Похотливый лисенок

Обычный вечер четверга, Антон и Арсений сидят в зале. Первый смотрит какое-то скучное кино, лежа на диване, второй проверяет тетрадки, сидя за небольшим столиком, находящимся перед диваном. Антон Шастун — второкурсник Санкт-Петербургского государственного университета. Арсений Попов — преподаватель физики и химии в старших классах. Они встречаются уже около четырех лет. Съехались уже давным-давно, наверное, после полугода отношений. И естественно, секс у них довольно часто. Был. Пока у Арсения в конце учебного года какие-то ученики не решили сдавать его предмет, плюс еще итоговые контрольные, просто проверочные, просто уроки… В общем, у Антона недотрах. Как решить проблему, если Арсений ни в какую? Правильно, провоцировать. — А-арс, — чуть тянет его имя Шастун, сползая вниз и обнимая мужчину поперек торса. — Арсю-ю-юш… — Чего, Тош? Я занят, давай потом, если это не срочно, — брюнет даже не повернулся к нему. Неужто, эти гребанные тетрадки лучше Антона? Ну уж нет, Арсюша, ты так просто не отделаешься. Антон молча встал и ушел в спальню. «Обиделся, что ли?» — Попов обернулся в сторону комнаты. — «Да нет, он на такое не обижается». Антон, стоя перед большим зеркалом, смотрел, нормально ли он выглядит. Он напялил на себя пушистые кошачьи ушки черного цвета, разделся до черных боксеров и слегка подкрасил губы блеском. «Идеально» — Шастун вышел из комнаты. — Антон, ну ты че, обиделся, что ли? — не выдержав, спросил Арсений, обернувшись назад, как только открылась дверь. Глаза мужчины округлились, зрачки расширились, рот открылся. — Лисенок, ты с ума сошел? — Не нравится? А я ведь так старался вам угодить, Арсений Сергеевич, — Антон сделал самый, что ни на есть, невинный взгляд, который жутко контрастировал с его прикидом. — Иди переоденься, замерзнешь, — брюнет опять отвернулся. Что за наглость? Антон, значит, старался для него, а он?.. Чтож, сыграем по-крупному, Арсений Сергеевич. Шастун подошел к столику, на котором лежали тетради и канцелярия и смахнул все одним резким движением. Залез на этот же несчатный стол коленками и, схватив волосы на затылке своего парня, оттянул голову так, чтобы Арсений смотрел Антону в глаза. — Арсений Сергеевич, ну как же так? Я же старался для вас, — Шастун знает, что Попова возбуждает, когда он обращается к нему на «вы» и прекрасно этим пользуется. — Думаю, вы не разглядели. Посмотрите получше, ну? — Лисенок, успокойся и слезь со стола. — Держится, черт возьми. Ну ничего, у Антона есть план Б. Шастун, резко поддавшись вперед, грубо поцеловал Арсения. Играл с языком, оттягивал и покусывал нижнюю губу. Со стороны Попова послышалось мычание — Антон прокусил губу. Ну он же лисенок все-таки, хищник. По подбородку Арсения стекает слюна вперемешку с кровью, но тот, кажется, и не против. Он углубил поцелуй, запуская руку в волосы Антона. — Твою мать, Шастун, что же ты творишь? — Я просто хочу вас, Арсений Сергеевич, — зеленоглазый слез со стола, Арс встал с пола. У обоих стояк, оба хотят сделать это. — Сделайте это, Арсений Сергеевич! — Попов подхватил Шастуна, издавая нечеловеческий рык и понес в спальню. — Ты окончательно вывел меня. Кинув Антона на кровать, Арсений навис сверху и жадно впился в столь желанные губы. На правую руку мужчина опирался, а левой играл с соском парня. Оставлял мокрые поцелуи и засосы на шее, ключицах, груди, все также дразня уже затвердевшие соски. Брюнет взял в рот один сосок, другой же мял. Антон стонал и всячески выгибался под Поповым. «Чертовски хорош» — туманно подумал Шастун. Арсений оторвался от груди парня и приказал: — На колени. Антон сполз с кровати, Арсений же сел на ее край. Русоволосый приспустил спортивные штаны с боксерками и взял в руку уже вставший член. Парень начал нежно целовать головку, затем сам член. Арсений опрокинул голову назад, тихо постанывая. Шастун взял в рот и подождав, пока рвотный рефлекс пройдет хоть чуть-чуть, начал двигать головой вперед-назад. Сначала медленно, затем все быстрей и быстрей. Антон чувствовал каждую выпирающую венку и это приносило невыносимый кайф. «Чертовски хорош» — Арсений громко и прерывисто выдохнул. Дело шло к разрядке и Антон это прекрасно понимал — не первый раз Попову минет делает. Почему бы не помучить его? А что, Шастун тоже мучился с недотрахом и намного дольше, чем сейчас будет страдать Арсений. Антон сначала медленно двигал головой, потом и вовсе вытащил член изо рта. — Мучайтесь, Арсений Сергеевич. «О да, узнаю этот взгляд» — Арсений смотрел на него злым взглядом, который ничего хорошего не предвещал. Брюнет схватил волосы Шастуна и вставил по самую глотку. Из расширенных глаз парнишки брызнули слезы, рвотный рефлекс давал о себе знать и Антон начал бить Попова руками, чтобы тот отпустил, но он даже и думал. Не обращая внимания на слабые удары, Арсений начал грубо трахать рот парня. Трусы Антона уже намокли от собственного предэякулята. И, спустя минуты три, излился, отпуская Антона. Шастун закашлялся, но сперму проглотил — по-другому не получилось бы. — Сейчас мучаться будешь ты, лисенок, — Арсений хитро хищно улыбнулся, сощурив свои синие глаза, что были полны похоти и разврата. — На кровать. Антон даже перечить не стал, ведь в голове только одно «трахни меня уже!». Сняв трусы, парень встал на четвереньки, зная, что его все равно отымеют и в этой позе. Но он не знал, как будет мучить его Попов. — Хороший мальчик, — послышался приторный голос мужчины, а затем звук выдавливающиеся смазки. Антон, почувствовав холодную смазку у колечка мышц, начал нетерпиливо ерзать. — Арсений Сергеевич, я и так мо… — Молчать. Говорить ты сможешь только тогда, когда я тебе разрешу, — Попов ввел средний палец, Антон сдержанно застонал. Быстро двигая пальцем, Арсений наблюдал за реакцией парня. Тот насаживался на палец и ответно двигал бедрами. Ему явно было мало, поэтому мужчина ввел второй палец и, не дождавшись реакции, сразу третий. Антону мало. Антон хочет большего. Антон хочет Арсения. Мужчина вытащил пальцы и вышел из комнаты. Антон, в недоумении, сел на задницу и обернулся. Через полминуты Арсений вернулся обратно в комнату с каким-то пакетом. — Кто разрешал тебе сесть? — Антон уже было хотел встать обратно в позу, как Попов схватил его, повернув к себе лицом и надел повязку на глаза. — Вставай на четвереньки. Антон прогибается в пояснице и стонет, когда в него вставляют и вынимают анальные бусы в бешеном темпе. Антону хорошо, но опять же… Он хочет большего. И это «большего» — Арсений. Ну какая секс игрушка сравнится с ним? Никакая! Но разнообразие в половой жизни тоже хорошо, наверное. Шастуна все, в принципе, устраивает, только есть один вопрос: когда Арс успел купить это? Впрочем, уже неважно. «Главное, чтобы он перестал мучить меня и вставил наконец!» Анальные бусы вытащили и отбросили в сторону и вместо них ко входу подставили рельефный вибратор. Арсений ввел его быстро, резко и грубо, а Антон болезненно застонал. — Черт возьми, поаккуратней! — возмутился парень, но тут же начал стонать и кричать от боли и удовольствия, которое настигло его спустя пару секунд. — Заткнись, лисенок, я не разрешал говорить, — Арсений ввел вибратор глубже и усилил его интенсивность. Головка вибратора плавно поворачивалась, а Антон громко стонал. Обычно Попов гладит спину или щеку Антона, смотря в какой позе, и нашептывает слова по типу «потерпи, лисенок, скоро станет легче» или «стони тише, Тош, соседи же придут». Но не сегодня. Сегодня Арсений грубый и молчаливый. А Антону было плевать на соседей и вообще на все на свете, ему просто было хорошо. Вытащив вибратор, Попов подставил давно вставший член ко входу. Арсений двигался быстро и грубо, точно попадая по простате. Антону это доставляло сумасшедшее удовольствие, а с закрытыми глазами так вообще! — Ну как, лисенок, нравится? — шептал Арсений на ухо партнеру, шумно выдыхая. — Да, Арсений Сергеевич, — с пошлой улыбкой отвечал Шастун. Мужчина издал злобный, нечеловеческий рык и начал двигаться быстрей, одновременно мастурбируя Шастуну. Чувствуя, что Антон готов кончить, мужчина перестал ему дрочить и вышел из него. Парень недовольно застонал. — Арсений Сергеевич, почему вы… — Молчать. Этого слова хватило, чтобы излиться на простынь, с громким и протяжным стоном, который вызвал у Арсения усмешку. Попов вставил средний палец и начал им медленно двигать, иногда сгибая его. Спустя пару минут вставил второй, потом третий, затем четвертый палец. Сгибая уже четыре пальца и довольно улыбаясь, Арсений следил за реакцией Антона. Тот в свою очередь насаживался на пальцы, показывая, что ему этого мало и он хочет большего. Особенно, после члена Арсения. — Хочешь большего? — Да-а, пожалуйста, Арсений Сергеевич!.. Мужчина начал двигать пальцами быстрей и быстрей, доводя парня до оргазма во второй раз. Попов опять вставляет член и начинает грубо втрахивать Антона в кровать, заставляя того прогибаться и стонать, как последняя шлюха. Антону это нравится. Арсению тоже. Антон легко отдается мужчине. Арсений этому рад. Кончив в парня, Арсений сдержанно застонал и Антон тоже был готов излиться в третий раз, но брюнет зажал его член рукой, надавливая на головку. — Нет, лисенок, нельзя. Этот голос! Этот страстный, хриплый голос, от которого подкашиваются колени, а воздух выбивается из легких. Антон счастлив, что этот мужчина достался именно ему. Счастлив, что этот мужчина именно его втрахивает в кровать так, что наутро подводит спина, а голос сорван из-за громких стонов, за которые соседи стучали по батареям. — Будешь еще меня злить, лисенок? — томно произнес Арсений, а после послышался звонкий шлепок. — Н-нет! Прости, молю! — простонал парень, сжимая кулаки. Антон хочет кончить, он уже не может терпеть. — Ну пожалуйста, Арс!.. — Нет, лисенок. Я бью, а ты считай. Громко и четко, понял? — Д-да… — За то, что куришь, — шлепок. Видимо, Попов отыграется по полной. Снизу слышится болезненное «один». — За то, что материшься, — шлепок. — Два-а! — За то, что никогда не слушаешь меня. — Т-три-и! — За то, что спровоцировал меня. — Четыре! — За то, что шляешься по улицам с друзьями до поздна. — Пять! Арс, прошу, хватит! Дай мне кончить… Арсений, подождав пару секунд, все же начинает мастурбировать член Шастуна. И тот излился почти сразу же, надрывно стоная. Арсений снял с него повязку и они оба упали на постель. Антон прильнул к мужчине, обнимая его поперек торса, тот обнял в ответ. — Больше не доводи меня, лисенок, хорошо? — шептал Арсений, поглаживая по спине Антона. — Хорошо, я понял, Арс, — ложь. Антону понравилась сегодняшняя ночь и он сделает все, чтобы она повторилась вновь.