Нежданный "Экземпляр"

* тихая ненавязчивая мелодия «Taniuchi Hideki - Kuroi Light»* В тот же день после уроков состоялась очередная репетиция группы «The Dwarf Cast». В импровизированной студии звучала тихая ненавязчивая мелодия. - Ребята, - окликнул остальных Кили, успевая при этом играть на электрогитаре, - а вы знаете, что к нам приехал проверяющий из Министерства Образования? - Да ну? – не поверил Бильбо, спокойно играя свою партию. - Не может быть! – воскликнула Розалинда. - А я в курсе, - равнодушным тоном ответил Бофур, которому в данный момент с трудом давалась игра на электрогитаре Бильбо. - Я тоже, - отозвался Бомбур. - Еще бы вы не в курсе, - съехидничал Фили, стоявший рядом с Розалиндой, направляя звучание синтезатора в нужное русло. - Вы же тоже оба в Совете состоите, как и мы. - Ну и что это за проверяющий? – поинтересовался Бильбо. - Зовут его Смауг Дрейгон, - Бофур перестал играть. - Настоящая мразь. Из-за него чуть МорАкФрил не закрыли. - Согласен, - поддакнул Кили. - Я слышал, что у вас там случилось. Настоящая заноза в заднице. - У меня он уже был, - заявил Бомбур.- Всю кухню обшмонал, как будто искал что-то. Убирать за ним потом долго пришлось. - Брат, ты еще расскажи, как он ест, - попросил Бофур. - О-о-о! - барабанщик махнул свободной рукой. - Это вообще целая история. Взял он у меня полный обед типа дегустации ради. И что вы думаете? Все три блюда схавал и даже не подавился. - А я слышала, что он на уроки приходить будет, - поддержала разговор Рози. – Это правда? - Слухи правдивы, - ответил Фили. - Так что готовьтесь к его визиту. «Смауг Дрейгон… - Бильбо задумался. - Где-то я уже слышал это имя. Очень давно». Фили оказался прав. На следующий же день мистер Дрейгон принялся ходить на уроки учеников, начиная с младших классов. Внимательно за всем следил, прислушивался к каждому слову ученика или учителя, постоянно что-то записывал, устраивал контрольные срезы. На лице его можно было увидеть досаду, потому что придраться было не к чему. Ученики хорошо успевали по всем предметам и написали все его срезы на «хорошо» и «отлично». Такими темпами он добрался до класса, где учились Бильбо, Фили и Розалинда. Они были готовы к этому, а в особенности Бильбо. Проверяющий пришел на урок этики и философии. Мистер Балин представил его классу. В ответ все ученики поздоровались с мужчиной, поднявшись со своих мест. Смауг прошел вглубь класса и сразу заметил, что один из учеников даже и не думал вставать: он сидел в наушниках и что-то писал. Чиновник подошел к этому ученику и спокойным голосом спросил: - Молодой человек, может, вы соизволите поздороваться со мной? Паренек продолжал сидеть и что-то усердно строчить, даже не подняв голову. Тогда проверяющий резко крикнул: - ВСТАТЬ! Ученик спокойно поднял взгляд на Смауга, вытащил наушники и не торопясь поднялся со своего места. - Незачем так орать, - возмутился он. - Я и в наушниках все прекрасно слышал. Я бы поздоровался, как полагает прилежному ученику, но проблема в том, что вы здесь не учитель. Дрейгон задрожал от злости, но еле сдержался. - И как же зовут вас, молодой человек? – спросил он с натянутой улыбкой. - Бильбо Бэггинс,- кивнул паренек, - к вашим услугам, сэр. Напряжение на лице проверяющего быстро сменилось заинтересованностью. Злость куда-то испарилась. - Пройдемте со мной, мистер Бэггинс. Нам нужно серьезно поговорить, - сказал он и направился к выходу. Парень проследовал за чиновником, но ушли они недалеко. Зашли в следующий кабинет, который оказался свободным. - Я знал твоего отца, - заявил Смауг, едва за Бильбо закрылась дверь. - Ты очень похож на него. Тот же блеск в глазах, тот же азарт. - Надо же, - произнес парень с некой иронией в голосе. - О вас он не упоминал. - Мы с Банго были компаньонами до моего ухода в Министерство, - объяснил мужчина. - Я очень огорчился, когда узнал, что его не стало. Тебе, наверное, было трудно смириться с уходом родителей. - Точнее, с их убийством, - поправил мужчину Бильбо. - И несправедливостью при расследовании. - Слышал, знаю, - лицо чиновника выражало неподдельное огорчение. - Дело быстро замяли, и это ужасно несправедливо. Я делал все возможное, чтобы возобновить расследование, но увы... Бильбо подозрительно посмотрел на чиновника. Он заподозрил что-то неладное, поэтому решил сильно информацией не делиться и давать как можно больше лаконичных ответов. - А вообще расскажи, ты давно здесь? – поинтересовался Смауг. Что это: простое любопытство? Или все же нет? - С этого сентября, - ответил парень. - Как тебе здесь учится? - Нормально. - Как учителя? Строгие? Не обижают? - А зачем вам? – «Вот оно», - подумал Бильбо. - Так уж и быть, – парень удивлялся таланту чиновника к лицедейству. - Скажу по правде, - голос мужчины стал ниже и тише, - я недолюбливаю здешнего директора. Он в точности как его дед. Такой чопорный, расчетливый, а как преподаватель - ну просто принципиальный самодур. Ученики теряют уверенность в себе и в завтрашнем дне. Теряется мотивация, стимул. Ведь есть же доля правды в этом? - К чему вы клоните? – недоверие парня к так называемому "другу отца" все усиливалось. - Академии нужен новый руководитель, - серьезно заявил проверяющий, - да такой, чтобы любое учебное заведение его с руками и ногами забрало. А чтобы сместить старого, нужен повод. Небольшой толчок, так сказать. Нужно, чтобы ты рассказал обо всем этом в Министерстве. - А какая вам выгода с этого? - Лично мне никакой, но некоторые ученики недовольны слишком строгими правилами. Методы преподавания, мягко говоря, авторитарные. Тем более, передача полномочий по наследству - это неприемлемо для государственного учреждения. Это же академия, а не древнее королевство гномов. То время давно прошло. Ему здесь не место. «Врет как дышит…» Бильбо не постеснялся и спросил напрямик: - Вы полагаете, что вам здесь место? - Ты разве не чувствуешь, мой мальчик? – мужчина подошел очень близко и начал шептать парню на ухо. - Здесь как в тюрьме, из которой не выбраться. Стены ограничивают, сдавливают. А я бы мог дать будущим специалистам свободу, полет мысли, потенциал для развития и творчества. Я просто обязан положить всему этому конец. Как ты думаешь? - Каждый сам будет держать ответ за свои поступки, когда придет время. И мистер Оукеншильд, и вы. Мужчина вздохнул и едва сдержал усмешку. - Если бы я держал ответ за все, что сделал, - сказал он, - то давно бы горел в Ангбанде*, где балроги рвали бы меня на куски снова и снова в вечном и непроглядном мраке среди криков отчаяния. Бильбо повернулся и направился к двери. Едва он коснулся ручки, как вслед донеслись следующие слова: - Я дам тебе время на размышление. Но знай, если ты мне поможешь и я займу пост директора, то ты не будешь ни в чем нуждаться. Бильбо обернулся. - Мистер Дрейгон, неужели вы меня так и не поняли? Мне не нужно время. Я ничего писать и рассказывать не собираюсь. Мой окончательный ответ – нет. Разговор окончен, - сказав это, парень вышел. Дверь громко хлопнула. Смауг лишь ухмыльнулся. «Весь в отца, такой же упрямец, за что тот и поплатился. Ну ничего. Я подберусь к Оукеншильду другим путем. Перейду к плану Б, а пока…» Он достал из кармана брюк телефон, нажал пару кнопок и приложил к уху. Спустя пару гудков раздался низкий и противный голос: - Слушаю. - Алло? Здравствуйте. Извините, что побеспокоил Вас. Я хотел бы сообщить… - Мне не нужны твои отступления, - прошипел собеседник. - Говори прямо. - Ваш сын был прав. Он здесь. Такой же милый, как и восемь лет назад. У вас определенно есть вкус, сэр. *** На следующий день чиновник находился в кабинете директора и битый час досконально рассматривал все документы. Торин сидел напротив него, и его это выводило из себя. - Что вы пытаетесь там разглядеть, мистер Дрейгон? – не удержался и спросил он, когда терпение было на исходе. - Мы используем средства, выделенные государством, по назначению. - Это я вижу, - пробормотал проверяющий, не отрывая глаз от документа. - Не зря мистер Вала вас хвалит. Но как он отреагирует, если узнает всю правду о вас? - Правду? – переспросил мужчина. - Не понимаю о чем вы. Мне нечего скрывать. Смауг удивленно посмотрел на мужчину. - Как это нечего? А как же это? С этими словами чиновник взял в руки свой кейс, с которым не расставался. Открыв его, он достал оттуда желтый непроницаемый конверт и протянул его Торину. Торин был ошарашен. Внутри этого конверта были фотографии, на которых были изображены он вместе с Джил, причем в самых двусмысленных позах. «Как? Когда? Кто?» Рот Дрейгона расплылся в зловещей и в тоже время довольной улыбке. - Ну что вы на это скажете, мистер Оукеншильд? Вы только взгляните: директор престижнейшей академии так запятнал свою репутацию. Что же родители учеников скажут? Как мужчина, который приводит женщин в учебное заведение и под его крышей занимается Эру знает чем, может спокойно не только преподавать, но и руководить этим заведением? Они ведь этого не потерпят, это же аморально. Только представьте, какой скандал будет, если эти фотографии попадут не в те руки. А я это дело быстро поправить могу. Торину все стало ясно. - Чего вы хотите? – спокойно спросил он. - Я уничтожу эти фотографии, - ответил Дрейгон, - если вы оставите свой пост и покинете «Эребор» навсегда. - В чью пользу я должен отказаться? Улыбка Смауга стала еще шире и довольнее. - В мою. Удовлетворительное настроение директора разлетелось ко всем чертям. - У меня есть время на размышление? – спросил он. - До конца этого дня, - ответил чиновник. *** * Мелодия, сыгранная Торином «Thorin Oakenshield - Misty Mountains (оn harp)»* * совместная импровизация «Loitsu – Auer»* Надо было отвлечься. Музыка с этим справлялась, но одновременно нагнетала обстановку. Пальцы не слушались, но мужчина не сдавался и мучил арфу, пока не вышла нормальная мелодия. Внезапное тихое «Ой!» прервало игру Торина. Это был Бильбо. Наверное, он не ожидал, что в беседке кто-то может быть. - Извините, я не хотел вам мешать, - смущенно пробормотал он. - Я лучше уйду. - Подожди, - директор не хотел его просто так отпустить, не поговорив. – Останься. Парень зашел под навес и сел немножко поодаль. Стояла напряженная тишина. Оба молчали, не решаясь даже друг на друга взглянуть. Разговор не клеился. - Я хотел бы… - начал, наконец, Торин, но был тут же перебит Бильбо: - Не надо. Вы пытались мне помочь, я понимаю, - но оба они знали, что это была лишь просто отговорка. Попытка выдать желаемое за действительное. - Я слышал, что ты вчера разговаривал с проверяющим, - «нужно как-то завязать разговор». - Да, было дело, - ответил парнишка. - Он говорил, что знал отца, что они работали вместе. А еще спрашивал о моих успехах. В целом, ничего важного. «Знали бы вы, что этот мудак под вас копает», - думал Бильбо. - Кстати, - добавил он, - я дочитал «Сильмариллион» со всеми дополнениями. Профессор просто гений. Так описать историю… - Знаю. Я вырос на этих книгах. Снова повисло тягостное молчание. - Можно спросить? – Торин кивнул. - А почему арфа? - Впервые ее звучание я услышал в десять лет. Тогда и загорелось во мне желание доказать, что не только девушки могут играть на ней. Я очень долго не практиковался. Часто путаю струны. - Но по звуку не скажешь, он чистый. Вы позволите? Мужчина был не против. Парень внимательно осмотрел инструмент: где что находится, как и к чему крепятся струны. Директор наблюдал, с каким энтузиазмом парнишка занимался арфой. Поколдовав с колками и леверсами, он подергал парочку струн. Произошло невероятное – арфа играла как гитара. - Смотрите, - Бильбо наглядно показал. - Если натянуть струны и пережать их вот здесь и здесь, то звук получается точь-в-точь как у гитары. Только бить по ним не надо, иначе порвутся. Может, сыграем? Импровизировать умеете? - Разумеется, - ответил мужчина. - Я начну, а вы подхватите. Медленная мелодия, которую они сыграли, была прекрасна. Грустная, и в то же время какая-то светлая. Казалось, что воздух тоже вибрировал вместе со струнами инструментов. Природа не хотела оставаться безучастной и подыгрывала им плеском воды в близлежащем озере. Она быстро сменялась на немного резковатую, но по-прежнему лирическую, даже немного сладкую, что рвала сердце. Торин признал, что именно эта мелодия описывала всю ситуацию, что сложилась. «Балин прав, он умеет чувствовать людей…» - Мне, пожалуй, пора, - засобирался мужчина и хотел было уйти, но следующие слова парня заставили его остановиться: - Иногда мне кажется, что в академии есть кто-то, кто помогает мне не потерять себя, а даже наоборот, стать таким, каким я должен быть. Стать собой. Хотелось сказать: «Неужели ты так и не понял, что этот человек – я?» Но разум уже выдал ответ, и Торин его произнес: - Надеюсь, судьба будет к тебе благосклонна, и ты найдешь, кого ищешь. В вестибюле мужчина столкнулся со Смаугом и сказал ему: - Я согласен. Я передам вам свои полномочия при условии, что я буду руководить академией следующие 10 дней. * - Я решила назвать так Ад.