Игра или любовь?

Оскар       Я забежал в убежище Бака. Во мраке дальней стены, увидел знакомую, лежащую без чувств, фигуру, и тут же ринулся к ней. Серебряная стрела сверкала из плеча Бака.       — Бак! Нет! — вскрикнул я, не сдержав слезы.       Подбежав к нему и пав на колени, я начал тормошить его в надежде привести в чувства.       — Бак! Очнись!       Рыжий поднял на меня свой тусклый взгляд, в котором едва теплилась жизнь:       — Оскар? — удивленно и с тихой радостью в голосе начал он, вскинув руку, — Разве ты не желал, чтобы я исчез из твоей жизни? Сейчас как раз подходящий шанс. Не думаешь? — на этих словах его улыбка сменилась серьезным выражением лица с тенью обиды. Я не мог отвести взгляда от кровавого подтека на его губах.       — Дурак! Ничего ты не понимаешь! — я уже не мог сдерживать слез. Да и сейчас меня совсем не тревожило, как выглядело со стороны мое красное заплаканное лицо. Гораздо важнее для маня было — это состояние Бака!       — Не уж то тебе будет жаль меня? — с удивлением спросил он.       «Было непонятно, искренне он удивился или наиграно. Мне хотелось верить, что все-таки искренне.»       — Конечно! Ведь… я… ведь… — я замешкавшись, отвернулся в сторону, не решаясь признаться ему. — Ты мне не безразличен, придурок! — вырвалось у меня сквозь слезы.       Но я так хотел в тот момент сказать совсем не эти слова, но моя нерешительность вечно все портила. А ведь, возможно, мы сейчас разговариваем в последний раз…       Бак удивился, но быстро скрыл это за самодовольной усмешкой.       «Опять он угорает надо мной.» — с обидой пронеслось у меня в голове.       — Знаешь, а ведь этот старый дурак серебро от простого железа отличить не в состоянии, — слегка щелкнув когтем по стреле, ответил рыжий со своей привычной улыбкой.       Слова Бака повергли меня в немой шок, который быстро сменился гневом.       — Эй, ты что специально, да? Я волновался! Места себе не находил, пока летел к тебе! — яростно размахивал руками я, крича на Бака. Но в душе я был счастлив, что Чесноков выстрелил простой стрелой, а не серебряной, и все обошлось. И моя злость была уже скорее на эмоциях. Я правда был рад, настолько, что хотелось кинуться к нему в объятия. Но от этого я удержался, посчитав лишним.       — Ну иначе я бы не услышал этих прекрасных слов от тебя, — сказал он, на удивление, с искренне доброй улыбкой, прижав ладонь к груди. Но тут же он резко схватился за плечо и скривился от острой боли — Ай, плечо болит!       — Надо скорее достать стрелу и перевязать рану, — в панике начал я.       «Рано расслабился, Бак все еще ранен.»       — Да забей, просто царапина, — сказал с серьезным лицом Вкусный, самостоятельно вытащив стрелу и откинул ее в сторону.       — Не говори глупостей! Давай я тебе помогу! — настоял я.       Бак не стал сопротивляться. Я снял с него свитер и начал перевязывать его плечо бинтом.       «Черт, я ведь уже видел его тело, чего я так смущаюсь?»       От каждого прикосновения к нему, мое дыхание сбивалось. Я делал это медленно. Мне было неловко смотреть на него, и я ограничивался быстрыми короткими взглядами.       Окончив перевязку, я присел рядом с ним.       — Что-то в сон клонит, — устало плюхнулся он ко мне на плечо.       «Он сейчас такой беспомощный. И совсем не вредный,» — взглянув на уже уснувшего Бака, подумал я.       Наклонившись к его лицу и взяв его за плечи, я поцеловал его.

***

Третье лицо        Бак проснулся от поцелуя. Оскар, увидев, что Бак открыл глаза, резко отстранился от него в сторону.       — Пытаешься приставать ко мне, пока я в отрубе, клыкастик? — сладко улыбнувшись, подметил Вкусный.       — Хах! Еще чего?! — возмутился Оскар, надувшись.       — Тебе стоит быть честнее с самим собой. Когда ты уже признаешь, что без ума от меня? — самоуверенно ответил Вкусный.       — Ничего не «без ума». Не льсти себе, — взмахнув рукой, отнекивался черноволосый.       Внимание Бака привлекла выпуклость в районе ширинки Оскара, которая ярко отрицала его последние сказанные слова.       — Я так и понял, — ехидно усмехнулся он и прильнул к шее Оскара. Тот практически не оказывал сопротивление, скорее для вида «оттаскивал голову Бака от своей шеи». Его учащенное дыхание только сильнее раззадоривало рыжего, давая повод не останавливаться.       — Сколько раз укусил и ни капли. Ты ее не пьешь что ли? — проверив клыками практически каждый участок шеи Оскара, поинтересовался тот.       — Да… Я ее на дух не переношу… — засмущавшись, ответил черноволосый.       — Пх! Ахахаха! Серьезно что ли?! Ахахаха! — Бака сильно позабавило новое открытие в досье отпрыска графа. — Можешь попробовать укусить, — шутливо предложил Вкусный, обнажая своё плечо из-под пальто.       Оскар нерешительно склонился над Баком, жутко смущаясь из-за вида обнаженных костлявых плеч рыжего, и набравшись смелости — укусил. Как только Оскар ощутил кончиком языка неприятный для себя железистый вкус крови, он резко ослабил хват клыками и отстранился. Увидев кровавый подтек, красовавшийся на сине-фиолетовом синяке, он, не поверив своим глазам, провел пальцем по нижней губе.       — Это к… кр… Аааааа! — увидев на пальце размазанный оттиск густоватой вишнево-бордовой жидкости, страх крови взял верх, и черноволосый грохнулся в обморок.       — Тихо-тихо-тихо! Оскар, держись! — взволнованно выпучив глаза и вскинув вверх брови, попытался поймать его Вкусный.

***

      Бак, в последний момент поймав Оскара за плечи, попробовал растормошить его, чтобы привести в чувства, но тот сам быстро пришел в себя.       После некоторой паузы из-за встретившихся друг с другом их взглядов, они припали друг к другу в страстном поцелуе. После Бак переметнулся на шею Оскара, но оставив пару засосов, понял, что больше ставить их уже негде и остановился.       — Не останавливайся. Прошу… Продолжай… — с мольбой и дрожью в голосе просил черноволосый, сквозь учащенное от возбуждения дыхание.       — Да на твоей шее уже живого места нет, — серьезным тоном ответил Бак. — Да и… Мне этого уже мало… Я хочу больше. Если не боишься, — последнюю фразу он произнес иронично, приправив своей хитрой улыбкой.       — Если и бояться, то уж точно не в твоем теперешнем состоянии, — улыбнулся Оскар, который был совсем не настроен отступать от задуманного.       — Это твой последний шанс отказаться. Я не стану сдерживаться только потому, что ты младше, — предупредил Бак, понимая, что его клыкастик уже давно все для себя решил и не откажется ни в коем случае.       — Сам то не далеко ушел, — смутившись, буркнул в ответ Оскар.       — По крайней мере я уже не девственник, — нахально улыбнувшись, подколол его Вкусный.       Ой зря.       Это подожгло желание Оскара, словно, спичку — зажигалка. Черноволосый, разгневавшись, принялся со скоростью света срывать с себя одежду и кидать в лицо Вкусному. Бак поправил фуражку, съехавшую на лоб из-за прилетевшей в его физиономию зеленой жилетки Оскара. Улыбнулся, поддерживая порыв своего клыкастика, прильнул к его телу.