N. Madeyra: между молотом и наковальней

      Пылевая буря покрывала с головы до ног путника. Черная Смерть глядел сопернику без страха и упрёка. Главарь банды Сент-Луиса — Громила Тони стоял напротив и перебирал пальцами у рукояти своего револьвера. — Черная Смерть, я долго ждал этой встречи, — Громила Тони сквозь грязную фиолетовую бандану глядел на противника напротив. Потный лоб крупными каплями скатывался на веки противников, заволакивая пеленой глаза. Они быстро жмурились, чтобы получше разглядеть друг друга. Глаза горели от соли, но они продолжали пристально глядеть друг в друга. Над противниками стояли городские часы местной часовни. Минутная стрелка неумолима двигала к полудню. Оставалось две минуты. — Я знаю, что ты меня не пропустишь к своему хозяину. Чтобы я пробрался на ту сторону Миссисипи мне нужно переступить через твою жирную тушу, — рассуждал китаец то и дело шевеля пальцами у пистолетной кобуры, из которой торчала рукоять револьвера. — Ты помнишь уговор, Мистер Вон, если ты выигрываешь, я тебе дам пройти Мост Идс, на ту сторону реки. Если нет — я украшу его ещё одной головой, — бандит кивнул в сторону голов на кольях, выставленных в ряд вдоль всего моста. — И ты не пойдёшь дальше, к сеньору Мадейре, которого ты хочешь убить… Ты считал, что мой проводник проведёт без моего ведома, а он взял и тебя обманул. Обманул так же, как и все предыдущие члены картеля. Он тебя не ждёт, сеньор Вон. Ты должен быть счастлив, что тебе оставили твою никчёмную жизнь. Шел бы ты заниматься своими делами, дружок… — Да, это так, Громила Тони. Но, я хочу заметить, что я не желал не тебе не твоим людям смерти. И никому ничего плохого не желаю. Я просто хочу пройти по этому чертвому мосту. — Без разрешения общины?! — воскликнул главарь уличной банды, окликнув местных жителей, которые в страхе прятались по домам и выглядывали за происходящим из окон. — Давай не превращать это в цирк, Тони? Местные и без того запуганы твоими парнями. Общине Сент-Луиса вообще нет разницы кто по ней ходит. Они с того не получают ни цента… — Заткнись! Ты решил посягнуть на нашего господина Мадейру! Все, кто посягают на Мадейру, посягают на основу Союза Государств Америки! — Дурак ты Тони! Ты так и не понял, кто твой друг! Городские часы на центральной площади города пробили шесть вечера. Солнце на закате касалось лучами затылка китайца. После пробитого шестого раза на часах, оба ковбоя вытащили оружие и одновременно выстрелили друг в друга. Вэй держался за левое плечо и неподвижно глядел на Громила Тони. — Я кажется попал… — улыбнулся Тони и упал лицом в песок. Вон подбежал к поверженному противнику и взял его на руки. — И что я говорил, Тони? — Вон ворчливо достал тряпку и наложил её на кровоточащую рану на груди. — Кажется я умираю… — чуть слегка улыбнулся бандит, — сеньор Мадейра будет доволен, что я отдал за него жизнь и умер от руки его заклятого противника… — после он ещё что-то пытался сказать, но не мог так как изо рта у него пошла кровь. Вон прослезился, — не пойму, Громила Тони, от чего так выходит, что в конечном итоге мы всё равно должны убивать друг друга…

***

      Испанец спокойно глядел на лого брелока, висящего на связке ключей «КороКорп». «Итересно как там он?» — подумал Мадейра, вспомнив о бывшем друге. Испанец стоял задумчиво на капитанском мостике в рубке своего дирижабля, паря где-то в столичном небе и глядел на ядовито-фиолетовое небо. Затем он вспомнил про Марию. Коро не отвечала на его звонки с тех пор, как он её покинул, забрав их сына. «Они меня так и не поняли…» — рассуждал испанец. Он вдохнул наполнив во всю грудь воздуха. Ему показалось, что он услышал приятный сладкий запах духов бледноликой мексиканки. — Я хочу видеть, что такое на самом деле человек, — Мадейра удивился, что произнёс эти мысли вслух, — но я вижу только опустившийся до отброса сброд у своих ног. — Он спокойно достал ещё одну сигару и задымил. Затем он подошел к проигрывателю с пластинками и включил свою любимую «Оду к радости». Внезапно в этот миг зазвенел телефон и испанец властно поднял трубку. — Мадейра…       С другого конца произнесли только лишь три слова «Он перешел мост».