Gotta Find You.

      В час похорон плакало даже небо. День был тоскливым и пасмурным с самого начала, а ближе к обеду начался проливной дождь. Такое чувство, что столько людей переживало из-за ухода Ванессы, что даже стихия не выдерживала силу этой боли. На похоронах было около ста пятидесяти человек – семья, друзья, одногруппники и даже профессора собрались, чтобы проводить Ванессу Бернс в последний путь. Не стоит даже упоминать, что на ее матери живого места не осталось, она как будто постарела на десять лет всего за несколько суток. Отец старался занять себя делами, чтобы не дать волю слабости поэтому то и дело подходил к пришедшим людям и спрашивал, не нужно ли им чего-нибудь. Мия стояла рядом с Эмбер, которая, как мне казалось, до сих пор не могла прийти в себя и осознать происходящее, а я старался быть рядом, но не мешать им. Думаю, Эмбер сейчас нужна только ее семья и лучшая подруга.       А еще был Гарри, который выглядел как мрачный владелец своего поместья в черном костюме и рубашке, расстегнутой на груди. Его длинные и мокрые от дождя волосы развевались на ветру и неряшливо падали на лицо, но он не пошелохнул и пальцем, чтобы убрать их или взять зонт, чтобы спрятаться от настойчивых капель. Он не плакал, лишь стоял и молча смотрел на гроб, заведя руки за спину. Возможно, на его лице нельзя было прочитать его эмоций, но я чувствовал, что за прошедшие стуки от него буквально ничего не осталось. Сегодня он не только не поздоровался со мной, но даже ни разу не подошел к родителям Ванессы. Иногда мне даже казалось, что это вовсе не Гарри, а мраморный памятник, который навсегда останется у этой могилы.       Когда пришло время сказать что-то об усопшей, он не тронулся с места, никак не отреагировал и не произнес ни слова. Однако, когда настала пора прощаться, он первым подошел к гробу и упал на колени рядом с ним. Все его штаны были испачканы в грязь из-за проливного дождя, но Гарри не вставал, а окружающие молчали. То есть серьезно, никто не проронил ни слова, даже когда он открыл крышку гроба, что вряд ли было уместно из-за погодных условий. Гарри взял ее за руку и закрыл глаза, после чего я заметил, как дрожат его ресницы и как слезы текут по неестественно бледным щекам. Он что-то говорил, но делал это очень тихо, почти беззвучно, так что никто не мог слышать, что же он сказал ей напоследок. Последний раз окинув ее взглядом, Гарри встал с земли и быстрым шагом отправился восвояси. Никто не стал его останавливать.

***

      Даже после смерти всё равно или поздно возвращается на круги своя, и спустя несколько недель после этого случая все уже жили обычной жизнью. Поначалу многим было тяжело, но плохое, как и хорошее, имеет свойство забываться. Но забыли об этом вовсе не все. Мия практически каждый вечер проводила у Эмбер, так как та все еще не пришла в себя и очень редко появлялась в университете. Несколько раз я ездил с ней, но не чувствовал, что могу хоть чем-то помочь семье Бернс. Однако был человек, за которого я чувствовал некую ответственность, хоть и не мог понять почему.       Я не видел Гарри с дня похорон. В университете все понимали сложившуюся ситуацию, поэтому решили дать ему время прийти в себя, однако он так и не появился, поэтому все начали изрядно волноваться. - Я звонила ему вчера, - рассказывала мне Мия, когда мы встретились за обедом, - но он снова ничего не ответил. Миссис Бернс сказала, что он, вроде как, уехал из города для того, чтобы восстановиться. Он звонил ей один раз, спрашивал, как дела. - Куда он мог уехать? – Взволнованно поинтересовался я. – Тем более, в таком состоянии. - Не знаю, но нам лишь остается надеяться, что он в порядке.

***

      Вечером мы с Майком поехали в бар, который находился рядом с университетским городком. Он видел, что в последнее время я сам не свой, поэтому предложил мне немного развеяться и отдохнуть от мыслей в моей голове, и я решил согласиться. В конце концов, я уже действительно не мог обо всем этом думать. - Почему ты так беспокоишься за него? – Вопрос Майка застал меня врасплох, потому что я много раз задавал его себе, но так и не нашел ответа. – То есть, что ты вообще можешь сделать? - Двойной виски, пожалуйста. – увидев кивок бармена, я повернулся к Майку и потер лицо руками. – Да не знаю я, черт возьми. Когда я поговорил с ним в день смерти Ванессы, я как будто стал немного ближе к нему. С тех пор я чувствую, что должен сделать хоть что-то, постараться хоть как-то помочь. - Ты меня, конечно, извини, но я не думаю, что он вообще помнит этот разговор, - усмехнулся Майк, отпив немного пива, - вероятнее всего, он в тот день вообще ничего не понимал. Но раз ты так переживаешь – почему просто не позвонишь ему? - Мия звонила, он никому не отвечает. - Тогда позвони его родителям, друзьям, напиши ему на почту, в конце концов! Только прошу, хватит сидеть с таким лицом, будто ты две недели ешь только лимоны. - Знаешь, а ты, пожалуй, прав. Наверное, он вообще не помнит этот разговор, и я просто все себе придумал. И вообще: пора возвращаться к нормальной жизни. Сходим завтра в зал? — Вот это - тот Луи, которого я помню и люблю!       Мы еще полтора часа просидели в баре, после чего вызвали такси и поехали обратно в общежитие. Разумеется, я соврал Майку, потому что чувствовал, что он не понимает меня. Может, я и накрутил себя, может, Гарри действительно забыл этот разговор, но я все же чувствовал себя должным сделать хоть что-то. И, честно говоря, я извлек кое-что из этого похода в бар. В конце концов, написать Гарри анонимный имейл было вовсе не плохой идеей. Я думал написать ему настоящее письмо и отправить по почте без имени и обратного адреса в тот же день, когда мы поговорили, но что-то меня остановило, а теперь он уехал. На самом деле, это была чертовски хорошая идея, поэтому я решил не откладывать.       Я включил ноутбук и лег на кровать, расположившись как можно удобнее. Найти его имейл было достаточно просто, так как он был написан в его профайле на университетском сайте, но я полчаса пялился на пустой лист, прежде чем написать хоть слово. А правда, что я вообще могу ему сказать? Как помочь? Что спросить? Так как в моей голове было слишком много вопросов, и ни одного ответа, я решил отпустить себя и писать все, что у меня на душе.       Создав новый почтовый ящик и введя почту Гарри, я заметил, как пальцы сами заскользили по клавиатуре, а мысли, наконец, начали отпускать меня. Спустя десять минут я отправил анонимный мейл человеку, которого почти не знаю, в надежде, что он хоть как-то сможет ему помочь. «Привет, Гарри.       Возможно, ты даже не откроешь это письмо, так как адрес покажется тебе незнакомым, но я, все же, надеюсь, что ты его прочтешь. Я не хочу, чтобы ты знал, кто тебе пишет, так как это совершенно неважно.       Все, чего я хочу, это узнать, в порядке ли ты? Разумеется, этот вопрос звучит смешно и глупо после всего, что произошло, но все безумно переживают. Я – в том числе.       Я не знаю, где ты и когда вернешься в университет, но я и не прошу ответов на эти вопросы. Все, что мне нужно – это знать, что ты в порядке. Настолько, насколько это возможно, разумеется.       Прости, что я не могу задать этот вопрос в открытую, у меня недостаточно смелости. Я бы и этого письма не написал, если бы не был пьян. Но раз уж я решился – буду очень надеяться, что ты ответишь.

Всего наилучшего, W.»