Синяки, что слаще поцелуев

— Братик, когда мы сможем поесть? Паймон страшно голодна! Ещё чуть-чуть, и она сожрёт собственный шарф! — девочка лет восьми скакала вокруг Соры, отчаянно намекая на то, что пора подкрепиться. — Паймон! Сколько можно повторять, нельзя так говорить. Взрослые девочки так себя не ведут. — Сора отвешивает сестре лёгкий подзатыльник, на что та обиженно шипит. — Насчёт еды… Я думаю, что сегодня вечером я сделаю небольшую вылазку за пределы руин, и смогу найти для нас тобой толстенького кабана. Потерпи немного. — Но у Паймон не было ни крошки во рту со вчерашнего ужина. Неужели в сумке совсем не осталось закатников или сочных яблок? Девочка недолго поковырялась в сумке брата, успев устроить там настоящий погром и обречённо вздохнула. Увы, но еды там и правда не было. — Малышка, хочешь немного вздремнуть? Я спою тебе колыбельную, которую Хотару… — Взгляд Соры потускнел. — Всегда пела тебе на ночь? Паймон нерешительно кивнула. Сора подложил сестре сумку под голову и укрыл её своим плащом. Малышка свернулась в комочек и приготовилась слушать песню. Голос Соры хоть и был мужским, но не менее прекрасным, чем её старшей сестрицы Хотару. Его пение похоже на лёгкие потоки ветра, которые едва колышат листву на деревьях. Такие же нежные, тёплые и успокаивающие. Девочка быстро заснула, а Сора начал сборы. Только ночью у него был шанс добыть пропитание для своей маленькой семьи, когда он не следил за ним. Никому не скрыться от жестокого льда.

***

Селестия была жестока и беспощадна ко всем. Исключением не были даже гости из иного мира. Асмодей забавы ради отделила Хотару от семьи, оставив Сору с малышкой Паймон на руках. Так и началось их путешествие в поисках Хотару. Возможно тогда Сора в первый раз полюбил. Нет, полюбил не как брат, сын, друг. А как любовник. Капитан кавалерии без кавалерии, прекрасный Кэйа Альберих. От него всегда веяло странным холодком, заставляя мурашки бежать по всему телу. Сора тогда понял, что Кэйа — не тот, кто жаждет покровительства от богов. Даже выпивая в таверне с самим Анемо Архонтом Барбатосом, Кэйа всегда относился к нему с презрением. Сора почувствовал в нём ту самую… Ту самую родственную душу. Кэйа был прекрасной партией для путешественника. С малышкой он поладил сразу, и стал любимым Дядей Кэйей. В постели он был шикарен, да и как человек тоже неплох: харизматичен, с отличным чувством юмора. И Сора открылся ему. Пока он освобождал город Свободы от скверны Двалина, тот одарил капитана кавалерии всей любовью, на которую был способен. Новые чувства окунули его в море Любви с головой. Тогда же Сора испугался своих эмоций. Не понимая, что происходит, он под покровом тёмной ночи с сонной Паймон под мышкой сбежал в Ли Юэ, где он ожидал большего отклика, нежели в Монштадте. Очевидно, тогда в первый раз он разбил сердце Кэйи. Как жаль, что будущему королю Бездны придётся отлавливать Королеву самому.

***

Разочарование. Боль. Сора смотрит на Хотару и не верит. Его боевая, весёлая Хотару сейчас верный боец… Бездны? Того ордена, против которого он боролся, боролся отчаянно… Паймон в неверии закрывает глаза ладошками и тихо всхлипывает.

***

Селестия пала. Бездна и Снежная поровну поделили земли Тейвата. Кэйа долго и упорно готовился к вступлению на престол. Теперь он потягивает вино из изящного бокала, и сидя в кресле смотрит в окна дворца, отреставрированного руками тех, кто осмелился выступить против новой эры. Альберих был счастлив. Его нация очистилась от вируса, Тейват избавлен от гнета богов-идиотов. Его малыш Сора тоже под боком, правда только почти. Альбедо поручили выследить, в каких руинах прячется супруг Короля. Кэйа быстро сдружился с сестрой близняшкой Соры, и сумел запудрить ей мозги так, будто её брат избран на престол пророчеством её предков. На самом деле Кэйа хотел почувствовать тепло своего Солнца ещё раз. До бесконечности много. И ради этого он не остановится ни перед чем. Сора прекрасно знает, что за ним тянется кровавый след, а путь устлан трупами тех, кто был с ним знаком. Кэйа даст шанс Соре его полюбить. Другого пути у юноши нет.

***

Путешественник закидывает тушку кабана в мешок. Животное было совсем мелким, поэтому на охоту придётся идти уже через неделю. Тем не менее, все было очень спокойно. Обосноваться на руинах винокурни было отличной идеей. Правда подходя к хижине, которую он смастерил для них с сестрой, все мысли улетучились. У горла Паймон держали клинок. Альбедо со своим отрядом окружил Сору. Выбора не было. Он попал.

***

Пиршество в честь свадьбы Короля было грандиозным. Сама Царица посетила супружескую пару, дабы поздравить их с заключением брака. Кэйа нежно прижимал Сору к себе. Они оба были в свободных свадебных белых одеяниях. — Сора, прошу, поцелуй меня. — Ты мне противен. Молчи, предатель, и не говори больше не слова. — Люблю тебя больше своей жизни. Люблю, люблю, люблю… — Альберих покрывал поцелуями щеки мужа. — Сора… Или же теперь правильно будет Сора Альберих… Ты прекрасен. — Я тебя ненавижу… Путешественник устало прижимается к груди Кэйи. Тот тихо смеётся, и накрывает дрожащую от рыданий спину своей смуглой, прекрасной рукой.