Экстры по фанфику "Правда или действие".

      Последнее, что он помнил и ощущал – это мокрый асфальт, по которому растекались капли крови из его обездоленного тела, которое как мешок с зерном на протяжении нескольких минут не думали поднимать, да и не подняли.       Глаза закрылись, переставая показывать людям вокруг их голубизну, а сознание и вовсе покинуло тушку парня, и вся та физическая боль, которую он испытывал ранее улетучилась, сменяясь данным спокойствием и умиротворением.        Он оказался посреди ничего. Вокруг была просто пустота, и кроме белого цвета тот и вовсе ничего не видел, но так продолжалось недолго. Посреди белой комнаты довольно внезапно появился чёрный рояль, теперь место имело хоть какую-то допустимую форму.        Брюнет осторожно подошёл к инструменту. Крыловидная крышка была поднята, так что бы можно было наблюдать за двигающимися внутри молоточками и струнами. Ханагаки подошёл ближе, легко проводя рукой по чёрно-белым клавишам, оставляя на предмете собственные отпечатки из-за осевшей на нём пыли.       Такемичи вновь обвёл предмет музыкального искусства и, отодвинув прямоугольную табуретку с кожаной обшивкой, сел за рояль. По белому пространству. не имеющему формы, раздался тихий звук нажатой чёрной клавиши до диеза.       Почему-то такая в одно время странная и простая мелочь вызвала улыбку на уставшем лице Ханагаки. Тот только хмыкнул и после вовсе пошёл по лестнице вверх, начиная уже обычным «до» и заканчивая «си» первой октавы. — Дам… Музыкант из тебя так себе конечно.       Ханагаки резко повернул голову к прозвеневшему по комнате бархатному голосу, перед ним стоял парень с не природным фиолетовым цветом глаз и с кучерявыми белыми волосами, оттенка будто первого мокрого снега на улице.       Тот был одет в белую футболку и чёрные джинсы, так же как и Такемичи, который очень удивился появлению нового компаньона в данном ранее одиночном пространстве. Парень только осторожно и тихо зашёл парню за спину, ложа свои руки поверх чужих, не видневшихся ему ранее.       Тёплые прикосновения быстрой рекой разлились по всему телу, заставляя чашу эмоций быть переполненной. Каждое прикосновение отдавало приятным покалыванием тока, что и было предлогом Ханагаки не отгонять от себя незнакомца. — Послабь руки, тяжести твоих пальцев хватит, дабы инструмент издал звук.       Юноша осторожно направил указательный палец голубоглазого на чёрную клавишу ноты «ми» бемоль, после на такую же чёрную рядом.

Собачий вальс.

      Который возможно когда-то слышал хотя бы раз каждый.       Белобрысый парень показал небольшой набор чёрных и белых клавиш, с которыми Ханагаки уже со второй попытки справлялся довольно сносно. Такемичи заглянул в западающие в душу фиолетовые глаза парниши рядом и сразу отвёл взгляд, тем самым вызывая у блондина небольшой смешок.       Красный небольшой румянец на секунду посетил щёки Ханагаки, заставляя последнего только немного опустить голову, и не заметить, как юноша рядом подошёл к нему и только одним движением подвинул Такемичи ближе к краю табуретки, заставляя отступить ровно половину места, на которое блондин сел после, а именно со стороны нижних октав с глубоким мрачным звуком. — Как тебя зовут?       Не задумываясь спросил брюнет, опять с некой целью что-то увидеть заглянул в глаза фиолетового цвета. Обладатель данных прелестей только тепло улыбнулся, почти невесомо касаясь мизинца Ханагаки своим, как будто вырисовывая между ними невидимую нить прозрачной некой связи. — Вакаса. Имауши Вакаса. Можешь не представляется, Такемичи Ханагаки.       Легко ответил Имауши только с некой ухмылкой смотря в лицо брюнета, выглядывая там возможный вопрос, который даже при таких обстоятельствах вновь не появился.       Ханагаки от души наслаждался свободой и лёгкостью, что безусловно ценил Вакаса. — Где я Вака-кун?       Имауши только тяжело вздохнул, опуская собственные руки на колени, оставляя покрывается пылью клавиши рояля. — От моего ответа всё равно ничего не изменится. Тем более скоро ты сам всё узнаешь.       Руку, которая всё же осталась на клавишах, накрыла чужая и тёплая. Это было кое-каким знаком о том, что стоит продолжать, на что Ханагаки убрал конечность из чужой хватки и приставил к знакомым ему клавишам. — Сыграй ту мелодию несколько раз, я скажу когда стоит остановиться.       И опять звуки всеми знакомой песни заиграли на весь зал. Пока Ханагаки был захвачен повтором, Вакаса положил собственные руки на клавиши и начал играть со второго повторения Такемичи свою нижнюю партию, таким образом придавая мелодии величия и некой раскрепощенности.        Голубые глаза безостановочно бегали по четырём знакомым ему чёрно-белым клавишам, упорно стараясь не менять собственный темп мелодии. Вакаса увидел потуги парня рядом, поэтому немного нагнулся к уху юноши рядом. — Если ты не расслабишься, то не сможешь получать удовольствие от работы.       Прошептал тот приостанавливаясь, давая возможность Такемичи начать сначала, что парень в скором времени и сделал. В этот раз тот подошёл к этому ремеслу более спокойно, что однозначно порадовало Имауши, который почти что на втором круге присоединился к брюнету. Такая простая и одновременно сложная для исполнения одного человека мелодия смогла найти покой и хорошие воспроизведение в личности двух парней здесь.        В один момент руку Ханагаки схватили, отводя последнюю от клавиш, но мелодия всё не переставала играть, черные молоточки бездумно двигались без взаимодействий людей. Вакаса поставил брюнета возле себя ложа одну руку на талию, а второй подхватывая сжатую и опущенную вниз чужую конечность.       Парень сделал шаг вперёд заставляя Ханагаки предварительно ступить назад. И так постепенно они через некоторое время кружились в беспамятном танце вальса под музыку играющего рядом пианино. Находится рядом с парнем напротив было просто счастьем, тепло и спокойствие уже довольно давно наполняли Такемичи изнутри, провоцируя того на довольно резкие движения в танце, но Имауши иногда притормаживал последнего.        Мелодия с каждой секундой становилась сложнее и уже не была схожа с той, что так усердно играл Ханагаки сначала, но заметил он это только сейчас, когда мысли с танца перешли в другое русло. — Вся наша жизнь начиналась с чего-то простого, так же как и эта мелодия.       Такемичи осторожно подвёл собственную голову вверх, встречаясь с уже довольно давно изучающим взглядом Вакаси.

Слишком близко.

      Подумал про себя брюнет, отводя взгляд и поворачивая голову вправо, дабы избежать возможные смущающие нежеланные действия. Музыка притихла, клавиши перестали нажиматься, а Имауши остановился.       Тот взял брюнета за подбородок и вернул в прежнее положение. Их глаза вновь встретились, но Ханагаки не мог теперь убежать. Расстояние с каждой секундой уменьшалось, пока двое парней не чувствовали дыхания друг друга на себе, было тяжело, воздуха не хватало заставляя Такемичи делать вдохи более глубокими, и бесстыдно краснеть. Вакаса только улыбнулся. в ту же секунду оставляя невесомый поцелуй на лбу парня. поднимая мешающие кудряшки вверх. — Потерпи немного, ещё не время.       Такемичи на всё это время прикрыл глаза, но после того, как тело парня перестало ощущать блондина, тот мгновенно их открыл, но Имауши перед собой уже не увидел, как и рояль.