Теория контроля

Из спальни Вани была видна часть кухни. Пятый достаточно пришёл в себя, чтобы услышать что-то про «запасной тюбик», увидеть, как стакан наполняется водой с характерным звуком, и сложить все пазлы воедино. Не долго думая, он сжал кулаки. *** Седьмая уже готова была закинуть таблетку в рот, но резкий хлопок по ладони заставил ее побеспокоиться о целостности стакана в другой руке. Она чуть не выронила его от неожиданности. - Пятый! Твою ж налево… - Ваня быстро проследила глазами, за пилюлей, что мирно укатилась под холодильник. До предновогодней уборки ее больше никто не достанет, - Пятый?… Номер Пять пошатнулся, голова кружилась адски. Он начал быстро водить руками в поисках стула или что-то другого более высокого, чем пол, стоит заметить, весьма чистый. Его ладонь вовремя легла на спинку стула, когда ноги подкосились, но Пятого будто вовсе не волновали его внешний вид и общее состояние: - Ты не должна это делать. - Пятый… *** Вся семейка в шоке уставилась на младших, каждый уже собирался отпустить свой комментарий по поводу происходящего, как внезапно дверь в кухню резко, но при этом аккуратно и совершенно беззвучно захлопнулась. - Идём. Им надо поговорить, а мы ещё мусорные мешки не вынесли, - послышался низкий, еле слышный, голос Диего. Теперь все в шоке уставились на Номера Два. Никто не мог подумать, что он обладает чувством такта. - Чего встали, придурки?! Да, он непременно им обладает. Но редко использует. *** Брат с сестрой даже не заметили, как закрылась дверь. Каждый сверлил друг друга взглядом. - Ты как?… - максимально тихо спросила Ваня. - Ты не обязана это делать, - повторил Номер Пять, на что Седьмая лишь поставила стакан и села рядом за стол. - Пятый… - Ваня… - голоса прозвучали одновременно. Оба осеклись, но Номер Пять решил продолжить, потирая виски, - я не хочу тебя заставлять. Я… я всю жизнь презирал и критиковал действия старика, но слишком часто прибегал к его методам. Я ненавидел его и стал таким же. - Неправда, - тихо, но твёрдо ответила Номер Семь. - Ты сама это сказала и была права, - голос Пятого сел, говорить становилось труднее. - Я ошиблась и ошибалась всё это время. Пятый, я хочу овладеть контролем. Я хочу принимать лекарства, чтобы это получилось. Я сделаю всё, что от меня потребуется, - Ваня аккуратно придвинулась к брату. - От тебя ничего не требуется, я не в праве что-то требовать. Нельзя было так давить на тебя… - Пятый закрыл лицо ладонями. На половину от безумной головной боли, на половину от тихого отчаяния. - Но ведь благодаря тебе у меня стало получаться, наши тренировки не прошли даром, и… - Номер Семь была готова перечислить все свои достижения по контролю силы за последний час, но сиплый шепот Пятого прервал ее на полуслове. - Ты действительно не хочешь считать меня своим братом? Ты настолько меня ненавидишь?… - он с огромным трудом поднял на сестру пустые глаза с расширенными от удара зрачками. То заявление Седьмой, за секунду до «полёта», стало самым страшным, что слышал в своей жизни Номер Пять. Ваня потеряла дар речи и моментально вспомнила роковой момент: «Ненавижу»… Сейчас она ненавидела лишь себя за то, что посмела такое сказать. Слова застыли на дрожащих губах. - Мне правда не стоило возвращаться? - Пятый не сводил взгляда с Седьмой. Ваня резко подорвалась с места, обхватила брата руками и залепетала: - Нет, нет, нет, нет, нет! Конечно, нет! Ни за что на свете! Пятый, я ждала тебя каждый день, каждый Божий день. Я оставляла тебе свет каждую ночь. Ты мой брат, всегда был им и будешь! Я люблю тебя, я не могу потерять тебя ещё раз! Как ты мог допустить даже мысль об этом?! Я…, - Номер Семь вспомнила всё, что сказала в пылу ссоры, ее сердце сжалось, она ещё крепче обняла подростковое тело, - ох, прости, прости, я не хотела всего этого говорить! Я так вовсе не считаю! Я… я… - нужных слов не находилось, а фразы путались, Ваня выкрикнула, что было мочи, - Пятый, не исчезай больше, ты мне нужен!!!, - соленые реки вновь потекли по ее щекам. Она держала брата так крепко, как могла, боясь, что он может вновь прыгнуть в пространстве или времени, застрять где-то, угодить в комиссию, или просто оттолкнуть ее, но реакция Пятого привела ее в ещё больший шок. Номер Пять молча обнял ее почти до удушья и не отпускал, а Ваня могла поклясться, что почувствовала, как на ее плечи упали капельки, но она никогда никому об этом не расскажет и даже не намекнёт Пятому. С теплом сестры к Номеру Пять пришло облегчение. Он не мог представить, что груз вины спадёт так свободно от объятий и нежных слов Седьмой. Пятый впервые почувствовал себя нужным просто за то, что он есть, здесь и сейчас. Следующее предложение Вани, как только она его чуть отпустила, заставило Номера Пять улыбнуться и ещё раз подумать о том, что Седьмая - его любимая сестра: - Я заварю кофе. *** - Слушайте, вам не кажется, что это уже перебор? - Ты о чем, Диего? - Да о том, дорогая сестрица, что я голоден, как волк, а любезно закрытая мной дверка в место, где едят, не даёт нам пройти к холодильнику уже почти час! - Так вроде только минут двадцать прошло, не? - взглянула на часы Эллисон. - Волки-одиночки ведь сами себе еду добывают, да, Диего? Номер Два уже собирался зарычать на Первого, но тот примирительно поднял руки. Кушать всем хотелось. Неожиданно Клаус почуял ароматный запах кофе (по ту сторону двери Пятый учил Ваню тонкостям великого искусства - варки свежемолотого кофе в турке): - Пора сказать младшеньким, как мы их сильно любим! - сложив миленько руки, с хитрой улыбкой пролепетал Четвёртый. - Ты только сильно их не пугай, вдруг Ваня взорвется от страха? - на полном серьезе прошептал Первый. Эллисон с громким хлопком по лбу отвернулась и начала разглядывать прекрасные стены ваниной квартирки. Седьмая и Пятый неизвестно сколько уже времени стояли по краям открытой двери и наблюдали за домашним цирком. Переглянувшись с братом, Ваня скептически изогнута бровь и сказала: - Вы меня недооцениваете! Одна я точно не взорвусь, придётся угробить весь мир впридачу, - вся семейка, кроме Пятого, с легким паническим ужасом и опаской во взгляде посмотрели на Номера Семь, - Кстати, спасибо за уборку, надо бы почаще апокалипсисы устраивать, столько привилегий сразу: и гости пришли, и пол помыли, и мусор вынесли! - на этом месте глаз задёргался уже у Пятого, и Ваня решила, что чуточку переборщила, но реакция ее семьи - это отдельный вид искусства, - это сарказм, параноики! И давайте поскорее пиццу закажем, пожалуйста. Между прочим, все тут голодные, Диего!!! Спорить с Номером Семь никто не осмелился.