В Цзянху нет справедливости, он не прощает ошибок

Чжоу Цзышу сидел с фотоаппаратом наперевес поздно ночью возле бара, где находилась очередная жертва ревности, сулящая ему неплохой доход. Скрывшись за ограждениями и очередными мусорными баками от возможных прохожих, — серьезно, кто около них там будет искать слежку? — он издали следил за ним уже два часа. А тот только и делал, что сидел там безвылазно после работы с лэптопом наперевес и заказывал себе выпивку. И к нему никто не подходил кроме барменши. «Какая скукота, на что я трачу свою жизнь», — Цзышу вытащил из внутреннего кармана флягу. Отвинтил крышку, отпил немного. И принялся следить дальше. В увеличении камеры он увидел, что к мужчине подсели две молодые девушки, и нажал пару раз на кнопку, чтобы запечатлеть этот момент. «Хоть что-то интересное, наконец-то!» — видимо подозрения клиентки оправданы. « Сидит, мало того что зарёкся пить перед своей строптивой дамой, так и шашни крутит с кем попало. Какое неуважение!» — от омерзения Цзышу скривился и снова прильнул к фляге. Ему не было дела до чужих чувств, просто ему платили именно за такие вещи. Хотелось бы фотографировать что-то красивое. Пока он следил за этим доходягой — успел поэкспериментировать с крупностью плана съёмки, с ракурсами. Почти полноценная фотосессия получилась! В журнал такое не отправишь, конечно, но... Мечты-мечты. Вдруг он ощутил вибрацию. Звонок. Кто мог звонить в час ночи? Не выпуская фляги из рук, Цзышу нажал кнопку беспроводного наушника. — А-Сюй! — радостно раздалось в ушах. — Лао Вэнь, я сейчас занят, — напрягся Цзышу. Он успел щёлкнуть свою цель пару раз на камеру, одна из дам как раз слишком близко склонилась к нему в провокационной позе. Этого должно быть более чем достаточно, но стоило понаблюдать ещё. — Чем можно заниматься в такое время? Я думал ты спокойно сидишь дома, нежишься в кровати… — голос Вэнь Кэсина наполнился игривостью. Снова флиртовал, как обычно. Ничего нового. Цзышу медлил с ответом, потому что увидел вдруг смутно знакомое лицо, что подошло к его цели и передало какие-то бумаги. — Слежу за парой людей, — немного невпопад пробормотал Чжоу Цзышу. Увеличив фокусировку аппарата до максимума, он попытался сфотографировать бумаги, чтобы потом хоть немного разобрать, что там написано. Текст смазанный, но возможно потом можно будет разглядеть через компьютер. «Это же приемный сын Чжао Цзина!» — ошарашенно понял Цзышу, когда знакомый парень попал под нормальное освещение в поле обзора, отстраняясь от стола его сегодняшней цели. — А-Сюй, ты меня совсем не слушаешь, — сокрушался тем временем Вэнь Кэсин. — Лао Вэнь, тебе знакомо имя Лю Цинцяо? — быстро спросил его Цзышу. — А… Актриса второго плана у меня. А что такое? — Она сделала у меня заказ, — с нажимом на последнее слово ответил он. Цзышу быстро собрал вещи, пока его не заметили, спрятал фотоаппарат под объемное пальто, нацепил защитную маску на лицо и, стараясь петлять, побрел в сторону дома, до которого идти не менее 3-х часов. Занесло его с этой подработкой на восточный конец города. Камеры здесь всё равно были, а маскировка оставляла желать лучшего. «Надо добраться незамеченным» — А-Сюй? Все хорошо? — Забери меня отсюда. Скину локацию защищенным способом. Тебе минут 20 до меня ехать. — Ладно, — голос его собеседника сразу же стал предельно серьезным, — жду. Цзышу отключился от звонка, переводя дыхание, и прислал Кэсину месторасположение. Его трясло от осознания, что сын Чжао Цзина там присутствовал. Какие у него дела с ухажером актрисы из «Долины»? Сын шефа Чжао вполне мог быть Скорпионом. Малец, которого он не единожды видел в участке. Он сначала не поверил, когда его увидел сегодня, но потом, сопоставив факты… Лю Цинцяо, про которую он слышал, когда Кэсин забыл повесить трубку, и которая совершила заказ. Его сегодняшняя цель — Юй Цюфэн, изменяющий деве Лю и водящий знакомство с Се Ваном, сыном шефа Чжао. На первый взгляд связи никакой, но если копнуть глубже, то какие взаимоотношения у последних двоих? И общались они, судя по увиденному им, вполне дружелюбно. Почти по-товарищески. Если не больше. Голова снова раскалывалась от напряжения; Цзышу взял таблетки из кармана и закинул их в рот, запивая алкоголем из фляги тошнотворный привкус. Нехорошо так поступать, но ничего другого под рукой у него нет. «Надо узнать, что там в бумагах написано», — размышлял Цзышу. Потому что шеф Чжао слишком дорожил своей репутацией, а про дела Се Вана никогда особо не рассказывал. «Может он и не в курсе», — мелькнула наивная мысль. Улицу огласил звук мотора, а у Цзышу уже медленно всё плыло перед глазами. В подворотню заехал мотоцикл без опознавательных каких-то элементов и с черной полосой вместо номерного знака. Начался дождь, и от него видимость становилась ещё хуже, чем была. Цзышу потёр глаза, видя приближающийся силуэт в шлеме и экипировке, что протянул ему руку. Знакомую, теплую, большую, в перчатках беспальцовках. Он схватился за неё как утопающий. — Ко мне? — тихо спросил Вэнь Кэсин. Цзышу хватило на выдох и отрицательное мотание головой. — К сожалению, нет. Кэсин заботливо надел запасной шлем ему на голову и усадил впереди себя, сам пристроился за спиной. Его руки легли на руль мотоцикла, пальцы Цзышу обхватили их. — Мне плохо, — сообщил тот перед стартом. — Я буду осторожен, — пообещали ему, развернув мотоцикл и вдавив педаль газа вниз. — Помни о камерах, — слабо напомнил господин Чжоу. И Кэсин более чем осторожно ехал, стараясь смешаться с другим потоком машин и мотоциклистов на дороге. В это время суток Цзянху становится живым муравейником, несмотря на то, что уже довольно поздно. Ночная жизнь здесь ещё более бурная, чем дневная. Они петляли, гася фары — заехали в какой-то старый обшарпанный темный двор. Остановились. — Минуту подожди, — Кэсин убрал матовую наклейку с номеров и отодрал несколько однотонных с мотоциклом наклеек, комкая их после. — А здесь…? — Слепая зона, одна из немногих. Сюда опасаются соваться. Цзышу сполз с железного коня, а Кэсин подвёл его под руку к зданию, вынул ключи и открыл вход на крытую стоянку. Мотоцикл остался там вместе со шлемами. Они прошли ко входу. — Черный ход, один из нескольких, — терпеливо пояснил демон Вэнь на недоуменный и немного замутненный взгляд, — пройдем пару пролетов и уедем на служебной машине. — Хорошо. Подъём по темной лестнице: Цзышу держался за Кэсина, который очень хорошо ориентировался здесь. Раз пролет, два, поворот, выход в коридор со светодиодной красной подсветкой по кромке плинтусов. Снова дверь, спуск на другую, более облагороженную парковку. — Когда придёшь на мероприятие, иди по этому пути, а Вэйнин пусть с главного входа зайдет. В ответ на это Цзышу только кивнул. Они дошли до машины и ему открыли дверь. Он с блаженством опустился на мягкое сиденье. Снова мельтешение огней, на этот раз за окном. Смотреть на это не было сил. После поездки на мотоцикле сильно знобило и колотило. — А-Сюй, ты вообще как? — обеспокоенно спросил Кэсин. — Нормально. Просто давай быстрее, — его всё ещё штормило. Сказано — сделано. Кэсин выжал по полной педаль газа в пол и мчал вперёд, не отвлекаясь больше на разговоры. Доехали за полчаса, потому как сейчас смысла петлять и прятаться уже не было. Когда пришло время выходить из машины, Цзышу не смог вылезти самостоятельно, и Кэсину пришлось помогать. — Боги, А-Сюй, да что ж это такое? — вопрос был скорее риторический, потому что весь вид господина Чжоу кричал о его невозможности адекватно ответить. Пошарив по чужим карманам, господин Вэнь нашёл флягу, таблетки, что ему давал сам, и только в последнюю очередь — ключи. Сложив в уме первые две находки он уже понял, что являлось причиной состояния Цзышу. — Лао Вэнь? — безмятежно улыбнулся тот ему. — Иди ко мне, — не особо рассчитывая, Кэсин протянул ему ладонь. Только насмотревшись на пальцы и поигравшись с ними, Цзышу наконец крепко ухватился за них, и Кэсин потянул его на себя, перехватывая быстро, обнимая. Стоя в том же положении — пинком закрыл двери машины и свободной рукой нажал кнопку брелока. Нести свою драгоценную ношу пришлось в буквальном смысле на себе. Вэнь Кэсин радовался тому, что нужная квартира располагалась всего лишь на шестом этаже: господин Чжоу совсем не пушинка. Поворот ключа, ожидание, пока Цзышу закончит играть с его волосами — дверь захлопнулась. Наконец они добрались. В доме очень темно. Кэсин шёл вперёд и придерживал Цзышу, но споткнулся о неряшливо брошенную позади обувь. Всё ещё держащееся за него чужое тело по инерции пошло за ним, налетело на него с размаху, а сам господин Вэнь упал прямо на пол спиной. — Ай-яй! — вырвался вскрик. Цзышу, лёжа на нем, пытался встать и не мог, при этом глупо хихикая. — Господин Чжоу? — тихий голос Чэнлина врезался в сознание. Включился ночник около дивана. Естественно, в свете лампы было видно, что они лежали друг на друге. — Вы бы это…Хотя бы не в коридоре этим занимались, — смущённо добавил мальчик, — комната господина Чжоу слева, если что. Кэсин хотел было возмутиться, но потом решил, что это ни к чему. А великий строгий господин Чжоу, что так печется о своей репутации, наконец перекатился с него и засмеялся: — Это было весело, Лао Вэнь! — Чэнлин, принеси воды в его комнату и оставь её открытой, пожалуйста, — устало сказал Кэсин, — мне ещё этого алкоголика в комнату нести, — ответил он сразу на недоуменное выражение лица парня. «Ладно, — Вэнь Кэсин медленно встал, — я не надорвусь, если просто понесу его на руках до комнаты. Здесь это хотя бы реально сделать, в отличие от лестницы. Остаётся надеяться, что А-Сюй не будет сильно сокрушаться по этому поводу». В комнате царил бардак, но творческий. Надо отдать должное Цзышу, тот прибрался недавно. Он бы обрадовался своей находчивости, не будь его организм в диссонансе от алкоголя и болеутоляющего. Уложив его на кровать, Кэсин подал Цзышу воды и в приказном тоне сказал: — Пей. Тот, на удивление, послушался и неаккуратно жадно пил, а после вытер воротом пальто губы и подбородок. Потом уставился на него, словно ожидая дальнейших указаний. Кэсин же огляделся по сторонам, заметил шкаф и предположил, что именно там должны быть спальные принадлежности. Но их там не оказалось. — Где твоя пижама? — Я сплю в майке и шортах. — Сойдёт. Порывшись и отыскав необходимое, он отдал вещи Цзышу и попросил: — Переоденься, — а сам отвернулся. Не будь Цзышу в таком состоянии, Вэнь Кэсин определенно посмотрел бы на это представление, причём с большим удовольствием. Но сейчас подобное казалось неправильным. Долгие звуки шороха, скидывания одежд, громыхание фотоаппаратуры, чертыхания, стон разочарования... — Лао Вэнь… Тот промолчал, всё ещё стоя к нему спиной и закрывая на всякий пожарный глаза. — Лао Вэнь, помоги с майкой. Только не смотри, — прозвучало как-то застенчиво. — Как я, по-твоему, должен это сделать? — устало вздохнул тот. — Просто иди на мой голос. Кэсин решил подчиниться: была ни была. Ему начали указывать: «Прямо, ещё, вытяни руку, вот так и…». — Оп! Поймал! — его потянули на себя. Кэсин который раз за день упал, но сейчас хотя бы на мягкое тело. — Открывай глаза, Лао Вэнь, я одет. Что ж, он действительно переоделся. — А-Сюй! Зачем обманывать было? — Ты был таким задумчивым и серьёзным. Тебе больше идёт улыбка, чем эта расстроенная физиономия. Тот выпутался из цепких пальцев и снова поднялся. — Где мне ночевать? — Ты видишь в этой комнате другие поверхности для сна? — невинно и без задних мыслей посмотрел на него Цзышу, похлопав ладонью по матрасу. Горько вздохнув, Кэсин снял с себя верхние одеяния, повозился с пуговицами на рукавах рубашки, застёжкой штанов. — Что? — он заметил внимательный взгляд, — нравится то, что ты видишь? — вопрос был с намёком на игривость. — Очень, — ответили ему, продолжая смотреть. Кровать прогнулась под весом Кэсина, и ему сразу же отдали половину одеяла. Несмотря на смущение, ярко выделявшееся на щеках, он старался вести себя немного отчуждённо. Но получалось с трудом, особенно когда его обвили холодные ноги и тело невольно прошибло дрожью от ледяного прикосновения. — А-Сюй? — Ммм? — Кого ты увидел, когда следил? Вся мечтательность стёрлась с лица Цзышу, когда он рассказывал о Се Ване и своих подозрениях. — Значит, Се Ван… Завтра тогда посмотрим, что там могло быть на бумагах. — Если получится. Фокусировка была хорошая, но… Под его голос Вэнь Кэсин начал даже дремать, когда почувствовал чужое дыхание на своих губах. Он резко распахнул глаза и увидел Цзышу, нависающего над ним и лукаво глядящего. Шепот и выдох в лицо «Лао Вэнь», и тот невесомо прижался к его губам своими. Вэнь Кэсину определенно не нравилось, что уже второй раз подряд первым инициативу успел проявить не он. Поэтому когда Цзышу отстранился, он приподнялся, схватил его за подбородок и снова притянул к себе, втягивая в страстный поцелуй. Ему простонали прямо в рот, будоража этим, и он слегка прикусил наглые губы, пытавшиеся доминировать. Чувствуя, как Цзышу поддается его напору, Кэсин обхватил его за плечи, опрокинул на соседнюю сторону кровати, уселся сверху, теперь нависая над ним. — А-Сюй захотел поиграть? — спросил он с интересом. Чжоу Цзышу явно хотел что-то ответить, но следующие слова заставили его захлопнуть раскрывшийся рот: — Я не железный, знаешь ли. И предпочел бы оказаться в твоей постели совсем иначе. Но… — он провел ладонью по его щеке, спускаясь к шее, — ты слишком притягателен. Цзышу протянул к нему руки, но их сразу прижали к кровати. — Будь тихим. — Что? — единственное слово, которое он сумел выговорить. Кэсин склонился, снова касаясь губами, и его партнёр невольно прикрыл глаза. Вэнь Кэсин почти сразу раздвинул своим языком чужие губы, проникая в рот, лаская нёбо, выпивая дыхание, а ему могли лишь поддаваться, что вызывало бурлящий огонь по венам, кружило голову. Он отпустил одну руку Цзышу, чтобы пройтись ладонью по его телу: задрать мешающую майку, погладить развитые грудные мышцы, задевая соски, спускаясь ниже и ниже. Когда пальцы задели кромку спальных шорт, Цзышу издал нечто вроде хныканья, дёргая бедрами вверх, упираясь своим уже вставшим членом аккурат между чужих ягодиц. — Не так быстро, А-Сюй, — хрипло пожурили его, открываясь от горячего рта. «О нет, — думал Кэсин — ещё только начало». В эту игру можно играть бесконечно долго, и он как минимум украдёт ещё пару поцелуев. Сладкое всегда надо оставлять на десерт. Дыхание опалило чувствительное ухо, а юркий язык оставил влажный след на его кромке. Обжигающие поцелуи спускались ниже, а стоны нарастали по громкости, не желая оставаться в горле Цзышу: ему сейчас было крайне сложно сдерживаться. — Тише, — оторвался от своего занятия Кэсин и рукой крепко накрыл рот Цзышу, — не забывай, мы не одни. Ему кивнули, и, удовлетворённо вздохнув, Кэсин продолжил. Он сделал возвратно поступательное движение, двигаясь на чужих бедрах, и от этого у него самого невольно закатились глаза. Да, они всё ещё были в одежде, но это вовсе не мешало получать удовольствие. Одобрительное мычание Цзышу под ним подсказывало, что его действия вызывали нужный эффект. Поэтому он повторил ещё пару раз на пробу. «А если по-другому?» Вэнь Кэсин с нежностью смотрел на распластавшегося под ним человека, сдвинулся пониже, отпуская рот Цзышу из плена, и припал губами к дорожке волос, уходящей вниз от живота. Пальцами сжимал бока, а губы и язык в своих ласках дошли до линии, где начинаются шорты. — Лао Вэнь… Лао Вэнь… — уже умоляюще шептал хрипло Цзышу, — пожалуйста, Лао Вэнь. Рука Вэнь Кэсина сжалась на чужом члене через ткань шорт, сделала пару круговых размеренных движений и Цзышу изогнулся на кровати с уже сиплым шепотом «Лао Вэнь». Чужое белье стало мокрым, липким. Кэсин дышал также загнанно и тяжело, как и кончивший Цзышу. — Спи, А-Сюй, — слез он с него и лег рядом, приобнимая сбоку. — Лао Вэнь…а ты? Тот приподнялся устало и нежно коснулся поцелуем подбородка, а после — покрасневших от ласк губ. — В следующий раз я бы хотел оказаться в кровати с тобой иначе. Чтобы ты.. чтобы мы оба были трезвыми и полностью отдавали отчёт своим действиям. В следующий раз, А-Сюй, если захочешь, давай сделаем всё правильно, — Вэнь Кэсин сомневался, что Цзышу в принципе вспомнит о творимом на его кровати. Но сказать подобное считал своим долгом. В конце концов, для него Чжоу Цзышу был не просто увлечением. А вот считал ли сам Цзышу так же... У него не было ни малейшей догадки. Что произойдет, когда А-Сюй найдет документы и Сюэ Фана? Останется ли с ним или забудет о нём, как о любом другом своём заказчике? Кэсин старался отогнать такие мысли, задушить их в зародыше. Одна поговорка гласит, что если люди встретились более одного раза, то это судьба, и они навсегда будут связаны невидимой красной нитью, что может спутаться, но никогда не порвётся. Демону Вэню очень хотелось, чтобы поговорка была правдивой. Цзышу нисколько не удивился, когда проснулся в кровати и обнаружил себя, лежащего на Лао Вэне. О, он прекрасно всё помнил: каждую деталь, каждый свой стон с именем Вэнь Кэсина, умелую руку, сжимавшую его рот и член, горячие пьянящие поцелуи и свой быстрый финал. «Кстати о нём, — поморщился он — надо переодеться». В квартире уже не было Чэнлина и Вэйнина, на работу надо идти к последней паре, поэтому он совершенно спокойно пошёл из своей комнаты в ванну в чём был. Пока Цзышу приводил себя в порядок, его голову не покидали мысли о том, как теперь общаться с Вэнь Кэсином. Это уже второй раз, когда он сам к нему полез. Факт оставался фактом: даже в одурманенном состоянии его невыносимо тянуло к демону Вэню. Тому самому, который, несмотря на выданный карт-бланш, ничего толком с ним не сделал. Хотя мог и хотел. И вчера Цзышу даже бы не сопротивлялся. Зато сейчас… Сейчас наверно тоже, но ему, незнамо от чего, было неловко это признавать. Он так мало о нём знал, с одной стороны. С другой — побольше, чем кто-либо ещё другой в городе, не считая разве что Гу Сян. Эти противоречия раздирали его душу на куски. Он сам не знал, чего хотел от этих взаимоотношений. И нужны ли они ему. Вернувшись в комнату, он забрал фотоаппарат и взялся смотреть полученные за ночь снимки, их сортировку: что отправить заказчице, а что оставить для дела Кэсина. Один за одним просмотрев файлы — выбрал те, что с фотографиями Се Вана и бумагами. Открыв редактор изображений и увеличив резкость — приблизил. — Без сигарет с этим я не справлюсь, — прошептал он себе под нос. Всё необходимое находилось в столе. Первый его отдел — важные бумаги по работе и подработкам, второй — пули, старые и новые, с насечками и без. Почему-то кладбище зажигалок постоянно кочевало из одного ящика в другой. Чирканье зажигалки, втягивание в себя воздуха — пошёл серебристый дым. Зайдясь кашлем, Цзышу прижал ладонь ко рту, стараясь подавить свою реакцию, чтобы не разбудить неподалеку спящего на кровати Кэсина. Пара манипуляций — и он увидел текст, еле читаемый, но хоть какой-то: «Новая территория, 6 этаж, висельник, июль, пурпур». «Бред какой-то», — в задумчивости глядел он на слова, что смог прочитать. И всё равно выписал их в свой блокнот для дел. Кто знает, может Кэсин подскажет что-нибудь, когда проснется? Отправив по электронной почте фотографии Лю Цинцяо, Цзышу получил через пару минут оповещение на телефон о зачислении банком средств на счёт. — А-Сюй? — сонно позвал его проснувшийся Вэнь Кэсин. Цзышу оглянулся: тот сидел весь растрёпанный, с кругами под глазами от долгой ночи и малого сна. И, естественно, полуголый. — Я тут. Потерев лицо руками, тот потянулся, зевая. Потом заспанно глянул на занятого Цзышу, встрепенулся и тут же спросил: — Ты что-нибудь нашёл? — Подойди и увидишь. Кэсин выбрался из-под одеяла, как вдруг схватился за низ поясницы и тихо прошипел от прострелившего его болезненного ощущения. «Вчера же ничего не было. Я же точно помню», — взволнованно подумал Цзышу. — Черт, А-Сюй, больше никогда не роняй меня на свой пол! С облегчением, Цзышу выдохнул. Он даже немного запамятовал, что свалился ночью на Кэсина. Решив помочь немного облегчить страдания господина Вэня, пусть моментами и наигранные, Чжоу Цзышу освободил стул и, обняв Кэсина за пояс, повёл к своему месту за столом. — Смотри, — указал он на экран с отредактированным фото, — я смог разобрать немного. Какая-то несуразица получается. Тот, внимательно всмотревшись, пощёлкал мышкой, увеличивая изображение. — У Сюэ Фана было прозвище «висельник», — на недоуменный взгляд Кэсин сразу же объяснил: — Все шутили, что из-за долгов он однажды повесится. И станет Висельником из Долины Призраков, что было бы забавным названием для какого-нибудь фильма. — Своеобразный у вас там юмор, — по лицу Цзышу пробежала едва заметная усмешка. Вэнь Кэсин пожал плечами. — Чэнлину, по крайней мере нравится, — невпопад ответил он. — А что за «пурпур»? 6 этаж? — Не пурпур, а «пурпурная демоница». Прозвище А-Сян... Даже не спрашивай, почему её так называют! — сразу поднял руки беспомощно он на очередной смешок. — Демоны, демоницы, призраки висельников. Да вы как сектанты какие-то, — опять подначил его Цзышу, за что получил тычок в ребра. И всё равно согнулся пополам от разобравшего его смеха, опершись рукой на стол. — А вот по поводу этажа ничего не могу сказать, — продолжил Кэсин, тарабаня пальцами по столу, — зато мы теперь точно знаем, что Се Ван как-то связан со Скорпионами. — Скорее просто причастен. Тут Кэсин напомнил ему, что Се Ван связан и с полицией, и с ухажером Лю Цинцяо, работающей на него. — Кстати, кто он? — Понятия не имею. Они снова зашли в тупик. Да, знание того, кто мог быть причастен, полезно, но вот что планировалось злоумышленниками дальше — непонятно. Цзышу закурил сигарету, Кэсин, на его удивление, присоединился. — У тебя дома чай есть? Невозможно так, кха… — он кашлянул, немного покраснев лицом: дым попал не в то горло. — Зачем ты вообще со мной куришь, раз против этого, — проворчал Цзышу и прямо с сигаретой вышел за дверь комнаты, чтобы заварить чай. Уж на такое простое действо его способностей точно хватит. Главное не спалить чайник. — А-Сюй, добавь ложку сахара и немного ванильного молока! — прокричали ему из комнаты. — Господин Вэнь, выражайтесь яснее. «Ванильное молоко»? Это что-то на богатом, — фыркнул Цзышу и затушил сигарету. Потом с более мягкой интонацией спросил: — С обычным будешь? На утвердительное «да» он чуть улыбнулся. Лао Вэнь ещё и сладкоежка, оказывается. Неожиданно. Принеся напиток в комнату — отдал его великому и ужасному Вэню. Который, довольно зажмурившись, отпил манерно и задался вопросом: — Как будем действовать дальше? — Без изменений, — сказал Цзышу и уселся прямо на стол. Дурные привычки Вэнь Кэсина оказались заразительны. «Так же как и мои для него», — когда он зажёг сигарету, то Кэсин сразу перехватил её у него изо рта. Сделал затяжку, держа тлеющую сигарету между средним и безымянным пальцами. «Если я хочу, чтобы он не курил, придется бросить самому», — в противовес своим светлым мыслям, господин Чжоу вытащил вторую сигарету и поджёг ее. — Ещё на работу сегодня, — вспомнил он вслух. — Тебя подвезти? — господин Вэнь хитро глянул на него и выдохнул дым. Он облокотился локтем на стол, отчего напряглись неприкрытые мышцы руки и стала отчетливее видна ключичная впадина. «Словно специально выставляет себя напоказ, такой бесстыдник!», — Цзышу не мог не проследить заметные движения мышц, когда Кэсин вновь подносил сигарету к губам. — Не надо, — в непослушный и слипшийся вдруг от сухости рот он влил немного чая. Промочить горло помогло. — А-Сюй, дай мне ещё попить. Он только протянул чашку, как его руку перехватила другая. Такая же сильная как у него самого. Она же и сжимала его рот ночью, не давая постыдным звукам рваться наружу. — Там уже всё остыло, — Вэнь Кэсин, не отнимая своей руки от его, поднёс чашу к губам Цзышу. — Вот так. Подержи немного. Когда чаша опустела, то была убрана подальше на стол. Чай на самом деле все ещё был немного теплым. Так что до Цзышу не сразу дошло, зачем всё это делал Вэнь Кэсин. Просто чтобы опустошить чашку? И зачем держать чай во рту? Что за глупость. — А-Сюй, ты слишком высоко, наклонись, — его рванули за ткань майки на себя, вынуждая склониться. Кэсин со смешком прижался к нему ртом, раздвинул его губы своими. Буквально пил из его уст, ласкал языком, зарывался пальцами в волосы и мысленно радовался, что сумел первым смутить Цзышу, пока тот вцепился пальцами в стол, чтобы не упасть. — Лао Вэнь, я… — начал он, чуть отодвинувшись. Под его внимательным взглядом, что-то решив для себя, судя по мелькнувшему блеску в глазах, Цзышу обхватили за бедра, заставляя скользнуть со стола к себе на колени, за что пальцы Цзышу больно впились в голые плечи напротив. — Лао Вэнь! — возмутился этому тот, но его быстро припечатали ещё одним поцелуем. Возмущение потонуло в водовороте чувств, и Цзышу понемногу расслаблялся. Да, они ни о чём не поговорили. Но, по факту, он даже не знал как высказать всё наболевшее. В конце концов, у него не было серьёзных отношений как таковых, чтобы знать, как люди вообще оговаривают тонкости взаимодействия друг с другом как минимум в горизонтальном плане. Цзышу ничего не мог предложить Кэсину, потому как у того было всё, а у него — ничего, кроме себя самого. И как назвать всё происходящее между ними он не представлял. — А-Сюй? — прохрипел Кэсин, отстраняясь, — кто я для тебя? Вот оно. То, чего он боялся. Близкий человек? Определенно. Друг? В какой-то степени. Любимый? Это слишком слащавое заявление, которое он точно не готов делать, к тому же слишком рано. Цзышу поморщился, что не ускользнуло от внимания Вэнь Кэсина. — Тогда может хочешь узнать, кем считаю тебя я? — шёпотом спросил он другое. — Мне не важно, — в груди от этого заявления повеяло холодом и болью, сковало всё льдом неправильности, а пульс подскочил и забился где-то в горле тугим комом. Он сам не верил своей лжи. Ни сердцем, ни умом. Цзышу совсем не плевать, но давать так сразу определения, навешивать ярлыки — не его. Совсем. По правде, менять ничего не хотелось. Не важно, кто они друг другу, пока они вместе. Слезая с колен Кэсина, он собирался уже в университет на пары, не оборачиваясь. Господин Вэнь не подал виду, что его задели подобные слова, и начал переодеваться. Ему тоже надо было идти. Но он не отчаивался. Когда их уже разделяла запертая дверь квартиры, Цзышу услышал отраженное эхом от стен лестничной площадки: — Ты — моя родственная душа. Кэсин ушёл, а сердце Чжоу Цзышу зашлось в бешеном ритме. Эти слова отдавались теплом в груди, они звучали невероятно правильно, не вызывая никакого отторжения ни в мыслях, ни в ощущениях. В университете все его подопечные заметили, что он витал в облаках, попеременно забывая, о чём говорил до этого. Были те, кто посмеивался, но их быстро пихали локтями в бок их же однокурсники. В конце концов, преподаватели тоже люди. Чэнлин, который появился на курсах здесь, не смог дозваться Цзышу с первого раза. Подростку пришлось побежать за ним и схватить его за руку, когда тот спускался по лестнице после занятия. Увидев выражение лица Чжоу Цзышу и сопоставив ночной визит господина Вэня он решил, что прекрасно понял причину такого выпада из реальности. — Господин Чжоу, пойдёмте домой? Я уже закончил здесь свои дела, можем пойти вместе. — Домой? — словно пробуя слово на вкус спросил он, — было бы неплохо. Он не решался назвать домом то место, где сейчас жил. Но звучало действительно великолепно. Только для дома не хватало уюта, а у него он ассоциировался последнее время только с Вэнь Кэсином, с которым нормально всё обговорить так и не вышло. По его же, Цзышу, вине.