Полуночный рейд. зарисовка

      Эсминцы, став частью стаи отошли от Старшей. Сообща быстро доели остатки двух погибших эсминцев. Добывающие особи скинув мысле-образ о таящейся под землей еде, и получив одобрение, снова нырнули в прокопанный ими разлом. Словом жизнь закипела в прежнем русле.       Я же добралась до Старшей, которая к тому моменту уже встала на ноги. Молоденькая, миниатюрная, почти что моя копия, только с черными волосами чуть ниже плеч. Небрежно отброшенная набок челка. Не скрывающая взгляд глубоких светящихся синим глаз. Из брони небольшие шортики из серебристого глубинного материала и две матово-черных хитиновых пластин на небольших холмиках груди. Обрубок руки уже покрылся черной коркой хитина, для предотвращения кровотечения. Я обратилась к ней, отправив мысле-образы, содержащие мои текущие вопросы. О том откуда она идет, куда, зачем, почему сразу атаковала. Сестра поморщилась, и ответила серией простых образов, из которых я поняла, что я своим потоком мыслей неожиданно причинила ей боль. И именно по этой причине была воспринята как враг. Заодно я узнала о ее маршруте движения, то что она встречала на пути, с кем сражалась.       Стараясь думать более простыми образами я проверила всю стаю. Отмечая что простые команды нисколько не тревожат Сестру. Часть стаи патрулировала ближайшую зону, часть отдыхала на дне, а добывающие все также прогрызались к еде. Позже наши землекопы достали корм для стаи и все поели. Поела и я. Взяв немного еды из пищевых хранилищ эсминца, я поела и пополнила боезапас. Сестра же ела после меня, как и положено младшей. Вернее, она даже, сначала, отказывалась от пищи, но я ей приказала есть, так как ей надо было восстанавливать оружие. Я решила оставаться на месте до тех пор пока не добудем всю доступную еду. А потом двинемся дальше.       Несколько дней мы оставались на этом месте, Иногда появлялись младшие особи, но почувствовав меня и сестру, пытались сразу же покинуть зону. Но мои эсминцы были настороже, и сразу же устраивали небольшую охоту на пришлых одиночек. Не вся эта охота завершалась успешно, и пока мои эсминцы ограничивались легкими ранениями и царапинами. Тех, которых они успевали поймать и обездвижить, я добавляла к стае. Остальные были съедены прямо на месте. В итоге, стая выросла на троицу эсминцев из числа артиллерийских, торпедные были более быстрыми и чувствительными, и поэтому успевали уйти. Также наш обмен образами с Сестрой, уже не так сильно бил ее по голове. То ли я сама научилась упрощать поток мыслей, то ли она постепенно привыкает к этому. Сестра все это время питалась за нас двоих, а ее поврежденная конечность все больше покрывалась хитином, заполняя по объему потерянную руку вместе с вооружением.       Наконец, когда вся еда была тщательно выедена, я решила, что можно отправиться на поиски нового источника еды. Стая собралась в уже почти привычный ордер: троица торпедных эсминцев впереди, за ними шестеро артиллерийских, полумесяцем, потом я, и за мной пострадавшая Сестра.       Два дня двигались мы без каких-либо происшествий и практически без остановок. Я даже не всплывала, как раньше, на поверхность. Но тем не менее, что-то тянуло меня вверх.       На исходе очередного дня у Сестры распался хитин на руке, явив, полностью восстановившуюся конечность и оружие. А затем мои эсминцы снова учуяли еду под землей, и я решила сделать остановку. Добывающие как обычно вгрызались в землю, эсминцы рассредоточились, а я с сестрой просто зависла на одной глубине, временами проверяя обстановку. И обмениваясь простыми образами.