Осколки сердца

Жизнь в Голодных тиграх протекала, можно сказать, спокойно. За исключением постоянных драк за территорию, поездок в целях завоевания новых префектур, создания и расширения бизнеса. Несмотря на столь юный возраст, дела у них проворачивались на уровне взрослых. Проституция, оружие, кредитование… А ведь их главе всего семнадцать. Два года уже прошло, а раны Ханагаки так и не затянулись. Отвезенный, на следующее утро после похорон, внезапно нагрянувшим Ханмой в больницу Мичи был полностью сломан. Пустой взгляд, апатичность, отсутствие аппетита. Его еле выходили. Постоянные посещения его замов не приносили плодов в реабилитации психологического здоровья капитана. Лишь новость о беременности немного пошатнуло его эмоциональное состояние, но не в ту степь. Таким образом и были созданы Голодные тигры. Даже будучи на седьмом месяце беременности, тщательно скрывая живот, Ханагаки продолжал драться. И только урвав себе хороший кусок Токийских префектур он смог со спокойной душой обосноваться в хорошей высотке, практически в центре столицы. Связь через метку, к моменту переезда, разорвалась. Но шрам на шее остался. Не от укуса, а от постоянного раздирания кожи жесткой мочалкой, в попытках отмыться. Любимый и, в то же время, ненавистный аромат преследовал его по пятам. Ханма не отлучался от омеги ни на минуту. По крайней мере, когда не был занят делами группировки, которые спихнуть было не на кого. Коко тогда начал как раз заниматься созданием их криминального бизнеса, Инуи удержанием позиций амбициозной и преуспевающей группировки, а Ханагаки предстоящими родами. Поэтому, занимаясь завоеванием, он старался отлучаться от Такемичи как можно реже. И омега был ему за это признателен. Но вот годик стукнул сыну главы, и тот, так мило лопоча, называет Шуджи папой, с чем папочке пришлось смириться, и чему заместитель нарадоваться не мог. Кента ещё не мог нормально разговаривать, но в его возрасте уже неплохо выходит ото-чан (папочка) и ото-сан (отец). Даже несмотря на наличие у Такемичи ребенка, который до одури был похож на Кена даже запахом, омега периодически пытался покончить с жизнью самоубийством, после чего к нему приставили регулярную охрану. Охрана от самого себя. Смешно. Ему часто снились кошмары о той самой ночи, в которую был зачат Кента. И лишь единственное радовало бедного омегу в этих снах: последующее в кромешной тьме лицо Рюгуджи, полное боли и раскаяния.

***

По прошествии такого количества времени Дракен немного остыл и осознание содеянного накатило на него с силой лавины, сошедшей с горы. До одури хотелось пойти и вымаливать прощения у парня, который, на самом-то деле ни в чем не был виноват. А его нигде не было. Друзья и знакомые лишь разводили руками, Тосвы ведь больше нет чтобы знать все обо всех. Майки заперся в своем доме и жил затворнической жизнью уже прилично, стоило бы наведаться к нему. Придя в дом Сано, Кен очень долго пытался достучаться. Но открыло ему стремное нечто. Чумазое, заросшее нечто. Сутулое, с черными кругами под глазами, обтянутый кожей скелет. Внутренняя мамочка взыграла у высокого парня с невиданной доселе силой, и в приказном порядке бывший командир был приведен в порядок. — Я так понимаю ты не знаешь где можно найти Ханагаки, — полувопросительно сказал бритоголовый блондин, мучаясь с волосами друга. — Он твоя истинная пара, откуда мне знать куда ты его дел. — Сказал как отрезал. — А ты был его парнем, идиот. — Он бросил меня ещё тогда, — вздохнул Майки, опуская свои черные, потухшие глаза. Посидев ещё вместе пару часов, парни наполнились решимостью отыскать старого приятеля где бы тот ни находился. И это стало началом их приключений на задницу.

***

Когда дошли слухи, что два альфы из верхушки бывшей Тосвы ищут их командира, Голодные тигры встрепенулись и приставили за этими любопытными слежку. Но, кто бы ни следил за ними, их постоянно теряли из виду. После двух недель безрезультатных попыток Ханма и Инуи решили взять все в своим руки, просто заявившись к Майки домой. Ночь не самое хорошее время для визитов, но задача была застать парня дома. И она оправдала себя, за исключением того, что замы хотели поговорить только с одним, а застали сразу двух. Те сидели в комнате-гараже Манджиро распивая пиво и обсуждая что-где услышали и главное от кого, чтобы сопоставить с местами последующих поисков. Неожиданные визитеры застали врасплох, заставив подкинуться. — Черт, не пугайте так, балбесы, — проворчал хозяин помещения, узнав гостей. — Зачем вам Мичи? — С должным покерфейсом спросил Сейшу, облокачиваясь на косяк двери. — А вы знаете куда он делся? — вопросом на вопрос ответил Дракен. После его слов Шуджи утробно зарычал, показывая заостренные клыки. — Ублюдок, — прошипел парень с татуировками на руках, — как ты смеешь после всего что ему сделал даже думать о нем?! Если бы не вовремя заломивший напарнику руку Инуи, не миновать бы драки. Но Кен всего лишь опустил виновато голову, сжав кулаки. — А ты, Майки? Ты бросил, на тот момент, своего парня в трудную минуту, хотя и говорил ему о своей безграничной любви! Он постоянно спасал тебя от твоих чертовых заскоков, но когда ему нужна была поддержка ты просто бросил парня, упиваясь собственным горем от потери сестры. Ты за этим всем даже не заметил, что твой, так называемый, лучший друг избил твоего парня на почве, своей же, беспомощности перед обстоятельствами, накануне важной для всей Токийской свастики битвы! А за что? — Резко обернулся Ханма в сторону Дракена. — За что ты его избил? За то, что он не смог спасти Эму? За то, что он ОМЕГА? Между прочим такая же, как и твоя девушка. Или за то, что он твоя истинная пара? Мешавшая твоему полному счастью в отношениях с другой своим присутствием в твоей жизни? Прокричав все это, Шуджи безвольно повис в руках товарища, загнанно дыша, словно пробежал пару десятков километров. Он выплеснул все свои мысли на этих двоих, что сидели сейчас побледневшие, ни живы ни мертвы от подобной тирады. — Зачем ему видеть вас двоих, когда он только-только пошел на поправку? — Спокойно проговорил блондин со шрамом, твердо поставив друга на ноги и вытолкнув за дверь курить. Тому нужно было остыть. — Мне нужно его увидеть. И я сделаю все, чтобы его найти. С вами или без вас. — Уверенно заявил Рюгуджи, но не смог поднять головы. Настолько стыдно ему было. — Готовься к тому, что, после встречи с ним, ты либо уйдешь не на своих двоих, либо вообще живым не выйдешь. — Брошено так, невзначай. Гости ушли, а парни остались. Морально разбитые и опустошенные.