Теория контроля

Как иронично, тот, кто оберегал всю свою семью и мир впридачу, сам не избежал той участи, что готовила всем судьба. Que sera, sera… Ваня должна была сорваться рано или поздно, перемотки времени только отсрочивали момент, но всё же помогли избежать больших потерь для мира и для Пятого - семья в безопасности - но не для Седьмой. Девушка бросилась на колени перед братом, не обращая внимания на осколки, и хотела взвыть от отчаяния. Она не могла себе простить того, что сделала. Грудь стягивало лютое чувство горя и одиночества, невозможно было вздохнуть. Вина опустошила душу. Эмоции лились через край из бездонной пустоты, вновь внутреннее противоречие и борьба. За этим всегда следовало «освобождение» - выброс силы, только Пятый каждый раз пресекал это до сего момента. Ваня обхватила тощее тело подростка и прижала к себе. Взглянув на мертвенно бледное лицо, и закрытые впалые глаза, мир Седьмой вновь перевернулся с ног на голову, а сердце сделало двойное сальто вперёд и будто остановилось. Она была вновь покрыта холодным светом, впервые Ваня поняла это сама, но не было смысла останавливаться. Седьмая обняла брата ещё крепче, готовясь разнести это поганый мир к чертям, но резко распахнула белые глаза и замерла, будто остекленела… Она почувствовала сердцебиение и услышала слабое хриплое дыхание… он был жив… Пятый был жив. Просто удивительно, насколько это тело непрошибаемо, насколько сложно вытрясти его дух из оболочки… или девочке сверху Номер Пять симпатичен ещё меньше, чем Клаус, и она никак не хочет увидеть его раньше времени… Ваня моментально вышла из прострации и почувствовала работу хладного рассудка. Он жив, если Седьмая сейчас всё уничтожит, то убьёт их вновь (ведь в сознании сама внутри умерла вместе с ним), заодно и весь мир, тогда какой смысл от того, что Номер Пять не умер? Звучит логично. Многим людям эта последовательность мыслей покажется туповатой, наверняка хочется воскликнуть: «До тебя только сейчас дошло?». У Номера Семь был ответ: «Да». Да, только сейчас она поняла всю серьезность и ответственность ситуации. Только сейчас осознала, что жизни миллиардов живых существ в ее руках. А ещё она осознала, что на ее руках лежит ее брат без сознания, который сделал всё, чтобы вбить Ване в голову это понимание, и который всё ещё может умереть от черепно-мозговой травмы и потери крови, если она не поторопится помочь ему. Седьмая в ужасе подумала, что опять всё испортит, но мозг вновь вернул активность и хладнокровие, и Ваня, успокоившись, начала потихоньку усмирять звуковые волны. Это был тот случай, когда она действительно знала, что делает, никакого наития, озарения, удачи… это был разум, четкий, рациональный, обрабатывающий алгоритм последовательных действий. Это был контроль. Полный контроль сил и ситуации, в этот момент Ваня вспомнила все советы Пятого, поняла, что он имел ввиду… интересно, когда Номер Пять прыгает в пространстве, его мозг также работает, как компьютер с программным обеспечением последней версии? Ах, да, Пятый всегда такой, полная противоположность Седьмой. Он задвигает свои эмоции в самый дальний ящик, разве что выбросить их совсем не в силах, но, кажется, пытался сделать и это, лишь бы разуму ничего не мешало. Ваня же использовала свою силу на почве чувств и момента, которые являются переменными с огромными интервалами значений, а где нет точности, там нет уверенности. Где нет уверенности, господствует страх, который подогревал и питал почву сил и все начиналось заново. Пятый пытался прервать этот цикл, но лишь Ваня могла взять всё в свои руки и контролировать себя, силы и ситуацию. Сейчас у неё это получилось… *** Когда последний шорох стих, Седьмая осмотрелась. Вроде мир был ещё цел, и она сама вроде как живая. Да плевала Ваня на весь свет! Сейчас ее миром было подростковое тело в своих объятиях. Его она не могла потерять, никогда больше… *** - Ваня… - Пятый еле сдерживался, чтобы не зарыдать вместе с сестрой, которая уже обливалась десятым потоком слёз после третьей ссоры за неделю. Он с болью смотрел на неё и видел девочку тринадцати лет, в чей мозг день за днём вбивали ее никчемность. Интересно, ведь в теле подростка был сам Номер Пять, - Ваня, послушай. Он аккуратно сел на кровать рядом с ней и положил ладонь на ее колени, как сорок пять лет назад… или 17… кому как. - Ваня, посмотри на меня. Седьмая с огромным усилием подняла голову и взглянула на брата. - Запомни, если что-то случится, и я… - Пятый замялся, что было странно для него, - сразу звони Клаусу, - выпалил он, что было силы. Ваня вопрошающе посмотрела на Номера Пять и подумала, что ослышалась. Чтобы Пятый сказал звонить Клаусу? Клаусу? Без обид, Четвёртый, но… Пятый сказал звонить Клаусу?! Ее мозг долго обрабатывал эту информацию и выдавал ошибку, брату пришлось повторить: - Если меня не - «не будет рядом» у Пятого подступил ком к горлу, он никак не хотел допустить, чтобы его «не оказалось рядом» опять… но Номер Пять рассматривал все варианты, - если я не - «не успею» звучит ещё отвратительнее, и мальчик поморщился, - если что-то случится, сразу звони Клаусу. Ни Диего, ни, Боже упаси, Лютеру, ни даже Эллисон. Клаусу. Поняла? - Да, - хриплым от рыданий голосом прошептала Ваня и подумала, что никогда не прибегнет к этому совету, как и ко всем остальным. *** Сейчас у Седьмой наконец-то мозги встали на место. Пятый был прав относительно всего, что говорил про силы, почему он должен был ошибиться на счёт Четвёртого? Ваня с трудом заставила себя отпустить тело Пятого, но, только встав, пулей помчалась к телефону и набрала номер: - Алёу? - раздался привычный игривый голос. - Клаус? - Номер Семь даже не знала, что говорить, но была резко прервана чрезвычайно серьезным и решительным тоном. - Ваня? Что случилось? - Клаус, - на глазах Седьмой вновь навернулись слёзы, чувство вины пожирало ее изнутри, - Пятый сказал звонить тебе, если что… - на этом месте Ваню будто прорвало, - я поссорилась с Диего и Эллисон, но Пятый меня опять перенёс, потом я поругалась уже с ним и я… я… - всхлипы мешали говорить, но девушка старалась взять себя в руки, - я не сдержалась опять. Я опять это сделала, - Ваня не была уверена, что Четвёртый понял и половины, что она сказала, но к ее удивлению вновь ошиблась в суждениях. Клаус понял всё: - Ваня, во-первых, постарайся успокоиться, - быстро заговорил брат, - во-вторых, где Пятый? И где вообще ты? - Мы у меня в квартире… он… без сознания, - почти шёпотом добавила Седьмая, - у него серьезная рана головы и… - Слушай меня внимательно, - перебил ее Клаус, за что Ваня была ему безумно благодарна, - я буду у тебя через 4 минуты, постарайся успокоиться, найди аптечку. Осколков много? - Что… - Ваня не могла взять в толк, как он узнал, но решила всецело довериться братьям, даже если второй без сознания, - да. - Постарайся убрать немного, чтобы мы хотя бы смогли помочь Пятому, и не порежься! Связь резко прервалась. У Вани не было времени думать о реакции Клауса, и она понеслась за аптечкой, в то время как в дверь уже кто-то ломился. *** Всё-таки тот раз, когда Номера Пять перемотал время на 6 минут назад, не остался не замеченным никем… Это была самая первая ссора Вани после возвращения, и поругалась она с Клаусом. Но, как это произошло, помнил лишь Пятый. Четвёртый из-за барной стойки увидел, как его брат на дрожащих ногах пытался подняться по лестнице, тяжело дыша. Не, Пятому, конечно, 58, он об этом каждый день любезно всем напоминал, но откуда у тринадцатилетнего тела отдышка курильщика-астматика? Стоило отметить, что Клаус был самым внимательным воспитанником Академии, поэтому он молча последовал за братом, так и не начав перепалку с Ваней. Добравшись до комнаты, Пятый рухнул на кровать и с ужасом понял, что забыл закрыть дверь, но было уже поздно. - Что произошло? - на полном серьезе сказал Клаус и, не спрашивая разрешения, прошёл в комнату и сел на кровать. - Ты о чём? - Пятый в своём репертуаре пытался сделать вид, что ничего не видел, не слышал и вообще всё просто замечательно. А ещё он пытался понять, как Четвёртый догадался, и уже понял, что его цирк не прокатит. Клаус видел Пятого насквозь. - Не прикидывайся дураком, лучше меня у тебя всё равно не получится, без обид, братишка, - он вновь посерьёзнел, - так что случилось? - Если ты под кайфом, это твои задвиги, и… - начал гнуть своё Номер Пять, но Четвёртый не отступал. - С дураком не вышло, с мудаком даже не пытайся, прости, актерский талант в этой семье достался мне. Выкладывай - на последнем слове Номер Четыре многозначительно взглянул на брата. - Я не понимаю, что тебе от меня нужно? Найди себе другого собеседника, живого или мертвого выберешь сам. - Пятый, - Клаусу стало не по себе, не был он готов к откровениям со страшим-младшим братом, который являлся ещё тем упрямым ослом, - почему ты не хочешь поговорить со мной? Неужели это месть за то, что я не открылся тебе о своих похождениях во Вьетнаме? Номер Пять застыл. Он действительно не хотел посылать Четвёртого или обидеть его. - Я не хочу втягивать тебя в это, - отрезал Пятый, но спустя три секунды продолжил, - никого из вас. Я и так изрядно поломал ваши жизни и… в особенности твою. Я виноват, что тебе пришлось пережить тот страшный год. Настал черёд Номера Четыре застыть. К признанию собственной вины со стороны брата он также не был готов, но почувствовал укор совести и сожаления. Пятый в слишком многом винил себя. - Если бы не ты, наши жизни бы просто оборвались, а всё, что сломалось, можно починить. И я не жалею о том годе, Дэйв перевернул мой мир и заставил жить заново. Я счастлив, что встретил его, - Клаус вздохнул с легкой улыбкой от навеявших воспоминаний, но вдруг в упор посмотрел на брата, что тому даже пришлось сесть, - только не говори, что твоё «это» - это защита нас от чего бы то ни было и конец света впридачу… Пятый вытаращил глаза на Четвёртого, ему проницательности не занимать, пророками не просто так становятся. Клаус и на этот раз сообразил сразу: - И что вызвало «это»? - Клаус, ты не должен… - начал было Номер Пять, но впервые в жизни его осмелился перебить Номер Четыре. - Ты тоже. Когда до тебя наконец дойдёт, что ты всего лишь человек? Не хочу задеть твоего самолюбия и, да, тебе 58 лет, это все помнят, но ты единственный здесь забыл, что твоему телу 13. Пятый, ты помереть можешь, так, на минуточку, - на этом моменте Клаус хитро улыбнулся, - А если ты умрешь, то мы все автоматом покойники, - Номер Четыре был безумно горд собой, что придумал такой изящный «крючок». И безумно рад, когда понял, что брат попался, Пятый всерьёз задумался, а Клаус тем временем продолжал, - Ты слишком много на себя берёшь. Ты не должен справляться со всем в одиночку. А если с тобой что-то случиться? Начнём с того, что если никто не будет в курсе твоих планов, то… счастливый исход маловероятен, а закончим сразу тем, что ты наш брат, и мы не простим себе, если с тобой это «что-то» случится. После столь пылкой речи Пятый не знал, что сказать. Он был в тайне рад, что хоть один член семьи не держит на него зла и даже.. благодарит? А главное, Номер Пять почувствовал, что действительно не один в этом мире, как привык считать, и заодно понял - ему по-настоящему нужна помощь. - Пожалуйста, расскажи, что случилось? Из-за чего ты выглядишь так, будто тащил на себе поезд? Что вызовет новый апокалипсис? - вопросы Клауса прозвучали с мольбой и опаской. Пятый всё ещё колебался и отрешенно смотрел в стену. Неожиданно для обоих Четвёртый резко, но аккуратно положил руки на плечи брата и заглянул в уставшие глаза, чтобы наконец докопаться до сути и воскликнул: - Пятый, ты не один! Внезапный тактильный контакт и последние слова вывели Номера Пять из транса. Он молча согласился и поблагодарил Клауса, Пятый нуждался в помощи, как никогда, и идеальней кандидата, чем Четвёртый, найти было нельзя. С тяжелым вздохом он начал свой длинный рассказ с имени: - Ваня… *** Пятый говорил, говорил, говорил и не мог остановится, слишком много накопилось, но наконец-то он не боялся поделиться накипевшим, своими мыслями, рассуждениями. Ему был нужен совет со стороны, ведь даже у Номера Пять были сомнения. Клаус попутно задавал вопросы, чтобы лучше уяснить ситуацию. - То есть я сегодня поссорился с Ваней? Из-за чего? - Точно не слышал, но перед тем, как тебя убить она кричала что-то про Бена. - Аааа, - многозначительно протянул Номер Четыре, - а как ты научился откатывать время? На этом моменте Пятый запнулся. В тот день он точно не хотел поднимать эту тему: - По наитию. - И как оно к тебе снизошло? - Клаус вновь понял, что что-то не так, - Братишка, помнишь уговор? Рассказывай. - В тот момент, когда я увидел ваши смерти в третий раз и сам лежал с пулями в груди, - выдохнул Пятый. - Так… - Номер Четыре за время разговора вёл у себя в голове список проблем брата, с которыми ещё предстояло разобраться. Данную «проблему» он поставил в начало и поклялся себе вернуться к ней в самом скором времени, но сначала нужно было помочь Ване. К слову, в списке было уже около одиннадцати пунктов за полчаса «беседы». Спустя некоторое время братья перешли к деталям: - Ты хочешь уменьшить ее силу с помощью лёгких препаратов, чтобы Ваня научилась контролю? Это хорошая идея, - в ту секунду Пятый еле заметно выдохнул, в своих мыслях он напоминал себе отца, и это его действительно настораживало и пугало, - но ты понимаешь, что ей нужно очень аккуратно сказать об этом? Лучше, чтобы это сделал ты, Ваня тебя послушает. - Почему она меня точно послушает? - Потому что вы с Ваней - это Лютер с Эллисон, только прикрылись на их фоне хорошо. - Клаус, - напрягся Пятый, - ничего подобного, она моя сестра, и надеюсь, ты помнишь, что я могу задушить тебя своим галстуком? - Ага, Эллисон тоже так говорила, - тихо хихикнул шёпотом Номер Четыре, но вслух сказал, - помню, помню. Через некоторое время в голове каждого уже была почти полная картина происходящего: - Клаус, я буду тренировать ее, пока обойдёмся без таблеток, будем надеятся, что получится, но мы должны рассмотреть все варианты. - Если ты не сможешь или не успеешь перемотать время, то я смогу оказать первую помощь, если понадобится, - Четвёртый повторил, как выученный урок, - на войне такой опыт приходит быстро. - Хорошо, - немного успокоился Пятый, но тут же напрягся, - если меня не будет или я буду… ну… - Давай называть все своими именами. Если Ваня вырубит тебя, то я должен ее успокоить и уже помочь тебе! Ты, упёртый баран, игнорируешь второй подпункт третий раз! - И последнее… - Если она позвонит, то код-красный, я помню. Номер Пять лишь кивнул в ответ. Разделив свою ношу на двоих, ему по правде стало легче, он почувствовал опору, а с ней и веру в успех дела. Пятый очень хотел помочь сестре и не угробить этот мир в третий раз. - Что ж, вроде все ЦУ ты мне дал, - весело встал Четвёртый, и его улыбка из саркастической превратилась в заботливую, - а теперь постарайся поспать и набраться сил, перемотка шести минут это жестко. Брат уже собирался покинуть комнату, но Пятый внезапно окликнул его. - Клаус! - секунду поколебавшись, он все же сказал, - Спасибо… *** Ваня, держа в руках аптечку, обратила внимание на упрямый стук. Опомнившись, она резко распахнула входную дверь. Диего и Элисон удивленно уставились на неё, но сестра начала говорить, причём выглядело это, как хорошо отрепетированный текст сценария: - Ваня, прости, мы с Диего очень испугались, когда ты вдруг исчезла. Нам не нужно было так себя вести, мы все погорячились. Никто ни в чем не виноват, главное, что мы вместе и… - Что за черт? - Номер Два осторожно оттолкнул Третью и заглянул в квартиру, - тут что внутрикомнатный апокалипсис прошёл? - Пятый?! - вскрикнула Эллисон и прижала руки к лицу. Диего в шоке вытаращил глаза и переводил взгляд с тела брата на сестёр и обратно. Дар речи пропал у всех моментально. - Какого… !? - выдохнул Номер Два, но был нагло и резко втиснут в квартиру. - Нет времени, - пробурчал запыхавшийся Клаус, - уберите осколки, я помогу Пятому, - Четвёртый уже аккуратно поднял тело подростка и отметил у себя в голове ещё одну проблему - Номер Пять почти ничего не ест, - А, вспомнил, звоните Лютеру. Разговор предстоит серьезный. Только не говорите ему про уборку! - Серьезный разговор?! - проговорила Эллисон с нервным смешком. Она также, как и Ваня, не сразу переварила информацию о «серьезном Клаусе», но похоже он единственный знал, что нужно делать. Даже больше, он был готов к такой ситуации, словно его действительно готовили…? Ход мыслей Номера Три прервал ор Диего: - Да, Кинг-Конг, к Ване в квартиру! Срочно! Мы все тебя ждём! Тащи свою задницу сюда сейчас же! Когда Клаус с братом на руках удалился в ванную, Диего решился на вопросы: - Что тут произошло? Почему Клаус знает всё лучше всех? - Скажи честно, тебя только второй вопрос интересует, Номер Два, - моментальное возражение о «числовом» обращении Эллисон пропустила мимо ушей и обратилась к сестре, - Ваня, что с Пятым? - Скажем так, он опять всех спасал на протяжении недели, об этом как обычно никто не знал, ведь в этой забытой Богом семье никто не разговаривает, а если разговаривает со мной, то каждый раз случается катастрофа, которой не было. Я последняя дура, которая не слушала старшего брата, а Клаус, наверное, знал больше всех. Пятый скорее всего подготовил его на случай, если… - пламенная речь Седьмой наполнилась слезами, но чувство вины заставляло говорить дальше сквозь всхлипы, - если я его раню или убью, как делала всю неделю с вами, то есть не делала, Пятый не давал вызывать новые апокалипсисы моими нервными срывами. Он каждый раз отматывал время, сегодня сделал тоже самое, когда я исчезла. Точнее исчезла я как раз поэтому. Но потом я поговорила, то есть поссорилась, уже с самим Пятым и швырнула его на шкаф, точнее я не руками швыряла, это силы так действовали, он сопротивлялся, но я оказалась сильнее и припечатала его к стене, где стоял шкаф, из-за чего он потерял сознание. Но он жив, и я позвонила Клаусу, а он сказал ждать его и убрать стекло, он знает что делать и поможет Пятому. Вот. - ЧТО?! - воскликнули в два голоса Эллисон и Диего. - Ничего не понял, - пробормотал в дверях Лютер. - Отлично, вся семейка в сборе! - улыбнулся Клаус, аккуратно перенося Пятого в спальню. - Э… - Первый был полностью дезориентирован. Мало того, что вся его семья в одном месте, так ещё и в квартире Вани. Его вызвали, как на пожар, Ваня говорит о концах света, перемотках времени и вообще несёт какую-то чепуху, а Пятый без сознания. Всё вроде как обычно, но последнее замечание выбило Лютера из колеи. Если Номер Пять в отключке - дело серьезное. - Швабры в руки и вперёд! - донёсся приказ из спальни. *** - То есть ты мне сказал мчаться сюда, бросив все свои дела, чтобы я занялся уборкой? Нельзя было сразу к разговору позвать? Лютер нервно подметал пол, выражая своё огромное негодование, но осекся, когда заметил на себе ещё более недовольные взгляды сестёр и Диего. - Ага, чтобы мы, как всегда это было, разгребли всё дерьмо, а на разбор полётов уже и Лидер подоспел? - здесь Номер Два перегнул палку, Первый никогда не бросал своих. Не считая, конечно, случая в шестидесятых, когда он бросил Пятого в переносном и самом прямом смысле. С балкона. - Хватит вам уже! Мы почти все убрали, - как обычно начала разнимать этих двоих Эллисон. - Конечно! Битый, как всё это стёклышко, час швабрами машем, - не унимался Диего, но, взглянув на притихшую Ваню, на которой лица не было, и бессознательного бледного Пятого в комнате, прикусил язык. Лучше уж прибрать в чужой квартире разок, чем устраивать против своей воли апокалипсисы и останавливать их в одиночку. - Вроде всё, - прошептала Седьмая и устало опустилась на диван. - Я тоже закончил, - вышел вспотевший Клаус. Никто даже не стал спрашивать, какую работу ему пришлось проделать, все знали, Четвёртый справился с ней лучше, чем кто-либо, - а теперь попрошу всех сесть, иначе упадёте. - Пол чистый - нестрашно, - попытался усмехнуться Лютер, но неожиданный серьезный взгляд Клауса заставил его напрячься. - Объяснять - прерогатива Пятого, но по причине его… эм… отсутствия, урок проведу я, благо он мне все свои «методички» оставил. Поэтому, детишки Харгривзы, заткнитесь и слушайте. Ванечка, прости, так надо. *** За полчаса Клауса никто не прервал, он открылся всем также, как и Пятый ему неделю назад, только теперь Номеру Четыре приходилось отвечать на вопросы, которые днями раннее задавал сам. Наконец, после изнурительно долгой для него беседы в головах Харгривзов хаос немного систематизировался. Последний вопрос задала Ваня: - То есть он в последнюю очередь хотел дать мне таблетки?… - голос предательски задрожал. - Конечно, иначе бы сделал это сразу. Сестренка, ты же знаешь Пятого, он бы начал с самого рационального пути. Он понимал, что запирать силу внутри тебя - не выход, в отличии от нашего старика, плюсом у него тоже есть чувства, - Клаус не мог поверить, что Ваня всё неправильно подумала, и кажется понял, из-за чего произошла ее последняя ссора с братом, - неужели Пятый тебе не сказал? - Он не успел… я не дала ему договорить… я уже сорвалась, - слёзы вновь брызнули из красных глаз, а плечи нервно задрожали. - Ваня, ну, всё, не переживай, - обняла сестру Эллисон и замерла. Воздух как-то странно сотрясался, а свет в комнате приобрёл голубой оттенок. Третья со страхом взглянула в белые, как мел, глаза Седьмой. - Я опять это делаю?… - Но на этот раз мы рядом, - сел на корточки перед сестрой Клаус и положил свои руки на ее колени. - Ты справишься, - тихо буркнул Диего, а Лютер активно закивал головой в знак согласия с братьями. Внезапно Ваня почувствовала, как тепло разливается по всему телу, будто вытесняя холодные силы из организма. Ей было хорошо. Тоже самое она почувствовала в Далласе, когда вся семья уместилась в одну машину, чтобы поехать вместе с ней. Они были рядом, они ей верили, они ее любили. Теперь Ваня поняла это. Потушив голубой огонёк, она прошла на кухню, достала с края верхнего ящика маленький бутылёк и налила стакан воды. Высыпав одну таблетку себе на руку, она с улыбкой посмотрела на удивленных братьев и сестёр и все же потрудилась объяснить: - Запасной тюбик, на всякий случай. А в тот раз я про него как-то забыла. Лютер подавился воздухом, Диего нервно хохотнул, у Эллисон не было слов, а Клаус лишь улыбнулся в ответ: - Тебе нужно ещё что-нибудь для памяти попить, только без обид. *** В момент, когда силы Вани вновь сотрясли весь воздух в квартире, Пятый распахнул глаза. Все же гиперчувствительность изменений в пространстве - это приятный и неприятный бонус.