Кровавый переулок

Громкий щелчок во время перезарядки того самого холодного оружия, что раздалось эхом за дверью, и дошло прямиком до ушей сидящего на полу Коко. Знакомый звук оружия пустил по телу сидящего дикие мурашки, что парень и подрагивать стал, понимая, что дело далеко не зайдёт. Всё что приходило в голову - побег, снова побег, от всего, что его пугало, но в основном, сейчас это был вооружённая персона за стеной, что направлялась вероятнее всего к нему. Мысли как на зло разбегались в разные углы, как и стоящий вопрос в голове.."Блять..Куда...куда деваться..?". Идти против человека, который был верняк сильнее Коконоя, да ещё и с ружьём в руках было тупо и бессмысленно, ведь шансов на победу над ним было ровно ноль, и подвергать свою жизнь такой опасности не хотелось, даже если он и так застрял в мировой пизде, и убегать от парней с «нашей» группировки было так же хреновым вариантом, ибо травмы прилетели бы куда хуже, а юношу и от этих еле не отключает и он кое как дышит, всчитывая все переживания в голове, и они точно ещё ближайшее время не покинут его, пока под жопой ощущается хорошенькая опасность. Сердце словно выпрыгивало с груди, а глаза бегали в поисках малейшего спасения, пока не сосредотачиваются на небольшой и практически незаметной двери в уголку напротив усталой души. Стоило только дёрнуть одной из собственных ног, как резкий дискомфорт ударил по тому, заставляя еле не скулить, но юнец крепко прикусил губу, что и в долю секунды капля алой и горячей крови выступила на поверхность, постепенно сползая по губе и далее далее к подбородку. Другого хода в этой игре не было, как только подняться и кое как добраться до той чёртовой двери. Взвесив все за и против в своей головушке, Хаджиме всё таки выбирает побег, и с этим всем он собирается вставать, проливая тихие слёзы от еле не адской боли, а если было бы хуже - можно считать свет для него потух бы прямиком за спиной, не давая шанса уже ни на что. Упираясь предплечьем о холодную бетонную стену, сидящий чувствует, как этот холод резко пробивается сквозь царапины и синяки, распространяясь так же стойкой болью, но падать и опускать руки на нет - нельзя. С горем пополам он поднимается на ноги, которые нереально подкашиваются, не разрешая ровно стоять на месте, а тем более без стены рядом с собой. Сущность, что брела по коридору, была уже прямо за стеной, будто своей рукой задевая Коконоя буквально через ту стенку. Парень в комнате сразу ощутил эту близость, услышал чужое дыхание за стеной..и медленные и пугающие шаги, потому тот как-то да и отталкивается от бетона, моментом добежав до двери. Попутно, он давил всё больше нарастающую боль, даже не пикнув, и даже не жалуясь на всё это в слух, ведь всё было лишь в помыслах, так как по другому, он бы легко выдал себя, но он и так достаточно нашумел, за то время как проскакивал к двери, стараясь спасти свой зад последним методом, который оставался у него. Капли крови жалко капали на холодную поверхность, так тихо, медленно и настолько мучительно, что и можно было рваться на мелкие куски, и даже не жалеть о содеянном потом. Всё происходило момент за моментом, в считанные секунды, а за это время Коконой мог уже уничтожить себя любой из всплывающих мыслей, ибо выросла так же и усталость, чуть ли не в дважды, но по прежнему он смог её временно запечатывать на дне своей души, дабы оттолкнуть от себя мешающий ком в горле. С неким трудом парень всё же открывает дверь, врываясь словно молнией внутрь, а за собой уже аккуратнее закрыл те, обеспокоено оглядываясь в темной комнатушке, а то и кладовке, а по по правую её сторону шла ржавая лестница, на вид старая и не безопасная, но попытка не пытка. По левый бок, юнец увидел уже не новый, но наверняка рабочий пистолет, который тут же подхватил в дрожащую ладонь, проверяя тот, был ли он заряжен, или просто лежал для виду и красоты. На счастье, в нём было два патрона, и Надежда снова убежать словно расцвела в его душеньке, но иное чувство всё же ударило словно кинжалом в грудь. Параллельно с этим, в дверной проем заглянул старший Хайтани, который и был той персоной, что так пугающе наступала по раздумьях Коко, а ведь даже он мог сделать всё что угодно, так как личность это непредсказуемая, и жди от него как добра, так и беды в свою сторону. Оглядываясь, он никого не нашёл, хоть когда там ещё заходил Санзу, то тот мешок с костями ещё был, а теперь он потерян с поля зрения, что и слегка насторожило парня. Но в ту минуту, он заметил то тёмные, то ярко алые капли крови, что выстроились словно подсказкой к той двери, куда только только скрылся младший. Ехидно улыбнувшись, тот ступил парочку небольших шагов, стараясь идти рядом с кровавыми следами на полу, а по пути, он тихо проговаривал — Эй~ Где же ты?~ Решил от меня снова убегать?) Как забавно. За дверью, Хаджиме всё прекрасно слышал, но тогда он сразу рванул по железным ступенькам, что вели только выше. Вскоре, стало казаться, что им нет конца, что он поднимается вечно, или же..это сон(?), но не могло такого быть, не мог же он быть столь реалистичным, чтобы вызывать у него такие ощущения, такие эмоции и вести на такие действия. Парень конкретно сходил с ума, а пока поднимался, то уже еле не задыхался и не откидывался прямо на ходу, но он постоянно отговаривал себя от этого, поднимаясь, если падал, и убегал дальше, не надеясь уже ни на что, только на удачу. За собой он нёс потрясный шум, потому и Ран услышав быстрые рывки чужих шагов, вломился в ту кладовку, кидаясь в след за юношей что есть сил, но всё же догнать его было практически невозможно, ибо тот был уже слишком высоко, а ранить его с оружия было самым идиотским вариантом, а всё потому, что и без этого он еле дышал, о чём говорили чёткие следы на каждом шагу. Ран не зря кинулся за ним, ибо дальше был выход на крышу, а предчувствие говорило о не ладном, но по прежнему, улыбку с уст он ни в какую не спускал, словно маньяк несясь за своей очередной жертвой, не желая и её упустить, раз выпал такой прекрасный шанс на догонялки. Вот, Коконой наконец видит дверь перед собой, в которую врезается, будто не замечая и не зная, что она вообще существует, хотя, сейчас ему было далеко не до этого, и истерика над ним брала верх, ведь Хайтани с каждой секундой был ближе к нему. Выбежав на открытое пространство, тот нашёл две секунды чтобы отдышаться, и потом рванул к краю пятиэтажки. Хайтани в свою очередь, на последних ступеньках уже не особо спешил, поэтому бег спустил к неспешным шагам, и вот, наконец он в полный рост показывается глазами перед Хаджиме, и всё так же такой ленивой походкой он ступал ближе к юноше, который не раздумывая резко поднимает ствол ружья на парня, что остановился в нескольких метрах от того. Дикая дрожь охватила худощавое тело Коко, руки неуверенно подрагивали, всё никак не настраивая нужный угол дабы выстрелить, как тот грозил одним лишь видом. Дыхание младшего участилось, а зрачки нервно сузились не стоя на месте. —Ступишь ещё один шаг и я продырявлю тебе грудную клетку. Хайтани удивился такому заявлению, и его мимика потихоньку спадала с лица, превращаясь в глухую безэмоциональность, остановившись, тот всё же якобы послушал беловолосого, специально подстраиваясь под эту ситуацию —А смелости тебе то хватит выстрелить? Тише чем обычно спросил тот, всё же медленно приближаясь со своим пистолетом, которого не выпускал из рук досих пор, а мало ли. Коконой растерялся в край, и в глазах темнеть временами стало, и из-за этого он пошатывался, с пониманием, что стоит почти у самого края, и ступить бы ещё буквально два маленьких шага, и он бы камнем рухнул. У него в голове всё слишком смешалось, куда бежать, ведь за спиной конец..а может и единственный выход, и он может бы и спас от этих мук.."Может...это единственный шанс?..",его глаза значительно потемнели, и взгляд потерялся, направляясь в никуда, а потом его резко перемкнуло, и весь страх за одно мнгновение исчез из его души, будто его и действительно не было, как и куда деваться, и это так же сильно повлияло на его поведение в ту минуту: -Руки перестали дрожать. -Глаза бегать и искать помощи. и это поведение заставило Хайтани уловить слепую волну волнений. В один момент, парень целится ровно в старшего, ибо тот ослушался этой простенькой "просьбы", и вот, без лишнего понятия "почему" дуло пистолета соскальзывает ниже, после чего прозвучал не столь оглушительный выстрел, который выдался как "последнее предупреждение". Крепкий металл врывается в плоть с дикой силой, разрывая её на мелочи вокруг себя, перед собой, и после, а уже потом выбивается с другой стороны предплечья, пролетая в глухую даль. Боль не сразу достигла той части тела, но тёплая алая кровь стала поочередно выступать с раны, пока эти слабые ручейки не стали куда интенсивнее, а дискомфорт будто иголки, что по ощущениям прошли сквозь рану, далее забиваясь глубже в покрыв плоти, и повторялось это с прибавком по одной, таким образом боль набирала соответствующих оборотов, и тогда холодное оружие выпало с чужих рук, звонко ударяясь о твердую покрыв бетона около его ног. —Чтоб тебя.. блять... Хоть и тот был терпелив к боли, но с неожиданного поворота всё же не смог сдержать тихое шипение, предварительно размещая свободную руку выше раны, где и хорошенько сжал ладонь, чтобы приостановить блядский поток крови, что капала большими и яркими каплями на серый бетон. —Зачем?.. Зачем ты следишь за каждым моим шагом, что бы я не сделал, ты всегда и обо всём знаешь или узнаёшь быстрее всех. Какая тебе выгода с этого? Что тебе в конце концов нужно?! Серьёзная гримаса мгновенно спала с лица Хаджиме, а что-то настолько сильно сжимало в груди, что его тон звучал еле не под плач. Его глаза снова переливались обычным цветом, но даже с далека было видно, что они блестели как кристаллы, что говорило о том, что холодные и солёные капли слёз вот вот могут появиться на уголках собственных глаз. Прошлое состояние вновь постучало в душу, и та с лёгкостью его приняла обратно, таким образом ещё больше задав тоски и боли парню. Тот с немалым шоком смотрел на то, как смог продырявить руку старшему за себя, а ведь до этого, его трусило как зайца, и точно попасть у него бы невозможно, но каким-то образом это совершилось, и он всё же не понимал, что же случилось, а подходить, помогать, спрашивать как и что было не актуально и сделав это, юноша отклонился бы от мечты, что была за шаг и всё было бы решено в долю секунд. Большинство слов пролетело мимо ушей Хайтани, но выдержав не долгую паузу, дабы вспомнить поставленные вопросы, он всё же отвечает... —С чего ты выкопал то, что я слежу за тобой? И к чему эти вопросы вообще? Крыша едет или уже прицепиться не к чему? Даже не дослушав до конца, Коконой выкрикнул, прервав тишину и шанс Рану донести свои слова в его черепушку. —Ты не понимаешь... Даже услышать не захотел..! В чём смысл этого..в чём смысл траты сил..в чём смысл усталости..в чём смысл...жить?..если всё повторяется.. каждый раз одно и то же, каждый ебаный раз всё несёт за собой последствия.. каждый раз ошибка совершается снова..с каждым разом.. надежда потихоньку покидает..но взамен..приходит усталость... Но..я не устану о ней говорить и думать..я... я устал.. Когда парень высказывал эти слова, то кратко склонил голову, поворачивая к обрыву крыши, а глаза только умылись горькими слезами, что уже начали выступать и потихоньку сползать по щекам Коконоя. Ран в свою очередь был уже сосредоточен на каждой слове, на каждой букве, на колебании тона, и в общем на поведении младшего, которое говорило о всём, и даже догадки об усталости всплыли в одно целое, и тут по телу побежали холодные мурашки. Тот бывало хотел сдвинуться с места, но ощущение, что тело как не своё, не слушается своего владельца совсем, и это так же заставляло насторожиться, так как раньше подобное с ним не случалось, а тут и слово выговорить трудно. —Может я и ошибаюсь..но это могло или даже может быть..к лучшему... Хаджиме вполголосно всхлипнул, и сквозь слёзы и тоску он показал на устах иное чем грусть, добрую и счастливую улыбку, и вот только теперь старший Хайтани осознал полностью, в чём была загвоздка тех слов, что раньше словно ветер гуляли у него в голове, не находя на них объяснений и прямых ответов. Весь разум Коконоя, был забит ничем другим, как воспоминаниями о том, что было, что стало. С детства юнец привык терпеть, но даже в трудные жизненные моменты он всегда был улыбчивым, хоть и иногда не всегда с добротой относился к друзьям, знакомым, и окружающим, но в один момент, его реальность разбилась словно стеклянная ваза. Впервые он показал свою слабость в слезах, когда на его глазах умирал близкий человек, и в произошедшем тот винил никого другого, как себя, потому, что был беспомощным, потому, что был ещё глупцом, и кто бы такому поверил и протянул руку помощи (?) кому сдался такой(?) а главное зачем тратить на таких время (?). И в Правду, зачем? Парень старался, ставил на всем точку, и пытался сам помочь как себе, так и по делу, он многого достиг, и за довольно короткий период времени, но во время его славы и случилось худшее. Хаджиме досих пор удивлялся, как он ещё остался в живых, как дотянул до этих секунд, минут, дней, почему он ещё видит белый свет.."Разве я заслуживаю этого?..". До сих пор он терпел, всё и всем прощал если что, а если и нет то на чистую готов был лезть в драку, хоть и редко выигрывал в них, но с гордостью мог говорить, что он делал это ради кого-то, и даже если и проиграл - спокойно радовался этому, но было так лишь с виду. Подальше от чужих глаз, его состояние ухудшалось с каждым считанным разом, и вот сейчас, он не смог остановить себя и идти против своих мыслей, на правду устав тот неосознанно взводит курок, приставляя край пистолета к собственному виску в притык, и в этот раз, он бы точно не промахнулся. —ИДИОТА КУСОК! Старший Хайтани откинулся холодным потом, не долго думая и срываясь с места к Коконою, не чувствуя, что рука в любой миг могла тупо отвалиться, не ощущая боли просто рванул к тому что есть сил, но спустя единую секунду всё же прозвучал звонкий выстрел...