Тайна влюбленного сердца

      Панси тихо ступала по коридорам Хогвартса, направляясь в Выручай-комнату. Она была совершенно растерянной, мысли ужасно путались. Осталось так мало времени, а вариант со стиранием памяти больно царапался в её сердце, создавая ощущение неправильности.       — Помоги мне, пожалуйста, — прошептала она, и дверь сразу стала вырисовываться, приветственно скрипя.       В этот раз комната приобрела вид обычного класса, с партами и стульями, а в конце комнаты стояла трибуна, на которой что-то блестело. Панси неуверенно подошла, приглядываясь.       Серебряная диадема в виде птицы, усыпанная драгоценными камнями, величественно сияла, привлекая внимание. Рядом лежал маленький аккуратный перочинный нож, который казался совсем неказистым по сравнению с диадемой. Панси завороженно протянула руку к диадеме, а второй рукой по наитию схватилась за нож.       Секунда. И она резко полоснула себя по руке. Несколько капель крови лениво упали на диадему, тут же шипя и растворяясь белой дымкой. Панси непонимающе проморгалась, а затем изумленно уставилась на кровоточащую руку. Белая дымка бесшумно, постепенно приобретала очертания. Присмотревшись внимательнее, что вырисовывается, Панси от неожиданности упала на пол. На нее неотрывно смотрели красные глаза Волдеморта.       — Спасибо, комната, удружила, — спустя долгую минуту прошептала Панси, собираясь мыслями. Она неуверенно поднялась на ноги, поправляя юбку. — Эм…       Она не знала, что сказать. И как себя вести. Кажется, впервые она была настолько растеряна и напугана. Волдеморт наконец-то принял окончательный вид. Они изучали друг друга долгие пару минут, после чего Панси не выдержала первой.       — Здравствуйте, простите, что побеспокоила, — нервно затараторила она. — Но мне нужна помощь!       — И ты думаешь, что я смогу тебе помочь, — спокойно ответил он, а затем оглядел себя. Он быстро взмахнул рукой, принимая более приятный вид. Панси восхищенно ахнула. — Чем же могу тебе помочь? Кто ты такая? Что я получу взамен?       Панси нервно закусила губу. Да, Волдеморт достаточно хорош, что там говорить, действительно красив, но менее пугающим он не стал.       — Я Панси. И я хранитель, — слова с легкостью вырвались, она удивленно закрыла рот руками.       — Ааа, — понимающе протянул Волдеморт. — Хранители могут говорить о триаде с любыми триадами. Тогда ты приняла правильное решение, придя ко мне. Кто твоя триада?       Панси склонила голову набок, думая над ответом. Стоит ли довериться или взять и уйти прямо сейчас? Разум кричал ей, что не стоит разговаривать с одним из темнейших волшебников всех времён, пусть даже возможно это и неправда, но лезть на рожон такой себе вариант.       — Гарри Поттер, Драко Малфой и Гермиона Грейнджер, — обречённо выдохнула она. Желание спасти свою триаду пересилило.       Волдеморт неожиданно расхохотался. Панси опасливо покосилась на него.       — Кто бы сомневался, — весело сказал он, подходя ближе к девушке. — Гарри значит. А не маловата ли ты для хранителя? И особых сил в тебе нет никаких. Думаю, никогда ещё магия так не ошибалась.       — Магия может и ошиблась, но точно не в моей триаде, — гордо вскинула голову она. — И в отличии от профессора Снейпа, я спасу ее во что бы то ни стало.       Волдеморт снова рассмеялся.       — И что же ты придумала? — вкрадчиво спросил он. — Дамблдор не так прост, как кажется.       — Я придумала обратиться к одному из триады, чья сила и ум действительно достойны восхищения. Но видимо, я ошиблась, — скрестила руки на груди Панси. — Вместо того, чтобы дать мне дельные советы, вы просто тратите мое драгоценное время. Завтра у моей триады отберут память, чего я очень не хотела бы, учитывая ваш опыт. Для детей мы маловаты, а брачная связь будет разрушена. Так что, либо вы мне помогаете, либо я ухожу. Напомню, речь идёт не о ком-то там незнакомом, а о вашем сыне.       — Браво, — хлопнул в ладоши Волдеморт. — Люблю змеек, они такие изворотливые.       Панси скептически приподняла одну бровь. Тревога за ребят и нехватка времени давали определенный стимул давить на свое. А потом можно позволить себе перевести дух.       — Время… Такое быстротечное и в то же время такое медленное, — он обошел Панси, встав перед ней, взял ее за подбородок. Глаза его снова стали пугающе красными, а на его запястье появился браслет триады, окутанный белым свечением. — Я дам тебе его для спасения твоей триады. Но его немного, готова ли ты отдать свое время?       — Да, — не раздумывая, ответила Панси, выдерживая взгляд.       — Хорошо, — удовлетворительно кивнул он, и браслет на руке засветился ещё сильнее. — Готова ли ты совершить со мной сделку?       — Да.       — Замечательно, — прошипел он, и Панси показалось, что он перешёл на парселтанг. — Люблю иметь дело со змеями, они очень понятливые.       Он тут же отпустил ее, отворачиваясь.       — Я увидел то, что мне нужно. Довольно сильная триада, но очень молодые. Хотя, считается ли это минусом? — бормоча себе под нос, Волдеморт снова подошёл к диадеме. Он оценивающе повертел ее в руках, а затем протянул Панси. — Красивая вещь, не находишь? Я сделал ее незадолго до рождения своей триады, даже не подозревая какая меня ждёт судьба. Признаю, я был тщеславен и сделал много ошибок. Я так мечтал о бессмертии, боялся умереть… Хотел изменить мир к лучшему, не гнушаясь любых способов, а надо было всего лишь подождать.       Панси осторожно приняла диадему, слушая Волдеморта. Возможно, услышит что-то очень полезное.       — Триада — это не просто союз трёх людей, это дар самой магии. Люди, получившие дар магии, являются посланниками жизни, магии и смерти. Посланник магии самый сильный из всех троих, он должен обладать четким умом и сильной выдержкой. Его задача — это давать силу тем, кому нужно и забирать у тех, кто не достоин ее. Он должен сохранять баланс и поддерживать своей силой остальную часть триады. У нас посланником магии был Джеймс.       Панси понятливо кивнула. Джеймсу очень подошла бы эта роль триады. А кто же у них подойдёт?       — Не торопись, — словно слыша ее мысли, произнес Волдеморт. — Посланником смерти должен быть самый справедливый и как ни странно, очень милосердный. Его задача следить за временем и забирать людей, у кого это время закончилось. Также он забирает непрожитое время тех людей, кто умер не по своей воле. У нас посланницей смерти была Лили.       Панси очень сильно удивилась.       — Поверь мне, я тоже удивился сначала, но… как ты догадалась, я — посланник жизни. Моя задача заключалась в том, чтобы давать время тем, кому оно очень нужно. Также, следить за человеческими душами. Очищать и охранять. Посланник жизни должен обладать организованностью, скрупулёзностью и неким упорством. Ведь даром жизни является именно способность управления душами. И если правильно распределять время, то можно веками сохранять души. Что является своего рода бессмертием. Оказалось, не обязательно убивать человека, чтобы сделать крестраж. Можно было попросить у посланника смерти немного времени для хранения определенной частицы души… То, что я искал всю свою жизнь, оказалось таким простым и в то же время сложным, что я даже растерялся.       — А как вы стали триадой? — полюбопытствовала Панси. — Простите, конечно, но…       — Согласен, совершенно нелогичная триада и с самого начала была обречена на провал. Тогда я был счастлив и особо не задумывался о причинах. На фоне охватившей меня эйфории, я просто строил планы и игнорировал желания Джеймса и Лили. Ах, да. Как мы стали триадой…       Волдеморт на секунду замолчал, предаваясь воспоминаниям. Панси нетерпеливо переминулась с одной ноги на другую, вертя в руках диадему.       — Северус привел мне их, как ему это удалось, я не знаю. Тогда они как раз закончили школу. Я собирал свой отряд Пожирателей Смерти для захвата министерства. Северус мне долго что-то объяснял, и когда я встретился с Лили, то у меня что-то внутри проснулось. Страшное, жадное, властное. Я хотел обладать ей, и готов был пойти на что угодно. Северус говорил мне про видения и про будущее, которое меня ждёт, если сделаю все правильно. Я предложил им все, что они пожелают. Лили, моя милая Лили, пошла ко мне навстречу, надеясь, что сможет все провернуть в свою сторону и остановить назревающую войну. Джеймс долго не соглашался, но доводы Лили и любовь к ней сделали свое дело. Мы на скорую руку заключили брачный союз, произошел обмен, который в последствии стал триадой.       — А потом, как я понимаю, обо всем узнал Дамблдор?       — Да, кто-то доложил ему. Северусу пришлось на скорую руку стереть нам память и играть на две стороны. Я продолжил свою политику, а Дамблдор все больше оказывал влияние на Лили и Джеймса. Северус искал пути, чтобы вернуть нам память, и тогда он нашел информацию о дарах жизни, смерти и магии. Узнал о посланниках и их предназначениях. Родился Гарри. Я был одержим этим ребенком. Где-то внутри царапалась мысль, что этот мальчик важен для меня. Я должен уберечь его и воспитать его. Северуса я уже не слушал. Сейчас я чётко осознаю, что мы не смогли бы ничего изменить. Только перед смертью, мгновение, я вспомнил все. И успел вложить часть души в Гарри.       — Для чего? — поинтересовалась Панси. — Чтобы возродиться?       Волдеморт кисло улыбнулся.       — Не совсем. Я уже не смогу возродиться, как ни крути. Я наивно полагал, что так помогу Гарри, но не учел того, что крестраж, созданный при помощи убийства, несёт лишь разрушительную силу.       — Вот и выяснилось, что за сила у Гарри, — кивнула сама себе Панси.       — Ты услышала, что тебе нужно, а теперь перейдем к делу, — Волдеморт взмахнул руками, и комната осветилась сотнями свечами. Стало так ярко, что Панси невольно зажмурилась. — Акцио…       Что там призвал Лорд, Панси не услышала. Она еле открыла глаза, обнаруживая перед собой протянутые в руки, на которых лежали украшения: браслет, заколку и цепь с подвеской в виде пера.       — Мне нужна твоя кровь, — заявил Волдеморт. — Я вложу сюда твое и свое время, для сокрытия их душ. Это будут своего рода маленькие порталы, которые затянут часть души с нужными воспоминаниями. Произнесешь заклинание, и они активируются.       — Звучит слишком просто, в чем подвох, — прищурилась Панси, призывая нож.       — Когда придет время, они обретут воспоминания и самих себя, пойдет отсчёт твоего времени, — громогласно произнес он. — Не могу сказать точно, но… Они будут обязаны судить по своим законам. Я ведь уже не посланник жизни, а лишь темная часть души, а ты всего лишь хранитель.       — Это несправедливо, но логично, — пожала плечами Панси. Ни страха, ни переживания не было.       — И пока ты жива, ты должна уничтожить все мои частицы души. Найди их и уничтожь! Ты поняла меня? Такова моя часть условия этой сделки.       Панси решительно кивнула и, сжав зубы, быстро сделала надрез на ладони. В этот раз было гораздо больнее, она проглотила свой болезненный стон. По капле крови на каждое украшение.       — Но Гарри… — вдруг подумала она и с ужасом уставилась на Волдеморта. — Как? Что я могу сделать?       — К сожалению, я не знаю на это ответа. Уверен, ты найдешь решение. Ты достаточно умная змейка, — безразлично протянул он. — Запомни. Их семь.       — Семь, — повторила она.       Волдеморт перешёл на парслетанг, заговаривая порталы. У Панси вспотела ладонь, и она нервно потерла ее об юбку. А потом запоздало подумала, что это не пот, а кровь и протяжно вздохнула. Усталость резко накатывала, но она приказала себе держаться. Через несколько часов ей предстоит сложное дело, и она должна продержаться. Должна.       — Маховик времени ты найдешь в кабинете директора, — будничным тоном сказал Волдеморт без объяснений. — Мне пора.       Он быстро вложил в ее руки украшения и растворился белой дымкой. Диадема, которая почему-то оказалась на полу, снова ярко заблестела. Обескураженная Панси подняла ее и положила в сумку, вместе с украшениями.       — Произнести заклинание, уничтожить крестражи и умереть. Проще простого, — саркастически протянула она, оглядываясь.       Панси на секунду закрыла глаза, прислушиваясь к себе. Сразу возникли образы дверей и теней в белом пространстве. Она увидела, как Драко тянется к своей душе окутанной красной тенью. Как Гарри обнимается со своей душой с черной тенью, и как Гермиона поддается прикосновению своей души с белой тенью.       — Интересно, — открыла глаза Панси и накинула сумку на плечо.       У нее впереди было очень много дел. Она не была уверена, что все получится, но это был единственный выход. Даже если не получится, и ее триада потеряет память, то она все равно поможет им найти друг к другу путь. Обязательно.