Нежданный "Экземпляр"

Зазвенел будильник. Я в это время сидел в кресле у окна, держа в руках часы, которые на данный момент показывали 7 утра. Отключив будильник, я поднялся с кресла, поставил их на стол и снова сел. В голове звучал вопрос Балина: «Зачем ты так с парнишкой?» И правда. Правильно ли я с пареньком поступил? На душе скребли кошки. Что же со мной? Совесть? Хм… Может Балин прав, и это было слишком резко и жестоко с моей стороны? Но судя по тому, как мы общались вчера, нахождение в Нижнем Ярусе на него никак не повлияло, несмотря на то, что он пробыл там пять дней и еще пять дней без сознания. Что же он за человек, этот Бильбо Бэггинс? Что он хотел рассказать тогда на Совете? Что же он скрывает? - Торин, ты проснулся? – всего на мгновение из задумчивости меня вытаскивает голос завуча, эхом пробежавший по комнате. Балин. Мой наставник. Всегда рядом, всегда поможет, всегда что-нибудь дельное посоветует. - Я не спал, - отвечаю, снова погрузившись в свои мысли, ища ответы на вышеупомянутые вопросы. - Не бережешь ты себя, мой воспитанник, - завуч садится в кресло, стоящее рядом. – Я не хочу, чтобы ты уснул в самый разгар линейки. - Со мной будет все в порядке, - отвечаю я, поднявшись с кресла, направляюсь в сторону ванной, открываю дверь, - не впервой, - захожу и закрываю ее за собой. Душ. Обволакивает мягким серебристым коконом. Освежает, делает голову ясной. Вода смывает все тревоги, вымывает все мысли из головы. На смену этому приходит усталость, голова тяжелеет, начинает клонить в сон. Но спать никак нельзя. Дела зовут. Я должен. Выключаю душ, протягиваю руку за полотенцем, достаю его, вытираюсь. Ноги встают на холодный кафель, что очень бодрит. Тело покрывает «гусиная» кожа. По коже пробегают мурашки. Провожу рукой по запотевшему зеркалу, в котором вижу свое отражение. Все-таки нужно хоть немного спать, а то вон какие тени под глазами. Вытираю волосы, делаю это интенсивно, чтобы быстрее высохли. Одеваю халат и направляюсь к выходу. Выхожу из ванной и вижу завуча за столом, на котором стояли две чашки кофе. Да, Балин. Все-таки ты допускаешь возможность, что я могу уснуть прямо на линейке? - Надо поторопиться, - сказал он. – Тебе еще нужно просмотреть расписание, которое я составил для нашего «экземпляра». Выпив залпом кофе и поставив пустую чашку в раковину, подхожу к шкафу. Открываю дверцу и смотрю на его содержимое, перебирая рукой висящие на плечиках костюмы. Цвета такие мрачные: черный, синий, серый. Не хватает белых тапочек для полного комплекта - и магазин для ритуальных услуг готов. Так, в сторону шутки. Выудив черный костюм с таким же галстуком и темно-синюю рубашку из шкафа, снова зашел в ванную и стал одеваться. Итак, сегодня 1 сентября – Начало учебного года, День знаний. А по мне, обычный день, паршивый, как и всегда. Спускаюсь с Балином в Средний Ярус. Идем в приемную. Будучи через некоторое время на месте,смотрю на созданный моим завучем документ. Так он учится вместе с Фили? В целом расписание неплохое, но тут… Внезапно вспомнились все его обидные слова. Хмурюсь. Фиг тебе, а не элективные дисциплины. Будешь пахать, как папа Карло. Несмотря на протест Балина, заменил в документе все, что связано с интересами, на обязательную дисциплину: психологические тренинги у Гэндальфа. Надеюсь, это поможет мне узнать о парнишке больше. Распечатал документ и сразу же заламинировал его, чтобы тот его не порвал. Готовый листок положил в карман. Поднимаюсь по лестнице. Надо спешить. Директор не должен опаздывать. Вдали вижу лохматые головы племянников, а рядом светло-рыжую и кудрявую. Прохожу мимо, но все же чувствую на себе изучающий взгляд парнишки. Позже я услышал его смех. Я украдкой обернулся и посмотрел на него. Форма была ему к лицу, но я заметил, что в костюме ему было непривычно. Возможно, ему никогда не доводилось их носить. Прозвучали фанфары. Началась линейка. Разглагольствовать не было ни сил, ни тем более желания. Начал петь. Каждый раз, когда пою эту песню, она получается как по покойнику. Но ведь это единственное, что мне осталось от Нее. Ищу глазами новенького. Где же... а! вот он… прямо напротив меня. Он смотрел на меня, прищурив глаза, а после и вовсе их закрыл. Интересно, о чем же он сейчас думает? А дальше пошли речи, речи и еще раз речи. Самая длинная была, разумеется, у Балина. Только он может пожелать ученикам удачи в новом учебном году, подкрепив пожелание историческими фактами. Еще был Дори, главный фельдшер, с техникой безопасности, Бифур, учитель языковедения, говорил пожелания на кхуздуле, Бомбур что-то говорил о работе столовой. Последним выступил Двалин, который напомнил, что в академии введен комендантский час, согласно которому все учащиеся «Эребора» должны быть в своих покоях не позднее девяти вечера. Когда ученики разошлись, я решил наплевать на все и уйти в свое тайное место. Но тут вспомнил про расписание, лежащее у меня в кармане, и тоже направился к лестнице. В вестибюле, как всегда это бывает на начало года, толпа. Всем нужно расписание, а то, чего доброго, исключат. На лестнице стоит знакомая мне троица, состоящая из двух моих племянников и новенького, в данный момент обсуждающая мой голос. Зачем обсуждать то, чего в помине нет? Мой голос не сравнить с Ее… Даю знать о своем присутствии. Выслушиваю претензию о том, что я для не сделал для «экземпляра» расписание. В ответ на это протягиваю парнишке ламинированный листок. Тот взял его без всяких едких слов. Даже не смотря на меня, что очень странно. - Добро пожаловать в академию «Эребор», мистер Бильбо Бэггинс, - кивнув головой, сказал я и начал подниматься вверх по лестнице. Все директорам школ или каких-нибудь других учебных заведений могу сказать, что первого сентября в собственном кабинете делать нечего. В то время как остальные члены СОГ заняты своими делами или общаются с учениками, я тупо сижу за столом и протираю брюки. Надеюсь, никто не будет против того, что я исчезну ненадолго? Закрыв кабинет на ключ, я подошел к лифту. Но тут на меня пахнуло запахом выпечки. Приятный запах невидимой рукой трогал мой нос, требуя следовать за ним, что я и сделал. Даже не заметил, как оказался в Среднем Ярусе. Продолжил спускаться по лестнице, запах становился все сильнее и сильнее. Сразу же пробудился аппетит, слюна начала обильнее выделяться. Вдруг двумя пролетами ниже раздался возглас Кили: «А мы в гости!» Я увидел своих племянников, зашедших в комнату паренька. Здесь запах достигал апогея. Кажется, я нашел источник этого умопомрачительно-аппетитного запаха. Похоже, это была какая-то сладкая выпечка. Во рту уже почувствовался ее в меру сладкий вкус. Он умеет готовить? Хм… а я даже об этом не знал. Просто так пройти мимо я не мог. Поэтому я остался с целью узнать, что происходит. Простояв бесцельно примерно минут двадцать, а то и больше, я хотел было спускаться дальше, но тут дверь снова открылась. Фили и Кили вышли, закрыв за собой дверь. - Какая муха его укусила? – спросил Кили. - Понятия не имею, - ответил Фили, - но думаю, что навязываться сейчас не стоит. - А я никак не могу взять в толк, почему он выставляет нас из комнаты, перед тем как начать переодеваться? Ему ведь нечего стесняться: физиология же у нас одинаковая. - Значит, так надо. - Слушай, а… - Когда иссякнут твои вопросы, мелкий? – Фили был немного раздражен. - Ты мне сейчас дядю напоминаешь, - надулся младшенький. – Тем более у меня был последний и самый важный вопрос. - Валяй. - Как ты думаешь, а он действительно подойдет для нашего проекта? Ведь можно было и Бофура подтянуть без всяких там новеньких. - Бофур, конечно, тот еще спец, но и без новенького никак. Для нашего проекта нам не хватает искры. А Бильбо ее обеспечит. - Судя по тому, в каком он сейчас настроении, он вряд ли согласится. - Согласится. Я в этом уверен. Ничего не понимаю. Проект? Какой проект? Что задумали мои племяннички? Наверное, снова какую-нибудь пакость? Надо будет проконтролировать их. Прождав некоторое время, пока они подальше отойдут, начал спускать вниз. В вестибюле свернул направо, подошел к стене, провел рукой там, где максимально мог дотянуться, и нащупал щель. Стоило мне засунуть пальцы в нее поглубже, как на меня повалилась плита, скрывающая потайной ход, вделанная в стену. Удерживая нетяжелую плиту на весу, я вошел в проход, закрыл за собой так называемую дверь и направился по тоннелю в свое тайное место. В тыльную часть академии никто никогда не заходил. Дед считал, что незачем там бывать. Но все же я упросил его построить там беседку. Именно здесь я проводил время, когда прогуливал уроки. Никто из учителей не мог меня найти, никто, кроме деда. Я и сейчас люблю здесь бывать. Это место мне очень нравится своей тишиной, потому что кроме меня сюда никто не ходил и не ходит. Тем не менее, чтобы найти мою заветную беседку, которая располагалась у искусственно созданного озера, нужно было пройти через толщу деревьев, и то не сразу найдешь, где она находится. Вот оно, мое тайное место. Беседка была построена из деревянных бревен и была довольно-таки большая. Дед рассчитывал, что я буду находиться здесь с друзьями. Но, к сожалению, у меня их не было. Моими «друзьями» на тот момент были учителя. Я сел на скамейку, обитую темно-коричневой тканью, под которой был мягкий поролон, и посмотрел на озеро. Оно пестрело сотнями огней из-за отражающегося в нем солнца. Как бы я хотел, чтобы Она это увидела! Но Ее нет. Она ушла и не вернется. Она очень торопилась, уходя, и ничего не успела сказать мне на прощание. А я ждал. Ждал Ее ответа. Но Она не ответила, не успела. А любила ли Она меня? Этого я никогда не узнаю. *** - Ого! Как вкусно пахнет! – воскликнул Кили, зайдя в комнату. – Ты, оказывается, готовить умеешь. Я даже не подозревал. - Запах просто восхитителен! – отозвался Фили, который остался закрывать дверь, что ему было проблематично сделать из-за коробки средних размеров, которую он держал в руках. – Неужели ты готовился к нашему приходу? А то мы как раз голодные, а в столовую тащиться как-то не хочется. - Смотрите слюнями не захлебнитесь, - сказал Бильбо с некоторой суровостью в голосе, - я не слишком много кексов напек, чтобы кормить вас до отвала. Но раз уж пришли, то садитесь, чаю хоть попейте. Кили в несколько скачков добрался до стола и сел на стул, на котором висел чехол для гитары. Фили поставил свою коробку на прикроватную тумбочку и после присоединился к младшему брату. Хозяин комнаты же достал две чашки, заварку и небольшой чайничек и стал заваривать чай. - Ух ты! А это та самая гитара? – донесся заинтересованный голос младшего из братьев. – Выглядит прям как новенькая. Даже нигде не поцарапана. Ну-ка проверю, как звучит, - дальше послышался гитарных звук струн перебираемых рукой. Бильбо резко повернулся. - Положи на место, - просьба звучала практически как приказ. Но Кили и не думал выпускать инструмент из рук и еще раз пробежался рукой по струнам. - Положи на место, - повторил парень сердито, - и не смей ее трогать. - Да ладно, ладно, не буду, - брюнет положил гитару на то место, где она лежала. Бильбо налил ароматный красный чай в две чашечки, которые поставил перед братьями. Затем он тоже сел за стол напротив них, взяв при этом свою гитару в руки, и снова начал настраивать ее. - Вэииковепна! – сказал Фили с полным ртом. - Бефпавобна! – сказал Кили, прожёвывая последний кекс и запивая его чаем. – Слушай, Бильбо, а женись на нашей матушке. Будешь каждый день готовить такую вкуснятину. Из-за фразы, сказанной парнем, блондин поперхнулся и закашлял. Младший брат начал хлопать старшего по спине. - Бильбо, а сыграй нам что-нибудь, - попросил блондин. Парень начал было играть, но, сыграв несколько аккордов, резко встал со стула и взял чехол со стула, на котором сидел Кили. - Некогда мне играть, - сказал Бильбо сухо. – Дел и так по горло. - А какие у тебя дела на весь оставшийся день? – удивленно спросил Фили. - Да надо в комнате прибраться, - ответил парень, укладывая гитару в чехол, - раз уж это мое жилище на ближайшие год или два, то нужно навести свои порядки… А вы чего расселись? – обратился он к братьям. – Попили чай? Раз попили, то либо оставайтесь и помогайте, либо выметайтесь и не мешайте мне работать. Фили и Кили переглянулись, встали со своих мест и направились в двери. - Бильбо, мы тут тебе принесли принадлежности для учебы. Там в коробке посмотри, хорошо? – сказал блондин и закрыл за собой дверь. Проводив равнодушным взглядом братьев, Бильбо повесил гитару на спинку стула, после направился к двери и закрыл ее изнутри. Затем он окинул взглядом комнату. «Ну что стоишь? За работу!» - приказал он себе мысленно.