Этот сраный кошмар
15 января 2022 г., 04:04
Родная винтовка крепко лежит в грязных от крови, пота и песка руках, дарит ложное чувство защищённости, «Щит и меч…» — сказал как-то он. Темнота вокруг уже перестала густеть, фонарик давно выдохся или разбился, чёрт его блять разберёт. Бесконечные тоннели, залитые высохшей тысячелетия, века, дни, часы назад кровью, всё тянутся куда-то вперёд, тянутся и вовсе не собираются заканчиваться. Страх, сковывающий с каждым, уже не таким решительным шагом всё сильнее, шепчущий прилечь на влажный камень, свернуться клубком и просто ждать неминуемой смерти, не останавливает, не остановит, ведь где-то там он. Воздух вокруг — тяжёлый, сырой, гниющий, тянущий смертью, струящийся виной. Тишина, абсолютная сука тишина, давит на перепонки, скручивает внутренности тревогой, паранойей, чувством подбирающегося со всех сторон пиздеца. Пиздеца, что накроет с головой, что унесёт остатки души, что заточит их в этом храме ужасу, в этом загробном мире. В реальности ведь такое точно не происходит, они точно все умерли, в чём же ёбаный смысл сопротивляться?
Под ногами что-то липкое, склизкое, полужидкое, но ещё упругое. Это плоть. Разложившаяся, серо-бордовая, вперемешку с обломками костей, обрывками ткани. Вперемешку с их головами, искажёнными последним мгновением. Глотка дрожит, дыхание тяжелеет, голова гудит, вокруг их кончина, вокруг его вина. Уши закладывает внутренним гулом, мир плывёт, шатается, но даже сквозь всё это перепонки разрывает стрекотанием, его эхом, быстро, несуразно летящем по коридорам. Этим чёртовым звуком, символом смерти, мысли отрезвляются, он всё ещё где-то там, теперь они загнаны в панику, словно зверьё на убой.
Мимо проносится лишь тьма, а дикого зова, кровожадных воплей становится всё больше, и больше, и больше. Стопы поскальзываются на мясе, руки погружаются в него, но бег, несуразная, бессмысленная гонка со страхом всё продолжается. Усталость подкрадывается ближе, но, в конце концов, остаётся лишь продолжать в мрачной надежде на быструю, лёгкую смерть. И на то, что он найдётся, средь этих пучин безысходности.
Безумие прерывается столкновением с ним, тишина вновь смыкается вокруг, пока её не разрезает хриплый, едва отдышавшийся голос:
— Салим? Бля… я искал тебя… нам, нам надо бежать, скорее.! — рука тянется к его, желая помочь. Но встречает лишь непонимание.
— Что? Откуда вы знаете моё имя? — недоверие теперь возрастает буквально в каждой букве.
— Салим, это… это же я… Ты же всё ещё помнишь меня, да? Ведь блять да.? — ужас вновь сковывает тело, мир вновь мутнеет, пошатывается, чёткое дыхание прерывается. Его глаза блекнут, кожа бледнеет, вокруг снова стрекотание, оно, будто ураганом, вертится и освещает их бледным кровавым мерцанием. Мертвец смотрит прямо в зрачки, пожирает самим своим существованием, и произносит сотрясая всё пространство и голову:
— НЕТ.
— Нет! нет… Нет, нет, нет! Салим, нет! — бормочет Джейсон, пока ещё не осознав, где закончилась грань сна. Руки трясутся, да всё тело нахуй трясёт. По щекам стекают солёные капли."Пиздец, Колчек, ты же — бывший солдат, схуяли этот сраный кошмар вытрясает из тебя столько эмоций.»Ах, точно, ведь этот сраный кошмар — реальность.
Примечания:
Так, это супер маленькая глава, но супер важная для понимания Джея. Надеюсь ещё, что я смог достаточно ясно внести в конце посыл.
