ начинает быстрее сосать, опять чувствуя, как много слюны скапливается во рту. В момент, когда старший уже готов вот-вот кончить, Тэхён, максимально расслабляя горло, сглатывает и впервые вбирает на всю длину, прикасаясь на пару мгновений кончиком носа к коротким волосам на пахе Чона. Когда чужая сперма с собственной слюной заполняют весь рот, парень невольно давится, проглатывая всё, и, смаргивая с ресниц выступившую влагу, выпускает изо рта ослабевший член. Выпрямляется, сидя на чужих бёдрах, и, не скрывая довольной улыбки, смотрит на своего мужчину, который пытается справиться со сбившимся дыханием и отойти от оргазма. У обоих глаза давно адаптировались к полумраку в комнате и поэтому, видя, как Чон из-под полуприкрытых век прожигает его взглядом, Тэхён, сохраняя с ним зрительный контакт, по-блядски облизывает припухшие губы. — Милый, я обошёлся бы и простым «спокойной ночи», — голос хриплый, соблазнительно глубокий. Чонгук приподнимает бёдра, чтобы натянуть хипсы обратно, и садится, оказываясь почти нос к носу с младшим. Парень мгновенно присаживается ближе, чтобы мужчине было удобнее сидеть, и, проведя ладонями по широким плечам к шее, скрещивает руки за чужой спиной, грудью наваливаясь на старшего. Чон обнимает парня в ответ, всё ещё находится под впечатлением от его поступка. — Как ты? — Это я должен спрашивать, — негромко отвечает Тэхён, чувствуя полное удовлетворение, что смог доставить своему мужчине удовольствие, а сейчас греется в его объятиях. — Прекрасно, для первого раза, Тэхён, это очень хорошо, — парень, довольный похвалой, что-то тихо урчит мужчине в ответ и ластится, потираясь своей щекой о чужую. Чонгук пытается чуть отстраниться, желая поцеловать Тэ, но тот, стоит ему приблизиться, поджимает губы и отворачивается. — Я сейчас почищу зубы, и тогда ты меня поцелуешь, хорошо? — в сторону произносит парень, потому что мужчина всё равно пытается дотянуться до его губ, но стоит тому спустя пару мгновений всё же смиренно отступить и согласиться, как Тэ тут же слезает с чужих ног и спешит в ванную. Откуда в нём только столько энергии в первом часу? Тэхён, честно говоря, думал, что когда вернётся в спальню, Чонгук уже будет спать, но тот, сместившись к изголовью кровати, действительно его ждал. Это заставляет всё в груди сжаться от любви к мужчине и переполняющего счастья, и оказаться рядом, наваливаясь сверху, неприлично быстро. — Целуй, — в нетерпении шепчет парень, и Чонгук целует. Притягивает к себе ближе, положив руку на затылок Тэ, и требовательно сминает чужие губы до лёгкого дискомфорта. Младший от удовольствия едва не стонет, пытается себя контролировать, потому что помнит, что мужчина очень хочет спать и сейчас держится только ради него. Поэтому, пока Чон не против и позволяет, парень берёт всё и наслаждается, целуя любимые губы. Постепенно поцелуй становится менее напористым, более чувственным и размеренным. Паузы, чтобы отдышаться, становятся длиннее и в какой-то момент оба решают, что достаточно — смотрят друг другу в глаза, соприкасаясь лбами и восстанавливают дыхание. Ладони Чонгука гладят поясницу парня, задрав его футболку, и иногда ощутимо сжимают бока. — Сладких снов, — усмехается Тэхён в чужие губы и, наконец, слезает с мужчины, устраиваясь рядом. Старший хмыкает, опускаясь на подушку, и накрывает их одеялом, одной рукой притягивая к себе Тэ почти вплотную. — Будет жарко, — бурчит, но не отстраняется.