Время для четверых

      Огромное серое здание, походившее на дворец, выделялось на фоне белоснежных просторов. Несколько фигур в черных мантиях проследовали внутрь, оставляя после себя следы на хрустящем снегу. В большом просторном зале, именуемым столовой, собрались одиннадцать мужчин и две женщины.       Они обе были высокими, стройными и бесконечно гордыми дамами. Они были верными, стойкими, хладнокровными и готовы были отдать свою жизнь. Одна за своего хозяина, вторая – за своего сына.       В столовой повисла тишина, в отличие от подземелий. Все с содроганием слушали крики и мольбы, доносившиеся оттуда. Женщины переглянулись, одна улыбнулась искренней, восторженной улыбкой. Но через секунду ее брови жалостливо сошлись на переносице. – Как жаль, что мой Лорд не дал сделать это самой. Девчонка такая молчаливая, я бы заставила ее говорить... – Думаешь, Темный Лорд сам не в силах? – злостно прошипел Люциус Малфой, приближаясь к Беллатрисе. – Конечно в силах, Люциус. Но к чему тратить свои силы на этих... школьников. Раз, два – и дело с концом, – Беллатриса закатила глаза и дернулась, когда в комнате наконец появилась еще одна фигура в черном. – Твое желание помочь мне похвально, – прошипел Волдеморт. Его лицо было влажным от пота, а босые ноги ступали по холодному мраморному полу, оставляя красные следы крови. – Но мне необходимо иногда и самому участвовать в пытках, чтобы держать себя в тонусе, – он оглядел присутствующих. – А то в последнее время я что-то неважно себя чувствую. Может, у меня появились враги, которые молятся на мою смерть?       Волдеморт улыбнулся, обнажая свои острые клыки. Пожиратели смерти улыбнулись в ответ, поддерживая его настрой. – Мой Лорд, – Беллатриса преклонилась перед своим хозяином. Люциус и остальные поприветствовали его поклоном. – Как продвигаются дела, Люциус? Ты еще наблюдаешь за мальчишкой Поттеров? – Да, мой Лорд. Мы следим за ним, и пока все стабильно. Он в доме Андромеды Тонкс, мы готовы в любое время нанести им визит.       В голосе Люциуса была ясно слышна дрожь. Волдеморт скривился. – Андромеда Тонкс, – он поднял глаза к потолку, словно пробуя имя на вкус. – Урожденная Блэк, – он посмотрел на вторую женщину, стоящую за спиной своего мужа. – Не так ли, Нарцисса? – Все верно, мой Лорд, – кивнула она. – Ох, как, наверное, омерзительно осознавать, что родная сестра является предательницей крови, – Волдеморт покачал головой. – Как только мы доставим ее сюда, я позволю тебе лично пытать ее на моих глазах! – воскликнул он, восхищаясь собственной идеей.       Нарцисса Малфой вздрогнула, но не отвела взгляд. – Благодарю, мой Лорд, – она кивнула и слегка присела в реверансе. – Итак, Мальсибер, Нотт и Малфой. Я хочу, чтобы вы присмотрели за Поттером на этой неделе. Если они затевают какую-то операцию, которая нанесет нам ущерб, я хочу, чтобы наш человек передал нам это. Заклинание еще держится? – Волдеморт обратился к Мальсиберу. – Да, – хриплый голос послышался из-за спин. Все расступились, мужчина лет пятидесяти, с редкими, кое-где седыми волосами вышел вперед, склоняя голову. – Да, мой Лорд. Мальчишка все еще носит наше заклинание, он наши глаза, – закивал мужчина. – Превосходно. А остальные? Заклинание ведь было запущено в нескольких? – Только на нем оно уцелело, остальные перебороли его. – Интересно, – Волдеморт бросил задумчивый взгляд на метку одного из присутствующих. – Очень интересно. А эта девчонка? Грязнокровка... – Гермиона Грейнджер, да, она тоже справилась с ним. – Наверное, Долохов что-то не рассчитал... Хочу поговорить с ним, – Темный Лорд сделал несколько шагов, и все заметно расслабились. Но он застыл и обернулся. – Люциус, я хочу, чтобы мальчишка привел грязнокровку сюда. Мы проведем несколько опытов. Надо доработать проклятие. – Да, мой Лорд. Будет сделано, – поклонился Малфой-старший.

***

      «С днем рождения тебя!» – пели юноши и девушки, окружающие Теодора.       Весь чердак был украшен гирляндами, на полу лежало множество подушек, а в центре стояли бокалы и бутылки с алкоголем. Джинни Уизли внесла торт с девятнадцатью свечками. Они освещали ее улыбающееся и очень веснушчатое лицо, а в глазах весело подрагивал огонек. Сам Теодор, уже выпив несколько бокалов вина, был очень весел и расслаблен. Он улыбался так, как никогда, и чувствовал себя ребенком в окружении друзей.       На заднем фоне играла музыка, по бокам от него стояли Забини и Малфой, а напротив – девушка, бывший враг, протягивала торт и искренне поздравляла его. – Желание, желание! – повторяла Джинни под общие аплодисменты. – Скорей загадывай!       Теодор прикрыл глаза, задумался на несколько минут и задул все свечи. Сквозь легкий дымок, исходивший от потухших свечей, он увидел, как в комнату вошла Гермиона Грейнджер. Казалось, что пока что только он один ее увидел. Их взгляды встретились, и она смущенно улыбнулась. – С днем рождения, Тео, – сказала она, позволяя времени продолжить свой счет.       Тео... Тео... Тео...       Он чуть нахмурился, отводя взгляд, и посмотрел на Малфоя. Драко улыбался и поднимал бокал вместе со всеми. – Ну наконец-то! Мы немного не дождались... – сказала Джинни подруге. – Все в порядке, я успела увидеть самое главное, – усмехнулась Гермиона, бросая взгляд на Теодора.       Пэнси Паркинсон подошла к имениннику и крепко обняла его, что-то прошептав на ухо. Он улыбнулся и поцеловал ее в щеку. Взгляд Грейнджер тут же сменился на холодный, что не осталось незамеченным. Малфой закатил глаза, сжал зубы и опустошил стакан с вином. – Гермиона, – улыбнулся Гарри, подзывая ее ближе. Он обнял ее, когда она подошла. – Гарри, вижу, вы хорошо поладили, – сказала Гермиона, указывая на остальных слизеринцев. – Вроде того... – Гермиона! – Забини явно выпил больше, чем Нотт, поэтому сейчас он внезапно возник позади девушки, заставляя ее резко обернуться, и крепко сжал в объятиях. – Блейз. Как ты? – спросила Гермиона, прислоняясь к его груди. Забини положил подбородок на ее макушку и чуть прикрыл глаза. – Отлично, Грейнджер. А ты? – Если немного ослабишь хватку, мне будет легче дышать, – отозвалась она, вызывая усмешку на его лице. – Пойдемте, все уже собрались... – позвал Гарри за ее спиной. – Да... да, – Блейз посмотрел на нее, сверкнув глазами, и улыбнулся. – Пойдемте.       В центре комнаты все расселись на подушках, Пэнси села рядом с Ноттом, облокачиваясь о его грудь своей спиной, Джинни и Гарри тоже сели рядом, Дин, Лаванда, Рон и Падма сели напротив парочек, Фред и Джордж ближе к Гарри, Блейз сел слева, а Малфой оказался справа. Гермиона стояла между ними, собираясь сесть на подушку, но ее взгляд взметнулся к сидящим.       Пэнси, Тео, Дин, Лаванда, Рон, Падма, Фред, Джордж, Гарри, Рон, Блейз, Малфой.       Двенадцать.       Падма словно прочитала ее мысли. Их взгляды встретились, в глазах Патил виднелась тревога. Но Гермиона отмахнулась от этой приметы и резко села между слизеринцами.       Тринадцать.

***

      Празднование продолжалось до поздней ночи. Играла музыка, ребята веселились, пили и танцевали. Лаванда встала и предложила всем потанцевать. – Давайте немного подвигаемся! Засиделись уже!       Она протянула руки Дину и увлекла его на другой конец комнаты.       Джинни и Гарри танцевали вместе, отлично смотрясь во время медленных танцев. Дин, Лаванда, Рон и Падма отплясывали под новомодную магловскую музыку, от которой Малфой воротил нос. Нотт тоже периодически выходил на «танцпол», увлекая за собой Пэнси, и они танцевали самые откровенные танцы из всех, что Гермиона повидала за сегодняшний вечер. – Почему не танцуешь? – спросил Драко, скосив на нее взгляд. – А я похожа на ту, которая обычно танцует всю ночь? – усмехнулась гриффиндорка. – Нет, ты похожа на гриффиндорскую зануду и всезнайку, – фыркнул Малфой, старательно сдерживая улыбку. Он отпил из бокала, наблюдая, как Гермиона закатывает глаза. – Но, может, зануды тоже танцуют, откуда мне знать? – И правда, – она подняла палец вверх. – Ты ничего не знаешь, Малфой. – Расскажи мне. – Что? – она наклонилась к нему, чтобы услышать его голос сквозь громкую музыку. – Покажи мне, – повторил он, меняя смысл фразы. – Это приглашение? Или вызов? – Скорее, первое, – улыбнулся он, ловя ее взгляд, но кажется Гермиона не услышала его слов. Она нахмурилась, склоняясь еще ближе.       Музыка сменилась на медленную, и на горизонте возник Нотт. Пара пуговиц его белой рубашки была расстегнута, кудри взлохмачены, а глаза искрились. – Позвольте украсть вашу даму на один танец, – произнес он, подавая руку Гермионе.       Она бросила взгляд на Малфоя и засмеялась. – Кажется, ты опоздал, Малфой, – сказала она ему. – Я не его дама, – громко произнесла гриффиндорка, протягивая руку.       Пока Малфой молчал и бездействовал, Нотт вовсю пользовался своим положением и кружил Грейнджер под музыку. Она смеялась, прижималась к нему, когда ее ноги путались, и смотрела в глаза, не скрывая искренней улыбки. Драко вспомнил все моменты, когда видел их вдвоем в доме Забини. Она была такой же счастливой рядом с ним. Он всегда был с ней. Как там говорят? И в горе, и в радости... – Мне иногда кажется, что он обводит нас вокруг пальца, – произнес голос Пэнси рядом с ухом Малфоя. – Что ты имеешь в виду? – нахмурился он. – Посмотри на них. Он как будто ее помнит. Тебе не кажется? Он ведет себя так... – Это просто ревность, Пэнси. – Ты не видишь, – она кивнула на танцующую парочку как раз в тот момент, когда Тео прикоснулся к щеке девушки и убрал кудрявую прядку за ухо. – Я не понимаю. Когда вы только привели его, он и правда ее не помнил. А теперь... – Может, она снова начала ему нравиться? – Малфой глянул на подругу и увидел напряжение в ее глазах. – Это что-то другое, – она покачала головой и отсела на свое место.       А Малфой вернулся к созерцанию Нотта и Грейнджер. Эти двое так отлично смотрелись друг с другом. Его бесконечная энергия, раскрепощенность и азарт в глазах, и ее скромность, смущение и утонченность. Хорошее сочетание.       Драко обратил внимание, что на ней чья-то большая красная футболка, подвязанная поясом на талии, и черные плотные колготки, больше похожие на лосины. Он провел взглядом от ее колен до талии, представил изгибы ее фигуры, скрытые под объемной футболкой и невольно сглотнул, а затем выпил половину содержимого стакана. Иногда он чувствовал себя психом или извращенцем. А как еще можно было объяснить это наваждение? Раньше его бы тошнило только при мысли о Грейнджер, а сейчас у него в горле пересыхает от одних только фантазий. – Играть! Давайте играть! – вскрикнул Блейз, приглушая музыку. Он поднял с пола пустую стеклянную бутылку и покрутил ее в руках. – Нет! – в один голос произнесла половина присутствующих. – Да! – ответила вторая. – Большинство за, поэтому давайте! – Забини сел на свое место. – Кто будет первым? – Давай ты, раз предложил, – хихикнула Лаванда. – Хорошо.       Блейз потер ладони друг о дружку и крутанул пустую стеклянную бутылку. Она завертелась, и все невольно подались вперед. – Мама Падма! – воскликнул Тео, когда бутылка остановилась. – Вот так да!       Падма округлила глаза, растерянно улыбаясь. Затем сделала пару глотков из своего стакана и потянулась к Забини. Он коснулся рукой линии ее челюсти, чуть притягивая к себе, и аккуратно поцеловал. Меньше чем через полминуты их лица отклонились друг от друга, комната взорвалась аплодисментами. – Мы даже не подумали о парнях, – сказала Пэнси. – Вы будете целоваться? – Может, достаточно объятий? – покачал головой Дин.       Парни согласились на объятия, и бутылка закрутилась вновь. Фреду повезло, он обнялся с братом – Джорджем. Дину достался поцелуй от Пэнси – быстрый и уверенный, Лаванда поцеловала Рона – почти минуту и очень страстно, Рону достались объятия Джинни, а Пэнси поцеловала в щеку Гермиону. Нотт крутанул бутылку, и Малфой в этот момент напрягся, он взглянул на Тео, потом на всех остальных и затем – на Грейнджер. Она пила вино и даже не смотрела в его сторону. Казалось, что все кроме него были веселы и расслаблены. – Гермиона! – воскликнул Забини. – Нет, нет... Малфой! – Дин указал на бутылку. – И в самом деле, сразу и не поймешь, бутылка указала на них одновременно. А если быть точнее, на место, где касались их колени. – Итак! – Нотт радостно потер ладони. – Какой сладкий подарок мне приготовила судьба.       Все засмеялись. – Целуй Малфоя, а обнимай Грейнджер! – засмеялись близнецы. – Ну нет, он же мой друг.       Нотт потянулся к Драко, сжимая его в крепких объятиях, и Малфой понял, что не хочет выпускать друга из своей крепкой хватки. И не потому, что он ему интересен, а потому, что он собирается целовать Грейнджер!       Он бросил на нее взгляд и не поверил глазам. Она замерла, и в ее глазах читалась тревога. Неужели не хотела целовать? Не может быть. Тео подался вперед, заставляя Малфоя подвинуться назад, и протянул руку Гермионе. Она неуверенно наклонилась вперед, невольно опираясь о колено Драко. – Грейнджер? – улыбнулся Нотт. – Тео, – улыбнулась она в ответ.       Он приблизился, и его взгляд на мгновенье изменился. Он стал серьезным, и словно весь блеск исчез. Правой рукой Нотт обхватил ее за шею и потянул на себя. Его губы с привкусом алкоголя впились в ее, и он жадно поцеловал ее, прикусывая нижнюю губу, отчего она вздрогнула и сжала руку на ноге Драко. Малфой не мог на это смотреть и повернул голову вправо, сталкиваясь взглядом с Пэнси.       Его бесило, выворачивало наизнанку и хотелось убить своего лучшего друга. А что он мог? Сказать всем, что она его девушка? Бред. Они не обсуждали то, что между ними происходило. Они не понимают своих чувств, поэтому Малфой не может претендовать на нее. Но и смотреть на то, как Теодор целует ее, он тоже не может. – Все, все... Тео, – услышал он тихий голос Гермионы, но не заметил, чтобы Нотт прекратил.       Тео... Тео... Тео... – Нотт, она же сказала «хватит»! – Малфой ткнул его в плечо, и Теодор, вздрогнув, сел на место. – Прошу прощения, – улыбнулся он, – я увлекся.       Его глаза снова сверкнули, отразив огоньки, висящие на противоположной стене.       Все по традиции похлопали паре. Малфой отказался играть, Гермиона поддержала, и на них игра закончилась. – Мне хватило их облизывания в сантиметрах от меня, – пояснил Драко.

***

– Ты что себе позволяешь?! – прорычал Малфой, резким движением вжимая Гермиону в стену кухни. Она издала такой звук, будто весь воздух вышел из ее легких. – Малфой! Какого черта?! Убери свои руки! – Грейнджер начала брыкаться и отталкивать его, но Драко лишь сильнее сжал ее плечи. – Что это было, Грейнджер?! Какого хера ты сосешься с ним перед моим носом?! – гневно прошипел Малфой.       Она тяжело дышала и смотрела на него, не в силах подобрать слова. – Что? Ты... ты об игре? Малфой, что ты о себе возомнил?! Разберись сначала со своей башкой, а потом накидывайся на меня! – она еще раз попыталась оттолкнуть его, но Драко приблизился. – А ты решила стать фронтовой шлюхой? Тренируешься?! – Закрой рот! Ты идиот совсем? Или перепил?! – Гермиона изо всех сил толкнула его в грудь и отошла от холодильника, оглядываясь, нет ли кого у входа. – Это была просто игра, Малфой! Тем более Тео... – Что Тео? Понравилось тебе? – Заткнись! – Гермиона сократила расстояние и закрыла ему рот рукой. – Там кто-то идет, – прошептала она прямо в свою ладонь, прикрывающую его рот. Малфой гневно прожигал в ней дыру и попытался дернуться, но Грейнджер вложила всю свою силу, поэтому он с трудом смог избавиться от ее рук, и то лишь пару минут спустя. – Что? – Тише! – шикнула она, поднося палец к губам.       За пределами кухни и в самом деле кто-то был. Гриффиндорка и слизеринец притихли и подошли чуть ближе к выходу. Малфой вышел вперед, настороженно вглядываясь в темноту. – Тут никого, – хрипло произнес мужской голос. Гермиона вздрогнула и, распахнув глаза, уставилась на Малфоя. – Видимо, все разошлись. Сегодня ночью самое подходящее время, дом почти пуст, и те, кто нам нужен, здесь. – Нам?! – прошептала Гермиона в спину Малфоя. Ее руки затряслись, а в животе сжался нервный узел. Кажется, ее начало тошнить от волнения и страха.       Они услышали шаги, и Драко выглянул из кухни. Эту походку он узнает даже в темноте.       Когда фигура Теодора Нотта скрылась за аркой гостиной, Гермиона облегченно выдохнула, но тут же была схвачена жесткими руками Малфоя. – Надо срочно сказать Поттеру и Забини! Ты меня слышишь?! Иди к Поттеру и скажи, что Нотт предатель. – Он не... почему... – Ты сама слышала! Или я тут один слышал голос Нотта в холле?! – Я слышала... Хорошо, пойду к Гарри и скажу... А дальше что? Надо его оглушить и убраться всем отсюда. – Разбуди Поттера и Забини, а я пойду к Тео. – Нет! А если он уже будет не один?! – Ты тянешь время. – А ты подвергаешь себя опасности! – Волнуешься за меня? – Я волнуюсь за всех нас! Ты подставишь нас! – Иди за Поттером и Забини! Я буду внизу, постараюсь его оглушить.       Малфой вытолкнул Грейнджер к лестнице, и у нее не осталось выбора. Гермиона практически на цыпочках поднялась наверх и первым делом направилась к спальне Поттера. – Гарри! Прости, что врываюсь... – Джинни отлетела от Гарри на пару метров и прикрылась одеялом. – Ох, черт! Простите, простите... но мне надо срочно вас забрать... – Куда забрать?! – удивилась Джинни, округляя глаза. – Там Нотт, он... Он, кажется, предатель. Скоро здесь будут Пожиратели! Собирайтесь! – Ты его видела? – спросил Гарри, надевая футболку.       Гермиона все еще стояла к ним спиной и сгорала от стыда. – Да, в холле. – Гермиона, что ты делала внизу? – удивилась Джинни. – Была на кухне... Это неважно. Он внизу все еще. Быстрее! – Он там один? – спросил Гарри. Гермиона повернулась к ним лицом. – Нет, с Малфоем.       Гарри и Джинни одновременно подняли брови от удивления. – Мне надо к Блейзу! – сказала Гермиона, чувствуя, как ее щеки разгораются и краснеют.