Вытирая слёзы, стиснув зубы, молча рою себе могилу

***

«почему» «его сердце... так сильно бьётся»

***

После похода в зоопарк ребята делились впечатлениями, рассказывали что кому понравилось больше всего. Настроение было просто отличное. Но, конечно, Изуку до сих пор было тяжело привыкнуть. Его мать убили жесточайшим способом, он чувствовал себя таким виноватым. Она ведь ничего плохого не сделала. Но он старается не думать об этом, ведь есть много чего хорошего. К примеру, его кошмары прекратились, вместо них он просто тонул в бесконечной бездне. Темной, но такой приятной и спокойной. Кажется, из всех людей на свете он единственный, кто может таким похвастаться. И вот... Шли дни и плохое начинало приобретать иной смысл, совсем другой, в отличии от того, что был в начале. Кажется в один из таких моментов Изуку не мог спокойно спать. Он то и делал что думал каким же предателем выставил себя перед единственным родителем. И ведь не только перед Инко... Тогда он задумался о своем давнем друге. Бакуго. Изуку предал даже его, оставил одного и сбежал. А что если с ним тоже что-то случилось? Вдруг Итами захочет и Кацуки убить? Парень помотал головой в разные стороны пытаясь отогнать эту мысль. Почему-то от неё ему стало тревожно. Есть ли способ предотвратить смерть друга? Или какой шанс того, что его вообще убьют? Нет, нет. Он пытался не задумываться, но страх взял верх. Он посмотрел на свои трясущиеся руки. Думал... «чертов предатель! Эгоист! Только и думаешь о себе! Тебе ведь тогда было наплевать на всех остальных, ты думал лишь о собственной шкуре! Как тебя только земля носит?!» Он ударил себя кулаками по коленям, будто бы пытаясь наказать за столь сильную оплошность, пусть и от этого ему было совсем не больно. Только в душе всё скрипело и разрывалось. И почему-то тогда он подумал что всё это сон, обычный сон, это просто очередной кошмар и он скоро должен закончится. Но как побыстрее избавиться от этого кошмара? Тревога только нарастала. Воспоминания о тех счастливых днях, о которых он не помнил во время бесконечных издевательств со стороны Итами, заставили его быть строже. Строже к самому себе. Разум затуманился, мысли прекратили бегать по черепной коробке оставляя её сам на сам с одним единственным желанием: «надо наказать.» Хрупкое тело двигалось медленными, тихими и почти невесомыми шагами к шкафу, где лежали всегда пугающие для этих изумрудных глаз ножи. В этот раз они не ужасали своею возможностью покалечиться, наоборот - привлекали этим. Просто взять один, только один из них. Он не понимал, о чем думал, что тогда хотел сделать, чего добиться этими действиями. Наверное это была идеология Итами — за каждым проступком следует наказание. Но эти игры слишком сложны для понимания Изуку, поэтому он знает это лишь подсознательно. Он потом не вспомнит, не поймет. Впервые забудет это как страшный сон. Стоя над раковиной он вдавил острое лезвие глубоко себе в руку и провел по ней слегка кривую вертикальную линию длиной почти в пол запястья, оставляя жуткий след. Кровь стекала и лилась прямо на серого цвета гранит, окрашивая его в красный. Зелёные зрачки растерянно забегали по ране - было больно, даже очень, но почему-то после этого он опомнился. Давление внутри прекратило расти, мозг остановил панику и вновь начал думать. Нож выпал. Руки схватились за голову и сжали волосы, слегка окрашивая их в алый. Ноги подкосились и парень упал на колени. Столь привычных ему слёз в этот раз не было. Разум слишком занят, ведь Кацуки может умереть в любую секунду, дай только возможность. Как? Как защитить того, кто так дорог? Кацуки в свое время заменил ему всё: друзей, поддержку, помощь. Конечно, у него есть свои изъяны, но Изуку знал, что блондин был и до сих пор является хорошим другом. Он не хочет его терять. Слишком много произошло между ними, чтобы вот так просто забыть его. Но мысленный поток прекратился. Хватило одной фразы того самого тихого и хриплого голоса, что будто заставлял весь мир на секунду замереть. — Что ты делаешь? Мидория тут же поднялся и обернулся, встречаясь с внимательным взглядом, что с интересом наблюдал за каждым его движением. Был ещё один чуть в стороне - встревоженный с долей испуга и проглядывающей девичьей заботой. Видимо Тога как обычно очнулась от едва слышного шума и выглянула за дверь. Поняв в чем дело, она разбудила Томуру. Кажется, более неловких ситуаций просто быть не может. От этого на миг Изуку забыл как говорить, нервно глотая горькую слюну, что не прекращала собираться во рту. — Иди спать, я сам с ним поговорю, — обращаясь к девушке раздражённо отчеканил Томура, не отрывая взгляда от раны на руке Изуку. Блондинка на секунду засомневалась, но послушно кивнула и пошла в комнату, так и не решаясь и слова сказать. Неловкая тишина заполонила всё пространство. В начале лидер просто смотрел, изучал каждую эмоцию, будто бы пытался прочесть его. Но в конце концов медленно подошёл к Мидории. Тот дернулся и зажмурил глаза, сам не понимая чего испугался. — Иди сядь на диван, я сейчас подойду, — голос был спокойным, безэмоциональным. Вся злость вмиг исчезла. Возможно этим он пытался скрыть свои настоящие эмоции. Но Изуку от этого становилось легче. Ему все ещё было не по себе, но ровный тихий голос позволял успокоиться и поверить что всё хорошо. Он сел на диван, держась за слегка пульсирующую руку и думал о том, что он должен сказать. Как назло не было ни одной здравой мысли, так что единственное что ему оставалось это молчать. Обжигающий стыд не позволял ничего говорить, а изумрудным зрачкам подняться даже когда Шигараки подошёл к парню и молча начал обрабатывать рану. Было видно, что он много чего хотел сказать, но всё равно не нарушал тишину, давая Изуку возможность как следует порассуждать над своими действиями. Своего рода он ругал его, ведь молчание - худшее наказание. Когда на тебя кто-то кричит, он криком объясняет из-за чего злиться, что именно ты сделал не так. Но когда вокруг лишь тишина, приходится думать самому. Ведь ты не знаешь чем задел или обидел, что именно тебе надо исправить, чтобы тебя простили. Жестоко, но действенно. После этого Шигараки сложил все вещи для для оказания первой помощи в белую коробочку и отнес обратно на кухню. Возвращаясь, снял с вешалки лёгкую куртку и бросил ее Мидории. — одевайся. Пройдемся.

***

На улице ночью было прохладно, хотя это нормально, уже скоро начало ноября. Кажется, где-то через неделю будет Хэллоуин. Зеленоволосый никогда его не праздновал нормально, интересно, что будет в этот раз. Зная Тогу - она сделает всё в лучшем виде, пытаясь подстраиваться под всех. В этом вся она... Густые тяжёлые облака, что закрыли собою звёзды и луну, влажный воздух, лёгкий туман, лужи и мокрый от недавнего дождя асфальт. Все это было неимоверно прекрасно и грустно. Томура очень чувствительный к таким вещам, также как и Изуку. Настроение таких людей часто зависит от погоды. Иногда даже может показаться, что это не погода управляет их настроением, а наоборот. Глупости... Парни молча не спеша куда-то идут, минуя деревья, магазины, изредка проезжающие мимо машины, что разносят запах влажной пыли по всему миру. В конце выходят на холм. Лидер садится и жестом просит Мидорию сесть рядом, тот послушно выполняет просьбу. Они сидят так несколько минут, смотря на город. Вид отсюда был очень красивым. Яркие жёлтые огоньки - город светится так ярко, будто горит. А посмотришь на тучи, что отбивают этот свет и даже не скажешь, что сейчас середина ночи. Может и не день, но вечер точно. Изуку было стыдно, он не понимал что на него тогда нашло. Задумываясь об этом становится только хуже, ведь он опять подводит важных ему людей. Им опять приходится переживать о нём, они опять помогают ему за "просто так". Уже хотя бы это он должен был решать сам, но ему вновь и вновь пытаются помочь. Жалкий... Молчание давит, будто пятнадцатитонный груз, грозясь силой выдавить из парня всё на свете, включая его маленький и глупый мозг. Изуку не выдерживает наконец-то - прерывает тишину, дабы больше не страдать от неё. — Прости... — его голос до неузнаваемости ровный. Никакой дрожи. Это удивляет даже зеленоволосого. В нем больше нет ни капли испуга, только чувство вины. — Это всё, что ты можешь сказать на этот счёт? — кажется Томуру не сильно удивило это. А ведь он прав. У Изуку было достаточно времени, чтобы подумать как следует или хотя бы придумать более достойное оправдание. — Я не хотел этого делать, — он опустил взгляд и прищурил глаза. — Но ведь сделал, — спокойно ответил Томура, не отрывая взгляда от города. Будто бы вообще не слушает Мидорию, хотя это не так. Он только и ждал, пока тот что-то скажет. Он дал ему время подумать и собраться с мыслями. Если тот заговорил, значит осознал что сделал очередную глупость. Понял свою ошибку. Но на этот раз у младшего не было ответа. Он не знал что сказать, чтобы задобрить Томуру. Кажется сейчас он впервые задумался о возможности вернуться назад во времени. Возможно ли это? Хотя, даже если так, с его то удачей Изуку будет последним кто узнает о такой возможности. — Ты злишься? — ... Да, злюсь, — на самом деле нет, он не злился, он пытался понять. О чем зеленоглазый думает/думал. Чего он пытался добиться этими действиями. Ему было важно знать это, чтобы правильно помочь решить проблему. Они так всегда делали. Например, когда Тойя после очередного прочитанного письма от брата закрывался в себе. Однажды Химико пыталась его отвлечь от этого, за что тот беспощадно сломал ей кисть руки. Шигараки тогда также поступил. Только в тот раз он предложил сходить в бар, пусть и ненавидел это проклятое место. Хватило одной рюмки, после чего брюнет сознался в том, что его так сильно беспокоило. Такие ситуации были у каждого. Даже у белого и пушистого Джина. Кажется тогда он исчез на несколько дней. А когда лидер его нашел, тот безудержно повторял одну фразу: "я не виноват". Все люди разные. Но у каждого из них есть черти в голове. И этим чертям хватает лишь шепнуть, напомнить о себе, чтобы пошатнуть человеческую психику. Только Шигараки отличается. Никто никогда не видел его действительно раздраженным, грустным или напуганным. Были моменты, когда он закрывался в своих мыслях, но потом как ни в чём не бывало возвращался к обычной жизни. Он всегда решал свои проблемы самостоятельно. Его этому научили. «Имей лучшего друга, но доверяй только себе. Поддерживай семью, но свои проблемы оставляй для себя. Ведь никто кроме тебя не поймет твоих настоящих чувств, а ты не будь слишком мягким, чтобы они не смогли прочесть твои мысли» Он живёт этим правилом уже много лет. Он знает только собственный мир, в котором есть только его мысли и доводы. Поэтому ради себя же он учит поведение других людей, чтобы уметь смотреть на ситуацию с разных сторон. В этом его мастерство. Именно поэтому он всегда лучше знает что сказать, когда кому-то рядом отвратительно плохо... — Прости, — ещё раз повторил Изуку столь бесячую фразу. — ... — Я не знаю как ответить, чтобы ты не злился... — сознался Мидория. Бледноволосый посмотрел на него с лёгким удивлением, но просто закатил глаза и лег на спину. — Отвечай как есть.

***

— Я отвратительный человек... Всё время только и думаю о себе. Из-за этого я оставил маму одну. И именно из-за этого её убили. Мне так хочется всё исправить, но это невозможно. И теперь мой друг тоже в опасности... Я не знаю что делать. После всего того, что случилось мне слишком стыдно попадаться ему на глаза. Он был тогда единственным человеком, что решил со мной подружиться, а я просто бросил его. Как и их всех... Каждое слово пропитано горькой болью. Она лилась будто река и, кажется, Томура чувствовал, как её лёгкие волны едва касались чего-то, что давным давно заледенело в его душе, будто бы пытаясь растопить. Парень не останавливался, говорил всё, что приходило на ум. Всё что он чувствует и всё, о чем он думает. Мимолётно он даже упомянул в своем "раскаивании" Сааву и, почему-то, бледноволосого это заинтересовало. Он хотел было переспросить, но как только тот сказал имя этой чертовой собаки Изуку замолк. Его руки начали слегка дрожать. Он замер и, кажется, прекратил дышать. Будто бы что-то увидел, услышал. Почуял нутром. Томура присмотрелся, пытаясь понять что именно напугало зеленоволосого. И пусть он так ничего и не увидел, инстинкты тревожно кричали о том, что они не одни. Парни сидели на холме, спустившись с которого можно было выйти на дорогу, а поднявшись на самый край - увидеть лишь густые непроходимые чащи. Спрятаться было негде. Лидер принял немедленное решение как можно скорее уходить. Даже словом не обмолвился, взяв Изуку за руку, поведя его вниз по склону к едва освещенной дороге. Ему это не нравилось. Но младший не возражал. Они всё правильно сделали. Только ступив на асфальт дороги, со стороны холма с вершины послышался дикий, искаженный, ужасающий вой. Мидория знает его. Это расплата. Он должен был молчать... Да, он не нарушил обещание, не сказал его прямым текстом, даже не думал о том, чтобы рассказывать об этом. Он оговорился всего одним словом... Но ведь каждая оплошность имеет своё наказание. — Давай быстрее, — Шигараки не раз был в шаге от смерти, у него та ещё работка. Поэтому для него не проблема сохранять в такие моменты хладнокровие. Он перешёл дорогу и стал чуть в стороне от и так тусклого фонаря, чтобы четко видеть противника - изуродованное чудовище, из которого вечно вытекает какая-то гадость. Изуку же он завел за свою спину, — держись за меня и не отходи. Тем временем уродливая тварь медленно но в темпе подбиралась ближе. Принюхивалась, пытаясь понять что это за человек и остановилась. Красноглазый жизнью клянётся, что в тот момент пёс улыбался, скаля зубы. Ободранный хвост вильнул из стороны в сторону, а уши опустились давая понять... Одна секунда. Но почему-то тварь что-то отвлекло. Нет, она прислушалась. Изуку. Он, схватившись обеими руками за лидера, беспрерывно бормотал. Бесконечное "прости", "бесполезно" и "некуда бежать" - всё что он говорил. Собака, кажется прищурила глаза. Что-то её заинтересовало в этом потоке речи. Она стала медленно, опуская морду как можно ниже, подходить к парням. Шигараки же себя то и дело что проклинал. Почему именно в такие ситуации он оставляет огнестрел дома?! Аккуратно, чтобы не спровоцировать животное, он отходил, одной рукой придерживая Изуку. Странная ситуация. Странная даже для Томуры. Всего спустя несколько секунд Сааву остановился, послушно сел всматриваясь в действия парней. Потому что в этот момент Мидория пришел в себя. В страхе он прижался к спине старшего и обнял его руками, не желая отпускать. Как маленький ребенок, что испугался дворовой собачки и спрятался за маминой спиной. Да, возможно Томура и смог бы что-то сделать, изображая бесстрашного родителя. Но не сейчас. У него нету оружия. У него нету ничего. Вокруг штиль да гладь, ни одного человека. А ещё Изуку, которому явно грозит опасность. Ведь тварь пришла именно за ним, судя по всему. Как он и говорил... Вернулся. Главное не делать резких движений, не злить животное. Иначе будет худо. Бледноволосый много убивал. У него было большое количество разных заданий, но с этим он сталкивается впервые. И как бы это в его случае глупо не звучало - помощи ждать неоткуда. Хотя это лишнее. Увидев, как младший в ужасе прижался к Томуре, Сааву что-то фыркнул и убежал. От облегчения старшего даже пробрал нервный смешок. Он развернулся к Мидории и заключил в ещё более крепкие объятия. Нет, он не испугался, он сталкивался и с ситуациями похуже. Но почему-то именно рядом с этим псом аура вокруг меняется. Напряжение растёт намного быстрее, а в голове почему-то только одно: "защитить". Ему придется это обдумать, порассуждать над тем, что на самом деле в нём изменилось. Но не сейчас. Сейчас он просто стоит, успокаивая вновь рыдающего друга, который чуть было не сошел с ума пару минут назад. — Всё, успокойся. Он ушел и больше не вернётся, слышишь меня, Изуку? — не то, чтобы лидер умел успокаивать, но этих обычных слов почему-то всегда хватало. Его спокойный голос с лёгкой хрипотцой придавал некой уверенности. Если быть честным, Изуку становилось спокойнее от одного упоминания Томурой его имени. Возможно это не нормально, но сейчас почему-то плевать. Не важно. Всё позади. Всё правда позади... Едва успокоив обрывающиеся вздохи, парень прислушался. Помимо ласковых успокаивающих слов, которые время от времени долетали до его ушей он услышал ещё кое-что... «почему» «его сердце... так сильно бьётся»