The Passions of Claude Monet

Каждый день жизнь даёт нам тысячи разных возможностей... Возможность измениться... Возможность начать всё сначала... Или возможность проявить себя с другой стороны, открыть новые таланты... Главное — не упускать эти возможности, ведь может получиться так, что второго шанса судьба не даст. Костя не спал всю оставшуюся ночь. Ему это было уже не нужно. Алкоголь в крови сделал своё дело не хуже кофе или энергетиков, а холодный душ закрепил этот эффект. О последствиях Уралов решил задуматься чуть позже, так как сейчас он лежал на пыльном диване и смотрел видео-обзор. Как не странно, но этот канал был про искусство. Уралов мог признать, что недавно и правда начал рисовать. Немного, мало увлекаясь этим делом, так как надо было учиться, а потом работать, дабы прокормить себя, а рисунки… Живопись дело затратное, поэтому даже хобби назвать её было нельзя. Но сейчас всё изменилось. Ну как изменилось… Просто стало интересно, как на искусство смотрит шеф, который, судя по его разговорам, достаточно увлекается этим делом, чтобы называть себя «заинтересованным в искусстве».

***

– То есть Александр Петрович и Московский второй банкет пропустят? – Василиса Ярославовна становилась всё злее и злее с момента начала этого диалога. Костя даже подумал, что надо было передавать это с Камалией, а не самому передавать вчерашние слова хозяина. - Да, Василиса Ярославовна. Всё так, как вы говорите. – Но почему? Ответь мне уже внятно тогда. Я обязана знать! – управляющая уже устала находить хоть какое-то адекватное оправдание вечному отсутствию Московского, но вот Романов… – Простите, простите. Я вам потом всё расскажу сама подробнее. – Камалия успела вытащить Уралова из этого поручного круга вопросов, отталкивая его от управляющей подальше в сторону кухни. В общем они оба быстро ретировались в сторону раздевалок. Зилант шипела на повара, поражаясь его смелости не отвечать на такие каверзные вопросы от Калининой. – Мог бы через меня всё передать. Совсем врать не умеешь, а ещё тут работаешь. – Как связана работа в Claude Monet и умение врать? – не понял Уралов. – Поймёшь со временем. – официантка отмахнулась от вопроса Уралова и ушла обратно в зал, бросив что-то о загруженности перед банкетом. «Банкет, бля…» – вот тут и пришёл эффект бессонной ночи. Костя понимал, что при таком состоянии в принципе он вывез бы обычную посадку, но не банкет. – Может меня и не заставят готовить что-то… я же всё ещё на испытательном сроке. – понадеявшись на успех, Уралов зашёл на кухню. – Уралов! Срочно иди сюда! –его тут же позвал су-шеф.

***

Каждый уважающий себя ресторан имеет возможность организовывать большие банкеты, которые поднимают как выручку, так и популярность ресторана. Ресторан французской кухни Claude Monet исключением не был. В нём проводили и корпоративы, и свадьбы, и приёмы и всё, что может позволить себе концепция ресторана, при условии оплаты со стороны клиента. Можно сказать, что в этом случае хорошо работала концепция «Любой каприз за ваши деньги». Так что и этот случай не стал исключением. Был заказ на банкет в честь дня рождения компании – заказ должен быть выполнен. Иначе придётся возвращать и деньги, и получать нагоняй от Михаила Юрьевича. Никому такой головной боли не хотелось, поэтому даже отсутствие шефа не сильно сказалось на работе кухни. Они привыкли к тому, что шефа могло не быть несколько дней, но после он обычно даже ночевал на работе, отрабатывая свои прогулы. Его педантичность в этом плане иногда превышала возможности, что нередко сказывалось на здоровье шеф-повара. На этот раз управление на себя снова взял Сибиряков, который рассматривал позиции, указанные до этого шефом. Иногда отсутствие шефа даже не замечалось коллективом, потому что у него всегда были припасены чёткие инструкции. Вот и сейчас Николай читал аккуратный подчерк своего шефа, который не просто писал меню, а составил список позиций, который надо приготовить в двойном размере, указал где, что и как лежит, куда девать остатки и даже был пункт о том, кого на какие позиции ставить. Инструкции точнее, чем справочник при возникновении пожара, при этом также оставлялась и возможность су-шефу и поварам проявлять некоторую самовольность в рамках этого списка. Таким образом, ничто не могло пойти не так. Ну во всяком случае, так казалось на первый взгляд, однако по закону подлости, когда ты бываешь слишком уверен в ситуации, обязательно что-то идёт не так. В этот раз Дугар и Руслан решили немного пошутить над Николаем, однако на их розыгрыш попался Владимир. Они нагрели ручку печки, в которой параллельно запекалась утка для приготовления «утиной ножки под апельсиновым соусом» и «утиной грудки с яблочным мильфеем», а чуть выше стояло как раз тесто под мильфеи. Как кондитер он решил проверить тестов и обжёг свои руки. Работать теперь он не мог, а ему нужно было приготовить торт. Шутка теперь имела большие проблемы, чем рассчитывали повара, поэтому тут же принесли извинения Владимиру. – Вы идиоты? Где мне теперь кондитера искать? – су-шеф устало потёр переносицу, пока его разум металась по именам поваров, пытаясь найти решение этой ситуации. – Так пусть новичок поможет! Он всё равно на горячем мешать будет, а на заготовках можем и мы помочь, правда Дугар? – тут же предложил идею Енисейский, когда ему на глаза попался Костя.

***

– Сегодня ты помогаешь Владимиру! – уже в третий раз он повторил это Уралову, а тот всё ещё не верил. – Но я же повар, почему я должен исправлять то, что натворили эти двое? – Костя скосил глаза на Дугара и Руслана, которые как ни в чём не бывало продолжали делать заготовки. – Потому что я тут су-шеф. Иди и помоги ему, пожалуйста. Иначе Александр Петрович разозлиться, когда мы банкет завалим. – тут можно было сказать, что Сибиряков надавил на нужное место. Сейчас Уралов меньше всего хотел разочаровывать шефа. – Хорошо, я помогу ему.

***

– На самом деле тут нет ничего сложного. Я уже сделал вчера все заготовки, крема и тесто, тебе только надо будет всё запечь, выложить и готово. Часть десертов уже стоит в холодильнике. – Владимир пояснял то, чем должен был в ближайшую смену заняться Костя. Казалось бы, кондитер – что может быть проще? Однако даже при минимальных указаниях: правильно выложить крем в кольцо и сделать эклер – работа оказалось максимально сложной. Владимир был профессионалом, но его очень часто заносило с указаниями, а иногда он мог начать обсуждать какие-то совсем странные вещи, которые даже к кондитерским изделиям то не относились (попробуйте связать Сейлор Мун и шоколадный фонтан), при этом параллельно ругать Уралова за криво выложенное на тарелку ассорти десертов «Cafe gourmet». Но даже так, это занятие оказалось достаточно интересным, чтобы уже к середине банкета поймать волну и получать комплименты от Владимира, которому понравился вкус малинового сорбета. – Не хочешь стать моим помощником? – предложил Владимир, когда они выдали первый курс десертов. – Мы бы здорово сработались: ты спокойно слушаешь мои истории про аниме, молчишь и стараешься. – Ух ты, это похвала? – Уралов улыбнулся. – Нет, спасибо. Готовить мясо мне нравится больше, чем крутить все эти корзиночки. – Жалко. Ну что ж… теперь самое сложное – торт! – Приморский указал на одну из стен кондитерского цеха, где висел дизайн торта. На этот жест Костя только издал тихий выдох, потому что замысловатые рисунки и количество слоёв сразу вызвали в уставшем теле и разуме желание сбежать. – Я не смогу! – попытался отвертеться от такого счастья Костя. – Давай закажем доставку. – Никто за 4 часа тебе не сделает торт с таким дизайном. Он уже почти готов, нужно лишь вырезать форму, дизайн, украшение и всё! – Когда ты так говоришь, я вспоминаю, как на твоё «почти всё» отсаживал 500 эклеров! – Уралов устало огрызнулся, выкатывая торт. Эту заготовку требовалось превратить из прямоугольного в овальный торт, изобразить там какие-то домики, так как компания занималась строительством, а вершиной композиции должен был стать лозунг компании «Строим на века!». Пришлось готовить горячий шоколад, превращая всю эту сладкую массу в глазурь, а также ещё несколько цветных кремов для живописной композиции. Но сначала, надо было удовлетворить желание Владимира увидеть именно овальную форму торта. Отпуская при этом достаточно странные сравнения. – Ну ты что, никогда Ванпачмена не смотрел? Как ты жил до этого? Обязательно посмотри! Там у главного героя именно овальная форма головы, а у тебя что за скошенный многоугольник? Потом стало проблемой расположение этих дурацких домиков и вырисовывание их, ведь кондитерский мешок при давлении легко рвётся, или даёт больше крема, чем надо. С этим Уралову так же пришлось мучаться. Благо хоть надпись можно было просто выложить на торт, потому что Приморский уже заготовил её основу из мастики вчера вечером. – В каждом торте должна быть изюминка! – с этими словами он самолично посыпал буковки и часть торта кондитерской посыпкой, которая содержала в себе фосфоресцирующий элемент. Торт должны были вынести в темноте, при котором он бы светился вместе с буквами. Когда торт вынесли в зал неожиданно Приморский посмотрел на Костю. – А ты точно все буквы кремом покрыл? – Вроде да… – с этой запарой Уралов и сам забыл об этом. В это же время в зал вынесли торт, на котором ярко виднелась надпись «Строим века!». Официанты правда догадались тут же включить свет, так что эта помарка бросилась в глаза лишь руководителям, который многозначно переглянулись, вспоминая сеть проектов, которые должны были заработать ещё полгода назад. Вот вам и случайность повара.