Ты горы подъемлешь?

Во время полёта Чонгук чувствовал легкое недомагание, что-то раздражало его, он сам не понимал что, ему хотелось ударить по креслу или сломать столик, гнев вырывался из него, и он не мог спокойно сидеть на месте. Тэхен же был рядом пил кофе, пытаясь начать беседу с Чонгуком, но парень молчал, лишь изредка кивал и моментально отводил взгляд в иллюминатор. Вампир ощущал его еле контролируемую злость, поэтому отстранился и начал разговор с сидящей рядом девушкой. Чонгук поначалу игнорировал, но желал зацепиться за их милое общение, раздражающее и выводящее из себя, а потом Тэхен начал, будто назло флиртовать со стюардессой; он прикоснулся к ее руке и сказал что-то на французском, отчего они посмеялись. Чонгук напряженно улыбался, ревностно наблюдая за этим. В аэропорту Парижа, пока Тэхен продолжал кокетничать с той стюардессой, стараясь привлечь внимание Чонгука, парень вез их общий чемодан. Апогеем его срыва стала непринуждённая встреча, о которой они договорились. Чонгук, раздосадованный такой наглостью, бросил чемодан и крикнул во весь голос, выражая свое недовольство: — Ты серьёзно, Тэхен? Ты пытаешься меня вывести из себя, показать свою независимость от меня? Если ты считаешь, что имеешь право вот так просто игнорировать мои чувства, то ты заблуждаешься, — хотел закончить он, но не смог, потому что разум помутился и он продолжил выливать все что можно на любимого, — Это ты виноват в моих кошмарах и жестокости! Ты вынуждаешь меня терпеть всё это, все твои мерзкие поступки. Ненавижу тебя! — крикнул он, закончив свою речь, но быстро осознал свою ошибку. Его крик слышали все люди, Тэхен, напротив, стоял с гордым и безразличным лицом, слушая презрительные высказывания любимого человека, стараясь не обращать внимания, но если внешне он был непоколебим, в глубине души испытывал невероятную муку, словно Чонгук бил по самому больному, уничтожал все то, что Тэ старался сохранить. Последняя фраза заставила вампира усмехнуться и с высокоподнятой головой уйти, оставив все вещи. Он шел быстро, сдерживая слёзы. Забежав в кабинку туалета, Тэ не смог сопротивляться эмоциям и выпустил всю боль, которую причинил ему Чонгук, он снова чувствовал свою ненужность, снова испытывал ненависть к себе, слезы ручьем лились из глаз, оставляя в сердце дыру. И что, что он вампир? неужели лишь этот факт делает его черствым и жестоким, он просто запутался и все мысли в его голове, подобны картечам, бьют и моментально уничтожают жизнь. Через несколько минут он вышел из уборной, у выхода его ждал Чонгук. Он хотел сделать вид, что ничего не случилось и сообщил о том, что взял машину в аренду, но Тэхен проигнорировал его, холодно вырвал ключи из рук и сел за руль. Они доехали до забронированной ранее квартиры в центре Парижа и разошлись по разным комнатам. Тэхен сразу же упал на кровать и плакал, сдерживая крик, любовь, приносившая до этого счастье, снова наполнила его разочарованием. Он даже не предполагал, что Чонгук не специально сказал эти слова, он верил, что любимый действительно так считал. Чонгук же осознавал ужас этой ситуации и не знал как извиниться, его уверенность моментально расстворилась, а чувство вины начинало уничтожать. Мысли о Тэхене не оставляли его, отчего он не мог уснуть. Парень мог бы выйти на улицу, как любил делать в непонятных ситуациях, но не оставалось сил даже на это. Утром Тэхен продолжал молчать, его лицо было бледным и бесчувственным, будто он остался без надежды на любовь, мысли о смерти снова томились в голове, вызывали трепещущую боль в груди. Увидев вошедшего на кухню Чонгука, вампир сразу же хотел уйти, но парень остановил его, и пересилив свой страх, схватил за руку. — Я ошибся. Все то, что ты услышал вчера, ложь. Я не понимаю, что случилось со мной, будто во мне закипала неизведанная сила, будто это был не я вовсе. Я теряю рассудок, а вместе с ним уходит и человечность, я перестаю контролировать себя. Я проклят, потому что мне снятся сны, в которых я нахожу себя мёртвым, а ты сидишь рядом и скорбишь. Я проклят, потому что меня преследуют видения о том, что произойдёт в будущем. Поначалу Тэ не воспринял его слова серьезно, но упоминание странных сновидений и предсказаний прояснило всё. Он через силу произнес: — Проклят не ты, а мы все, просто у каждого свое проклятие. Кто-то страдает от любви, а кто-то видит будущее. И для обоих это будет ужасом, но, увы, если для одного эта проблема тяжела и кажется безвыходной, то для второго в ней не будет никакого смысла. Они снова разошлись по комнатам, но к вечеру Тэхен ощутил голод, и каждый раз встречаясь с Чонгуком на кухне или в общей комнате, еле сдерживал себя. Эмоциональный всплеск забирал у него силы, а значит организм желал больше крови. Он быстро собрался, накинул сверху пальто и уехал к Марио Бельти, старому знакомому, снабжавшему всех вампиров, однако тот ничего не дал, так как был до сих пор зол. Это было связано с событием тридатилетней давности, когда Тэ жестоко посмеялся над ним. Ехать домой было опасно, так как он не хотел навредить Чонгуку, поэтому решил остановиться в клубе. Он сел за барную стойку и попросил виски. Тэ выглядел одиноко и уныло, несмотря на громкую энергичную музыку; держался обособленно от людей, поскольку жажда с каждым глотком терпкого алкоголя уменьшалась, но стоило ему не пить, она становилась все невыносимее. Из-за его мечтательного выражения лица многие люди долго наблюдали за ним. Возможно, как это бывает у всех голодающих вампиров, он создавал невидимое энергетическое поле, с помощью которого привлекал людей. Ему на глаза случайно попалась девушка маленького роста с черными волосами, аккуратно уложенными на одну сторону с серебрянной заколкой, посередине которой был вкраплен красный камень, похожий на рубин. Она была пьяна и к ней приставал молодой парень, заставляя поехать с ним, но девушка всячески отказывалась и от выпитого алкоголя не могла себя защитить. Тэхен решительно направился к ним. Вампир вступился за девушку, чем вызвал раздражение местного «маньяка». Тэ хотел убедиться в том, что ей нужна помощь, поэтому стал расспрашивать ее, а незнакомец старался избавиться от Тэхена, постоянно отгоняя и стараясь манипулировать девушкой, которая уверенно отвечала, что не знает его, и в какой-то момент он не выдержал присутствия Тэ и предложил ему выйти на улицу, чтобы поговорить. Было прохладно, но заведение находилось во дворе, поэтому ветра не было. Тот парень попытался ударить вампира, как только они отошли подальше, но Тэхен маневренно и в своем стиле уклонился от кулака противника, скрутив его руку и толкнув в стену, что тот ушибся и разбил бровь. Кровь шла ручьём, Тэхен почувствовал этот запах и моментально прижал незнакомца к кирпичной стене, сдавливая горло, тот начал вырываться и звать на помощь, увидев кровожадный взгляд и острые клыки. Тэ зажал его рот и кончиком языка коснулся струи крови из рассеченной брови. Он не смог выдержать и жадно вцепился в шею наглеца зубами, разрывая артерию и выпивая всю кровь. Тэхен пришел в себя, когда почувствовал как человек начал валиться с ног, и когда это произошло он не испытал угрызений совести, поэтому просто оставил его там. Чонгук все это время смотрел фильм, стараясь ни о чем не думать, но тревожность не покидала его с тех пор, как Тэ уехал. Парень закрыл ноутбук и решил лечь спать, однако звук открывающегося замка отвлек его. Тэхен вернулся домой сытый и бесчувственный, воротник его рубшки был залит кровью, отчего ему пришлось просто оставить ее в багажнике автомобиля, чтобы потом сжечь. Он старался не шуметь и после ванны упал на широкую мягкую кровать и уснул. Чонгука беспокоил сон, поэтому он пришел в спальню к Тэ и прижался к нему, стараясь больше не отпускать. С утра он не узнал возлюбленного. Тэхен держался обособленно и не проявлял привычной нежности по отношению к Чонгуку. Его взгляд был ожесточенным и безразличным, но парня это не пугало, поэтому он подошёл со спины, когда Тэ стоял на кухне и варил кофе, и запрыгнул на его спину, обхватывая его ногами и целуя в макушку. Тэхен холодно улыбнулся и попросил Чонгука слезть с него. Как только парень спрыгнул, Тэ оставил кофе и вышел на балкон, на улице шёл дождь и он стоял там в гордом одиночестве, не желая контактировать с кем-либо. Чонгук взглянул на него через стекло, по которому стекали капли. Он продолжил варить кофе вместо Тэхена и разлил его по чашкам, после чего сел за стол и задумчиво вглядывался в напиток, не прикасаясь к нему. Тэхен зашел обратно в квартиру и мокрый до нитки сел напротив, в один миг выпивая всю кружку. Под дождём он рассуждал о бесконечности, потому что она стало неотъемлемой частью его жизни, и возможно, ему следовало принять судьбу и не уничтожать спокойную и размеренную, однако прошлую жизнь возлюбленного. Он понимал, что не сможет измениться, и если до этого вампир был равнодушен к людям, то сейчас испытывал не то сожаление, не то еще более обостренное чувство ненависти к жизни. Мысли путались, создавая бесконечную паутину из черных вязких нитей. Сидя напротив Чонгука, он робко коснулся его теплой руки и посмотрел настолько проницательно, что парень на секунду выпал из мира, погрузившись с головой в бескрайний океан чувств. Он вздрогнул и еще раз тихим голосом прошептал: «прости меня», — Тэхен же доброжелательно улыбнулся, уголки губ слегка поднялись, отчего Чонгук улыбнулся в ответ, приподнялся со стула и через отделявший их стол потянулся к Тэ, чтобы поцеловать, но тот резко вышел из-за стола и подошёл настолько близко, как мог, крепко прижав к себе возлюбленного. Затем достал из шкафа старую виниловую пластинку и поставил ее в раритетный проигрыватель. Заиграл малоизвестный французский романс, от звучания которого Тэ подхватил Чонгука и закружил в довольно быстром танце, похожем на вальс, отличавшейся скурпулезной детализированностью и многогранной плавностью. Чонгук неловко посмеивался, потому что не умел танцевать бальные танцы, в то время как Тэ вел его за собой и грациозно двигался, попадая в такт мелодии; он будто перемещался по воздуху, отталкиваясь от пола, не касаясь его; его тело словно соединялось с пространством в единое целое, изысканно лавируя, будто парусник в синем море. Чонгук поймал волну Тэхена и двигался с ним синхронно, более менее справляясь с движениями. Когда мелодия закончилась Тэ подхватил возлюбленного за талию и нежно поцеловал, запуская изящные пальцы в растрепанные волосы, его глаза сверкали от изобилия чувств и обретали глубину, характерную для того, кто повидал не мало на своем веку, осмысление этого беспокойного и одновременно безупречно-сияющего танца привело к радости и счастью, вызванному безукоризненному примирению и забвению печальных событий. Ближе к вечеру они вышли на улицу, и медленно прогуливаясь по узким улицам, едва ли освещенных теплым жёлтым светом, добрались до Эйфелевой башни, простирающейся на несколько десятков метров ввысь, светящуюся яркими белыми огнями, будто звездами, упавшими с небес; она блестела под софитами прохладной, но животворящей ночи. Возлюбленные зашли под башню и глядели ввысь, исследуя сооружение, затем Чонгук влюбленно смотрел в его глаза и прижался к нему, обхватывая талию руками, нежно прикасаясь своим носом к его, и коротко целуя в губы, после чего стукнул по плечу и побежал прочь, но Тэ резко оказался перед ним и с соблазнительно-яркой улыбкой, прикоснулся к щеке и галантно поцеловал, терпкость и жгучесть поцелуя опьяняли. Тэхен отстранился, заглянув глубоко в глаза партнёра и осознал, что Чонгук тот человек, которого он всегда искал, он жизнерадостно улыбнулся во все зубы, а затем смущенно сжал губы, отвернулся и проятнул руку. Они шли, держась за руки, громко смеясь на всю улицу, часто останавливались, чтобы обняться или посмотреть на архитектурное чудо, порой Чонгук спрашивал про то или иное строение и Тэ с удовольствием отвечал ему, словно погружался в те времена, когда сам впервые узнавал историю того или иного здания. Они направлялись в сторону дома, так как становилось холодно и изредка дул ледяной ветер, от которого Чонгук продрог. По приходе в квартиру, Тэхен, как настоящий джентльмен, помог Чонгуку снять пальто. Они зашли в спальню и Чонгук сразу же залез под одеяло, чтобы согреться, параллельно включив фильм ужасов. Тэ лег рядом и гладил руку любимого. С утра, когда Тэ спускался на улицу, чтобы купить кофе и круассан для Чонгука, его остановила консьержка и вручила письмо. Конверт был запечатан сургучом кроваво-красного цвета, на котором стояла печать известного старинного вампирского рода. Вскрыв письмо, Тэхен прочитал о приглашении на бал, который должен будет состояться в третье воскресенье ноября, в замке герцога Франсуа де Гиза. Вампир поблагодарил добрую старушку и отправился за кофе. Чонгук проснулся в одиночестве и долго лежал в постели, не желая вставать. Ему было холодно, он чувствовал легкое недомогание, которое преследовало его еще с самолёта. Казалось, что мир вокруг сходит с ума, картинки из снов заменяют реальность, а ночные кошмары оживают. Его изредка переполнял гнев, контролировать который тяжело, ему хотелось кричать и плакать, но все что он мог сделать — разбить что-то хрупкое или ударить в стену. Тэхен нашел Чонгука на кухне, раздражённо печатающего что-то на компьютере, но увидев любимого, он оторвался от работы и уже расслабленно улыбнулся. Вампир подошел ближе, поставил еду на стол, и сладостно поцеловал Чонгука, после чего крепко прижал к себе, краем глаза заглядывая в ноутбук. Он сообщил о маскараде, Чонгук проявил интерес, однако вместе с тем попросил Тэ научить его бальным танцам. До бала оставалась неделя, все это время они провели вместе, гуляя по музеям, посещая бутики и милые кафе, но Чонгук часто просыпался один по ночам. Каждые три дня Тэ уходил в клуб, чтобы насытиться, а потом возвращался домой и как ни в чем не бывало продолжал спокойно жить. Лишь лёгкая тревога посещала его, он сожалел, но сразу же прятал свои мысли и чувства. Сожаление так типично для людей, порой им жаль прошлое, и они держатся за него, как за единственную опору, которая направляет их по дороге жизни, а порой это прошлое причиняет им боль, поэтому они сожалеют о содеянном, некоторые же люди и вовсе винят себя в том, чего не совершали. Сожаление. Сильнее этого чувства только разочарование, а сильнее второго — гнев, всеразрушительный и убийственный. Каждый вечер, когда они оставались наедине, Тэ приглашал Чонгука на танец. Поначалу это выглядело отвратительно, но позже парень вошёл во вкус и стремительно опередил учителя, а потом они падали от усталости, включали спокойную музыку на фон и беседовали о бытие и Вселенной в целом, а порой просто засыпали, не начиная говорить. Тэхен сходил с ума от недостатка крови, с каждым глотком ему хотелось все больше и больше. Его темная сторона пробивалась сквозь укрепившийся свет, но легкое потрясение разломило стену удерживающую все зло, что жило в нем. Вампир упивался кровью, не думая о последствиях, и за несколько часов до маскарада, Чонгук случайно наткнулся на рубашку, на воротнике которой было несколько капель темной жидкости. Он понял, что это кровь, ему стало не по себе, поэтому он резко закинул вещь в стиральную машинку и нервно мыл руки, испытывая ужас. Чонгуку показалось, что за ним наблюдают со стороны, парень увидел в зеркале не только свое отражение, но и мрачную бледную девушку с очертанием зубов на шее, она протянула руку, но Чонгук от страха бросил в нее расческу. Он выбежал из ванной и упал на пол. Парень не мог понять, почему испытывает такую муку. Он желал остаться дома, но чувство резкой жажды показать себя, несмотря на всю боль, стало его мотивацией. Чонгук привел себя в порядок, надел смокинг и уложил волосы. Глядя на себя он видел совершенно другого человека, его взгляд снова был ожесточен, будто он терял все свои чувства. Тэхен вошёл в квартиру с букетом красных роз, Чонгук увидел в его глазах замершую жестокость, которая контрастировала на фоне с искренней нежностью. Тэ вызывал в нем бурю эмоций, но было нечто большее, переполняющее его гневом. Чонгук выпивал коктейль из любви, ненависти и безразличия. Такая смесь порождала холод по отношению к любимому. Парень взял цветы и, принимая все грехи Тэхена, не подавая вида того, что он в курсе всех его преступлений, поцеловал, кусая его губу, отчего вампир довольно усмехнулся, не подозревая о том, что Чонгук обо всем знает. Они вышли из квартиры и отправились на вечер. По каменистой тропе, ведущей ко дворцу, шли люди: дамы и господа, — они плавно двигались ко входу, громко хохоча и обсуждая самые глупые вещи на свете. Казалось бы, нужно было лишь сделать видимость того, что они присутствуют на балу где-то в девятнадцатом веке, но реальность куда правдоподобнее: глупость светского общества осталась непоколебимой, эти люди как жили ради праздневств, так и продолжают жить. Чонгук и Тэхен шли друг за другом, не прикасаясь, делая вид, что между ними ничего нет, но легкая улыбка, адресованная Чонгуком Тэхену, все же выдавала их близкую связь, а глаза, влюбленно таращущиеся, обнажали их чувства, так, что окружающие оглядывали их с подозрением. Там были и люди, и вампиры. Когда возлюбленные, наконец, вошли во дворец перед ними предстали барочные потолочные фрески, обрамленные позолоченными, вычурными лепнинами, а грандиозные залы погружали в совершенно иной мир. Мир, полный роскоши и одновременной абсурдности. Мир, где всё кажется неземным, но в то же время тяжелым. Они вошли в зал, где на фигурных диванах, воссидали дамы в легких платьях, напоминающих потерянных лебедей, интимно посмеиваясь. Мужчины выпивали и разговаривали безумолку. Чонгук сел на свободный диван, оттягивая душащий галстук, стараясь расслабиться. В этот раз он чувствовал себя уверенно, будто присутствовал на подобном мероприятии не в первый раз. Тэхен, напротив, знакомился с людьми, обсуждая погоду или, если перед ним стоял вампир, обсуждая жизнь. Некоторые с надменными лицами самовлюбленно рассказывали о себе. Тэхен любезничал, скрывая раздражение и все то же разочарование в людях. Чонгук выпивал шампанское, которое подносили официанты и ждал Тэхена. Вампир сел рядом лишь через пятнадцать минут, отчаянно выдохнув. Он хотел прикоснуться к Чонгуку, нежный взгляд выдавал его чувства. Возлюбленные беседовали на интересующие их темы, чаще всего обсуждали насущные философские проблемы. Чонгук накрыл руку Тэхена, лежащую на спинке дивана, своей и с незыблемой любовью утопал в его янтарных глазах, словно купался в золоте. Вокруг кружились пары, а они только наблюдали за танцем. От разговора возлюбленных отвлекла, девушка, которая смущенно пригласила Чонгука на танец, естественно, ему нельзя было отказывать, поэтому он принял предложение. Они танцевали вальс, плавно кружась, чувственно прикасаясь друг к другу, девушка влюбленно смотрела на Чонгука, а он неловко отводил взгляд на Тэхена, ревностно наблюдающего за этой картиной. Вампир обиженно отвел взгляд в окно, где отражались огни и силуэты. Чонгук заставлял его ревновать, сам не знал, почему так желал отомстить за монотонный флирт в самолёте, и у него получалось, парень добавил страсти в их головокружительный танец, улыбаясь партнерше, а затем прижал ее к себе. Тэхену надоело сидеть, он выпил шампанского и пригласил на танец одинокую особу. Как только заиграла следующая мелодия, вампир завороженно и самодовольно закружил девушку, он галантно вел её, изящно двигаясь в такт музыки, вызывая у Чонгука гнев, который тот сдерживал за обольстительной улыбкой. Между ними рождалась страсть, и пусть они танцевали с другими людьми, это пылкое чувство распространялось на весь зал и тогда к кульминационному моменту вальса, возлюбленные стремительно вели партнерш за собой, приближаясь друг к другу, и меняясь местами, оказались в паре, делая вид, что это получилось случайно. Дамы же продолжили танец друг с другом. Тэхен вел Чонгука, собирая взгляды окружающих их людей. Они продолжали двигаться, несмотря на эту ситуацию. По окончании вальса, возлюбленные соединились в чувственном и страстном поцелуе, забывая о правилах. Они сбежали с бала, потому что он показался им скучным. Они сели в автомобиль и катались по Парижу. Тэхен остановил машину у Лувра, после чего возлюбленные гуляли по площади Каррузель и наслаждались невероятными видами ночного города. Ночь для них была спасением. Они вернулись в квартиру ближе к трём часам ночи. Тэхен, сам не ожидая яркого эмоционального всплеска, довольно грубо прижал Чонгука к стене и трепетно поцеловал, осознав, что это было опрометчиво и дерзко с его стороны. Чонгук, напротив, испытывал прилив энергии, а головокружительный поцелуй заставил его выгнуться, отдавшись в руки вампира, полностью. Тэхен поднял его, Чонгук же обхватил его талию ногами, вдохнул пьянящий запах его уложенных волос и, по зову сердца, прижался к нему, выгибаясь в спине, из груди вырвался глухой стон. Тэхен прикасался к разгоряченному телу, чувствуя жар через белую полупрозрачную рубашку, он обводил тонкими пальцами каждую впадинку, каждый сантиметр его тела, желая испробовать его. Тэхен донёс возлюбленного до спальни и опустил на постель, после чего навалился сверху, он медленно расстегивал пуговицы, не отрываясь от губ Чонгука. Каждое не терпеливое движение возлюбленного, его извивания, вызывали у Тэхена сногсшибательную страсть, от которой он сходил с ума. Чонгук вновь обхватил талию любимого ногами и дерзко перевернул его на спину, садясь сверху и плавно ерзая на члене. После этого он молча поднялся и закрылся в ванной, оставляя Тэхена в одиночестве. Он стиснул зубы и охотно ждал появления возлюбленного, дрожащими руками расстегивая рубашку, а затем и ремень. Чонгук вышел из душа с голым торсом, Тэ видел каждую мышцу, каждую венку на его теле, влюбленно разглядывал атлетические очертания, будто сейчас перед стоял сам Бог, спустившийся с Пантеона. Его апофегейное выражение лица напрягало Тэ, но игривый взгляд, который он тщательно пытался скрыть выдавал самые сокровенные желания. Тэхен поднялся и подошел к нему, снова прижимая к стене, он ощущал горячее дыхание партнера, после чего пылко поцеловал. Чонгук держал его за талию и не отрывал взгляда от его глубоких глаз. Тэхен снова подхватил возлюбленного на руки, предварительно сорвав полотенце с нижней части тела. Они упали на кровать, раздался треск, на который они не обратили внимания и увлеклись друг другом. Тэхен был нежен с ним, несмотря на разгоряченную прелюдию, он двигался плавно, закатывая глаза, Чонгук же тихо и судорожно стонал, извиваясь под ним. Было жарко, окна в спальне запотели, казалось, что мир обрел другие краски: яркие и незаменимые, от которых в голове лопались лампочки, заставляя дрожать от удовольствия. Они получили оргазм почти одновременно, Тэхен, глубоко и прерывисто дышал, накрыл своим телом тело возлюбленного, одаривая его поцелуем, сквозь который пробивалась довольная улыбка. Чонгук не мог отдышаться, все тело содрогалось, будто через него пропустили электрический заряд, но он видел удовлетворённое лицо любимого и улыбнулся в ответ, отвечая на пламенный поцелуй. Они вместе приняли ванну, Тэ поддерживал Чонгука, так как тот валился с ног от усталости. После душа он взял его на руки и положил на кровать, заботливо подоткнув одеяло, а сам вышел на балкон, полностью обнаженный, и задумчиво посмотрел на панораму города. Где-то в далеке поднималось солнце, но звезды до сих пор не оставляли небосвод. Он испытывал трепет в груди, от этой ночи, что-то изменилось в нём. Тэхен лег рядом, крепко обняв Чонгука и вдыхая запах его волос, которые пахли гибискусом. До отъезда в Лондон оставалась неделя, которую они провели вместе, гуляя по музеям. Тэхен рассказывал обо всём, а Чонгука все ещё преследовало дежавю, с которым он боролся. В ночь перед рейсом до Великобритании возлюбленные заехали в клуб, где отлично провели время, танцуя и выпивая. Что-то беспокоило Тэхена, ему казалось, что за ними наблюдают, поэтому он вывел Чонгука на улицу, желая уйти от преследования, однако что-то заставило изменить решение, от голода сводило желудок, поэтому он попросил Чонгука остаться в машине, запереть двери, а затем вручил револьвер, заряженный серебряными пулями. Его глаза были напуганы, но в то же время в них скрывалась жажда, он знал, что за ними охотится человек, слышал стук трепетного сердца за углом и уверенно направился туда, чтобы достичь своей цели. Это была миловидная девушка, спрятавшаяся за черным мусорным баком. Тэхен сделал вид, что проходит мимо в развалочку. Ожидая нападения со спины, он схватил ее руку и откинул серебряный кинжал, который она занесла над его сердцем. Вампир заглянул в ее глаза и усмехнулся, обманув ее и крепко сжав шею, он прижал ее к стене, его кровожадная улыбка и безумный взгляд выдавали весь спектр эмоций, которые наполнили голову Тэ, он хотел вкусить крови, но не начинал, желая выяснить, кто прислал ее. — Кто ты? Кто тебя прислал? — Никто, я просто наблюдала за тобой и твоими преступлениями, — хрипло произнесла девушка. С лица Тэхена сошла улыбка, глаза налились кровью, он обнажил клыки и вцепился в шею охотницы. Поначалу она кричала, но резко крик затих, а вампир сходил с ума, его тело наполнялось энергией. Когда ее рука, сжимавшая пиджак ослабилась, а ноги подкосились, Тэхен отпустил ее, оставив умирать. Чонгук не мог сидеть в машине, поэтому отправился за Тэхеном, но, увидев ужасающую картину, опешил и убежал обратно, закрывшись в автомобиле. Его руки дрожали, из глаз лились слёзы, он бил по передней панели машины, стараясь справиться с кошмаром. Через десять минут вернулся Тэхен, его глаза сверкали, он мягко улыбнулся Чонгуку и прикоснулся к его щеке, погладив её. Парень был холоден и никак не реагировал на нежные касания. — Кто это был? — равнодушно спросил Чонгук. — Человек. — предусмотрительно ответил Тэ. — И? — Я поговорил с ней и попросил отстать. — Ложь. Зачем ты убил ее? — Чонгук убрал его руку со своей щеки, сдерзив. — Она могла навредить тебе или мне, — Тэхен пытался оправдать это, но до него доходило осознание того, что он сделал. — Как же ты двуличен! Ты обещал говорить мне правду, обещал не убивать, и лишь за месяц во Франции убил порядка трёх человек. Как ты можешь так нагло лгать? — Я сорвался, — спокойно ответил он, — из-за тебя. Ты не оставил мне выбора в ту ночь, когда начал обвинять меня в своих кошмарах, но слова о том, что ненавидишь, убили во мне всю человечность снова, но я стараюсь исправиться, стараюсь быть лучше. Чонгук громко истерично засмеялся и произнес: — Из-за меня! Забавно! — из глаз снова выступали слёзы, — поехали уже, — ответил он, грубо вырвав свою руку из руки любимого. В аэропорту Парижа они были рядом друг с другом, но в то же время отдалялись. И пусть возлюбленные стояли вместе на таможне, сидели вместе, ожидая рейс, глубокая связь между ними редела. Чонгук гордо молчал, Тэхен снова замыкался, но вместо уже привычной чувственности в нем просыпался прежний эгоизм, который привел его к темной стороне, источающей такую энергию, которой он мог бы задохнуться. Когда они заняли свои места, Чонгук надел наушники и заснул, Тэхен же разглядывал его, думая, как можно извиниться перед ним, снова пообещать или подарить что-то, хотя он знал, что подарок не поможет и в такой ситуации, ведь Чонгук ещё больше разозлится.