Нежданный "Экземпляр"

Утро любого ученика академии «Эребор» начинается с назойливого писка будильника. И для Бильбо Бэггинса этот день не был исключением. «Что? Опять?» - обреченно подумал он, протягивая руку к тумбочке в поисках часов, намереваясь выкинуть их к чертям. Внезапно почувствовался холод из-за неизвестно куда девшегося одеяла. - Подъем! – на ухо крикнули два знакомых голоса. Бильбо резко сел на кровати, спустив ноги на пол. С трудом продрав не открывавшиеся глаза, он посмотрел на стоявших перед ним и ехидно улыбающихся Фили и Кили, одетых в школьную форму. - Ну и какого х…художника вы сюда приперлись? – парень решил озвучить свои мысли в более-менее приличной форме. - Второе сентября – первый день учебы, - ответил Фили в свое оправдание, - так что просто поваляться не получится. Чего расселся? У нас уроки с восьми. Шевелись давай. - Ага, уже побежа-ал, - зевая ответил Бильбо, с трудом поднявшийся с кровати и в данный момент направлявшийся в сторону стола, где на одном из стульев висела отглаженная вчера вечером школьная форма. Лениво стянув ее со стула, парень направился в ванную, пока братья хозяйничали в комнате. Вода здесь и правда имела свойство смывать все негативное для организма, в том числе и остатки сна. Минут через пятнадцать трое парней сидели за столом, пили чай и кушали бутерброды с колбасой, сделанные на скорую руку. - Даже врагу не пожелаю, чтобы так его будили, - хмуро сказал парень, запивая бутерброд чаем. - Это еще цветочки, – подмигнул Кили. - Ты еще не знаешь, как нас дядя поначалу по утрам будил. От одного его рыка: «Встать!» мы бежали в класс, одеваясь на ходу. - А ты и правда вчера время не терял, - заметил блондин, осматривая комнату. - Все буквально блестит. - Видел бы ты, сколько грязи здесь было, - сказал Бильбо. - Такое ощущение, что здесь не убирались лет двадцать. - Точнее, шестнадцать, - поправил его брюнет, допивая остатки чая в своей чашке. - Не понял? – удивленно спросил парень. - Видишь ли, последним, кто здесь жил, была та девушка, о которой мы тебе рассказывали, ну, которая умерла. После ее смерти сюда больше никто не входил, - объяснил Фили. - Мдаа… спасибо, что сообщили мне, что я живу в склепе, - сухо заметил Бильбо. - Не за что. Обращайся, - махнул рукой Кили. *** - Здравствуйте мистер Гэндальф! – одновременно поздоровались братья, столкнувшись в коридоре с психологом. Бильбо же сдержанно кивнул. - Здравствуйте! – психолог, улыбаясь, пожал руки Фили и Кили. Когда же старик протянул руку парню, тот нахмурил брови и демонстративно убрал руки в карманы брюк. Но Гэндальф ничуть не обиделся. - Мальчики, - обратился он к Кили и Фили, - вы идите вперед, а нам с Бильбо надо поговорить наедине. Двое парней переглянулись, пожали плечами и отправились вниз по лестнице. - Я сделал что-то не то? – спросил Бильбо. - Нет, ничего, - спохватился психолог, - по крайней мере, пока. Какой у тебя первый урок? - История Средиземья, кажется, - ответил парень. - Ну, вот и хорошо, - одобрительно улыбнулся старик, - мистер Ойн хороший учитель. А сейчас иди на урок. И постарайся хоть первую неделю отучиться без глупостей. - Это уж как получится, - сказал Бильбо и отправился в класс. Найти кабинет было нетрудно. Едва взявшись за дверную ручку, он почувствовал, что кто-то ткнул его в спину двумя пальцами. - Ласты к полу, парень! – послышался звонкий голосок девушки. - Говори пароль. - Пароль: «Вам билетер нужен?». Отзыв: «Был нужен, уже взяли». - Может, я на что сгожусь? – игриво спросил голос. - Может, и сгодишься, - ответил Бильбо и повернулся, - Розалинда Элнерберри. Перед ним стояла молоденькая симпатичная девушка лет семнадцати с черными волнистыми волосами до лопаток, собранными у висков, и такими ярко-зелеными озорными глазами, что казалось, в них черти пляшут. Одета она была в женский вариант школьной формы: белую блузку, темно-синий приталенный пиджак с гербом академии, юбку, сантиметров на десять выше колена, такого же цвета в золотистую клеточку, черные капроновые колготки и черные туфли на небольшом каблучке. - Ну, привет что ли, Рози? – парень не сдержал улыбку. - Бильбо! Ах ты гадкий Хоббитеныш! – воскликнула девушка и со всей широтой души обняла Бильбо. И он был рад не меньше. Розалинда Элнерберри – его подруга детства. Они были закадычными друзьями. Но вскоре девушка с родителями уехала куда-то на восток, и долгое время от нее не было ни слуху, ни духу. Рози, так называть ее позволялось только ему, была единственным человеком, кому он позволял себя обнимать и в принципе касаться. После недолгого объятия, девушка отстранилась и спросила: - Как делишки? Каким ветром тебя сюда занесло? - Да вот, - Бильбо поднял руки и осмотрелся вокруг, - как видишь, занесло. Вроде как учиться приехал. А ты, что ли, здесь тоже учишься? - Ага, - девушка кивнула головой, - мы с тобой одноклассники, оказывается. - Как в старые добрые времена? – ехидно спросил парень. Девушка засмеялась и закивала головой. - Ну как там тетя Лобелия? – спросила она. – Все еще ядом плюется? - Естественно, - Бильбо закатил глаза, - а что ей еще делать?! - Стряпня ее не стала лучше? - Нет, конечно, - парень махнул рукой. - Все также портит продукты, сама того не зная. - Да-а… Никто их так не испортит, как она. Помнишь ее яблочный пирог? - ЭТО не забудешь, - Бильбо закрыл глаза ладонью, - я тогда думал, что в туалет жить перееду. - А я как вспомню, так сразу в дрожь бросает. Как школа? - А что с ней? – удивился парень. - Стоит, и разваливаться не собирается. Когда ты уехала, я был там их единственной занозой. - Эх, а я никак не могу забыть, как ты красиво под музыку по партам вышел. - Если бы ты тогда музыку не включила, все получилось бы не так красиво. - А как там, в целом, все? - Все, как обычно, меня ненавидят. Из всех разве что с Толстяком общался, да и то не часто. - А-а-а… Эйб Болджер… Тот еще стрелочник, блин. - Эй, Бильбо, - дверь кабинета открылась и из-за нее появилась голова Фили, - потом будешь знакомства заводить. Заходи, давай. Оу, - блондин обратился к девушке, - привет, Розалинда. - Привет, Фили! – улыбаясь, ответила девушка, заходя вслед за Бильбо в кабинет. *** Урок истории проходил, как всегда, нудно. Учителем был мистер Ойн: пожилой человек невысокого роста с седыми волосами, усами и бородой, заплетенными в косы, чтобы они не мешали. У левого уха он держал металлическую воронку, чтобы лучше слышать учеников, так как у него были проблемы со слухом. Урок тянулся долго, очень долго. Он забыл спросить, сколько времени они здесь длятся. «Может, проканает?» - подумал парень и, пока учитель был занят объяснением темы задним партам, чтобы сидящие там не засыпали, прокрался между партами и, к величайшему удивлению и в то же время восхищению, на глазах у большинства учеников вышел из класса. Он шел куда глаза глядят. Главным на тот момент было как можно дальше отдалиться от класса. Бильбо был так озадачен этой мыслью, что нечаянно задел плечом одного из двух бугаев в школьной форме, которых он встретил по пути. - Эй, поосторожнее, парниша! – бросил ему вслед кто-то из бугаев. Бильбо обернулся. - А ты обходить научись, чай, не поезд, не по рельсам идешь, - посоветовал он. - Что ты сказал, гаденыш? – переспросил второй. - Если глухой, то могу ватные палочки дать, чтоб ты уши прочистил, - ответил парень и хотел продолжить свой путь, но чья-то сильная рука ухватила его за локоть и резко повернула. Парень встретился лицом к лицу с теми, кого он нечаянно плечом задел. Выглядели они уж очень жутко. Любого бы от их вида бы перекосило от страха или впечатления, которое эти лица создавали. Но Бильбо смотрел на них взглядом, в котором невозмутимость смешивалась с неким пренебрежением. - Ты че, бессмертный, что ли? – спросил первый. - Ну, если от одного вида ваших лиц не преставился, значит, да, - злобно усмехнулся Бильбо,- тем более с такими отморозками и не таким станешь. - Как ты нас назвал? – два бугая схватили его за грудки пиджака, - тебе жить, че ли, надоело? Парень уже зажмурился и хотел, было, поприветствовать два кулака, которые, возможно, вскоре угрожающе направятся в сторону его лица, как в коридоре подобно грому среди ясного неба раздалось звонкое: «Эй!» Отморозки повернулись на голос, все еще держа Бильбо за грудки. Перед ними стояли Фили и Кили, засунув руки в карманы брюк. - А вы че тут забыли? – спросил первый бугай. - Канайте отсюда, иначе тоже огребете. - Вы ваще кто такие? – спросил второй. Братья недоуменно переглянулись. - Вы что, нас совсем не знаете? – спросил Фили с ехидной улыбкой. - Да мы вообще самые популярные люди здесь. - Хотите, мы дадим вам автограф? – предложил Кили. – Давайте, не стесняйтесь. Кому нужна трусливая шпана?! Два бугая отпустили Бильбо, и не успел он опомниться, как они уже очутились возле братьев и взяли их за грудки. - За базаром следите, недомерки, - пригрозил один из них. Довольно улыбнувшись с небольшим коварством в глазах, блондин с поддельным раскаянием сказал: «Искренне просим у вас прощения». - За что? – спросил кто-то из хулиганов. Но ответа не последовало, так как Фили ударил головой бугая, державшего его, который сразу же упал на пол. Кили же, пока его обидчик был в замешательстве, убрал от себя его грабли, затем ударил основанием левой ладони бугаю под подбородок. Клацнули зубы. И в завершение, чтобы он не смог больше ничего предпринять, поставил подножку, и тот тоже упал на пол. Бильбо был очень удивлен, увидев, как братья дерутся, но тут каждый достал по маркеру и, усевшись бугаю на живот, начал дорисовывать «фонари» во весь глаз. - Получи, получи! – ликовал брюнет, пририсовывая бугаю усы. – Только для наших поклонников. - В следующий раз не стесняйтесь, подходите, - добавил блондин, тщательно вырисовывая бугаю круги, как у панды, - люди мы не гордые, автографов можем дать много и на любой части тела. - Что здесь происходит? – сурово спросил появившийся откуда-то Двалин. Бильбо нахмурил брови. Братья же отвлеклись от своего занятия. - О! Здравствуйте, мистер Двалин! – поздоровался Кили, не слезая с бугая. - А мы тут… - К директору. Немедленно! – перебил его мужчина, затем посмотрел на Бильбо. - Тебя это тоже касается, новенький. - Бильбо, ты в порядке? – вполголоса спросил Фили, поднимаясь с бугая, до сих пор лежавшего в отключке. Парень кивнул. Трое парней беспрекословно последовали за Двалином. Они знали, что в кабинете директора без хорошего «дрозда» не обойдется. *** - КАК? ЗАЧЕМ ВЫ ВООБЩЕ УМУДРИЛИСЬ УСТРОИТЬ ЭТУ ДРАКУ? – Торин был вне себя. Он был готов ожидать любой невинной пакости со стороны родных племянников, но никак не драки. – Ладно, я простил вам каток в спортивном зале, за голову Двалина вы уже получили, но драка? Еще драки не хватало! - Торин, - попробовал оправдаться Фили, - никакой драки не было. Была чистой воды самооборона. Мы их просто, как ты говоришь, нейтрализовали. - ВАМ НЕЗАЧЕМ БЫЛО ТУДА ЛЕЗТЬ! - Они хотели побить Бильбо, - Кили попробовал вторую попытку оправдаться. - НО ЭТО НЕ ПОВОД УСТРАИВАТЬ ДРАКУ!!! – директор так сильно кричал, что братья сидели загнобленные, понуро опустив голову. - Ой, да ладно тебе, Торин, или как там тебя, - Бильбо поднялся со стула, на котором он сидел, и подошел к мужчине. – Перестань уже, а? Ты сейчас на мою кузину Лобелию похож. Ты посмотри на них, - он указал рукой в сторону братьев. – У парней скоро кровь из ушей пойдет от твоего крика. Незачем их гнобить за то, они меня спасли. - А вам никто слово не давал, мистер Бэггинс, - предупредил мужчина, едва сдерживаясь, чтобы не накричать на парня. – Тем не менее, вы не смеете называть меня по имени. Для вас я «мистер Оукеншильд» или «директор Оукеншильд». - Слушаюсь и повинуюсь, Ваше Величество, - съехидничал Бильбо, сделав перед последними двумя словами глубокий реверанс, какой делали во Франции в средние века, а после и вовсе повернулся, направившись к выходу. - Ну и куда вы собрались? – возмущенно спросил Торин. - От вас подальше ухожу. Выдохся, - ответил парень. - Ты уйдешь, когда Я тебе разрешу! – мужчина не заметил, как перешел на «ты». - Простите… - блондин попробовал остановить ругающихся. - Да неужели? – с вызовом в голосе спросил Бильбо. – Тогда зачем я сюда приехал: учиться или стоять здесь и ругаться с тобой? - Но это не дает права тебе так себя вести! – предупредил директор. - Что-то вы поздновато вспомнили о правилах приличия, мистер Оукеншильд…. - Прошу прощения? – обоих окликнул громкий голос доносящийся со стороны братьев. - ЧТО? – одновременно крикнули Торин и Бильбо, синхронно повернув головы в сторону Фили и Кили. - Мы вам не мешаем? – тихонько спросил Кили. Директор и ученик посверлили друг друга хмурыми взглядами несколько секунд, потом парень отвернулся и направился к выходу. - Кстати, Фили, Кили, - Бильбо окликнул братьев, едва открыв огромную дверь, - спасибо. *** «Ненавижу, ненавижу его, как я его ненавижу! - думал Бильбо про себя, спускаясь по лестнице. - Да что он за человек такой? Возомнил тут себя богом, царем и императором. Собственник хренов. Уйдешь, когда я тебе скажу. Не дождешься…» Обо всем этом он думал, пока спускался по лестнице. Только очутившись на первом этаже в вестибюле, он опомнился и заметил, что прошел мимо своей комнаты. Парень помассировал пальцами виски: в голове до сих пор звучал голос директора. «А голос у него и правда неплохой», - усмехнулся он и начал глубоко дышать. Тело немного потряхивало от злости, а сердце бешено колотилось. Парень приложил руку к груди, оперся на ближайшую колонну и осмотрелся. Вдруг ему на глаза попался портрет, на котором был изображен Торин. Взгляд мужчины был направлен куда-то вдаль, а не прямо, как при обычном портрете. Бильбо даже невольно залюбовался. Парень признавал, что директор недурен собой. «Бывают же моменты, когда он ничего не говорит», - хихикнул он про себя. Рука против воли достает из кармана телефон и украдкой фотографирует портрет. И тут парень переводит свой взгляд на портрет Трора. «А он похож на своего деда чем-то, - задумался Бильбо. Ему понадобилось совсем немного, чтобы найти единственное сходство. – Глазами. Они такого редкого цвета. Я никогда таких не видел… Блин! Что же я делаю?! Эру проклянет меня за эти слова! Я же только что говорил, ненавижу его. Что же со мной происходит?!» Бильбо еще долгое время стоял в вестибюле и не мог оторвать взгляда от портрета директора. Он проклинал себя бессчетное количество раз, материл себя самым отборным матом, который знал, но серьезное, задумчивое волевое лицо и прежде всего выразительные, глубокие темно-синие глаза не хотели отпускать из своего плена, еще сильнее затягивая его в свой омут. Несколько минут спустя парень начал метаться от одной колонны к другой, шепча весь арсенал ругательств и время от времени поглядывая на портрет. Он даже спрятался за одну из колонн, но тут сердце стало бешено колотиться, и появлялось такое чувство, что те глаза смотрели на него сквозь колонну. «Да что за фигня?!» - нервы Бильбо не выдерживают, он подходит к стене и со всей силы ударяет кулаком по облицовочной плите темно-зеленого цвета. Но, что показалось ему странным, за плитой послышалась пустота, как будто этой плитой заделали огромную дыру. Парень отошел немного назад и осмотрел стену. После внимательного осмотра ему на глаза попалась довольно-таки большая щель, которая находилась не слишком высоко от пола. Ноющая боль в правой руке сразу же отошла на второй, а то и третий план. Бильбо снова подошел к стене, встал на носочки и вытянул руки вверх, стараясь дотянуться до щели. Она оказалась довольно глубокой, и тут парень заметил, что темно-зеленая плита отделяется без каких-либо усилий. Он потянул плиту на себя и несколько минут спустя перед ним открылся тоннель, в конце которого было смутно видно природу. «Потайной ход? - удивился Бильбо. – Не думал, что здесь такие есть». Паренек хотел было уже поставить плиту на место, но тут он услышал суровый голос Двалина: «Кто здесь шарится?» Делать было нечего, а во второй раз с директором встречаться как-то не хотелось. Поэтому Бильбо зашел в тоннель и закрыл за собой «дверь», поставив плиту на ее законное место изнутри. Когда он вышел из тоннеля, перед глазами его раскинулся лес. Деревья здесь были самые разные. Было даже удивительно, как они все здесь растут. Бильбо еще раз осмотрелся. В этой части академии он еще не бывал и, судя по тому, что лес стоял нетронутым и была протоптана всего одна тропинка, можно было сказать, что здесь практически никого не бывает. «Я за академией, что ли?» - подумал парень. Но тут вспомнил, что его искал Двалин и пошел по тропинке вглубь леса. Погода была замечательная: дул легкий прохладный ветерок, солнце стояло высоко и нещадно пекло. Не было ни одного намека на осень. Чтобы не угореть от такой жары, Бильбо снял пиджак, ослабил галстук, выправил из брюк рубашку и закатал ее рукава до локтей, предварительно их расстегнув. Деревьям не было конца. «Да что это за место такое?» - он хотел уже повернуть назад и сдаться мужчине с поличным, но тут он вдруг увидел нежно-голубую полоску воды и какую-то большую деревянную постройку, похожую на беседку. Парень уверенно зашагал в ту сторону и несколько минут спустя он сидел в большой беседке с мягкими сидениями и любовался расстилавшимся перед ним озером. Солнце своим сиянием превращало его в кучу сияющих бриллиантов, которые радовали глаз игрой света. Бильбо был счастлив увидеть такую красоту. «Теперь это место будет моим секретным местом», - парень в первый раз искренне улыбнулся. Внезапно в его ушах зазвучала дивная мелодия. Было непонятно, откуда он взялась, но она так явно и звонко играла. Бильбо закрыл глаза, отчего мелодия зазвучала в ушах еще громче. Руки на автомате принимали позицию как при игре на гитаре. Даже казалось, что его инструмент прямо сейчас находится у него в руках. Он чувствовал натянутые до максимума струны, ощущал выпуклость ладов на грифе. Пальцы перебирали несуществующие, но настолько реально ощущаемые струны. Мелодия была столь чувственной, что по щекам потекли слезы, так как каждый ее кусочек, каждый аккорд оставлял на сердце след, отпечатывался в мозгу. Так бы продолжилось и дальше, но тут пробил колокол, оповещающий, что комендантский час вот-вот начнется. Бильбо посмотрел на часы, которые показывали без пятнадцати девять. Парень быстро встал и бегом направился к парадному входу академии. Едва закрыв за собой дверь, Бильбо ринулся к прикроватной тумбочке, откуда достал тетрадку для нот и карандаш. Затем он сел за стол, открыл тетрадь и начал рисовать кружочки, обозначающие ноты на разлинованной тетрадке. Но вдруг он прервался. Мелодия не ушла из его головы, да и не особо собиралась ее покидать. Она осталась в голове, даже когда парень мылся в душе, осталась, даже когда он лег спать. Она убаюкала его своим звучанием.