Ожидание/Реальность

В пятницу стоит просто потрясающая погода. Тэ ровно до окончания обеда считал, что этот день никому не удастся испортить, пока в какой-то момент его шестое чувство не начало бить тревогу, и он, резко прекратив разговаривать с Чонгуком, нежась в его объятиях, не произнёс едва слышно: — Суками пахнет… — пальцы мужчины, мягко массирующие чужой затылок, замирают, он хочет спросить, не послышалось ли ему, но в этот же момент дверь в его кабинет вероломно распахивается, и он даже не поворачивает головы, чтобы узнать, кто это. Только один человек, помимо Тэхёна, обладает такой же смелостью. — Я вас прервал, прошу прощения, — младший хочет отстраниться от директора, но тот удерживает его на месте, тяжело вздыхая. — Но мне не жаль, врать не буду, — Чимин проходит мимо расположившейся на диване пары и с самым невозмутимым видом садится в кресло Чонгука, по-хозяйски в нём устраиваясь. Тэ, прищурившись, думает, что как-то даже слишком — крепче обнимает своего мужчину поперёк туловища, передумав отстраняться. — Что за сюрпризы от тебя, а? — Чонгук абсолютно не рад, что друг посмел прервать их милую беседу с парнем, потому что Тэхён сейчас был такой ласковый и расслабленный, что мужчина планировал его зацеловать и ещё какое-то время не выпускать из объятий. — Сегодня я пришёл к тебе по рабочему вопросу, дорогой. Мне нужно, чтобы ты познакомил меня с лучшим адвокатом, которого ты только знаешь в Корее. У тебя ведь наверняка такой есть Чонгук незамедлительно кивает и, никак не потревожив парня, достаёт из кармана телефон, быстро находя нужный телефонный контакт. — Спроси у него, готов ли он взяться за одно крупное дело. — И во что ты вляпался, господи… Так, милый, я выйду на минуту, подожди здесь, — парень без лишних слов отстраняется, давая старшему подняться с дивана, и провожает чужую фигуру взглядом, пока за ним не закрывается дверь. Впервые Тэхён остаётся наедине с Чимином. Младший искренне надеялся, что такого никогда не произойдёт, но раз уж деваться некуда, он не проявит слабости и не сбежит. К тому же Чонгук сказал подождать его, поэтому он точно останется здесь до возвращения старшего. — А ты недурно играешь роль хорошего мальчика, — парня передёргивает от чужого тона, он непонимающе хмурится. — Что вы такое говорите? — Знаешь, сколько его прошлых парней и мужчин поначалу также осторожничали и не показывали своей истинной натуры, что хотят одних лишь денег? Чонгук говорит, что ты другой, но я не верю, — Чимин самодовольно усмехается, смотря на младшего сверху вниз, будто он обычная уличная грязь. — Думаю, ваши отношения выдержат ещё месяц в лучшем случае, вы слишком разные. Уверен, для каждого из вас это неплохой опыт… построить нечто серьёзное, с перспективой на будущее, но не тешься надеждами, парень, у тебя ещё точно всё впереди. А Чонгук… как думаешь, почему ему уже почти сорок лет, а он ни разу не был в по-настоящему долгих отношениях? Почему к этому возрасту уже не завёл семью? Тэхён смотрит Чимину в глаза, чувствует, как его челюсти начинают сжиматься всё сильнее, а терпение как сквозь пальцы уходит. Он не усомнится в своём мужчине из-за слов малознакомого человека, который, очевидно, не рад их отношениям. Чимин думал напугать его? Хотел выставить Чонгука в плохом свете? Идеальных людей не бывает, и недавно он увидел директора с непривычной для себя стороны, но это нормально. Они потом это обсудили, рассказали друг другу о своих чувствах и стали ближе после пережитого, так что стоит держаться подальше от их отношений. Тэ не даст их в обиду. — Ты мне ничего не ответишь? — мужчина раздосадован чужим спокойствием, он ожидал хоть какой-то словесной реакции от Тэхёна. Он буквально прямым текстом предостерёг его, что Чонгук вовсе не так идеален, как тот, возможно, думает, а ему хоть бы что! На что люди ради чужих денег только не пойдут, ужас. — Я закончил, — в кабинет возвращается директор не с самой хорошей новостью — его адвокат попал в больницу, пару месяцев будет ещё восстанавливаться и к работе приступит ещё нескоро. — Я что нибудь придумаю, — Мужчина проходит до дивана, садится на край рядом со своим парнем и накрывает чужие сцепленные в замок руки своей ладонью. — Чимин, ты что-то сказал Тэхёну, пока меня не было? — не почувствовать воцарившееся напряжение в кабинете практически невозможно, нужно быть наглухо отбитым, чтобы ничего не заметить. Чимин выдерживает тяжелый взгляд друга и абсолютно спокойным ровным голосом произносит, что они ни о «чём таком» не говорили. — Принеси нам кофе, у нас тут будет долгий разговор, — сморщившись, будто увидел что-то поистине неприятное, отдаёт распоряжение мужчина, за что сразу получает злой взгляд от Чонгука. — Не смей хоть кем-то здесь командовать, Чимин… — Всё хорошо, я принесу, — Тэхён спокойно улыбается своему мужчине, быстро проводит по его ладони, лишь на мгновение едва ощутимо сжимая чужие пальцы, что конечно же не ускользает от цепкого взгляда Чимина, и поднимается с дивана. — Вам и правда нужно многое обсудить, я скоро вернусь. Младший возвращается уже минут через десять, и мужчины, стоило ему войти в кабинет, сразу замолчали, переводя внимание на него. \\\\\ Тэхён понимает, что происходит пиздец, когда к нему, ждущему одного Чонгука у машины старшего, тот подходит в компании всё того же Чимина, чтоб его черти драли. — Милый, — Чонгук поворачивает голову на Тэхёна, — Мне нужно отлучится на пару часиков, по работе, — старший пристально смотрит на младшего, — Ты не обижаешься? — Всё хорошо, — спокойно отвечает Тэхён. — Всё правда в порядке? — повернув голову к своему парню, недоверчиво спрашивает директор. — Боже, ну, конечно, — небрежно отмахивается Тэхён, и, стрельнув в наблюдающего за ними Чимина колким взглядом, неожиданно даже для себя в ответ приобнимает директора и коротко целует в щёку, но не отстраняется — ведёт ладонью вниз, до бедра и, будто каждый день так делает, проскальзывает в задний карман чужих брюк, нащупывая ключи и на пару мгновений задерживая там руку.— Повеселитесь, — отстранившись от Чонгука, парень ярко улыбается мужчинам и, намеренно помахав рукой, на пальце которой болтаются ключи от квартиры старшего, разворачивается и уходит. \\\\\ POV По комнате разносятся пошлые причмокивания и стоны. Кровать уже еле как выдерживает очередной напор страсти двух мужчин, кажется вот-вот, и она сломается пополам, но нет, все-таки устояла. Чонгук покрывает поцелуями каждый сантиметр кожи Чимина, заставляя его выгнуться в спине, ведь он снова входит рывком в тельце мужчины и порывисто двигается, не пытаясь услышать мольбы остановиться. Чонгук переворачивает Чимина на живот, и начинает исследовать кожу на спине, постепенно спускаясь вниз к ягодицам. Старший, не предупредив младшего, резко входит в него, снова слыша громкий протяжный стон, который пронесся, кажется, даже в самые удаленные уголки квартиры. Хорошо, что горничной нет, а то бы смутилась и позавидовала, под кем сейчас лежит её хозяин. Толчки стали размашистее, шлепки быстрее, а смазка начала впитываться в простынь. Чимин сейчас стонет во все горло, ведь его не щадят, да и он не хочет. Его любовник настолько глубоко внутри, что хочется громко сказать «О да, детка», но получаются только стоны, которые иногда звучали в подушку. Чонгук не намеривается останавливаться, он только сильнее давит на ягодицы парня и вдалбливается в него до невозможности. Чимин начал чувствовать тот самый момент разрядки, просил Чонгука быть еще быстрее, ведь он не может терпеть уже это. Толчки тут же стали бешеными, грубыми, ни капельку страстными, ситуация вышла из-под контроля. Вскоре Чонгук, не выходя из Чимина, кончает ему внутрь, в презерватив, конечно, когда тот стонет в продолжительном оргазме и тоже кончает. Они оба остаются в кровати и мирно отдыхают. Кажется, это и есть секс по бартеру, взаимный, тот, в котором каждый помогает друг другу, но сколько ещё продлится, неизвестно. /// «встречу его и уеду к себе, » — решает Тэхён, почему-то даже не думая, что мог бы привычно остаться на ночь у своего мужчины. Элементарно не хочет. Чонгук возвращается домой ближе к двенадцати, когда нервных клеток у младшего становится на порядок меньше, чем когда он прощался сегодня с мужчиной на стоянке. Парень выходит в коридор с заведомо плохим предчувствием, но всё оказывается в принципе лучше, чем он ожидал: от мужчины, когда он подходит к нему ближе, не разит спиртным, он выглядит вполне даже трезвым, и только несколько раздражённый на что-то или кого-то. — Почему ты ещё не спишь? — Тэхён просто пожимает плечами на чужой вопрос и спрашивает, не хочет ли тот чего-нибудь, например, воды? — Я… сейчас умоюсь и лягу спать. Ничего больше не хочу, — старший слегка морщится от давления в висках и, обойдя своего парня, неспеша направляется в сторону ванной. Младший идёт в спальню и, включив минимальную яркость, зачем-то достает домашнюю одежду мужчины, будто не знает, что тот предпочитает спать в одних хипсах. Бросает на край заправленной постели как раз в момент, когда в комнату заходит уставший Чонгук. — Садись, — мужчина послушно обессиленно опускается на край кровати, а Тэхён встаёт перед ним с намерением помочь раздеться. Уже не самом первом этапе — развязывании галстука — у парня возникают сложности, потому что склонившись чуть ближе к старшему и чувствуя его тёплое размеренное дыхание на своём лице, он также чувствует и пристальный взгляд чужих потемневших глаз. Это сбивает. Когда концы полоски ткани свободно опускаются на грудь Чона, обтянутую белой рубашкой, потяни — и можно будет приступать дальше, мужчина неожиданно ловит руку своего мальчика и, следя за чужой реакцией, целует запястье. Тэ мягко высвобождает свою руку и, отбросив галстук в сторону, стягивает с крепких плеч мужчины пиджак, не встретив никакого сопротивления, потому что самое интересное впереди. Чонгук, опираясь руками позади себя для устойчивого положения, внимательно наблюдает, как младший едва подрагивающими пальцами начинает расстёгивать на нём рубашку. Мужчине приятно, что о нём заботятся, и особенно приятно, что это делает Тэхён. Когда парень вновь тянется к чужим плечам, чтобы стянуть последний элемент верха, Чон кладёт свои ладони на бёдра младшего и аккуратно тянет на себя, вынуждая того сесть к себе на ноги. Тэхён удивлен, чувствуя такие крепкие объятия, но вырываться даже не думает: привстав для удобства, ставит подбородок на чужую макушку, сразу ощущая горячее дыхание в районе шеи, а ладонями опирается о напряжённые плечи. — Ты хорошо себя чувствуешь,? — пальцы одной руки невольно зарываются в мягких волосах мужчины, начинают массировать затылок. — Как дела по работе? Справился? — Я немного выпил, всё в порядке. Чимин, он… — младший вмиг напрягается всем телом, услышав имя другого мужчины. — Меня разозлил. Я знал, что он захочет поговорить о тебе, будет задавать какие-нибудь каверзные и провоцирующие вопросы, но он явно перешёл черту. — Ему не нравится, что мы встречаемся? — парень не удивлён и больше констатирует факт, чем задаёт вопрос. Глупо было надеяться, что Чимин не воспользуется возможностью промыть его мужчине мозги касательно их отношений. — Да, он… говорил, что наши с тобой отношения не продлятся долго, представляешь? — от чужого тихого смешка по спине парня бегут мурашки. — Пытался меня убедить, что я уже староват для таких молодых парней, у которых вся жизнь впереди… — Тэхён чувствует липкое беспокойство, быстро заполняющее его с головы до ног. Он пытается чуть отстраниться от старшего, чтобы посмотреть ему в глаза, прикоснуться к лицу, убедиться, что слова Чимина не возымели того эффекта, который должны были бы. — Он сказал, хотя скорее напомнил, что у меня паршивый характер, что я не умею уступать, всегда хочу всё контролировать и никогда не смогу дать тебе того, что ты хочешь… чего ты заслуживаешь. На какое-то время я задумался, не прав ли он? — парень думает, что окажись сейчас перед ним, он бы перегрыз ему глотку и собственноручно вырыл бы ему яму, лишь бы никогда больше не видеть. — Чонгук и правда мог когда-то думать, что отношения с ним, состоявшимся мужчиной, для парня значительно моложе могут оказаться тисками, в которых тот невольно будет душить младшего… на кризис среднего возраста смахивает, или как там его. — Тэхён? «наконец-то выговорился, » — облегчённо думает парень, и когда удерживающие его на месте руки ослабляют хватку, опускается ягодицами на чужие ноги, встречаясь со старшим взглядом. — Мне… очень жаль, Тэхён, — тихо выдыхает Чонгук и видит чужое замешательство, граничащее со страхом. Обхватив лицо директора ладонями, парень аккуратно оглаживает большими пальцами щёки и скулы мужчины. — Мне очень жаль, правда, — старший подаётся вперёд, соприкасаясь своим лбом с чужим, словно надеется, что теперь Тэхёну будет проще понять его мысли и чувства. — Ты лучший мужчина из всех, которых я знаю и это факт. Факт! — Тэ прикладывает указательный палец к чужим губам, чувствуя, что Чон хочет возразить и сказать, что это совершенно не так, но парень ему не даёт, припечатывая своим «факт!». — И никакие посторонние люди не должны вмешиваться в наши личные отношения и наводить в них хаос, понятно? Мы с тобой со всем справляемся и постепенно, день за днём, становимся всё ближе друг к другу, поэтому никакой Чимин своими глупыми предположениями и виденьем ситуации со стороны своим явно подслеповатым глазом, — губы мужчины невольно растягиваются в дрогнувшей улыбке. — … Не сможет нас сбить с верного пути, слышишь? — Чонгук кивает, уже полноценно улыбаясь, а Тэхён, будто почувствовав, что сейчас самый подходящий момент из всех, что до этого был, подаётся к чужим губам, отчётливо в них выдыхая. — Я люблю тебя. И целует, не давая старшему возможности что-то ответить. Он не уверен, что мужчина уже готов также произнести эти значимые слова вслух, но знает точно, что его чувства взаимны, а это для Тэхёна главное. Младший чувствует, как постепенно старший начинает целовать его с большим напором, забирая инициативу в свои умелые руки, и уже вскоре он привычно тихонечко стонет в поцелуй, попутно стягивая с плеч Чонгука мешающую рубашку. Тэхён не собирался сегодня оставаться на ночь у мужчины, но как можно не поддаться искушению, когда чужая кожа под пальцами такая горячая, тяжёлое дыхание с примесью алкоголя пьянит, словно парень сам пил, а приятные слова, произнесённые чуть хриплым шепотом на ушко, выбивают все посторонние мысли из головы младшего. Он почему-то думал, что во второй раз занимаясь сексом, он вновь будет зажиматься, но сейчас ему просто не до этого: Тэхён впервые проявляет такой напор, не даёт старшему даже немного отстраниться, хотя тот и не хочет, выцеловывая каждый сантиметр своего любимого мальчика и оставляя на месте старых почти сошедших кровоподтёков новые, так легко расцветающие на чувствительной коже. Лёгкая пелена алкогольного дурмана полностью сходит, когда Чонгук приступает к растяжке, перед этим еле уловив момент, чтобы успеть дотянуться до тумбочки и взять всё необходимое, пока парень не притянул его обратно. Мужчина поистине наслаждается, когда подготавливает своего парня, устроившись между его ног, и видит, как тот заламывает брови, когда он надавливает смазанными лубрикантом пальцами на железу, чувствует, как тот подаётся бёдрами вверх, навстречу, и просит о большем, выстанывая его имя так громко, что будь у Чонгука в квартире звукоизоляция похуже, ближайшие соседи бы точно узнали, кто сейчас дарит обладателю сорванного голоса столько удовольствия. Ощущения, когда Чонгук первый раз толкается в него, сейчас даже ярче и воспринимаются парнем острее, чем в их самый первый раз. Теперь Тэхён знает, чего ожидать, и так не осторожничает, резко подаваясь бёдрами навстречу, и даже на короткий миг не задумываясь, как потом у него будет ломить всё тело. Какая вообще разница, что будет потом, если сейчас ему так хорошо, правда?