N. Madeyra: между молотом и наковальней

      Утро 16 мая 2060 года для немецкой столицы ознаменовалось массовой ракетной бомбардировкой. Пострадали столичные эелектростанции и узлы водоснабжения. Император Фридрих был в бешенстве и собрал срочное совещание Бундерсвера с участием служб спасения в своей резиденции в Берлинском дворце (Berliner Schoss). — Докладывайте, герр Киевин, — император обратился к командующему Объединённым силам обеспечения. — Ваше величество, пострадала ТЭС «Берлин Митте», повреждено три подстанции, также возникли перебои с водоснабжением в Веддинге, Митте, Кройберге и Шарлоттенбурге. — Сколько надо будет времени, чтобы устранить неполадки? — Думаю, что к вечеру воду вернут. Что не скажешь об электроэнергии… — И насколько город останется без света? — По нашим подсчётам около недели, ваше величество. — Что скажете, герр Герханц? — Фридрих сурово поглядел на командира силами противовоздушной обороны Берлина. — Я… — Я отвечу, — вмешался командующий силами Люфтваффе бундерсвера Йозеф Каммрубер, — Мы не ожидали… — Как не ожидали?! — возмутился император, — Рейх перебывает в состоянии войны с внешним противником, а вы «не ожидали»?! — Ваше величество, силы ПВО Германии долгое время не использовались в боевых условиях. К тому же, мы неоднократно пытались донести вашим бюрократам про неисправность большей части наших установок. Они попросту устарели. А новых не завезли. — Хочу заметить… — вмешался глава Федеральной разведывательной службы Германской империи Корль, — до нас дошли сведения, что президент Д`бампо недавно сложил полномочия и находится под арестом… — Тогда кто?.. — остановился на полуслове кайзер. — В том и дело, что мы не можем знать, что творится у них там в штатах. Поступают обрывочные донесения о том, что в стране творится бардак. Военная техника перешла на руки армии, ЧВК и разного отребья, среди которых нет единого центра. — Если бы не было понимания между ними, никто бы сегодня не стрелял ракетами по городу! — указал Фридрих, — где чёрт возьми, глава МВД, сухопутных войск и их заместители?.. — Ваше величество, — вошел в совещательный зал ошеломлённый адъютант Фридриха с телефоном в руке, — главы МВД… сухопутных войск… которые должны были приехать, погибли. Кто-то подложил взрывное устройство им в машины накануне… Полиция работает на местах взрыва.       Весь зал военных и спасателей стал гомонить и перешептываться между собой. Фридрих молча стоял нагнувшись у стола, напряженно держась руками за спинку кресла и со взглядом маньяка глядел на генералитет, готовым разорвать любого. — Меня как-будто кто-то обвёл вокруг пальца… Но, кто… — Фридрих немного поразмыслив, покрутил свой чёрный крючковатый ус, провёл взглядом вокруг соратников и после обратился к адъютанту, — Фриц, немедленно, слышите, немедленно, наладить взаимодействие с силами обороны столицы и дайте им всё возможное, чтобы обезопасить оборону нашего чёртового воздушного пространства! Далее! Обеспечьте проведение инспецкии сил ПВО по всей стране совместно с герром Каммрубером. Я вижу, ему тут слишком весело и легко живётся, давно он не воевал, знаете ли… — Фридрих покосился в сторону командира Люфтваффе. Идите работать, господа! Про ликвидацию пожаров и ремонт инфраструктуры мне докладывать каждые три часа и не надо по сто раз спрашивать, что делать. Бундестаг вас всех снимет, если это повторится снова. А оно может повториться, поверьте мне! Все свободны. Кроме Ганса Корля. С господином Корлем у нас состоится отдельный разговор, — пока все расходились, кайзер Фридрих уселся на кресло и развернулся ко всем спиной, чтобы не показывать эмоций.       Вечером в Лондонском Сити состоялось чрезвычайное заседание с участием Лорда-мэра состоялся совет «Ложи семи» — тайной организации, которая держала в руках всю полноту власти в Великобритании. Присутствующие сидели за круглым столом, одетые в черные церемониальные мантии, на шее их были цепочки с золотыми медальонами. — Я себе даже представить не могу чем занимаются эти бездельники в парламенте? Это же какой-то кошмар! — возмутился Лорд-мэр Двэйн, председательствующий в центре стола. Одет он был в особую алую мантию, свидетельствующую о его особом положении. — Вы их назначили, вам их и усмирять, — недовольно сказал король Генрих XVI. — Может мне за вас и на балы ездить принимать всех этих вельмож и перед войсками выступать, мистер Генрих? Что вообще за недовольство? Во время восстания Клаузевица вы были не таким смелым. Сидели в Сити и вели себя, как прилежный ученик. — Виноват… — пробубнил король. — Довольно. Будете исправляться на политическом поле. Сейчас мы выслушаем доклад от Директора МИ-6 и дальше решим наши дальнейшие действия. Прошу вас, мистер Маккгрегор.       Из-за круглого стола в черной мантии встал директор Маккгрегор с чёрной папочкой, достал пачку листов и принялся зачитывать: Джентельмены, поскольку накануне известной катастрофы в Штатах, Королевство было не готово ко вторжению, это не значит, что кампания по реконкисте в североамериканских колониях отменяется. Я вам даже скажу больше, предложение господина Двэйна позволить противникам схлестнуться в смертоносной схватке, дало нам сыгранное время для проведённой мобилизации уже нашего английского колониального корпуса Ост-Индской компании. Регулярных войск можно будет не задействовать. Нам будет достаточно собственных сил. — И вновь за счёт казначейства Англии! — не унимался Генрих. — Уймись наконец, щенок! Иначе я тебя выгоню к чертям из зала Совета, — вмешался в разговор лорд-мэр. — Вы уверены, что мы сейчас готовы, мистер Маккгрегор? — А что нам мешает? Сто из ста восьми членов гильдий Сити поддержали реконкисту. Прибыль получат они. Все издержки будет погашать мистер Генри. Людским ресурсом обеспечит Генри. Успокаивать парламент и народ тоже будет мистер Генри. Хоть по правде говоря, был бы мистер Шоу… — К чёрту Шоу! — сварливо нагрубил король директору спецслужбы. — Заткнись, Генри! Это второе предупреждение! Продолжайте, господин директор. — Итак, на континенте, неожиданно для нас появилась некогда неизвестная сила — Армия Освобождения, конфедерация независимых городских общин, которые не подчиняются федеральному центру. Руководит ею известный на Западном побережье экстремист и глава картеля — Мадейра. Его спонсируют кланы Нью-Йорка. Кроме того, в стране до сих пор есть множество расквартированных армий и спецслужб, которые не спешат присягать на верность Армии Освобождения. Некоторые из них до сих пор являются сторонниками старого режима… — Это всё мы знаем и без вас, мистер Маккгрегор. Ближе к интересующему нас делу. — Сегодня ночью Берлин атаковали межконтинентальные баллистические ракеты. По донесениям наших людей, американского производства. Это было дело рук приспешников Д’бампо. Стреляли оттуда. Наша оборона засекла траекторию их полёта. Ячейки ЦРУ, рассредоточенные по всей стране, имеют доступ к кодам. Наш человек доложил, что штаб-квартиру перебазировали из Лэнгли на запад… — Немцы… — Да-да, мистер Двэйн, наши люди есть и в стане ЦРУ, ФБР, а так же в немецкой армии. Сегодня мы помогли коллегам из ЦРУ устранить наиболее верных кайзеру членов руководства силовых ведомств. — Вы точно проверили? Они точно мертвы? — Да, мистер лорд-мэр, двое из них погибли на месте. Помощника министра МВД рейха не довезли до реанимации. Погиб он в вертолёте. Ещё трое силовиков в реанимации. — Это будет значить… — Они попали в нашу ловушку. — Двэйн потрогал свой золотой медальон с эмблемой, изображающей цифру семь в центре стилизованного треугольника. — Всё идёт по нашему плану как нельзя лучше. Нью-Йоркская корпоратократия нас не подведёт. Мистер Генри, мы надеемся на вашу поверенную. Осмелюсь полагать, что она знает, что делать. И всё-таки, у нас не может не вызывать опасения нависающая над Вашингтоном флотилия кайзера. Надо, хотя бы, зачистить североатлантическую акваторию и побережье от Кайзерлихмарине. Нам придётся послать флотилию Ост-Индской компании… Предлагаю голосовать и да направит нас Великий Архитектор, джентльмены.       Спустя неделю после тайного совета «Ложи семи» в дымке тумана акватории залива Массачусец у пригорода Бостона показалось неизвестное морское соединение, состоящая из трёх британских фрегатов старого типа УРО-10: HMS «Argill», «Lancaster», «Iron Duke», водоизмещением 4900 тонн, на борту каждого находился десант из 185 человек. Вокруг громадных боевых барж роились сторожевые корабли и несколько патрульных катеров.       Старая Англия знала толк в кораблестроении. Но, то что приплыло, должно было быть выведенным из строя за долго до гражданской войны в Англии. Флот обороны был отдан в пользование пиратам новой современности. Если бы кто-то остался на маяке из смотрящих, они бы увидели полосатые флаги торговой Ост-Индской компании. На капитанском мостике фрегата «Iron Duke» стоял коммодор Шентон Томас младший. Его далёкий предок занимался покорением и рабовладением отсталых народов в странах Юго-Восточной Азии. Сам же коммодор отличился чистками в бывших странах Африканского Союза и стравливанием туземных вождей друг с другом, а также морской блокадой непокорных стран, желающих отделиться от сферы Британского содружества. В кругу таких же хищников-колониалистов, как и он, человек довольно гибкий, женатый на дочери лорда-мэра Двэйна и имеет связи в Сити. В новые времена, когда международное гуманитарное право утратило силу, его колониальный флот был одним из первых, кто обратился к прежней практике агрессивно-захватнических действий в странах третьего мира для насильственного навязывания «свободной английской торговли», включая торговлю рабами, детьми, наркотиками и оружием. По мнению Двэйна этому тщеславному, но практичному человеку можно было доверить задачу по захвату плацдарма в Новом Свете.       Шентон стоял на капитанском мостике и осматривал в бинокль прибрежную полосу. Его морщинистый лоб хмурился в попытках рассмотреть хоть что-то во мгле бледной дымки.       «Кто у нас пойдёт на корм рыбам сегодня? Надо устранить потенциального конкурента пока не добрались первыми до меня…» — подумал коммодор, — «точно! Есть же целый капитан Джон Генри. Совсем недавно этот подлец сказал, что в следующем году хочет занять место капитана на новом флагмане его величества. Этого допустить нельзя не в коем случае», — Шентон подозвал к себе связиста и попросил его связать с капитаном Генри со сторожевого судна. — Сэр Генри, это Шентон. Тот самый, который помог вам уличить нечистого на руку вашего старпома. Мистер Двэйн и гильдия высоко оценили ваши подвиги в Свазиленде и в этой экспедиции я лично буду ходатайствовать о том, чтобы вас назначили капитаном нового флагмана… … — Говорите, там проблемы с видимостью и дальше не можете двигать ваше судно? … — Мои картографы подсказывают, что вам бояться нечего и вы можете смело плыть на всех парах на своём маленьком, но гордом судёнышке.       Спустя несколько узлов хода машины прозвучал взрыв и море покрылось плёнкой пламени, во все стороны разлетелись запчасти и фрагменты кораблей, а так же стали разноситься криками о помощи и вопли пострадавших матросов. — Коммодор! — с опаской окликнул связист, подбежав к Шентону, чтобы заградить его тело своим — сойдите с мостика. Вас может задеть осколками! — Всё хорошо, Том.       Том дрожал, как осиновый лист. Не сколько из-за опасений за жизнь командира, сколько из тех побуждений, что его раскритикуют фанатично преданные коллеги и призовут к суду за проявленную халатность дабы доказать в очередной раз свою лояльность.       Шентон стоял тёмно-синим истуканом в офицерском бушлате с серебряными пуговицами, вышитыми погонами с аксельбантами, невозмутимо держась на мостике и даже не обернулся в сторону связиста. Он глядел в сторону пламени. Его глаза сияли от счастья, а уголки рта чуть скривились в улыбке, но он старался сдержаться, чтобы не показать эмоция от проявленной подлости. После он демонстративно снял фуражку, чтобы проявить показное ханжество в отношении погибших товарищей, хоть окружающие его люди понимали всё лицемерие данного поступка.       «Так и знал! Там водные минные заграждения. Надо дать приказ первыми идти патрульные суда, чтоб те разминировали нам путь». — Томас, ты видешь немцев? — Нет, сэр. Но, кажется, со стороны мыса на юго-западе, я вижу остов корабля… — сказал Том, всматриваясь в подзорную трубу. — Свяжись немедленно с патрульными катерами и дай команду двигаться к берегу и выявлять минные заграждения на пути. А я пока свяжусь с фрегатами и дам команду остановить машины и лечь в дрейф пока путь перед нами до Бостона не будет зачищен.       Шентон в очередной раз глянул в бинокль в сторону горящего катера Генри. Внезапно в воде он узнал проплывающую фуражку конкурента — подтверждение, что капитана больше нет в живых. «Ещё одного мерзавца больше нет на моём пути» — помыслил коммодор, опустив бинокль, передал его Томасу и убрав руки за спину пошагал как ни в чём не бывало в командную рубку, чтобы остановить судно.       Бойцы территориальной обороны штатов в это время беззаботно несли службу у морского побережья на территории Массачусетского университета Бостона, переоборудованного под нужды армии. Двое солдат сидело в прицепе пикапа с пулемётным расчётом и резались в карты. Без сети «интернет» им нужно было как-то коротать время в ночной смене. Внезапно послушался нарастающий мотоциклетный гул. В небе засверкало трое беспилотников со стороны моря, а вдалеке все увидели дым от горящих барж флота английской компании. Словно по команде, заработала система противовоздушной обороны, став методично отстреливать воздушные дроны, словно отбиваясь от роя надоедливых мух. В момент у набережной показались катера без флагов и иных знаков различий, из которых стали выгружаться чёрные человечки, говорящие на вычурном английском. Партия и первых двух высадившихся ржавых катеров рассредоточилась вдоль набережной, прикрываясь за контейнерами и спецтехникой. Последующим их примеру побратимам повезло меньше. Очевидно, что терробороновцам помогали «доброжелатели» из числа местного населения. Кто-то продавал информацию на сторону за деньги, а кто-то в порядке сведения личных счетов. Как известно, в городах, наводнёнными вооруженным озлобленным народом, процветало мародёрство, грабежи и убийства. Этим даже не скрывая промышляли местные спецслужбы. Словом честность и достоинство потерял всякий, кто так или иначе были причастен к линии боевого соприкосновения. И каждый некогда «честный американце» не брезговал зайти во двор соседа со свежевыданным автоматом, чтоб во имя СГА не пограбить своего ближнего.       Итак, высадившихся стали накрывать боеприпасами со стволов всех орудий. Американцы, как это было принято, с отборной матершиной стреляли невпопад, в надежде, что куда-то прилетит. После с городской застройки района Дорчестер открыли по набережной огонь абрамсы, чтобы выбить неизвестного противника. И атака была бы успешно отбита, если бы с залива не прилетел ряд звуковых крылатых ракет, которые поочерёдно сравняли с землёй танковый взвод, а вместе с ним и близ лежащие высотные жилые дома. За прошедшие месяца анархии и безвластия человеческая жизнь потеряла всякую цену и с гражданскими потерями все стороны перестали считаться. Оборона была сломлена менее чем за час, и на побережье выстроились красные и тёмно-синие мундиры компании, захватывая командные пункты и узлы снабжения от Вест Энд до Адам Виледж. К утру следующего дня тёмно-синие и красные мундиры с торжественным маршем, под барабанную дробь, заняли высоту Банкер-Хилл и водрузили полосатый флаг Британской Ост-Индской компании в честь реванши за битву трёхсотлетней давности*. * Битва при Банкер-Хилле — первое крупное сражение между английскими и американскими войсками, которое произошло на высотах Банкер-Хилл и Бридс-Хилл к северу от города Бостон 17 июня 1775 года во время Войны за независимость США.