Этот демон за мной

О, как отвратительна действительность! Что она против мечты? Н. В. Гоголь «Невский проспект»

Гриша даже еще раз сверился с навигатором, когда подъехал к деревянному домику, обнесенному забором. Сам Измайлов мог помочь немногим, на большее, при всем желании, не хватило бы денег. Это была бы мелочь, нерациональное вложение, которое ничего бы не изменило. Но был еще миллиардер Рязанов. Он сколотил состояние в девяностые, и везло ему практически в каждом вложении. И если Гуро говорил именно об этом человеке, то он оказался умнее большинства и попросил не только состояние, но и чуйку на удачные вложения. Рязанов помогали и детским домам, и пожилым людям, и инвалидам. Естественно, не каждому центру, но под его патронажем находились десятки учреждений, где никто ни в чем не нуждался. Но сам Рязанов, помимо закрытого, вел и весьма аскетичный образ жизни. Его адрес мелькал только в документах по официальному запросу, а подписывать бумагу пришлось аж у самого Яковлева, а не как обычно под честное слово.  — Я живу слишком далеко от Рублевки, чтобы понадобиться тамошним операм. Ты Яковлев и требовал мой адрес? — на крыльцо вышел мужчина в байке, держа в руках эмалированное блюдо с зерном.  — Не Яковлев, но адресок пробивал, было дело, — Гриша щелкнул брелком от сигнализации и подошел к калитке.  — Зачем?  — Да расследование одно зашло в тупик, ваша помощь нужна.  — Если это по поводу центра бывших заключенных, то обращайтесь к местной администрации. Я деньги даю, а не в дела вникаю.  — Да, знаю, — Гриша внимательно смотрел на хозяина дома. — А может, если бы вникали, а не деньги от сделки распределяли, может и появился бы шанс искупить и суда избежать? И Рязанов всё понял. Тут же, мгновенно, даже не переспрашивая.  — Ответ — никак, назад дороги нет, — мужчина открыл Грише калитку и привязал лающую собаку.  — Что нет?  — От сделки не откажешься, можешь и не пытаться. Пожал руку, назад дороги не будет.  — Я не заключал сделку, — Гриша вошел в дом и прошел на кухню. — Меня интересуют условия? Неужели всё так плохо?  — Не заключал, — Рязанов поставил чайник на плиту и зажег конфорку спичками, отрегулировав газовый баллон. — А подробности откуда знаешь?  — Я ведь не спрашиваю у вас, зачем душу продавали. Меня просто интересует, неужели так невмоготу. Ну есть бабло, так хоть в жизни оторвись по полной, чтобы в аду было что вспомнить. Что мешает?  — У тебя бывало, что день наперекосяк идет? — Рязанов сел за стол напротив Гриши.  — Ну?  — Вот когда сделку заключил, у меня не день, а жизнь наперекосяк пошла. Мне реально везло с деньгами, но только с ними. Дом построил, так неудача на неудаче, лучшие спецы косячили как никогда, как вещь не куплю, либо брак, либо фигня. Для бизнеса всё идеально, а для себя ну никак не получалось. Дома трехэтажные трещину на все три этажа, сука, давали. Много домов. Машины, квартиры. Я помогать детям начал, старикам, дом сам построил, какой мог и всё немного наладилось. Думаешь, я хочу спастись? Нет, я хочу просто дожить и чтоб хоть немного радости было, хоть капелька. Ну там завтрак вкусный, собака лизнула за еду, дождя не было. Такова цена. Гриша молча слушал. Может и с Златоусом было примерно так же. Общаться то он, может, научился, но всё было не так. То женщина замужняя досталась, которая видать от мужа не хотела уходить ни за что, то вдруг осознал, что с ним только за деньги дружат.  — А если бы кто-то вам сейчас нож в спину воткнул, в скорую бы позвонили? Рязанов усмехнулся и встал выключить закипающий чайник.  — У меня куры с голоду передохнут, Рекс одичает. Да и фонды по ветру пустят, а я только порядок навел, — Рязанов задумчиво застыл у окна. — Откуда ты информацию узнал, тебе там не сказали, что дальше?  — Вроде суд, — Гриша одновременно осознавал и нелепость и серьезность этого разговора.  — Нет, я имею ввиду, а если с душой умереть, дальше что?  — Не знаю, — Гриша замолчал. — Они тоже не знают. Рязанов сразу понял, кто они.  — А зачем им души тогда?  — Не знаю. Рязанов выдохнул и заварил чай.  — Кому бы там нож в спину не воткнули, может это было милосердием. Гриша внимательно смотрел на Рязанова.  — Нет, мне такое милосердие оказывать не надо. Свою душу не уберег, хоть чужие попробую.  — А если не зачтется?  — А я так далеко и не загадываю. Просыпаюсь и по хозяйству. День пришел и хорошо. Гриша кивнул и посмотрел на Гуро, который стоял в дверях и был совершенно невидимым для хозяина дома. Взгляд мужчины не выражал ровным счетом ничего, он просто смотрел на Измайлова.  — Ну удачи вам, — Гриша отвел взгляд и обратился к Рязанову.  — Это тебе удачи. Знание, которое есть у тебя, обычно дорого обходится.  — Говорю же, я не продавал.  — Может, есть другие способы лишиться души?