В Цзянху нет справедливости, он не прощает ошибок

Хозяйка сгоревшей квартиры долго причитала, когда прознала о пожаре. Но, на удивление, не имела к бывшим жильцам никаких претензий: всё же они платили вовремя, а если у них был форс-мажор — предупреждали об этом. Но это не помешало ей вывалить всё свое недовольство на господина Чжоу. Когда Цзышу завершил утомляющий с ней разговор, на кухне уже сидел Чэнлин и поглощал завтрак, тогда как Вэнь Кэсин, стоя, пил свой травяной чай и задумчиво глядел в стену. — Что-то случилось? — прикурил сигарету Цзышу и сел за стол. — Ничего, А-Сюй. Я просто задумался, — тот все ещё пребывал в прострации. Чэнлин заинтересованно глянул на них, чувствуя, как рушилось то напряжение, что было между его дядями последние дни. Они хотя бы стали без опаски разговаривать друг с другом. Прошла неделя с пожара, после которого они перебрались в новое жилье. Им втроём было непривычно находиться по столько часов вместе, и большую часть времени это не так сильно чувствовалось, но сейчас, в их общий официальный выходной — особенно. Цзышу без перерыва курил, пялясь в монитор то телефона, то компьютера, Вэнь Кэсин заламывал руки, не зная как к нему подступиться, и постоянно что-то готовил по поводу и без. Только Чэнлин чувствовал себя на своём месте, но иногда его напрягало, что его дяди так странно и неуверенно себя вели. — Так, всё, хватит, — Чэнлин отодвинул от себя тарелку. Господин Вэнь замер с очередной кружкой в руках, а господин Чжоу оторвал свой взгляд от экрана в знак того, что слушает. — Сходите на свидание, или устройте его тут. А я... Я пойду к Сян-цзе. Не могу видеть вас такими потерянными, — мальчик встал из-за стола и направился прочь из кухни. Кэсин поставил чашку с неприятным звяканьем, опёрся руками на стол, склонив голову. Вид у него был очень замученный. Цзышу задумчиво опустил окурок в пепельницу. — Мне кажется, он прав, — Цзышу выбрался из-за стола и начал медленно наступать в сторону Лао Вэня. Тот поднял голову, растерянно взглянув на него. — А-Сюй, что я делаю не так? Что... — не успел договорить свою фразу Вэнь Кэсин, как его застали врасплох жадным поцелуем. Большую часть времени в новом жилье они мало притрагивались друг к другу. Кэсину неимоверно, до зуда в конечностях, хотелось лишний раз обнять Цзышу или поцеловать, но, помня о появившейся нелюбви к прикосновениям последнего — только смотрел, ни на что не надеясь. Дожидаясь разрешения приблизиться. Что бывало крайне редко. И потому сейчас то, что творил с его ртом А-Сюй, ярким теплом отдавалось в груди, заставляя крохи надежды расцвести подобно пионам. Цзышу наступал, подавлял своим темпераментом так, что ноги подкашивались, но его сильные руки сразу же подхватили не сопротивляющегося Вэнь Кэсина. — Ты всё делаешь так. Прости, что не уделял тебе внимания. Я просто запутался. И в событиях, и в себе самом, — он продолжал обнимать Вэнь Кэсина, шепча слова уже куда-то в ухо, спрятавшись за его длинными волосами. — Новые места мне непривычны, и перемены даются непросто. Да и я никогда ни с кем не жил вот так. Как семья. Не считая детства, конечно. Вэнь Кэсин внимательно слушал каждое слово, прижимаясь и неосознанно поглаживая чужую спину. Ухо горело от проникновенного искреннего шёпота, а по телу растекалась волна всепоглощающей нежности. Он невольно зацепился взглядом за проем кухни, из которого явственно торчала макушка Чэнлина, что вызвало смешок. — Ты, кажется, собирался уходить? Не переживай, у меня всё же будет свидание благодаря тебе, маленький проказник! Цзышу обернулся и недовольно посмотрел в сторону двери, от которой тут же послышались удаляющиеся торопливые и намеренно громкие шаги. Вэнь Кэсин продолжал глупо улыбаться, когда к нему обратно повернулся Цзышу с предательскими красными пятнами на щеках. Он обхватил его за эти щеки, не отказав себе в удовольствии смутить того ещё больше. — Ты стесняешься? Признавайся! — и глянул лукаво со смешинками и озорством в глазах. У господина Чжоу дёрнулся нервно глаз. — Да иди ты! — отталкивающим движением рук, он попытался вырваться из этой хватки. Что, конечно же, было бесполезно, потому что у него нагло украли сначала один поцелуй, потом второй. — А-Сюй, — серьёзность тона заставила Цзышу всё же прекратить вырываться и прислушаться, — я тоже особо так ни с кем не жил, не считая А-Сян и тётю Ло. Но искренне верю, что у нас получится. Просто будь собой, не переступай через свои принципы. — Если я не буду этого делать, то мы быстро поссоримся и разойдемся, — фыркнул тот и словил укоризненный взгляд. Вэнь Кэсин погладил его по щеке, спустился ниже и цепко обхватил подбородок. — Значит, как глупые люди, будем учиться на собственных ошибках и находить друг к другу подход, — задумчиво проговорил тот. А после сощурился хитро, добавляя: — Если что, предпочитаю его искать в горизонтальном положении… — Вэнь Кэсин! — Цзышу хлопнул его больно по ладоням, и тот прижал их к себе, заявив о жестокости подобных действий и плохом обращении с собой. Господин Чжоу же вины за собой явно не испытывал, напротив — выглядел он безумно довольным, сложа руки на груди. —Ты визжишь как свинья, которую хотят заколоть на день благодарения, — с озорством сказал он, посмеиваясь. У Вэнь Кэсина дёрнулся уголок губ. — Это... был самый отвратительный комплимент моему голосу, который я только слышал. — Что поделать, единственный и несравненный мастер комплиментов в нашем доме — это ты, — Цзышу пожал плечами. Молчание затянулось. Вэнь Кэсин смотрел на него оценивающе, прокручивая эту фразу в голове несколько раз. Когда Цзышу глянул на него, то до самого него начало доходить. — Черт! — В «нашем доме»? — удивлённо повторили ему. — Не придирайся к словам, — Цзышу поспешил к выходу с кухни. — А-Сюююй, неееет, погодиии, — растягивая слова, за ним поспешил Вэнь Кэсин. Они столкнулись в коридоре, точнее — это господин Вэнь налетел на Чжоу Цзышу как ураган и впечатал в стену. Благо, последний успел вовремя подставить руки, чтобы носом не врезаться в скрытый обоями бетон. Его со спины обняли, крепко держа в захвате. Цзышу вздохнул — наверняка понял, что так просто от него теперь не отстанут. — А-Сюй… — Да, я назвал это место нашим домом, — раздражённо закатил глаза он, — доволен? Вэнь Кэсин был более чем доволен. Как сытый кот, он потёрся носом о чужую шею, которую не скрывали кудрявые волосы, собранные в хвост. Он вздохнул и поцеловал оголенный участок кожи, почувствовав, как Цзышу в его руках сладко вздрогнул. — Любое место будет домом, если там будешь ты. Цзышу со свистом втянул носом воздух и громко сглотнул, что только обрадовало Кэсина, который прижался к нему сильнее. — Роднее тебя, тёти Ло и А-Сян у меня никого нет, А-Сюй. Но у тёти своя жизнь, А-Сян уже повзрослела и не нуждается в моей опеке… — Вспоминай это почаще, — сквозь зубы выдавил из себя Чжоу Цзышу, сильнее зажмуривая глаза. В дверь начали тарабанить со всей силы, от чего они оба отпрыгнули друг от друга, испугавшись громкого звука. — Эй, задохлики, вы там вообще живы? Открывайте, есть разговор! — и снова сильные удары посыпались на несчастную дверь. Кэсин разочарованно застонал и поспешил открывать. Естественно, на его пороге мог оказаться только один человек, который так беспардонно вламывается в чужие квартиры, не удосужившись позвонить заранее и предупредить о своем приходе. — Зачем пожаловал, старая черепаха? — с порога набросился на него он, не скрывая своей злости. — На тебя полюбоваться, естественно. Ничто так не услаждает взор, как твой недовольный вид! — невозмутимый Е Байи спокойно перешагнул порог, не обращая внимания на гневный взгляд. — Цзышу, рад тебя видеть! Господин Чжоу приветливо кивнул, махнул рукой в сторону гостиной и сам двинулся туда. Вэнь Кэсин захлопнул с грохотом дверь, и последовал за ними. — Мы тут вообще-то оба находимся. — Тебя забыл спросить, — отмахнулся от него господин Е. — Несите выпивку, ребята, есть новости, и без алкоголя их не переварить, — осмотревшись, тот цокнул довольно языком, и развалился на новеньком диване, вытягивая ноги. Цзышу поставил рюмки на стол, Кэсин принёс вино и налил. — Так в чём такая срочность? — уместившись на кресле, закинув на подлокотник ноги, Вэнь Кэсин ждал ответа, поигрывая рюмкой в руке. — Цзышу, — Е Байи снова обратился к нему, отчего Кэсин недовольно скрипнул зубами. — И ты, бестолочь бледная, — добавил он, скалясь и забавляясь, — Вы знали, что у Сюэ Фана был брат? Вопрос застал Чжоу Цзышу врасплох, по лицу же Вэнь Кэсина нельзя было ничего понять. — Он что-то знает о его пропаже? — стоявший до этого господин Чжоу присел на пол, поближе к самому столу, и пригубил напиток. — Вряд ли он нам расскажет, ведь он мёртв, да, Мастер Вэнь? — Е Байи откровенно злорадствовал. Вэнь Кэсин поймал на себе внимательный взгляд и тут же отвёл глаза в сторону рюмки, сосредоточив своё внимание на ней. — А-Син? — Цзышу явно не собирался просто так сдаваться. Он молчал, молчали и остальные. Прошла минута, у Кэсина затекла рука, и он потёр запястье, решаясь. — Его было легче найти, чем его брата. Но он ничего не знал, — он глянул на присутствующих и увидел явное недоверие на их лицах. — Да не убивал я его! Спокойно сидит под замком, получает еду и питье три раза в день. — Тогда почему его труп нашли неподалеку от «Призрака» сегодня? — Байи подался вперёд, смочив губы вином. — Господин Е, Лао Вэнь большую часть времени был либо со мной, либо в студии. Это могут многие подтвердить, — рассудительно заметил Цзышу, расслабляясь. — Как будто нельзя всё было сделать через его подхалимов… — теперь господин Е отмахивался уже от Цзышу. Вэнь Кэсин задумался: он действительно в «Призраке» не был долгое время, как и в своем «логове». Но сказать в своё оправдание было нечего кроме того, что уже озвучил А-Сюй. — Ты ему рассказал? — вклинился в его размышления «старый пень». — Не пришлось, сам узнал, — без запинки выдал он. Череда происшествий и смертей, по мнению Кэсина, была слишком угнетающей. Жить, постоянно оглядываясь, изрядно утомляло. Хотя бы А-Сюй теперь знал его чуть лучше — и на том спасибо. А то, что не пришлось рассказывать самому о своих вторичных, после работы, делах — упрощало его существование. «Сколько ещё придется потерять, прежде чем всё станет нормальным? Когда всё закончится?» — господин Вэнь потёр висок и поставил рюмку на стол. Он толком и не притронулся к её содержимому. — Заморыш, давай отойдем, — господин Е, встав, махнул по направлению к кухне. Вэнь Кэсин собрался вслед за ним, но его крепко за штанину ухватил Цзышу, из-за чего он чуть не споткнулся. — Всё хорошо, А-Сюй, — попробовал он успокоить его. Весьма красноречивое лицо Цзышу показало, что ему не поверили ни на йоту. Но всё же он получил ободряющий кивок, и цепкие пальцы отпустили , позволяя идти. Е Байи стоял к нему спиной и набивал пальцами какой-то раздражающий ритм по столешнице. — Чего хотел? — Если ты вмешаешь в свои дела Цзышу и его мальца, я буду первым, кто тебя сдаст полиции. Кэсин невесело усмехнулся и покачал головой, подпёр спиной на стену: — Чтобы они закончили начатое и угробили нас всех? Развернувшись, Байи подлетел к нему и схватил за грудки. — Возможно они успокоятся, когда схватят тебя и твои паршивые документы! Господин Вэнь не воспротивился этой хватке и, глядя прямо тому в глаза, спросил: — А если нет? Что, если только я и мои люди можем сдерживать этих зажравшихся стервятников? — Байи встряхнул его, и голова мотнулась в сторону под этим напором. Что-то дикое мелькнуло во взгляде господина Е, когда тот резко отпустил чужую рубашку, отойдя от Вэнь Кэсина, которого зашатало на месте. Они оба молчали, пока спустя какое-то время их не позвали. — Уже идём, А-Сюй! — крикнули ему в ответ, но при этом не опускали настороженного взгляда с господина Е. — Не знаю, что будет, — собираясь обратно к выходу сказал Е Байи. Подойдя к двери с кухни он остановился. — Но признайся хотя бы мне: ты не убивал Сюэ Фана и его брата? Кэсин понимал, почему его подозревали. Но недоверие К Байи, с которым они вроде разрешили свои недоразумения, уязвляло. Он демонстративно отвернулся от него, стараясь не встречаться с ним глазами. — Нет. — Если соврёшь мне, мальчишка, будут последствия. Так и знай. Кэсин пожал плечами. Вернувшись в гостиную, они увидели, как Цзышу снова наполнил рюмку. — Ты что, выдул все вино? Алкоголик! — Байи ловко перехватил рюмку из рук Цзышу и опрокинул её всю себе в рот. Бутыль хорошего вина в самом деле опустела на две трети. — Вы бы ещё дольше обменивались любезностями. — Нельзя так много пить, А-Сюй! — Нельзя просто так убивать людей, Лао Вэнь. А пить — можно, — огрызнулся тот, а после укоризненного выражения Вэнь Кэсина всё же поправился, — но в меру, ты прав. — Я всегда прав, — гордо провозгласил он. И естественно тут же получил тычок в бок от господина Е, но выказывать своего недовольства не стал. Когда все снова расселись, Цзышу спросил: — Так что там ещё за новости? — А, — спохватился Е Байи, — я подозреваю, что на Сюэ Фана напали после переодевания, когда он вышел из такси, не доходя до дома. Но произошло это в слепой зоне камер. Данные оттуда мне уже не достать. Зато я знаю, что документов при нём уже не было. Вы не задумывались, что они могли остаться в том такси? Что Сюэ Фан их передал водителю? Кэсин театрально хлопнул себя по лбу. — Мы так никогда ничего не найдем! — Ты может и нет, неуч, а вот я нашёл зацепку. Водителем то был его брат, чье тело нашли недавно, — довольно скалился Е Байи. Цзышу же не был так радостен и воодушевлен. — А откуда известно, что при нём документов не было? — Камеры, умник! Камеры! Ту стопку невозможно было спрятать так, чтоб её не было видно. Ни свернуть такую кипу нормально, ни под пальто спрятать, ничего. Гостиная погрузилась в тягостное молчание на долгое время. Говорить не хотелось никому, пить больше — тоже. — Я, ребятки, вас покину всё же, — наконец собрался самый старший из них, тягостно вдыхая, хватаясь за поясницу. — Господин Е, Лао Вэнь комнату вам подготовил: если что, можете оставаться! — повеселел сразу Чжоу Цзышу, на что получил недовольный прожигающий взгляд. — Сегодня воздержусь! — хохотнул тот, видя, как всё равно перекосило Вэнь Кэсина. — Ещё увидимся! Когда Е Байи всё же ушел, Цзышу занял его место на диване. — Не получилось у нас все же свидания, да? — тихо задал он риторический вопрос. — Да, — Вэнь Кэсин встал и вышел из комнаты. — И что я такого сказал? «Ничего, — думал господин Вэнь, прислонившись спиной к спасительной двери спальни, — просто очередная констатация того факта, что я неудачник».