Hogwarts is my home

Два часа, как наступил Новый год. Улицы постепенно покрываются снегом. Слышен скрип колес, проезжающих на соседней улице машин. Город, почти весь, заснул, лишь в некоторых одиноких окнах всё ещё горит свет. Вокруг царит тьма, а в небе, за облаками, меркнут мириады звезд. В окне девятиэтажной новостройки, кажется, это квартира бывшей школьной учительницы, только что погас свет. Перила маленького французского балкончика напротив украшены новогодней гирляндой. Двери открыты настежь. Пару снежинок залетают в комнату и, не доставая до только что застеленной постели, растворяются в воздухе. Дверь открывается, мгновение в комнате мигает свет из коридора. Девушка лет 15 сонно входит в свою спальню, по дороге привычно расчесывая пальцами длинные темно-русые волосы. Если бы в комнате было немного больше света, можно было бы лучше разглядеть её глаза, а точнее, взгляд. Вы когда-нибудь встречали людей с очень теплым, добрым, «видящим» взглядом, при этом хитром, как будто его обладатель знает какую-то тайну, секрет известный только ему? Если да, то теперь Вы знаете, как бы на Вас посмотрела Мария. В следующем предложение я использую сокращенную форму её имени, чтобы главная героиня ошибочно не воспринялась Вами «важной». На самом деле, это слово можно использовать как антоним Маше и её отношению к жизни в целом. Далее я, скорее всего, буду называть её полным именем. Надеюсь Мария это оценит. Так, что-то мы отвлеклись. Объект нашего внимания уже давно в постели. Рядом, на тумбочке, лежит телефон, в котором играет плейлист с музыкой из «Гарри Поттера». Каждый год, перед рождественскими праздниками, она пересматривает все фильмы о мальчике-который-выжил. Наверное, сейчас для всех это такая же традиция, как для прошлого поколения раньше был просмотр «Ирония судьбы, или С легким паром!». И каждый раз атмосфера того волшебного мира, с которым она познакомилась ещё будучи маленькой, полностью пленяет её воображение. Вселенная — это всё, что есть и всё, чего нет. Неужели мы, микроскопические части неё, можем вообразить, что-то, что больше? История о Гарри Поттере многому научила Марию, за что стала неотъемлемой частью её собственного мира. Девочка чувствует, как всё её тело расслабляется, всё внимание концентрируется на образах, которые царство Морфея готовит ей показать. Она проваливается в сон. Музыка все слабее доносится до её сознания. На улице внезапно послышался смех, возвращающихся домой друзей. Мария тянется к тумбочке. Никак не может нащупать телефон. Вздыхает и резко двигается к краю кровати, сразу же приземляясь на каменный пол. Странно, казалось её кровать была больше. Внезапно стало очень ярко. Может, мама пришла, услышав её падение? Пока Мария пыталась сфокусировать взгляд, послышались спешащие шаги и встревоженный голос женщины.  — Ах, дорогая, ты не ушиблась? Давай, вставай. С таким истощением тебе только в кровати и лежать. Привыкнув к яркому освещению, девушка увидела голубоглазую женщину средних лет с седыми, немного растрёпанными волосами в пучке. На ней был довольно забавный головной убор, похожий на отброшенную назад фату невесты и темно-бордовое платье с белым передником. Марии показалось, что она попала в какой-то собор или старинный университет. Комната продолговатой формы, в которой она находилась, была довольно большой, с высоким сводчатым потолком. Помещение освещалось несколькими окнами, частично прикрытыми толстыми шторами, напоминающими нераскрашенные витражи, с одной стороны и навесными свечами в каменных нишах — с другой. Здесь также стояли столики с лекарствами и небольшие узенькие кровати, застеленные белыми простынями, с одной из которых, наша героиня, должно быть, и упала.  — Я… эм. Прошу прощения, а где я?  — Ты в больничном крыле Хогвартса, милая. Можешь называть меня мадам Помфри. Странно, как ты здесь оказалась. Среди учеников я тебя никогда не видела. Мария то ли удивлённо, то ли подозрительно вглядывалась в глаза целительницы. Когда тебе говорят, что ты находишься в мире, который по-сути существует только на бумаге и на экране телевизора, не так уж и легко сразу поверить. Ведь не каждый день случается. Однако, во всяком случае, кажется, сама женщина полностью понимала, что говорит и говорила она это крайне серьезно. — Наверное ты чувствуешь себя как после 10-часового беспрерывного колдовства. Неудивительно, если у тебя каким-то образом удалось пробиться сквозь аппарационную защиту. Ты в порядке, милая? Ты меня слышишь? — Я… Да, простите, мадам Помфри. А какой сейчас год? Женщина обеспокоено глянула на лежащею девушку. Видимо, её состояние хуже чем целительница ожидала. — Сейчас 1993 год. Первое октября. Пятница. Скажи, пожалуйста, как тебя зовут? Не успела мадам Помфри договорить, как широкие деревянные двери открылись и в комнату вошёл человек, которого Мария сразу же узнала. Высокий, худой мужчина, с длинной бородой, который явно был очень преклонного возраста. Хотя даже подростки могли бы позавидовать той резвости, с которой он прошёлся между койками. Его волосы были серебристо-седые, чуть ниже лопаток. Глаза темно-синие, а взгляд невероятно проницательный, как будто он видит тебя насквозь. Его наряд такой же, как его, наверное, представляют все дети. Яркая длинная мантия фиолетового оттенка переливалась от бликов света. На носу красовались очки в форме полумесяца, в которых не было стекла! — О, вижу наша гостья уже пришла в себя. Здравствуйте, мисс, я профессор Дамблдор, директор школы, на территории которой Вы имели случайность, или не совсем, оказаться. Как Вы себя чувствуете, мисс…? — Кински. Мария Кински, сэр. Думаю, это действительно была случайность. Последнее, что я помню, это то, как я падаю со своей кровати. В следующее мгновение я уже была здесь. — Очень любопытно… Видите ли, мисс Кински, Вас нашел наш лесничий Хагрид, на территории Запретного Леса. Вы были без сознания. Когда Вас доставили в больничное крыло, мадам Помфри диагностировала у Вас очень сильное магическое истощение. Такое бывает разве что при перемещении на крайне большое расстояние или… большой период времени. Профессор заинтересованно вглядывался в Марию поверх своих очков. Мадам удивлённо взглянула на Дамблдора и Марию. Марии нужно было сделать выбор: либо она рассказывает Дамблдору о том, что она действительно из будущего, о мире маглов и книгах о приключениях на данный момент третьекурснике Хогвартса, либо придумывает, как выкрутиться. Хорошо зная нашу главную героиню, могу предположить, что она размышляла не повлияет ли раскрытие правды, на её пребывание здесь. Оказавшись в месте, о котором мечтают тысячи фанатов книг Джоан Роулинг, было бы крайне грустно из-за неосторожности сразу же отправиться домой или чего ещё похуже. К тому же, если все события на самом деле будут развиваться в соответствии с книгами, то на данный момент у Марии, можно сказать, есть туз в рукаве, но, если она всё же решит ни о чем не умалчивать, то, как только ей уже не будет, что рассказывать, она потеряет контроль над ситуацией, к тому же, наверное, сразу же у всех пропадёт к ней интерес. В этом случае шансы весело провести здесь время резко падают. — Как я сказала, моя комната и падение с кровати единственное, что я чётко помню. Мне кажется, что у меня не было цели куда-либо перемещаться, хотя с уверенностью сказать не могу. Я… Меня пугает то, что все мои воспоминания, как будто покрыты туманом. Мне жаль, сэр, но боюсь я знаю не больше Вас. Дамблдор одобрительно кивнул, всё ещё сверля Марию взглядом. А потом развел руками и театрально вздохнул. — Что поделать, юная леди. Теперь… А впрочем, может Вы можете вспомнить в какой школе волшебства Вы учились, если Вы там, конечно, учились? Этот дедуля-экстрасенс явно многое знает. Но куда уже деваться? Надо врать до конца. — Я помню пару заклятий и что-то из области зельеварения, профессор, но я не могу вспомнить чтобы я их использовала. Может быть я сквиб? — Что ж, в том, что в Вас есть магия сомнений нет. В противном случае Вы бы многого не могли здесь видеть, в том числе и меня. А вот можете ли Вы использовать Вашу магию, нам ещё предстоит выяснить. Кхе-кхе… Вижу мадам Помфри уже недовольно на меня поглядывает. Действительно, Вам нужно хорошенько восстановиться, мисс Кински. И как только Вам станет лучше, буду ждать Вас в своем кабинете. Мадам Помфри поможет Вам туда добраться. А пока, отдыхайте. Директор подошёл к мадам Помфри и обменялся с ней парой предложений. Полагаю, он спрашивал о состоянии здоровья девочки. В последний раз кивнув, Дамблдор поправил свои недоочки и, сложив руки за спиной, с походкой посетителя музея направился к выходу. Уже переступив порог госпиталя, профессор вскинул палец вверх, как будто что-то вспомнив, и резко повернулся. — Знаете, Мария, в последнее время я просто обожаю карамельный попкорн. Мадам Помфри объяснила девушке всю уязвимость состояния её здоровья в настоящее время и убедительно советовала попытаться заснуть, хотя бы на несколько часов. Мария чувствовала себя полной энергии и сил, ей не терпелось рассмотреть каждый уголочек замка и встретиться с теми, о которых столько читала. Наша героиня уже было начала рассуждать о её положение и пытаться прояснить хоть что-то, но остановила себя. Не важно происходит всё это в действительности или Мария находится в крайне хорошо продуманном её подсознанием сне. Может она пробудет здесь несколько лет или даже проживет всю свою жизнь, а может через мгновение вновь очутиться у себя в постели. Это не имеет никакого значения. К чему занудствовать? Она оставалась в больничном крыле вплоть до вечера. Всё это время она вспоминала, какие предположительно должны были произойти в этом году события. Она осознала, что решив оставить свои знания при себе, она тем самым взяла на себя огромную ответственность. Если Мария надолго здесь задержаться, то в будущем прямо перед ней будут совершаться предательства и убийства её друзей, многие потеряют своих близких или примут решения, которые оставят на них, как она уже знает, неизгладимый отпечаток, и она должна будет решать не вмешиваться или менять ход событий, рискуя подвергнуть ещё большее количество людей тяжёлым испытаниям. Ну а пока, она собиралась наконец-то зайти к профессору Дамблдору. Предстоящая беседа обещала быть очень занимательной. Мадам Помфри провела Марию в небольшую ванную комнату, где, между прочим, стоял такой же умывальник, как и тот, через который на втором курсе Гарри Поттер попал в Тайную комнату. Мария умыла лицо прохладной водой, освежившись после продолжительного лежания в постели, и оделась в белую, льняную блузку, которая была ей немного велика и классические черные брюки, предоставленные ей лекаршей. В узком коридорчике, который вел в ванную, было небольшое окошко с деревянными ставнями, через которое можно было увидеть часть территории Хогвартса: в огромном, шевелящимся дереве, с уже почти полностью пожелтевшими листьями, Мария сразу узнала Гремучую Иву. А далеко за ней, если хорошо приглядеться, можно было заметить маленький домик, который почти слился с ночным звездным небом, хотя, наверное, на самом деле, он был очень большой, учитывая с какого большого расстояния он был виден. Думаю, что интерьер Хогвартса не нуждается в описании. Все, кто смотрел фильмы помнят сказочную и добрую атмосферу замка. Действительно, практически на каждой стене висел чей-то «живой портрет», а по коридорам пролетали приведения, которые, по-видимому, за все свои сотни лет здесь так привыкли к ученикам, что совершенно их не замечают, впрочем, как и ученики их. Мария уже подошла к той самой горгулье, которая закрывала вход в кабинет директора. Девушка на пару секунд замерла, ожидая что у неё попросят назвать пароль или хоть как-то отреагируют на её присутствие. Но статуя продолжала стоять, что называется «статуей», простите за тавтологию. — Кхм-кхм… Карамельный попкорн. Тут же каменное существо начало поворачиваться к гостье спиной, которая представляла собой крутую винтовую лестницу. Неудивительно, что директор в такой хорошей форме. Преодолев ступеньки, Мария оказалась в большой двухуровневой комнате. Стены от пола до потолка были заставлены старинными книгами, которые, наверняка, представляли очень большую ценность. А на одной из полок виднелась та самая шляпа. Со всех сторон стояла куча маленьких столиков с кручеными ножками, на которых можно было найти очень много разных интересных приспособлений. В центре помещения, на небольшом возвышении, стоял стол и кресло, правда больше оно походило на трон. Со второго яруса кабинета послышался какой-то шум, а следом — шаги. — Мисс Кински, очень рад Вас видеть. Как Ваше самочувствие? — Добрый вечер, профессор. Все в порядке. Правда, я пришла без разрешения мадам Помфри, надеюсь, она не будет на меня злиться. — О, не волнуйтесь, думаю, она понимает ваше нежелание сидеть в четырёх стенах, когда вокруг столько интересного. Прихватив пару книг, профессор Дамблдор резво спустился вниз и, указав девушке на стул перед столом, уселся в свой трон. — Признаюсь, мисс, ситуация крайне неординарная. Поскольку Вы ничего не помните, остаётся ждать пока ваша память не восстановиться, или мы сами не найдем ответы на всё интересующие нас вопросы. Последним, в свою очередь, займусь я. — Вы думаете я останусь в эт… здесь надолго? Наверное в любой момент я могу вновь оказаться там, от куда пришла… — Всё возможно, мисс. К сожалению, я не могу с уверенностью ничего сказать. Пока у меня есть только догадки. Но, что-то мне подсказывает, что путь обратно будет слегка труднее. А пока, думаю, Вам стоит у Нас погостить. Говорят, потерявшись, лучше оставаться на месте, чтобы забрести дальше. если ты потерялся нужно оставаться там где стоишь. Полагаю, Вы могли бы первое время учиться здесь в свободной форме: читать учебники, ходить на занятия… Вполне вероятно, это может поспособствовать восстановлению воспоминаний. Мария явно переживала за свои способности колдовать. Впрочем, если это её сон, то почему бы ей не быть волшебницей? Она хотела ещё раз выдвинуть свои предположения, но это уже будет слишком подозрительно. В любом случае скоро всё встанет на свои места. — Вы когда-нибудь слышали о Распределяющей шляпе, мисс Кински? Такую Вы больше нигде не встретите. В Хогвартсе существуют 4 факультета. И то, на каком из них будет учиться поступающий в школу, зависит от его личностных качеств. Их-то и помогает определить наша Шляпа. Всё, что нужно — это одеть её на голову! А вот тут волнения нашей героини возросли в разы. К Когтеврану и Пуффендую она относилась вполне положительно, но был факультет, на котором она ужасно боялась оказаться. Её предпочтение о том, где учиться в основном базировались на том, как это будет влиять на её положение как в школе, так и вне её в разное время и взаимоотношения с её жителями. Если точнее, то с преподавателями. А если ещё точнее, то с одним определённым профессором. Мария боялась быть распределенной на Гриффиндор. Всё же его представители намного более терпимы к вражескому факультету. А вот Слизерин и в особенности его декан резко негативно настроены по отношению ко всем гриффиндорцам и исключений, к сожалению, не приемлют. Поэтому обучение на прошлом факультете Дамблдора сразу же закрыло бы дорогу к дружбе со Слизерином. Идеальным вариантом, конечно, был бы именно змеиный факультет… — Не бойтесь. Она не кусается. Разве что, бывает немного ворчлива. Мария села на предложенную ей высокую табуретку. Видимо, именно на неё усаживают всех первокурсников в начале года. Коснувшись головы девушки, Шляпа проснулась и заговорила скрипучим низким голосом. — Так, что у нас здесь? Хм… любопытно. Храбрость, хотя скорее умение контролировать свои эмоции, держать холодное спокойствие в опасных ситуациях. Вижу острый ум и индивидуальность, мудрость. Если справитесь со своей ленью, то есть все шансы увидеть Вас среди лучших волшебников своего времени. Но когда Вы последний раз держали книгу в руках?! Нет, Когтевран не подойдёт… О да, конечно, способность очень четко чувствовать и понимать людей, недюжинная доброта, умение видеть сердцем. А это большой талант, мисс. Что ж, решено! Хотя подождите. Как я сразу не заметила? Вы обладаете хитростью лисы, Мисс Кински. Вижу цель не вижу препятствий, это точно про Вас, не так ли? Сложно… Кажется, Вы сами уже давно определились. Пускай будет по-Вашему. СЛИЗЕРИН! Мария переживала, что в случае, если Шляпа начнёт слишком красочно описывать её черты характера, которые свойственны другим факультетам, она не сможет дать ей знать о своем предпочтении так, как Дамблдор стоял прямо возле неё. Но, к счастью, в этом не было нужды. В момент, когда Распределяющая шляпа озвучила своё решение, у девушки словно камень с плеч упал. — Мои поздравления, мисс! Можете быть уверены в решении Шляпы. Она выполняет свою работу со времён основания Хогвартса и ещё никогда не ошибалась. Что ж, юная леди, надеюсь, что на время Вашего пребывания в Хогвартсе, Слизерин станет для Вас новым домом. Декан вашего факультета, профессор Снейп, уже знает о вашей ситуации. Думаю, попасть в его кабинет Вам не составит трудности. Просто спускайтесь по лестнице до самого низа и идите прямо по коридору, первая дверь слева. — Сэр, но что мне говорить другим ученикам? Им наверняка будет интересно, почему я пришла в школу на 4 года позднее остальных. — Говорите правду, мисс Кински. С деталями учебного процесса Вас ознакомит профессор Снейп. — Хорошо, директор. Большое спасибо. Хорошего вечера! — И Вам, Мария. Новоиспечённой ученице, очень импонировал Дамблдор. Он полностью оправдывал её ожидания. За образом веселого милого старичка в забавных одеяниях скрывался невероятно могущественный маг и сильный, хладнокровный стратег. И эту его внутреннюю силу можно было заметить невооружённым взглядом. Через пару минут Марии предстояло впервые увидеть человека, персонаж которого во время просмотра фильмов привлекал её внимание больше всего. Северус Снейп, самый неоднозначный герой всей Поттерианы, честно говоря, являлся основной причиной её любви к произведению Роулинг. Девочке было очень интересно, насколько профессор совпадает с его описанием. Она предвкушала момент, когда сможет поговорить с ним лично. Вместе с этим, она невероятно нервничала. Профессор Снейп, наверняка, был «человеком первого впечатления», поэтому установить хорошие отношения в первый же день было крайне важно. Одно утешало Марию, она на Слизерине, значит причин для безосновательно негативного отношения в её адрес, у преподавателя зельеварения быть не должно. Её ледяные руки дрожали, а сердце казалось выпрыгнет из груди. Мария пыталась идти медленнее, чтобы успеть успокоиться. Наша героиня уже спустилась в подземелья и шла по слабоосвещенному коридору. Остановившись возле широкой деревянной двери, девушка сглотнула, отбросила уже успевшие растрепаться волосы за спину и трижды постучала. Через мгновение за стеной послышался мягкий, низкий голос. — Войдите. Вероятно шок от осознания того, что она только что того самого профессора Снейпа и отсутствие оснований сомневаться в реальности происходящего, заставили Марию, наконец, взять себя в руки и войти в комнату. Помещение выглядело достаточно мрачно. Здесь было очень холодно и сыро. Камин, который находился в дальней части кабинета, похоже, никогда не топился. Повсюду были расставлены баночки с непонятным содержимым. В левом дальнем углу, за столом, ссутулившись сидел молодой мужчина и что-то читал. Судя по выражению его лица, смысл прочитанного ему совсем не нравился. Его лицо частично закрывали грязные угольные волосы до плеч. На нём был надет черный сюртук из грубой ткани с длинными рукавами и высоким воротником. Оторвавшись от пергамента, профессор Снейп перевёл взгляд на вошедшую девушку. Кажется, в первой книге Гарри сравнил его глаза с туннелями. Действительно, глаза мастера зельеварения были глубокого чёрного цвета. По сравнению с мягким, интересующимся взглядом Дамблдора, Снейп смотрел пронзающе и холодно, но совсем не высокомерно или насмешливо. Видимо такого взгляда нужно было ещё заслужить. — Здравствуйте, профессор Снейп. — Сказала девушка приветливо улыбаясь. — Меня зовут Мария Кински, сэр. — Наслышан о Вас, мисс. Чем обязан столь поздним визитом? — Лениво произнес мужчина. — Я была распределена на Слизерин, сэр. И директор сказал, что я смогу получить у Вас информацию о моей учёбе здесь. — Неужели? — Узнав о принадлежности девочки к его факультету, настрой Снейпа резко изменился. В глазах профессора появилось немного больше интереса. Он резко встал из-за стола и подошёл к Марии. С такого ракурса девушка могла лучше разглядеть мужчину. Снейп был среднего роста и, несмотря на закрытую одежду и мантию поверх неё, было видно, что он обладает довольно худым угловатым телом. — Профессор Дамблдор рассказал мне о Вашем таинственном появлении. Пока ситуация не проясниться, Вы сможете в свободном порядке посещать все занятия, которые Вам угодны. Помимо этого, каждую неделю у Вас будут проходить личные уроки с каждым из преподавателей.– Профессор Снейп протянул Марии скрученный пергамент. — Ознакомьтесь, здесь информация о расписании и список вещей, которые Вам понадобятся. — Благодарю. Профессор, но у меня нет ни волшебной палочки, ни учебников. Как собственно и денег на их приобретение. — Об этом Вам не стоит переживать, мисс Кински. Директор уже о всём позаботился. С формальной частью, полагаю, мы закончили. Теперь присядьте. Мария проследовала за Снейпом и села на небольшой обитый бархатистой тканью стульчик. Сам профессор расположился за высоким письменным столом. Девушка не думала, что они будут обсуждать что-то помимо учебы, поэтому с любопытством ожидала слов профессора. Снейп сложил руки в замок и чему-то криво усмехнулся глядя на девушку. — Буду с Вами откровенным, мисс Кински. То, что Вы попали именно на Слизерин очень хорошо. Ваши новые однокурсники, в отличие от учеников остальных факультетов, всегда уважительно и дружелюбно относятся ко всем представителям своего факультета. Как Ваш декан, должен предупредить, что студенты Гриффиндора, со свойственной им неотесанностью и скудоумием, могут предубежденно к Вам относиться. Не советую искать среди них друзей. Также я не советую Вам нарушать правила, мисс Кински. В обратном случае, Вы не избежите наказания, я это Вам обещаю. В остальном Вы всегда можете обратиться ко мне или старостам факультета. Надеюсь Вы меня поняли. — Разумеется, сэр. А разрешено ли мне выходить за территорию Хогвартса? Например в Хогсмид, кажется, это небольшая деревня недалеко от замка. — Безусловно. Каждую неделю один из преподавателей проводит туда организованные походы. Обычно для таких прогулок требуется письменное разрешение опекуна, но в Вашем случае моего слова будет более, чем достаточно. — Спасибо, профессор. — Если у Вас больше нет вопросов, можете быть свободны. Всё необходимое уже в Вашей комнате. Общежитие Слизерина находится в конце коридора. Пароль меняется каждые 2 недели. Сейчас это «Салазар Слизерин». Сами справитесь с дорогой? — Да, сэр, спасибо. Доброй ночи! Выйдя из кабинета, Мария смогла выдохнуть с облегчением. Кажется, все прошло неплохо. За весь их разговор Снейп ни на секунду не потерял свой холодный строгий вид. О улыбке, понятное дело, нечего было и говорить. Думаю, что от учеников, если это, конечно, не Гарри Поттер и Драко Малфой, профессор Снейп никогда не ожидал ничего интересного и относился ко всем одинаково. Видимо, за годы преподавания он привык учить одних посредственностей. Мария почувствовала такое же отношение и к себе и дала слово доказать учителю обратное. Наверное, при первой встрече, Северус Снейп действительно мог показаться холодным, недружелюбным человеком, который за словом в карман лезть не будет. В общении профессор имел привычку говорить медленно и почти шёпотом, хотя такую манеру, скорее всего, он развил в себе сознательно, когда занял пост преподавателя. Мария видела его немного иначе. Кажется, даже сам Снейп часто забывает, а, возможно, и не хочет вспоминать, что ему всего 33 года. Такое впечатление, будто, в какой-то момент жизни, он решил резко повзрослеть и навсегда отбросить, какую-либо надежду на то, что он встретит в жизни, хоть что-то хорошее. Такое поведение ему явно не шло и выглядело очень нелепо. Он походил на ребёнка, который ворча и ко всем придираясь, хочет показаться взрослым, а если у кого-то получается его разгадать, это глубоко ранит его самолюбие. Зная его школьные годы, она считала, что в какой-то степени причина такого важного поведения, явного удовлетворения, когда, обращаясь к нему, через слово вставляли «сэр» и «профессор», резкого нетерпения любой фамильярности в свой адрес, лежит в боязни быть высмеянным, обесцененным или униженным, которая тянется ещё с детства. А умение замечать в людях самое плохое — следствие обиды на жизнь и привычки, доверяясь кому-то, обязательно получать нож в спину. Но похоже никто, кроме молодой девушки, этого замечать не хотел. До общежития Слизерина идти было недолго. Темный коридор, который туда вёл, мог показаться тупиковым, но если присмотреться, в стене можно было заметить плохо очерченную дверь. Войдя в проход, Мария попала в большую комнату, обставленную мебелью в основном зелёных оттенков. На стенах красовались гобелены с изображением подвигов волшебников, которые учились на этом факультете. Большая часть студентов уже находились в своих спальнях, но некоторые всё ещё сидели на кожаных диванах и что-то увлечённо обсуждали. — Всем добрый вечер! — Решила поздороваться первой девушка. На Марию синхронно-заторможено перевели взгляд две довольно худые, бледные девочки. Судя по похожей внешности, это были сёстры. — Привет. А ты кто? Мы, кажется, тебя здесь раньше не видели. — Меня зовут Мария. Да, я здесь совсем недавно. Первый день в Хогвартсе. — Странно… В Хогвартс никогда не поступали студенты старше одиннадцати лет. Ты из какой-то другой школы? — Эй, Кэрроу! — Из-за спины Мария услышала высокий, ещё не поддавшийся возрастным изменениям, голос парня. — Что это с Вами, решили поговорить с кем-то, кроме своего отражения? А это у нас кто? Потерянный вид, отсутствие нормальной школьной формы, волосы, явно незнакомые с ножницами. Ты, должно быть, та обморочная, которую великан нёс в медпункт? Я видел тебя сегодня утром. — Поразительная наблюдательность. А ты… Нет-нет… Не говори. Бледная кожа, на голове лака для волос больше, чем самих волос, всегда осведомлен о последних новостях. Ты Драко Малфой, не так ли? — Передразнила его Маша. Малфой опешил, явно не ожидая такого ответа, но виду не подал. — Да, верно… Вижу ты попала на Слизерин. Можешь собой гордиться. Не имею понятия откуда ты взялась, но тебе, наверняка, известно, что это большая честь учиться на этом факультете. — Благодарю, мистер Малфой. Я Мария Кински. Будем знакомы. — Девушка очаровательно улыбнулась и протянула ему руку. Светловолосый слизеринец протянул свою руку в ответ. Девушка явно его заинтересовала. Было что-то такое в её взгляде, от чего ему было не по себе. Тем не менее, её принадлежность к его факультету заставляла Малфоя считать Марию «своей». С лестницы, которая, по-видимому, вела в комнаты для мальчиков, спустился высокий брюнет, старше Драко на пару лет. Чем-то он напомнил Марии Сириуса Блэка. Такой же самодовольный вид, ослепительная улыбка, как будто он только что сошёл с ковровой дорожки, и внимание девушек, которые с его приходом начали шептаться между собой. — Вижу ты уже обзавелся новыми знакомствами, Драко. Представишь меня этой прелестной леди? Малфой казался очень недовольным вмешательством сокурсника. Но всё же сквозь зубы проговорил: — Теренс Хиггс. Ловец команды Слизерина. Теренс, это наша новая однокурсница, Мария Кински. — Спасибо, Драко, очень мило с твоей стороны. С недавних пор я также имею удовольствие быть старостой, мисс. — Рада знакомству, Теренс. Из окна больничного крыла я видела, как ты тренируешься. Отлично летаешь. — Я польщён. А вот о тебе нам мало что известно. Ты теперь наша новая знаменитость, Мария Кински. — Боюсь, сейчас мне самой о себе мало что известно. Знаю только, что я очень устала. Если не возражаете, я пойду спать. — Да-да, разумеется. Буду с нетерпением ждать встречи. — Комнаты девочек слева, Мария. — Наконец-то смог обратить на себя внимание Драко. Девушка улыбнулась обоим парням и направилась в указанном направлении. — Что? Понравилась? — Усмехнулся Малфой. — А если и так? Уже ревнуешь, Драко? — Ещё чего! — Недовольно буркнул юный слизеринец и гордо развернувшись, направился в свою комнату с высоко поднятой головой. Девушка добралась в свою новую комнату, выполненную в таком же стиле, что и гостиная. На маленьком прикроватном столике стопкой лежали новые учебники. Могла ли Мария подумать ещё день назад, что вместо химии будет учить зельеварение, а математику заменит нумерология? Последние её часы здесь были более насыщены событиями, чем, наверное, вся её жизнь. И только сейчас, оставшись наедине с собой, она смогла полностью осознать происходящее. Позади Марии вся жизнь: школа, друзья, планы на будущее, мечты, семья… Интересно родители уже заметили её пропажу? А может, если она просто попала в прошлое, для них она ещё даже не существует? Мама и папа. Она очень хотела их увидеть, но то, что этот волшебный сон может когда-либо закончиться очень расстраивало девушку. Для неё всё начинается с чистого листа. По меркам этого мира, учитывая возраст Марии, она просто неуч. И чтобы, хоть немного понимать, чем дети занимаются в этой школе, она начала ознакомляться с предоставленными ей книгами. Читая учебник по заклинаниям она ели сдерживалась, чтобы не начать испытывать всё, что там описано. На изучении атмосферных чар её усталость всё же взяла верх над её любопытством, и Мария провалилась в сон.