Пока бьют куранты

      Прошло больше года, но мысли о том дне возвращались к Дмитрию, когда наступала предпраздничная неделя. Всё было как раньше: улицы припорошённые снегом, и люди, бегающие в поглотившей всех новогодней суматохе. В супермаркете не протолкнуться, и каждый хочет заполучить ту самую, последнюю связку мандаринов. Из каждого угла звучала музыка, которая погружала в атмосферу зимней сказки, а каждый дом наполнялся чудесным ароматом лакричных палочек и имбирных пряников, которые так любил мужчина.       С самого детства комик знал, что декабрь — это фестиваль красок и уюта. Будучи мальчишкой, Позов любил наблюдать за тем, как его мама хлопочет по дому и пытается создать праздничную атмосферу в их с сыном уголке. Диме нравилось помогать ей наряжать ёлку, ведь, когда душистый хвойный аромат заполнял квартиру, в душу ребёнка проникало искрящееся счастье и волшебство.       Кто бы мог подумать, что с годами всё так сильно изменится. Вместо родительского гнёздышка и мамы — скромная однушка, жена и двое детей, а вместо ликования от предстоящих гуляний всей страной — угрюмая меланхолия и желание, чтобы это быстрее подошло к концу.       Всему виной ситуация, которая произошла в прошлом году. Обстоятельства, которые навсегда изменили жизнь всех импровизаторов и их отношение к своему фандому. — Фа-а-а-андом, — с презрением протянул 'грек', сделав очередной затяг. Никотин проник в горло и воронежец поморщился от его горечи, — кучка малолеток, которые с чего-то решили, что могут решать чужие судьбы! — в голосе слышалась злоба и тоска по кому-то ушедшему, но так и не забытому.       Совсем не хотелось возвращаться в квартиру, где радостно суетились в преддверии праздника супруга с детьми. Юморист не порывался снова надевать фальшивую улыбку и делать вид, что всё как раньше. Так, как и должно быть.       Дима не спешил возвращаться в комнату и старался растянуть каждую затяжку никотина подольше. Маленький, заваленный хламом балкон — его крепость от жестокого лживого мира. Сигарета — вакцина, которая позволяет на время отвлечься и забыть то, как сложно порой хранить в тайне правду о своих истинных чувствах. Морозный воздух приятно пощипывал кожу на щеках. Дмитрий сделал очередной вдох едкого дыма, взгляд его устремился куда-то далеко в темноту, освещённую редкими огоньками соседних окон, а сам он погрузился в собственные воспоминания.

29 Декабря, 2020

       «Импровизация — самое популярное шоу на Российском телевидении!» — так можно было бы сказать несколькими годами ранее, но не сейчас. На данный момент ребята переживали не лучшие времена. Рейтинги шоу падали и с каждым днём становились ниже. С каждым разом на живые концерты актёров приходило всё меньше людей. Было больно наблюдать за тем, как интерес к творчеству ребят угасает. Стас прекрасно понимал, в чём причина, поэтому сейчас шёл в общую гримёрку импровизаторов. Пришла пора сообщить о своём тяжёлом решении. Он постучал ради приличия, зашёл в комнату, окинув взглядом всех присутствующих, тяжело вздохнул и, наконец, нарушил тишину: — Ребят, вы могли заметить: рейтинги шоу стремительно падают. Интерес зрителей снижается, охват концертов становится всё меньше. С этим нужно срочно что-то делать, иначе мы рискуем закрытием проекта! — невооружённым глазом было видно, как сложно Шеминову говорить эти слова. — Этого бы не произошло, если бы кто-то держал язык за зубами! — Шастун бросил раздражённый взгляд на коллегу, который сидел в стороне от всех. — Тише, Шаст! — Попытался осечь товарища Позов. — Серёжа ни в чём не виноват. Так просто сложились обстоятельства, и это могло случиться с любым из команды!       Обстановка в помещении заметно накалилась. Предновогодним волшебством тут и не пахло. Разлад в коллективе начался уже давно, но сейчас конфликт перешёл в открытую стадию, и казалось, что вот-вот произойдёт его эскалация. А люди, считавшие себя друзьями, да что там друзьями — семьёй, окончательно разрушат всё, что их связывает, и превратятся во врагов. — Ага, блять, конечно, Поз! Сергей Борисович у нас любитель покричать на своих эфирах о том, как его заебали шипперы! — Шастуна было не унять. То, что он копил в себе долгие месяцы, сейчас вырвалось таким мощным потоком, что никто не знал, как успокоить Антона. — Фраза: «… я вообще считаю, что ЛГБТ-сообщество — это мерзко и не должно существовать. Дело даже не в фанфиках», которую он сказал на последней трансляции, стала последней каплей для аудитории. От нас ушла большая часть фандома! — к концу Антон совсем перестал себя контролировать, срываясь на оглушительный крик. — Прекрати бессмысленный ор, Шаст! — вразумил младшего креативный продюсер. — Что сказано, то сказано — назад не вернуть. Нужно решать проблему, а не попросту ссориться. Мной было принято решение — снять с показа на телевидении то, что мы наснимали, взять перерыв, но лишь на время новогодних праздников. — Стас перевёл взгляд на Матвиенко. — Серёж, прости, но нам придётся поменять актёрский состав. Зрители больше не желают видеть тебя в нашем шоу, — в глазах наставника читалась боль от сказанного.       Шатен, который всё это время безмолвно сидел и слушал, больше не хотел терпеть к себе такого отношения. Он вскочил со своего места, окинув беглым взглядом всех, кого раньше считал друзьями. На долю секунды ему показалось, будто его коллеги — это лицемеры и предатели, которые дружили с ним только ради общего проекта. — Ну и пожалуйста. Я и сам хотел уйти. Надоело плясать под дудку шипперов и вашу тоже. Вы делаете это всё ради хайпа и просмотров, поэтому без меня вам будет куда лучше. Жалкие лицемеры и трусы! — горечь обиды прожигала горло и заставляла говорить эти ужасные вещи. — Больше я вас не потревожу, не буду вашей персональной проблемой! — Пыхтя от злости, комик выбежал из комнаты.       Повисла неловкая тишина. Никто не ожидал, что исход будет настолько ужасающим. Первым из ступора вышел Позов. Он, не раздумывая, ринулся догонять друга. И к счастью для него — это удалось. Тот, кого он искал, был в курилке; он словно ждал, что кто-то придёт и даст утешение. Сергей слегка сутулился — издалека было заметно, насколько напряжена его спина, и насколько угрюм он сам. Медленно, но уверенно подойдя к другу, Дима резко схватил того за руку, развернул лицом к себе и прижал спиной к стене.       От неожиданности Матвиенко выронил сигарету, которая была зажата между пальцев. Выпученными глазами он смотрел на коллегу и не мог понять, что происходит. Замешательство длилось с полсекунды, а затем последовала попытка высвободиться, но хватка Поза была крепкой — он намертво вцепился в запястье. — Дим, ты что творишь?! Отпусти, блять, мне больно! — запротестовал старший.       'Греку' и раньше не нравилось то, что позволял себе Серёжа, но слова, сказанные в общей гримёрке, стали последней каплей. Раньше он закрывал глаза на все выходки Сергея, ведь глубоко внутри себя Дима любил своего напарника. Но пустить на самотёк данный конфликт было непозволительно. Даже объект его пылкой симпатии должен нести ответственность за свои действия. — Это ты, что творишь, Серый! Очнись ты наконец и пойми, что сейчас на нервах вся наша команда — сейчас не время давать волю эмоциям и слать всё к хуям! — смотрел Поз в бездонные карие глаза и понимал, что влип. Ровно с того момента, как начал испытывать влюбленность к приятелю. — Да и в конце-то концов! Какая тебе разница, кто с кем спит? — на последнем предложении голос дрогнул, а глаза скользнули чуть ниже — губы Матвиенко манили к себе.       Взгляд задержался на губах чуть дольше положенного, а за этим последовала спонтанная попытка поцелуя. Уже не было сил скрывать чувства. В этот момент мужчина боялся потерять любимого человека навсегда, это пугало его до смерти, вводило в состояние жуткой паники и отчаяния. Попытка столь близкого контакта с другом-гомофобом — это самый глупый и рискованный поступок, который когда-либо вытворял актёр. Даже осознавая данный факт, Позов просто не смог поступить иначе.       Матвиенко не знал как реагировать. Он только и успел отвернуться и предотвратить поцелуй в губы. Тогда Сергей почувствовал чужое касание на своей нежной коже щеки, а чуть погодя и горячее дыхание. Вся сущность Серёжи противилась происходящему, и он невольно поёжился всем телом. Младший отпустил руку друга и уже ждал, что тот попытается его ударить, но тот лишь с силой оттолкнул Диму от себя и убежал.       Импровизатор закашлял и пробудился от собственных мыслей. С того самого дня напарник по съёмочной площадке не выходил на связь со всеми ребятами. На звонки не отвечал, а все попытки личных встреч избегал как огня. Команда решила пока не искать замену и выступать в составе трёх человек. Былой популярности данное решение не вернуло, но удалось сохранить хоть что-то. Позов затушил окурок и всё-таки вернулся в комнату. Если верить настенным часам, то времени было не так уж много: всего семь вечера, но на улице уже темно. — Дим, сходи и купи ёлку. На дворе уже 30 Декабря, а у нас до сих пор нет главного символа Нового года! — обеспокоенно прощебетала женщина, вешая гирлянду и мишуру на стену. Рядом бегала дочь Савина и всячески мешала процессу. Муж лишь устало улыбнулся и пошёл собираться на улицу. Он был рад сбежать из этого дома. За пределами этой квартиры не нужно было надевать маску счастливого семьянина. Там он тонул в фальшивых, словно пластмассовых, чувствах и эмоциях, а здесь можно было не притворяться. Мало где он мог быть самим собой — мог быть настоящим. Наскоро одевшись и взяв деньги, он переступил через порог квартиры и покинул дом.