Два пушистых чуда

      Интересно, это как так им повезло? Нет, ну серьезно, именно эти люди, именно они решили следить за из стаей, именно они оказались «с прибабахом», как выражались приемные родители, именно они рассказали о чудесном избавлении этого несчастного мира от Куратора, чтоб ей икалось за Гранью. Интересно, как долго эта дама там, в Комиссии, околачивалась? Скорп говорил, что даже ее служаки-киллеры, думаешь о себе как о старичках организации, совсем не помнят ее на какой-то должности ниже.       Кстати, этот пацаненок-переросток, Пятый, кажется, говорит о Комиссии как о меньшем зле. Это что должно было такое произойти, чтобы та мымра показалась кому-то «не самым худшим вариантом»?

***

      Он все говорит и говорит. Он уже параллельно успел рассмотреть часть своих слушателей. Ну, или их первый ряд, где он видел жутко знакомые лица.       Девушка, которая передала взорвавшийся шарик и к кому обратились Док — худенькая, невысокая и довольно щуплого телосложения, в аккуратном красном сарафане в тон коротким волосам, из кармана торчат странные очки.       Двойник Люттера — высокий, под 2 метра ростом, но не настолько похож на гориллу. Из отличий только шрам, начинавшийся от волос и заканчивавшийся на щеке, чуть более светлый глаз, через который проходил шрами стиль одежды, подобранный кем-то, кто знает свое дело.       Вариант Диего очень сильно отличался, хотя бы темно-синими короткими волосами и наличием светлых вещей, в то время как их Номер Два был одет в похоронное и перед отправкой жаловался на отросшие волосы — мол они ему мешают.       Другая Элисон, она же «Чума», если он правильно запомнил, отличалась только дредами и колечком на безымянном пальце. Такое же, как и у второго Люттера, кстати.       Клаус был таким же наглым, может чуть больше, но не выглядел обкуренным. Ну, хоть где-то.       Ваня была полной копией, но, кажется, не такой зашуганной.       Но больше всего он рассматривал своего двойника, хотя, скорее, обоих сразу. Парень стоял обманчиво-расслабленно, и чем-то напоминал хищника в засаде. Девушка не хотела скрывать свою злость и хоть и стояла прислонившись к дереву и сложив руки на груди, лицо показывало все эмоции. Или только те, которые она хотела показать — шут ее знает. Пятый не сильно разбирался в людях (оттого их и недолюбливал, собственно), но сейчас ему было просто необходимо понять, что на этот раз этой компании и её командирам взбредет в голову. Ворон, та девушка, вообще похоже хотела их убить, кто знает, что она предпримет в следующую минуту?       И их сила. Ужасающая мощностью и возможностями сила более чем десяти человек под предводительством, нет, лидерством психованной Ворон и ее сильно напрягающего братца.       В этот момент второй он усмехнулся и внимательно посмотрел на него, открыв глаза. Стало не по себе. Вдруг он еще и мысли читать умеет?

***

      «- Скорп?       — Ась?       — Ась?       — Чего ты там ржешь?       — Мелкий думает, что ты психованная.       — Как будто в первый раз это слышишь.       — Так он еще думает, что ты, как лидер, заставишь стаю обернуть силы для убийства академии.       — Нормально ему по голове прилетело. Или он сам такой?       — Скорее сам по себе такой параноик.       — О какое слово вспомнил. Я бы сказала «с прибабахом» и «не слегка больной», но пусть по-твоему. Что делать будем? Похоже, что просто так их сослать или убить не получится — пробелы в памяти, нет гарантии, что сойдутся измененные воспоминания и тыры-пыры. Так что ты предлагаешь?       — Ну, думаю, до единственного варианта ты и так додумалась.       — Места нет. Стая не согласится.       — На время им хватит гостиной, а там посмотрим. А стае интересно, что это за субъекты. Кстати, если в Комиссию вернутся диктаторы, нам придется защищаться. Учти, лишние живые души в защите — охренеть какой аргумент.       — Давай раз ты такой умный, то ты и пойдешь уговаривать стаю, хорошо?       — Идет.       — Что?       — Сделаешь по моему эскизу.       — Сложное?       — Не сильно. Хочу чары отработать.       — Идет.       Мысленный диалог прервался в момент, когда Харгривз закончил свой рассказ. Он первел дух и ещё раз посмотрел на толпу, ожидая реакции. Ворон и Скорпиус обернулись к стае, ограничивая заглушками.       — Господа состайники! Думаю, понятно, что отпускать их рискованно, а после убийства ещё тела прятать надо. Есть вариант пустить их к нам в гостиную, потом посмотрим.       Раздались недоверчивые и недовольные возгласы.       — Нахрена?       — Я больше денег «в склад» сдавать не буду!       — А вдруг прирежут?!       Последних возгласов Скорпиус не предвидел. Мало того, на этот счет он даже не думал! Но тут внезапно на помощь пришла Ворон.       — Чтобы с нами ничего не произошло, мы можем взять с них Непреложный Обет. Даже если они не настолько маги, чтобы он подействовал, мы можем организовать спецэффекты и пригрозит не просто смертью, а адскими муками и пытками. Теперь довольны? С деньгами решим.       Такой расклад всех устроил, и недоверчивые возгласы были перекрыты одобрительным гулом. Заглушающие чары спали, и академия услышала очень заманчивое предложение, которое казалось просто спасением в их ситуации.       — Мы можем вас пустить к нам, но при некоторых условиях…       Академия не верила своему счастью: все условия меркли в перспективе с возможностью поспать в чистом, поесть и не дергаться от каждого шороха.       — …Разделение дежурных смен с нами, а чуть позже, так же как и многие из нас вы сможете устроиться на работы, и часть зарплаты вы тоже будете сдавать «в склад». Такую ораву одним волшебством не прокормишь. — перечислил Скорпиус.       Академия, не сговариваясь, согласилась.       — Для того, чтобы мы были уверенны, что вы исполните свои слова, вам необходимо принести Непреложный Обет. — добавила Ворон.       — Какой ещё обед? — Клаус только понадеялся, что все будет хорошо.       — Не обеД, а ОбеТ, балда. Это магическая клятва, нарушение которой грозит смертью не исполнившему, и не могу сказать, что легкой и безболезненной.       — А у нас типа есть выбор? — У Диего ещё и сил на шутку хватило.       — Выбор есть почти всегда, умник. А вы можете ночевать на этой полянке. Или попытаться расплатиться за хостел деньгами середины прошлого столетия, если они у вас есть. Как вариант. — Съязвил Скорпион.       — Ахренеть какой вариант — Диего почти физически сдулся: он не ожидал такого ответа на свою маленькую шутку.       Обучение формуле Обета и произнесение клятв не заняло много времени. В ответ близнецы дали обещание «дать людям, именующим себя Академией Амбрелла и связанным фамилией Харгривз крышу над головой и все соответствующие удобства, которые они смогут дать до тех пор, пока они выполняют свои обещания».       После того, как магические узы, связавшие произносивших клятвы потухли, фиолетовые груды кристаллов съежились, не оставив даже намека на свое существование. Когда академия встала и, отряхнувшись, последовала за новыми знакомыми, близнецы приотстали и встали у противоположных сторон купола, который исчезал, медленно, как будто оплавлялся край свечки. Когда все закончилось, брат с сестрой казались бледнее обычного, а их глаза будто слегка светились.

***

      Они шли совсем недолго: минут 5-10, не больше. Все молчали: а что можно сказать? Неловкая тишина прерывалась только редкими ругательствами поскальзывавшихся на сырой листве людей и хрустом веток под ногами.       Последний поворот — они вынырнули из-за густой стены очень колючего кустарника и вышли на огромную поляну. Аккуратный газон без единого сорняка и массивный фасад здания, к которому стая без замедления направилась. Здание было одноэтажным, но сверху виднелись какие-то пристройки. Окна в пол, темные стены и низенькая ограда — вопреки всему этому это место ощущалось домом — местом, куда кому-то хочется возвращаться.

***

      На встречу к ним выбежала сильно разнервничавшаяся Тонкс: ее волосы были черно-серыми, значит, она злится и боится. Стая уже привыкла, что ее эмоции проявляются на ее голове. Не размениваясь на приветствия со всеми, она набросилась с вопросами на близнецов, которые шли впереди. Как обычно она сильно махала руками — так ей казалось, что она занимает больше места и может слегка давить на собеседника.       — Какого хрена?! Нельзя было послать? Чем вы только думали, когда приводили их сюда? Мало Комиссии и академовцев, вы решили еще каких-то бродяг подобрать?!       — А вот сейчас обидно было. — Клайд с прозвищем «Бродяга», не смотря на свои слова, слабо улыбнулся.       — Тонкс, прекрати истерику. — Ворон аккуратно перехватила руки подруги за запястья и несильно сжала, удерживая на одном месте. — Если бы все было настолько плохо, мы бы их сюда не привели, верно? Я не настолько сошла с ума, что бы подвергать всех опасности.       — Давай вот как сделаем, — вмешался Скорпион — мы сейчас все спокойно пройдем в столовую, заварим кофе, чай или какао и просто обсудим, кто есть кто и что нам делать с этой информацией дальше. Идет? Или и для тебя просить успокоительное?       — Ладно. — Девушка фыркнула, выдернула руки из хватки Ворона и быстро скрылась в доме, мелькнув в одном из окон.       Академия смотрела на происходящее как во сне. Они до сих пор не могли принять, что все это происходит на самом деле.       Огромные двустворчатые двери, закрывшиеся за Тонкс, медленно, без чьей-либо помощи раскрылись, и стая без промедления начала заходить в небольшую прихожую. Академия неуверенно направилась за ней, но была остановлена Скорпиусом.       — Вам лучше подождать, — он немного виновато улыбнулся. — Там слегка тесно, особенно для почти двадцати человек.       — Ага, и те, кто уже зашли, успели устроить толчею. — Ворон внимательно смотрела на невнятно гудящую толпу, которая столпилась в дверях. — Самое обидное — бесполезно разнимать.       — Самое обидное — искать после такого одежду и обувь и найти их где-нибудь в углу в хреновом состоянии. — Не согласился парень. — Они уже расползаются, можно идти.       Близнецы первыми зашли в дом, быстро скинули обувь и на мгновение зависли перед железной этажеркой, полностью забитой обувью. Девушка цокнула, закатив глаза, и полезла к верхней полке рядом стоявшего шкафа. Оттуда она достала непонятную груду железок, которую они вдвоем развернули и водрузили на этажерку. Оказалось, что это две дополнительные полки. Парень жестом предложил раскладываться, а сам открыл шкаф и показал на пустующую половину.       — Вешалки тут есть, можете повесить тут. Желательно будет подписать на ярлычке, у нас любят одалживать одежду и не возвращать. Ну и перепутать могут, всякое случается. — Он окинул гостей взглядом, нет ли у кого вопросов. — Если все понятно, ждем вас в столовой.       Близнецы тихо выскользнули из прихожей в другую комнату через еще одни огромные двери, и академия осталась одна.       — Они какие-то странные, вам не кажется? — Элисон аккуратно пристроила вешалку со своим пальто на перекладину. — Сначала пытались убить, потом предлагают убежище. Может это ловушка?       — Я, если честно, сомневаюсь. Они, конечно не сильно дружелюбны, — Пятый старался подобрать слова, чтобы описать смутное ощущение — и похоже, что рассказ о Комиссии их здорово напряг, но показал им, что мы не такие уж и страшные.       — Ага, и грохнуть они нас хотели, потому что увидели свои рожи и решили, что дело труба. — Клаус кинул шляпу на крючок на другой стороне коридора. — Что-то мне подсказывает, что сейчас мы услышим кучу всяких хреновых новостей.       Ваня первая открыла дверь в огромную столовую и просто замерла от увиденного. Вся стая сидела на стульях вокруг стола и небольшой стойки-бара, болтала и смеялась. Близнец и парень, похожий на Лютера разливали свежезаваренный кофе и чай, наполняя комнату чудесными запахами. Такими представлялись настоящие семейные посиделки, когда после долгого-долгого дня большая семья собиралась вместе, чтобы поделиться новостями и радостями. Академия замерла в дверях, не решаясь нарушить эту идиллию. Но их заметила Ворон и помахала им от стойки.       Один угол стола был не занят, там и расположилась академия. Их появление было замечено и разговоры почти сразу стихли. Стало слегка неуютно. За их приближением наблюдали чуть больше десятка пар глаз. Ворон наблюдала вместе со всеми, и как только последний Харгривз сел, сказала:       — Добро пожаловать, Академия Амбрелла, в Большой Дом, сердце Крысиной Стаи.