Когда нас стало меньше чем три

Вы Альбедо везут в центральную не спрашивай потом расскажу пожалуйста поезжай туда прямо сейчас! я хочу знать как он

Сахароза Я просто С вами с ума сойду Что-то серьезное?

Вы есть возможность что он не выживет

Сахароза что что блять уже еду       В жизни Сахарозы есть несколько фактов, с которыми она, как бы ни хотела, ничего уже поделать не может. Они просто существуют так же, как существует солнце, земной шар или смерть. С ними можно только смириться и жить дальше.       Факт не первый по счету, но, пожалуй, первый по важности: она влюблена в Альбедо вот уже много лет.       Красивый, тактичный и умный одноклассник, который совершенно внезапно оказался в списке ее немногочисленных друзей благодаря дополнительным химбио курсам и совместному проекту, стал ее первой любовью, болезненной и сладкой одновременно.       Факт следующий: Альбедо не влюблен в нее в ответ, и вряд ли когда-то будет. Последнюю надежду Сахароза теряет, глядя на выражение его лица, пока его пальцы заботливо выпутывают из длинных волос Итэра конфету, приклеенную кем-то из школьных задир. Альбедо не любит ее не только потому что она для него почти как вторая сестра (ну, какая-нибудь кузина, может быть), но и потому что Сахароза родилась не парнем. Сначала ей больно и обидно, но с годами боль притупляется, становится привычной; тем, без чего она себя уже не представляет. Вот есть, предположим, глаза и уши, сердце и желудок, которые с ней на всю жизнь (в идеале) — и вот в уголочке мирно вяжет покрывало цвета смирения любовь к Альбедо, которая тоже, наверное, на всю жизнь.       Сахароза поступает в университет Лиюэ не только из-за возможностей и хорошего уровня знаний (заметка: запомнить и отвечать на случай чужих вопросов, почему бы ей не остаться здесь, в Мондштадте, рядом с семьей). Просто в Мондштадте остается и Альбедо. Альбедо, который спрашивает у нее перед выпускным, как лучше предложить одному человеку — тому самому, чьи волосы, еще более длинные, нежели несколько лет назад, все так же заботливо переплетает между уроками, — съехаться после окончания школы и жить вместе в съемной квартирке рядом с университетом. Сахароза не хочет приходить в гости и пить чай на их общей кухне, глядеть на то, как Альбедо умудряется смешивать на сковороде все, что попадется под руку, пока Итэр смеется над ним из спальни, тоже их общей, утешать его во время ссор, которые, несомненно, когда-либо будут (а вот она на месте Итэра бы… только вот она не на месте Итэра).       Если бы ее назвали трусихой, она бы не обиделась.       Сахароза думает, что на расстоянии любовь постепенно остынет совсем, соберет свои вещички и уйдет куда-нибудь подальше из глубин сердца, однако ничего не меняется, кроме тоски. Расстояние невыносимо, она готова видеть Альбедо даже не одного, но лишь бы где-то рядом, и оттого ранний звонок перед парами переворачивает все в ней вверх дном.       — Привет, — говорит Альбедо из динамика мобильного в половине седьмого (да, Сахарозе не так повезло с расположением квартиры, и вообще, долгие прогулки полезны для здоровья), дыша как-то неровно, — нам нужно укрытие. Я могу надеяться на твое молчание?       — Ты убил кого-то? — деловито уточняет она, ничем не давая понять, что только что выронила кружку с кофе себе на ноги.       — Обязательно убью, если останусь здесь.       — Нам — это тебе и Итэру?       — Нам — это мне и Кли.       Сахароза проглатывает полный надежды вопрос про расставание, скача на одной ноге в попытке снять мокрые и сладкие от сахара носки.       — А университет? Переведешься?       — Некогда. Я бросаю учебу.       Вопросов становится еще больше, но Альбедо не звучит как человек, готовый сейчас на них отвечать.       — Ну, пока можете пожить у меня, а там решим… Когда вы приезжаете?       — Спасибо, Сахароза. Сегодня.       Сахароза оглядывает царящий вокруг хаос и вздыхает. Про пары на сегодня, пожалуй, можно забыть.       Она старается, действительно старается: готовит, иногда убирает (Альбедо не дает ей взваливать на себя бытовые хлопоты полностью, и за это ее присмиревшая было любовь взвивается пламенем с новой силой), присматривает за Кли в свободное время, собирает их вечерами на просмотр кино, спорит с Альбедо по поводу заказов, которые он берет, чтобы заработать денег, и семейные фильмы больше не кажутся ей скучными. Лишь призрак присутствия Итэра нематериальной, но вполне ощутимо тяжелой тенью висит где-то под потолком, мешая полностью наслаждаться совместным уютным бытом, ведь Альбедо разговаривает с ним по телефону часами напролет и переписывается целыми простынями текста. Сахароза не представляет, о чем можно столько писать — и почему он никогда не писал столько ей.       А еще через неделю, тоже утром (это заразно, что ли?) к ним заявляется Кэйа, друг Альбедо, бывший школьный активист — и немного хулиган, чего уж там.       — Приехал для помощи и моральной поддержки, — заявляет он бодро, подбрасывая Кли под ее заливистый хохот.       А я что, шутка для вас, отвечает мысленно Сахароза, спросонья не осознавая масштаб проблемы.       Обаятельный Кэйа ей вполне нравился раньше, но после того, как Альбедо и Кли испаряются из ее квартиры со скоростью звука, заявив неловко «не хотим стеснять тебя дальше», и селятся уже с ним, градус симпатии к нему резко падает, а представления о совместном уютном быту разлетаются на осколки.       Не то чтобы она сильно на что-то надеялась, конечно, но в тот день Сахароза не идет на учебу, включает плейлист самых грустных фильмов и в одиночестве до тошноты объедается соленым отчего-то мороженым. «Альбедо везут в центральную» — пишет ей Кэйа.       Сахароза чувствует, что задыхается. «Есть возможность, что не выживет» — добивает он окончательно.       Она вылетает из аудитории под возмущенные восклицания преподавателя — зачет идет лесом, как и все остальные планы на день. Пожалуйста, бьется в голове набатом, разрывает грудь не то от долгого бега, не то от ужаса, пожалуйста, что угодно, кто угодно, только не он, только не его, умоляю, умоляю.       Вся ее жизнь похожа на глупый неловкий фарс из-за того, что когда-то в средней школе она подумала, как красиво ее коллега по лабораторной заправляет волосы за уши. Как красиво разговаривает и улыбается. Как красиво просто существует на этом свете.       Лучше бы, думает Сахароза, рыдая обессилено сначала у его палаты, а затем у его постели, потому что рука Альбедо, исколотая иглами капельниц, холодная, а лицо бледное, словно у мертвеца, лучше бы ты никогда-никогда не появлялся в моей жизни. Кэйа он лежал у меня в руках час и каждая секунда могла стать последней и до сих пор может я уже был готов выпить этот яд но он просто обманул меня и как мне объяснить потом кли где её брат? если он умрет как нам жить с этим? я не знаю что мне делать скорая приехала раньше чем я думал.но они не знают что он выпил мне нужно ехать за кли но я не могу встать на ноги даже двинуться не могу мне все ещё кажется что он лежит тут мертвый‚ а я ничего не могу сделать дилюк я не могу я просто не могу яя что мне делать что что [голосовое сообщение 00:26]

Вы Тише Не плачь Кэйа, пожалуйста Вдох, выдох, давай Он ещё жив, его забрали врачи, они его спасут Ты только дыши С Альбедо все будет в порядке! Давай, постарайся прийти в себя

Кэйа позвони мне цмоляю я хочу услышать твой голос

Вы Конечно С радостью

      Дилюк не переносит слез Кэйи.       Не в том плане, что ему неприятно или неловко, как это было бы с любым другим человеком. Когда Кэйа плачет, ему больно — больно так, словно кто-то втыкает покрытый огнем прут прямо в сердце, начинает вытаскивать неловко, вонзает снова, и так до бесконечности. По крайней мере, до последней его слезинки. Затем нужно бы утешить, сказать мудрые и хорошие слова, но и в этом Дилюк не преуспевает - несет какую-то чушь, полностью деморализованный чужой печалью, и сам себя ненавидит в процессе.       Он видит, как с каждым днем нервы Кэйи сдают все сильнее, тот выглядит все печальнее, и когда его прорывает после четвертого испытания, Дилюк может лишь с ужасом слушать рыдания сквозь динамик своего мобильника. Альбедо увозят врачи — тот факт, что он все еще жив, дает какую-никакую надежду, что яд либо был несмертельным, либо дозировка оказалась слишком маленькой, — но Кэйе все еще кажется, что на руках остывает его труп, Кли давно мертва и вообще в жизни больше нет смысла.       К концу они плачут оба: Кэйа шумно и задыхаясь, Дилюк молча, вздрагивая всем телом, но не издавая ни звука, чтобы не расстраивать еще сильнее. Кэйа не любит, когда кто-то страдает из-за него — но он ничего не узнает. Все ради его спокойствия.       Когда всхлипы прекращаются, Дилюк берет себя в руки, вытирает мокрое лицо и пытается найти слова. Слова все еще идут совсем плохо, но он не сдается, и наградой за попытки становится чужой слабый смешок, мягкий и благодарный. Все внутри трепещет от этого звука.       — Давай посмотрим видео вместе, — просит Кэйа устало. Дилюк считает себя последним ублюдком, ощутив мимолетное счастье от мысли, что сейчас они перейдут на видеосвязь и он сможет снова увидеть его лицо.       Иногда его самого пугает то, что Кэйа делает с ним одним своим существованием.       Их встречает не привычный темный фон, а анимация взрывающейся праздничной хлопушки - выглядит она как издевательство, не иначе.       — Если вы смотрите это видео, значит, вы успешно прошли все испытания и доказали свою преданность, — заявляет механический голос из гугл транслейта. Дилюк чувствует, как изнутри поднимается гнев.       Кэйа шумно вздыхает, его губы сжаты, а глаза мечут молнии. — Поздравляю! Поздравляю! Поздравляю! Важные вещи должны быть сказаны трижды. Думаю, я рад и расстроен одновременно, но не могу не восхититься вашим самопожертвованием на благо друг друга. Первый в истории этого эксперимента финалист готов услышать свою награду?       — Пошел к черту, — бормочет Кэйа еле слышно. — Сдохни в муках, ублюдок.       Дилюк кивает согласно и мысленно добавляет еще парочку не совсем приличных слов.       Экран темнеет: ничего не разглядеть, как и на любом другом из отправленных ранее видео, слышно лишь редкое тихое сопение. С каждым разом Кли ведет себя все тише — вероятно, экономит воздух. Дилюк предполагает наличие кислородного баллона и какой-то циркуляции воздуха внутри ее невольной тюрьмы, но не знает, на сколько этого может хватить.       Губы Кэйи дрожат, словно он вот-вот расплачется вновь — его бы обнять сейчас, отвлечь, заставить отвернуться, но Дилюк может только мягко позвать по имени и постараться успокоить словами.       - Вы заслужили четвертый ключ, — вновь включается голос и начинает диктовать цифры. Дилюк торопливо записывает, стараясь ничего не перепутать. Судя по сосредоточенному виду Кэйи, он делает то же самое. Координаты, на этот раз полные, повторяют еще раз — а затем видео резко обрывается.       - Я ненавижу его, — говорит Кэйа сухо. Он больше не плачет, но выглядит так, словно сейчас пойдет убивать, а затем покончит с собой. — Я хочу, чтобы он умер.       - У нас есть координаты, — напоминает Дилюк о более важном. — Остается только пробить точный адрес.       Стоило бы заняться этим прямо сейчас, но он не может отвести взгляд. Не дает покоя жуткое понимание того, что Кэйа мог умереть в любой момент, и он никогда больше его не увидел бы. Мне, думает он, с тоскливой нежностью разглядывая лицо на экране, за последнее время слишком часто приходилось мысленно тебя хоронить, когда как ты ничерта себя не берёг.       Кэйю хочется одновременно ударить и поцеловать.       Дилюк бросает взгляд в сторону спрятанного сейфа, где лежит конверт с билетами до Лиюэ, и молится гео-архонту и всем остальным известным ему богам, чтобы Кэйа его дождался. Кэйа ты всегда спасаешь, когда мне нужна помощь за что мне достались такие лучшие люди, не понимаю…

Вы За то, что ты прекрасный человек. Всё просто На видео он сказал о себе в мужском роде

Кэйа пускай засунет поздравления себе в задницу координаты, как ты просил +55.638133 -37.480267 он же продиктовал их в этом порядке? надо проверить

Вы Да, в этом

Кэйа ок это недалеко.в деревне цинцэ

Вы Да, я тоже посмотрел Сколько ехать от места, где ты сейчас?

Кэйа полчаса где-то не уверен, что смогу держать руль если честно все вокруг плывет но постараюсь

Вы Езжай медленно и осторожно, прошу тебя, ещё есть время Я могу позвонить, если хочешь

Кэйа все нормально. я слышал на фоне, у тебя там дела не заставляй людей ждать из-за меня

Вы Я вообще собирался все отменить, ты не представляешь, как меня напугал Поверь, ты важнее, чем все дела в мире

Кэйа я- это твой ответ?..

Вы Да Нет Подожди. Ответ я скажу лично А это просто информация к размышлению Не отвлекайся. Отпишись, как приедешь, я буду ждать

. Кэйа я правда люблю тебя. прости спасибо Кэйа не понимаю тут дома, никто ничего не знает брожу уже полчаса как идиот, где её искать?

Вы Ты на точке?

Кэйа вроде… никто её не видел у меня опять паника подбирается

Вы Подожди Не волнуйся. Сейчас разберемся Для начала стоит проверить подвал того дома, который под этими координатами

Кэйа кто меня пустит в свои подвалы, умоляю, дилюк попробую пробиться, конечно, но

Вы Может, есть колодец или вроде того? Пещера какая-нибудь?

Кэйа да какие уж пещеры погоди-ка под деревней кладбище, прямо под скалой

Вы Может, точка указывала не на дом?

Кэйа вариант, но если она на кладбище он что, закопал её???

Вы Тесное место с ограниченным запасом кислорода. Похоже на гроб по описанию Некоторые развлекаются тем, что закапывают себя на сутки или несколько с кислородом Может, он использовал подобное на детях

Кэйа это ужасно просто отвратительно если это окажется правдой, хочешь сказать, она провела в гробу под землей почти три дня?

Вы ... Альбедо об этом лучше не знать

Кэйа у меня слов нет аж трясет это просто пиздец господи, Кли что будет с психикой ребёнка после такого? в голове не укладывается

Вы Нужно вытаскивать её оттуда скорее

Кэйа ДА я тут заплутал немного с этими спусками но кажется нашёл путь

Вы Осторожнее, не упади никуда Я тоже иногда поверить не могу, что ты еще жив Ты серьезно собирался выпить яд?

Кэйа не будем сейчас об этом пожалуйста

Вы Если ты думаешь, что я забуду, то ты ошибаешься Не сейчас - значит позже, но мы поговорим об этом

Кэйа хорошо я понимаю, как ужасно это выглядит с твой стороны, прости меня мне правда очень жаль, что я сделал тебе больно но я не могу пока говорить о произошедшем, просто не могу

Вы Я понимаю, что тебе тоже непросто, и не буду давить Но, пожалуйста Если вдруг в будущем вновь возникнет такая ситуация (надеюсь, никогда не возникнет) То подумай ещё и обо мне. Если бы все прошло так, как ты хотел, как я, по-твоему, должен был отреагировать на такие новости? Ладно, это звучит очень эгоистично, извини...

Кэйа нет, все нормально, я тебя услышал ладно, давай поговорим немного кое о чем. у меня ость такая привычка брать все на себя, чтобы оградить близких на чужих плевать, пускай они все хоть умрут, но позволить страдать своим я просто не могу не уверен, что могу с этим справиться, это уже подсознательная установка: дорогие мне люди должны быть в порядке, и они будут в порядке, если все шишки я приму на себя. может, для этого я и поехал за Альбедо и Кли, чтобы в случае чего стать той необходимой жертвой, не знаю сегодня я провалился в этом, потому что альбедо оказался хитрее и, помимо всего остального, я чувствую еще и стыд из-за того, что позволил этому случиться, хотя умом понимаю, что я не обязан был подставляться вместо него, что никто не стал бы ругать меня, если бы я просто позволил альбедо с самого начала это сделать, что он взрослый человек и сам решает, как ему поступить я это понимаю. правда. но мне все равно плохо я говорю это все не для жалости или желания, чтобы мне помогли, я просто, доверяю тебе и хочу рассказать все сразу, чтобы потом не было недомолвок, ладно? я вот такой, и если ты хочешь продолжать со мной общаться, лучше к этому привыкнуть а сейчас давай сосредоточимся на Кли

Вы Я благодарен тебе за доверие, мне нравится такая концепция отношений Все, что тебе нужно знать обо мне, я расскажу лично. Тоже есть что рассказать. И если это будет в моих силах, я постараюсь поддержать тебя так, как смогу. Если у вас в Лиюэ есть хороший психолог, мы можем сходить к нему вместе. Тебе не нужно бороться с самим собой в одиночку

Кэйа я это уже, кажется, говорил… но ты лучший, просто лучший у меня не было и шанса на тебя не запасть хаха если тебе так будет легче, можем и правда сходить вместе

Вы Главное, чтобы легче стало тебе

Кэйа я да хорошо извини, так неожиданно плакать захотелось. нервы ни к черту уже ладно, так, беру себя в руки все будет хорошо

Вы Да Обязательно будет

Кэйа я на кладбище, к слову пытаюсь найти место по координатам жутко пиздец так тихо, мне постоянно кажется, будто я что-то слышу словно кто-то идёт за мной

Вы За тобой точно никто не идёт?

Кэйа нет, я же оглядываюсь по сторонам хочешь любопытный факт? я вроде нашёл место, и тут неподалеку несколько могил с одной фамилией что-то вроде семейного уголка… если так можно сказать про кладбище

Вы Что за люди? Это может быть не просто так — то, что он указал место рядом именно с этими могилами

Кэйа сейчас посмотрю поближе мммм, так Цзян Дань, умерла пожилой, ещё одно имя разобрать не могу, рядом Цзян Шаоюань и Цзян Дуань, видимо, муж и жена. все умерли в один день. жуть какая…

Вы так, погоди я проверю в интернете, нет ли какой связи с нашим делом

Кэйа окей и тут есть место у зарослей, земля как будто потемнее словно её кто-то копал надеюсь, это то самое место! архонты, умоляю, лишь бы там была живая Кли! ты ищи, а я буду копать

Вы Кэйа, подожди! Не копай пока! Подожди совсем немножко! Кэйа! ...проклятье, почему каждый раз, когда у меня что-то срочное, ты оффлайн Ладно Надеюсь, они успеют

      Раньше Кэйе, до последней клеточки городскому жителю, никогда не приходилось ничего копать, и сейчас он об этом, пожалуй, жалеет. Черенок одолженной у одного из жителей деревни Цинцэ лопаты скользит — или это у него руки слишком влажные? — и никак не получается взять ее поудобнее, земля загребается тяжело и разлетается в разные стороны, частично оставаясь у него на одежде и, кажется, даже в волосах, а впереди еще слой как минимум несколько метров в глубину. Кэйа чертыхается сквозь зубы, втыкает лопату глубже и переводит дух.       В деревне ему помогать отказались — местные почему-то боялись ходить на кладбище к вечеру, — и теперь все зависело только от него и его выносливости.       От мысли об копающем землю Альбедо он не может сдержать нервного смешка. Думает: какое уж там копание, даже черенок лопаты его толще. Да на него дунь — улетит.       — Ты только выживи и продержись еще немножко, — бормочет Кэйа, вновь принимаясь за работу почти с яростью. — Я верну тебе Кли, обещаю.       Он копает долго. Хоть глубина и небольшая, в конце едва чувствуются руки и спина, волосы налипли на влажный лоб, а во рту сухо как в пустыне, однако вся усталость слетает, когда лопата бьется о что-то твердое. Он торопливо раскидывает остатки земли, понимая, что стоит на крышке широкого красного — как иронично — гроба.       — Кли? — зовет он наугад, молясь о том, чтобы внутри и правда была она, живая и невредимая. Никто, разумеется, ему не отвечает.       Открывать гроб не менее тяжело, чем копать, но уже в моральном плане — ощущается так, словно она и правда умерла, а он попросту достает труп. От этой мысли все тело пробивает дрожь ужаса, а руки слабеют. Потратив на это еще, по ощущениям, целый век, Кэйа все же откидывает крышку и обессилено цепляется за стену вырытой ямы. Земля под его пальцами ссыпается вниз, а он смотрит на тельце, кажущееся вдруг совсем маленьким. Гроб явно непростой — есть место для кислородного баллона, в изголовье какие-то трубки. Кли без сознания, бледная, но живая — Кэйа убеждается в этом, прощупав слабый пульс не только на лучевой, но и на сонной артерии, просто на всякий случай. Из груди рвутся вперемешку смех и рыдания, но Кэйа лишь сжимает зубы, осторожно подхватывает ее на руки и устраивает на земле у края ямы, затем и сам вылезает наружу — ползти из земляной ямы то еще испытание.       Еще раз убедившись, что пульс есть, Кэйа вновь поднимает Кли, стараясь не смотреть на лежащий в земле гроб, и делает несколько шагов к выходу с кладбища, когда до ушей доносятся странные звуки. Позади что-то трещит, становится отчетливо слышно шумное частое дыхание. Кэйа прижимает Кли ближе к себе, готовый драться за нее насмерть, и оборачивается, понимая, что у них, кажется, серьезные проблемы.       Из кустов, непонятно откуда взявшиеся, на них выходят псы — целая стая, крупные и определенно чем-то недовольные. Кэйа застывает на месте, лихорадочно раздумывая, как же поступить. Оружия нет, на руках ребенок, до выхода не добежит. Нужно где-то спрятаться и вызвать помощь, но где?       Он оглядывает окружающую территорию, стараясь не двигаться, чтобы не спровоцировать атаку — кто же учил его, как нужно поступать при нападении бродячих собак? Альбедо? Ох, Альбедо бы точно что-нибудь придумал! Как жаль, что сейчас он занят борьбой за жизнь вместо того, чтобы давать Кэйе полезные советы, которые тот обычно пропускал мимо ушей. Кэйа на мгновение почти ненавидит свою беспомощность.       Взгляд прикипает к сторожке — старой и, кажется, неиспользуемой уже, но достаточно крепкой, чтобы выдержать натиск псов какое-то время. Остается лишь надеяться, что этого времени хватит, чтобы придумать план получше или вызвать помощь. Надеюсь, думает Кэйа, делая осторожный шаг назад, что там нет замка.