След ладони

      Шум в академии поднялся с самого утра. Не то, чтобы Моро действительно что-то значила в масштабе академии, но было как минимум странно, что она не явилась на занятия. Моширо также могла поклясться, что вечером девушка не вернулась в комнату. Не то, чтобы она следила за этим, но ей было прекрасно слышно, когда в соседнюю комнату открывалась и закрывалась дверь, а сама она провела вечер за учебниками перед тестом.       Шинсо был не менее взволнован. У него были некоторые планы на вечер с Доморо, так что, когда она не появилась, он сначала расстроился из-за того, что в его нечастый выходной она так бросила его, а потом и начал беспокоиться, вдруг упомнив, что даже если бы он действительно был неприятен девушке, вряд-ли она исчезла бы, ни сказав ни слова.       Класс 1-А узнал об этом как-то случайно. Моширо просто пересеклась с ними на перерыве и случайно сболтнула о том, что прилежная Фукияра не явилась на занятия. Посыпались теории одна нелепее другой. Самой странной была та, где девушка уехала заграницу, так как академия ей быстро наскучила. И перед этим, конечно сменила внешность. Кто предположил это, Широ уже не вспомнит, но тишина за столом после этого была обеспечена.       После занятий Каямо решилась и постучала в комнату подруги, ожидая некоторое время, пока не решилась попробовать открыть дверь самой. Пусто, никого нет. Учебники беспорядочно лежали на столе, шкаф приоткрыт, а телефон находился на футоне. Это усилило и без того гнетущее чувство чего-то ужасного. Моро не из тех, кто оставляет такие вещи без присмотра надолго. Она боится, что может кому-то понадобится, так что держит телефон при себе на всякий случай, даже если не слишком это всё любит.       Классный руководитель класса, где учились девушки, как ни странно, узнал обо всём последним. Он боялся, что ученица просто приболела или по каким-то своим причинам не может посетить день занятий. Однако, после того, как директор вызвал его к себе, это представление развеялось.  — Итак, непутёвый похититель действовал невероятно глупо, — отозвался Незу, на эти слова Широ даже как-то встрепенулась, — он поймал Доморо Фукияру прямо перед воротами академии, где находятся камеры наблюдения. И личность преступника уже выяснена.       Что тут делает Моширо? О, ну её позвали в качестве поддержки. Она могла бы сказать что-то важное, так как знала ученицу лучше других. Однако, когда пошли действительно важные разговоры, её аккуратно выпроводили.       То, что произошло, было безумно невовремя. Многие герои сейчас были заняты не менее важным делом. Восстановитель был обнаружен недавно Изуку и Мирио, так что его поимка стояла в приоритете. Однако, оставлять исчезновение ученика было бы ужасно.       В то время, как несколько учеников академии и герои, были направлены на операцию по поимке Восстановителя, группа по поискам девушки была гораздо меньше, однако на данном этапе это было и не принципиально. Сначала нужно установить место нахождения девушки.       Преступник, который был похитителем, оказался быстро пойман. И после допроса, он сознался, что делал это не для себя. Правда сказать, для кого он это делал, мужчина не горел желанием. Он утверждал, что это может стоить ему жизни в конце концов.       То, что в этом замешана Лига, с одной стороны не удивляло, но с другой, они выбрали очень странную цель для нападения. Что им нужно от обычной девушки, которая с героями связана очень условно?       Теперь дело о похищении Доморо становилось более интригующе. Оно могло быть связано с Восстановителем, над которым сейчас работают, но полной уверенности в этом быть не могло, так что прекращать поиски и надеяться на другую группу, не стоило. Вероятность того, что она будет находиться в логове Чисаки, стремилась к нулю. Лига хотя и связана с якудзой сейчас, однако, способна действовать самостоятельно.       Старое здание в почти заброшенном районе встретило группу героев (как уже состоявшихся, так и только ступивших на этот путь. Решение взять по крайней мере одного знакомого человека для девушки, пришло само собой) довольно враждебно. Дверь фактически отсутствовала, так что зайти не составило труда, однако все были в напряжении. Ловушку исключать нельзя.       Тишина прерывалась тихим бормотанием из-за одной из дверей. Всё резко затихло, когда один из спасителей случайно издал неосторожный звук. Затем снова копошение и уже более громкий грохот.       Дверь была тут же открыта, а за ней показалось то, от чего у Токоями, которого взяли с собой, внутри всё сжалось. Доморо была тут, однако не одна. Высокий брюнет, известный ранее, как Даби, сжимал её в крепкой хватке. Он потребовал, чтобы все герои немедленно отошли, иначе девчонке не жить.       Сейчас он проклинал Тогу даже больше, чем обычно. На кой чёрт было оставлять эту бесполезную школьницу? Если бы не это, не пришлось бы стоять тут, потому что его оставили временно посмотреть за состоянием Моро. В его стиле было вообще послать всех в тот момент, но звёзды сложились в огромное слово «задница», не иначе.       Требование на безопасное отступление естественно. Даби был сильным и он это знал, но самоубийцей он не был. Людей было не так уж и мало, а об их причудах информации он не имел. Оставалось только ретироваться с места происшествия.       Сама Фукияра, кажется, находилась где-то далеко отсюда. Она едва стояла на ногах, в основном с помощью рук, протянутых через её грудную клетку. Ожоги горели болью, рука, что повреждена сильнее, всё ещё не ощущалась. И краем сознания она даже подумала, что вовсе отсутствует, потому что боль от этой нестандартной раны отдавала только в плече. В глазах плыло, а дыхание было сбито.       Доморо подняла взгляд (голову уже не смогла, находясь без сил) и увидела героев. И вроде как друга. Они пришли помочь. Однако, в таком положении нельзя опираться исключительно на них, потому что вообще-то, их шантажируют смертью девушки. И если она хочет выжить, ей стоит постараться ещё совсем немного.       Кажется, Даби не ожидал сопротивления от похищенной, поэтому не слишком-то старался, удерживая её, лишь бы не свалилась прямо тут. Поэтому, когда она из последних сил наступила ему на ногу и повалилась вперёд, затем отползая, он даже растерялся.       Парень хотел использовать огонь. И он сделал это, однако особого вреда это не принесло благодаря герою с водной причудой. Кто это, сама Моро без понятия, но была благодарна, что её лишь обдало паром (тоже очень неприятно, всё же он довольно горячий, но не настолько, чтобы навредить), а не сожгло заживо.       Токоями тут же кинулся к подруге, оттаскивая к двери из комнаты, чтобы она больше не была на пути у героев и Даби, если атаки продолжатся.       Как только пар, закрывающий обзор, исчез, оказалось, что злодея в комнате уже нет. Небольшое окно было распахнуто. Он хотел воспользоваться им, чтобы уйти вместе с Доморо, однако пришлось уходить одному. Будет ли зол Шигараки, не имело значения, потому что к чёрту вообще этого парня.       Даже после нескольких часов сна, силы не приходили к Фукияре. Она была утомлена из-за недостатка крови. Поэтому прямо сейчас она отключилась опять. Находясь итак на полу, опираясь на руки, падать было недалеко.       По дороге в академию, герои обсуждали, что им очень повезло, раз они справились так быстро, а девушку охранял только один член лиги, иначе что-то действительно могло бы случиться. А ещё совпадение с водной причудой, бесценно. Быть углём в этом старом доме никому не хотелось бы, поэтому все хвалили того мужчину, который и уберёг их от такой участи.       До больницы дошли не все. Очевидно, раз всё так хорошо обернулось, то стоило продолжить заниматься своими обыденными обязанностями, будто ничего не было. Но с чувством, что спас ещё одну жизнь.       Токоями был из тех, кто пошёл вместе с Доморо, чтобы быть уверенным, что она будет в порядке. К тому же, если она очнётся, ей наверняка будет приятнее видеть кого-то, с кем она общалась, нежели только незнакомых взрослых.       Правда, долго сидеть он не мог. Девушку направили в реанимацию из-за сильных ожогов, ситуации с рукой и полным истощением. Посторонним приходить запретили, так что спасителей, которые остались, вывели довольно быстро.       Прошло несколько дней прежде, чем в палату Моро начали пускать посетителей. Она уже пришла в сознание и чувствовала себя сносно. Хотя впереди ещё много времени восстановления.       Шинсо Хитоши пришёл как только у него появилось свободное время и, когда он узнал о том, что к девушке вообще можно приходить. Ему рассказал Айзава, который слышал разговор учителей. Они обсуждали это, как одну из последних актуальных тем. Вместе с захватом Восстановителя, которое случилось буквально через пару дней после освобождения Доморо.       Пришёл парень с корзиной фруктов, которую он собрал вместе с друзьями, которые тоже общались с Фукиярой во время учёбы. Моширо скромно добавила пару гранатов, которые нравились Моро (ещё они помогли бы ей с восстановлением крови) и записку, в которой желала скорейшего восстановления.       Хитоши несколько минут взволнованно стоял у двери палаты, не решаясь войти. Ему было стыдно за то, что его не было рядом в такой момент, что он не смог её уберечь, хотя по сути это была совсем не его вина. Просто за ним иногда наблюдалось такое поведение, саморазрушающее.  — Привет, — он постарался улыбнуться, хотя всё равно было видно, как плохо он спал последние дни и явно нервничал в данный момент.       В ответ была только тишина. Всё, что могла и хотела из себя выдавить Моро — это повернуть голову в сторону выхода. Девушка выглядела невероятно печально. Глаза покрасневшие и лицо немного опухло. Она плакала и явно достаточно долго.       Шинсо вдохнул внезапно глубоко и чуть не задохнулся от неожиданного наплыва воздуха. Она не ответила. Обижается?       Он подошёл ближе, на что Фукияра едва двинулась, почему-то поворачивая корпус так, будто отворачивалась, но лицо наоборот старалась повернуть максимально в сторону собеседника. Она пыталась скрыть ожоги, подбирая удачный ракурс, но ничего не выходило и хотелось плакать всё больше.  — Не нужно, — Хитоши поставил корзину и поднял руки на уровне своего лица, останавливая девушку, — не думай об этом, пожалуйста.       Не думать об этом она не могла. Было больно и в груди тянуло от осознания, насколько она жалкая и уродливая сейчас. Даже сейчас она не могла забыть об этом, поддаваясь своим комплексам. Ей обещали шрамы, большие и грубые.