Golden

Итэр без остановки смотрел на себя в зеркало, в попытке усмирить непослушные взвитые кончики. — Как же всё достало! А ведь могло бы быть всё хорошо. Брюнет невозмутимо окинул взглядом недовольную фигуру. — О чём ты? — тот подошёл сзади, кладя руку на чужой лоб, бережно прижав к себе. — Всё хорошо, что не так? Итэр легонько помахал головой: — Я просто. Сяо отстранился в сторону. Пройдясь рукой вдоль запыленных книг, он стряхнул серый туман, после чего направился с рабочим изданием к выходу. — Здесь остаёшься? Итэр потянулся, показательно роняя голову на подушку. — Я хочу ещё немного поспать, разрешишь? Блондин приподнял уголки губ в невозмутимой улыбке, накрывшись одеялом. ——————————————————————— Сяо сидел на рабочем месте в том самом зале. Гладь недопитой в стакане воды извивалась равномерными кольцами. Блондин иногда таскался за ним, но уже как пару дней не попадался на глаза. Он думал, но никак не мог дать точный ответ, что так мучило его. Будто ходишь со стрелами, изнутри разрывающие грудь, давно обломав их хвосты. И не вспомнить лиц тех лучников, чья кровь до сих пор не высохла на руках. Он чудовище? На стенах ненавязчиво блестели хаотично разбросанные песчинки. Холодные тени источали сухую серость. Казалось, солнце уже ушло за горизонт. В помещении резко раздалась череда шагов. Брюнет поднял взгляд. Это оказался один из вышепоставленных охранников, в руках которого блеснула пустая ёмкость. — Я занят, что-то случилось? — Господин, у нас проблемы, — слуга подошёл ближе, выдав лёгкий поклон. — Была обнаружена пропажа трав с кухонного крыла. — Не трать моё время на такое. — Она была обнаружена в вашей комнате. Вся охрана подтвердит, что видели, как блондинистый мальчик посещал ту часть здания. Сяо поднялся с места, прожигая пол взглядом. — Что ты этим хочешь мне сказать? Я не давал разрешение заходить в мои покои. — Господин, эта приправа в сыром виде токсичная…и ваша чаша что же… — Где именно её нашли? — проговорил брюнет сквозь зубы, до боли сжимая пальцы в кулаки. — Под одной из каменных плит, господин. Уста брюнета нервно задрожали, расходясь в негодующую ухмылку. (— Нет.Нет.Нет.Только не ты. Итэр.Итэр, прошу, ты ведь не можешь так поступить, ты должен сказать, что это неправда. Здесь ошибка. Ты скажешь, что это не правда! Блять, сволочь. Ты не можешь так поступить со мной, пожалуйста… прошу тебя.) Сяо потёр виски, громко роняя руку на слол. — Приведите его сюда. ——————————————————————— Довелось ждать недолго. Знакомые черты показались из-за стен. Итэр отдернулся от охранника, неразборчиво выругиваясь себе под нос, точно как же, как попал сюда впервые. — Чёрт, у меня ещё раны ведь, блин, козёл, — блондин кое-как удержал равновесие, тут же переводя взгляд на господина. — Что происходит? — Итэр, — хозяин неотрывно смотрел на того пустым взглядом, а в голосе читался жуткий холод. — Может я действительно плохо тебя знаю и на многое надеелся. Ведь хочешь ещё увидеть сестру, правильно? — Что ты говоришь… это всё, чего я хочу! Брюнет нервозно сжимал в руке перо. Несколько секундная тишина казалась чем-то убийственным. Итэр растерянно застыл, в попытке высмотреть ответы в этих пугающих, янтарных глазах. — Тебе кто-то давал право покидать комнату? — ещё недавно спокойный голос плавно переходил на крик. — Что тебе столь важное понадобилось, чтобы пройти в закрытое кухонное крыло? Брюнет нервозно сжимал кулак. (— просто скажи что это не правда.) — раз за разом приходилось по океанам сознания. — Мне,. — От столь прямого заявления Итэр побелел. Взгляд тут же заметался, никак не находя укромное для себя место. — Сяо, я-я. м-мне жаль. Глаза брюнета блеснули серой пеленой. В груди было так холодно, что больше уже не болело.  — Я не могу сказать… — Блондин опустил голову, оборвано слоняясь с слова на слово. Голос предательски дрожал, и тот никак не мог это контролировать. Итэр поднял глаза. На него смотрели два жутких, янтарных кристалла, налитых кровью ярости. — Господин, не пугайте меня, — Итэр поддался вперёд, и даже это успехом не увенчалось. Брюнет жестом приказал немедленно убрать мальчика, после чего того потащили к двери, завязывая тряпкой рот. — Ты для меня больше не существуешь. Он не хотел до конца в это верить, не мог верить людям, и не мог чего либо допустить. Страшный сон оказался явью, когда перед глазами стоял непонятный мрак. Если боль ненадолго заглушить, она станет еще невыносимей, когда ты почувствуешь её вновь, поэтому он никогда не повторяет своих ошибок.