Любовь с лисьим хвостом

~

Огромные снежные хлопья, летящие друг за другом приятно щекотали розоватые от мороза щёки и мочили рыжие локоны, от чего несильный ветерок немного холодил те места, заставляя лиса вздрагивать ушками и подёргивать хвостом. Два янтаря, освещённые утренним солнцем, смотрели на лиса рядом, который щедро и заботливо вылизывал замёрзшие руки Чимина. Папин тёплый язык напоминал время, когда было хорошо, время, когда Пак только родился, и его согревали теплом горячего языка. Тогда был и отец, которого он не видел уже лет пять. Хозяева однажды его просто увели из дома и вернулись без него. А потом и папу начали забирать домой и возвращать совсем без сил. Раньше маленький лисёнок понятия не имел, что такое с папой и почему на нём после посещения дома оставался такой неприятный отталкивающий запах, позже с возрастом пришло понимание, что все его синие, багровые отметины, синяки под глазами были лишь признаком того, что они оказались в руках плохих хозяев, что на людях строили из себя ангелов, подозревали что-то не ладное лишь единицы да и те молчали, потому что не имели нужных связей и хотели жить. Уже пару веков назад лисы доверились человеку и позволили себя приручить, они находились в тесных связях с людьми, помогая им по хозяйству, уходе за детьми или в походе на охоту. Они настолько привыкли жить рядом с людьми, что поколениями посвещали себя дому, те, кто оставался в лесу, со временем тоже искали кров под крышами людей. Только вот семья Паков попала явно не к тем людям.. Такие люди хотели власти над всем живым, ходили слухи, что руки пытались добраться и до волчьих стай, но, увы, безуспешно. Жертв было много с обоих сторон, но двуногие не собирались отчаиваться, особенно такие больные, как их хозяева. Чимин с папой были в лапах у семьи Ли, главных в этом небольшом селе. Их слово было законом для всех в этой округе, поэтому даже если кто-то и знал, чем они промышляют, даже пикнуть бы не посмел в их сторону. Даже в сторону тех, кто делал подобное, все просто закрывали глаза на такие вещи, потому что считали это обычным делом, либо берегли свою шкуру. Однажды хозяин забрал Чимина и его папу в соседний городок по делам, и там Пак готов был разрыдаться от того, как дружно жили люди и лисы вместе: вместе сидели за столиками, весело о чём-то воркуя, вместе ходили на рынок, выбирая начинку для пирога, помогали лисам с тяжёлой ношей в виде огромного мешка картошки. Чимин просто завидовал такой заботе со стороны, мечтал, что у него с папой была такая же беззаботная жизнь, где с ними считались.. Но в мире не без плохих людей.. Кто-то должен был взять участь козла отпущения на себя..

~

Чимин вылизывал шерсть на своих лапах после долгожданного, но скудного обеда, который принесли вечером, и лежал на снегу возле порогов в дом, поглядывая на спящего в будке папу, которого эти уроды успели измотать до такого, что лис отказался от "вечернего обеда". Краем уха он слушал соседей, а конкретно старую лисицу Мию, которая вновь бормотала очередную историю, качаясь в кресле-качалке, стуча друг о дружку спицами: — Я сменила два поколения хозяев. Первые были в городе, а вторые забрали меня в этот ад. Такого мои глаза ещё не видели, — ворчит старушка кому-то из присутствующих там лисят. — Так что при возможности стремитесь в города, там двуногие более адекватные, а лучше.. ох, я застала время, когда мои лапы бегали по лесной опушке.. что за славные времена были тогда, когда я была по-настоящему свободна. Услышав про лес, Пак отвлёкся от умывания лап и навострил уши на разговор, что доносился за забором: — Что за чудные времена были.. а я так наивно поверила, что с людьми будет хорошо.. Но я не учла того момента, что не все люди такие.. ох, бедная семья Паков, бедный Чимин-а, бедный Ихо, — продолжала причитать Мия, а Чимин опустил голову и тяжело вздохнул, услышав упоминания своей семьи, от которой осталось две калеки-омеги. — Бежать им надо.. дальше в лес, где волки.. там они для них единственная защита от таких извергов.. "Волки?" — мысленно задает вопрос лис, вслушиваясь в разговор старухи. — Я как-то встречала волка.. по истине величественный зверь. Никакой человечишка даже рядом с ним не стоит, — смеётся та, продолжая клацкать спицами. — Я видела его далеко от себя, и даже так он казался огромным. Дух захватывало.. — Мия! Опять ты детям страшилки про людей и волков рассказываешь! — начал ворчать проснувшийся Кан Хо, папа детей. — У них будут кошмары, не надо травмировать им психику раньше времени! — Они обязаны знать правду о людях.. — И то, что у тебя уже лисий маразм начался! — ворчит Кан так, что слышит уже не только Чимин, но и вся улица. А вот Паку лично было интересно слушать этот "маразм". Он бы хотел больше узнать об обитателях их больших, которых рука человека так и не успела одомашнить. Где-то в глубине души он рвался в лес.. точнее туда, где почувствует свободу. Его хозяева испортили впечатление о людях, поэтому природа для Пака казалась недосягаемым удовольствием, глотком свежего воздуха, которого так не хватало в груди. Из какого-то дома кто-то выходит и громко рявкает, после чего все затихают, и даже старушка Мия перестает ворчать и вязать. В окнах начинает загораться свет, а солнце стремительно садиться за горизонт, переставая греть...

~

Через год летом в дом Ли приезжает врач, который отлично ладит с оборотнями, но многие боялись его внешнего вида: в холода — пальто, под которым красовался белоснежный халат и шапка-ушанка, а в жару— тот же белоснежный халат и та же шапка-ушанка.. Этот таинственный мужчина славился своими умениями в лечении, он разбирался во многих недугах живых существ. Все соседи вокруг всполошились. А вот Чимину не дают даже проснуться: мигом хватают из будки под рычания папы и несут в дом, закрывая перед носом второго лиса дверь. Пак дёргается в руках от страха, желая выкарабкаться из рук, за что получает подзатыльник от сына хозяина, Ли Усона. Чимина как будто кипятком обливают: он замирает и поджимает уши, продолжая дрожать, его укладывают на стол, возле которого стоял мужчина в белом халате и умывал в тазике руки. И тут же в лиса тыкают пальцы Усона, оставляя ноющее ощущение. — Оборачивайся давай, не заставляй никого ждать тебя, — рычащим голосом произносит альфа, от чего лис сильнее поджимает ушки, начиная неистово трястись. — Аккуратнее, вы подвергаете его стрессу, а это и способствует тому, что у омеги поздно начинается течка, — встрял в разговор врач, заставляя альф уставиться на него. — Принесите одежду, я сейчас решу вопрос с обращением, — бета оглядел недовольных от упрёков хозяев, которые отправились на лестнице за одеждой. Чимин в панике глядел на оставшегося врача, поджимая хвост, но в ответ его аккуратно погладили, заставив опешить от таких действий. Он уже и забыл, что кто-то, кроме его папы на такое способен. — Мне нужно взять пару анализов, чтобы убедиться в том, что ты здоров, — как можно мягче говорит бета в шапке-ушанке, доставая из сумки какие-то непонятные омеги палочки с ватой, однако ему почему-то хотелось довериться, в отличие от тех людей, в доме которых находился Чимин. — Я м-могу чем-то заболеть? — тихонько интересуется Пак, усаживаясь на столе, прикрывая свою наготу руками. — Не думаю, что ты болен, — ласково продолжает вводить в курс дело доктор. — Просто у всех омег течка начитается лет в четырнадцать, а тебе через несколько месяцев восемнадцать, мне нужно узнать точную причину того, почему её нет.. можешь развернуться ко мне, я аккуратно возьму мазок. Хотя, думаю, что причина мне уже известна.. — Что за причина? — взволнованно спрашивает омега, развернувшись к врачу, затем улавливает посвистывания альф, спустившихся из комнаты, охает, ощущая вату между своих ягодиц, и краснеет, замечая как на него уставились хозяева. — Айщ, что за омежка, ты посмотри на эти худенькие ножки, — шепчет на ухо брату Хан, из-за чего Чимин опускает стыдливо глаза. — Дайте ему одежду.. Я сейчас скажу, что с анализами, — произносит доктор, засовывая мазки в раствор. Усон кидает одежду на стол, продолжая смотреть вместе с остальными на лиса. Чимин опускает ушки и поджимает хвост, хватая со стола кофту и штаны, затем поворачивается спиной к альфам и начинает поспешно одеваться. Как только главный Ли открывает рот, врач тут же начинает говорить: — Анализы на грани нормы.. пока что как можно меньше подвергать стрессу и.. не спать на улице. Это всё влияет на гормональное состояние омеги. Если в восемнадцать не начнётся течка, я принесу лекарства, и, думаю, уже точно скажу, когда она начнётся, — информирует тот, вновь споласкивая руки в тазике, проверяя краем глаз омегу, затем уже тише добавляет альфам. — Советую придерживаться моих советов, иначе вы сгубите его здоровье окончательно. — Да поняли мы, всё, пойдемте я Вас провожу, — заулыбался старший Ли, положив руку на спину доктора. Они скрываются за дверью, а братья вмиг начинают вести себя смелее: подходят ближе к Чимину, который ещё сильнее прижимает хвост и уши к себе, бегло глядя на двух огромных сыновей хозяина. В носу появляются непонятная каша из грубых запахов, от чего Паку становится очень дурно: тело лихорадочно трясёт, ноги становятся ватными, а глазах начинает темнеть. Он упирается на стенку, от чего Хан и Усон ухмыляются. — Какой нежненький, это даже заводит, — произносит уже на ухо Хан, облизав мочку уха напоследок, заставляя Чимина отпрянуть в сторону и врезаться в грудь Усона. — Олухи, не слышали, что доктор Чон сказал? Свалили к чертям от него! — рыкает в дверях Ли старший, за которым вяло идёт лис. — Всему своё время. На выходе в коридор Пак замечает ковыляющего лиса. Увидев сына в целости и сохранности, Ихо тихо выдыхает и ускоряет шаги в сторону его омежки, начиная облизывать щиколотки босых ног. Он склоняется к лису и начинает чесать за ушами, попутно шепча, чтобы успокоить волнение папы: — Всё хорошо, всё хорошо, я в порядке..

~

За окном нескончаемый дождь, который шёл вот уже третий день подряд без перерывов. Чимин наблюдает за стекающимися по стеклу окна каплями дождя, в который раз сбиваясь со счёту. Он укладывает свою рыжую макушку на подоконник и тяжело вздыхает, то и дело поглядывая на вновь спящего папу. Они вот уже второй с половиной месяц находятся в тёплом доме и даже спят на кровати в отдельной комнате с мягкими шерстяными одеялами, с которыми Пак не расставался: даже сейчас он был укутан в одно из таких, сидя на стульчике возле подоконника, мотал хвостиком из стороны в сторону и ожидал ужина. Ему не верилось, что они могут так хорошо жить, как это происходит сейчас. Дверь в комнату открывается, Чимин оборачивается и видит Усона, который встаёт в дверях, скрещивая руки на груди: — Ужин готов, — улыбается он. — Ещё вчерашний торт остался. Глазки лиса загораются, он спрыгивает со стула и бросает на кровать одеяло. Чимин впервые вчера попробовал торт, который купили в честь его дня рождения. Последние пару месяцев хозяева души не чаяли в семье Пака, и Чимин по-настоящему расцвел в это время. Он радостно семенил за Усоном, что-то напевая под нос, совсем не замечая, что они свернули не в сторону кухни. Ли открыл дверь в тёмную комнату и улыбнулся снова. — Проходи, чего замер, Чимин-а, — а у самого альфы в глазах непонятный больной блеск. — Там тебя ждет кое-какой сюрприз за вчерашнее. Все-таки восемнадцать лет — важный возраст в жизни. Возраст совершеннолетия у людей, вы, конечно, оборотни, живете дольше людей, но пусть это будет наша небольшая традиция. Пак завилял хвостом от любопытства, но эта темнота выглядела пугающей, что-то внутри не давало сделать шаг вперёд. По итогу Чимина аккуратно приобнимают со спины, помогая войти. А потом резко хватают за шиворот и кидают на кровать в чьи-то ноги... Хан? Омегу мигом охватывает дрожь, Усон закрывает дверь и надвигается в сторону кровати. Зажигается лапка в комнате, и руки Хана хватают руки Чимина, притягивая ближе, и тот тихо охает, чувствуя как его хвост хватает усевшийся следом Усон. — Трусишка, дай нам уже наконец хоть что-то в ответ получить, мы устали ждать, когда у тебя начнётся течка.. — твердит Хан, уткнувшись в шею омеги, вдыхая еле уловимый запах топлёного молока, горячий язык настойчиво лижет кожу на шее. Чимин же отталкивается от Хана и поджимает уши, когда уйти с кровати ему не даёт второй альфа. Его зажимают два мужских тела. — Прекратите, пожалуйста.. — тихо дрожащим голосом шепчет омега, умоляюще глядя своими карими глазами на сыновей Ли. Но те лишь усмехаются, переглядываясь друг с другом взглядами, явно не собираясь прислушиваться к словам лиса. Усон хлопает его по заднице, пока Хан ухватывается за талию Пака, начиная поглаживать грудь, после чего тот получает хлескую пощёчину от омеги. — Не смейте.. меня.. трогать, — уже нахмурился Пак, собираясь встать, пока альфы в ступоре, как Ли Усон хватает того за волосы и кидает в угол комнаты, спрыгивая с кровати. — Сука! Смелым стал?! Сейчас я научу тебя, как перечить своим хозяевам, — он почти одним движением стягивает ремень и замахивается им, ударяя бляшкой прямо по лицу омеги, заставляя его взвизгнуть. — Тебе же будет хуже, сучонок! Из карих глаз лиса выступают слёзы, а щёку обжигает после удара. Дрожащая рука прислоняется к ушибленному месту, чтобы хоть как-то уменьшить щипание, а сам пытается встать на ноги, пока снова не получает удар по коленям в ответ. На смену боли приходит злость, поэтому Чимин, стараясь пересилить жгучую боль, толкает ногой ноги Усона, затем пытается выбежать к двери под крики братьев Ли. К счастью, ему дают уйти и не догоняют, поэтому Пак закрывает дверь в комнату, смотря на обеспокоенные глаза папы и рвётся его обнять. — С тобой всё хорошо? — старается как можно спокойнее спросить папа, а вот Чимин начинает хныкать в ответ. Тёплая рука ласково поглаживает рыжие локоны сына, который сквозь хныки тихонько лепетал: — Я-я.. я думал, что всё наконец налаживается.. А они ждут моей течки.. — Тише, малыш.. Мы что-нибудь придумаем с этим.. — вяло отвечает тот, а в груди все сжимается от мыслей о будущем. — Мне уже восемнадцать, но у меня не было течки, — продолжает хныкать лис, своими слезами намочив кофту папы. — Всему своё время, как организму будет достаточно комфортно, то всё придёт, не переживай ты так, — его рука заботливо перебирает локоны, прижимая свою кровинушку к себе крепче. Папа сейчас был очень рад отсутствию течки у сына, ведь он знал, что эта участь ожидала и Чимина. Он молился, чтобы это наступило как можно позже, ведь, быть может, он сможет что-то придумать..

~

Через неделю на пороге дома семейство Ли вновь встречал доктора Хосока. Он вновь не позволил снять с себя ушанку и прошёл глубже в дом, в гостиную, неся с собой чемодан. В этой комнате его уже ожидал сидящий в кресле Чимин, переминающий пальцы от нервов. Бета встречается взглядом с карими глазами и улыбается, дабы ему стало хоть как-то спокойнее. К счастью, ему это удаётся, но улыбка пропадает, когда Чон улавливает глазами побитые тощие ноги омеги. Он тяжело вздыхает, положив на столик чемодан, открывая его. — Доктор Чон, я надеюсь, что вы хорошо выполните свою работу, мальчику уже за восемнадцать завалило почти две недели назад.. — начал старший Ли, как его перебил голос Хосока. — Я хорошо выполняю свою работу, всё зависит только от того, придерживаетесь ли вы моим рекомендациям, — доктор делает акцент на ногах омеги, вытирая полотенцем вымытые руки. — А теперь попрошу всех выйти кроме лиса, — он оглядывает альф, что тяжко и раздражённо вздыхают, направляясь в сторону двери. В гостиной настаёт тишина, лишь о своём присутствии напоминают запахи семейства Ли, которыми пропитались даже обои. — Здравствуй, Чимин, прошу тебя повернуться и снять штаны, мне нужно взять мазок, — спокойно проговаривает врач, доставая растворы и приборы для взятия мазка. Лис смиренно кивает в ответ, приспуская штаны, ожидая поскорее конца всех этих махинаций. Чтобы хоть как-то отвлечься Пак устремляет свой взгляд в окно: там снова шёл, набирая обороты, дождь, ударяясь крупными каплями в стекло. Меж ягодиц проходит ватка, затем голос доктора информирует следующее: — Одевайся. Он закидывает всё в раствор, затем смотрит на часы, расположенные у него на руке. — Со мной всё будет хорошо? — шепчет Чимин, переводя глаза на врача. Он дрожащими руками завязывает верёвочки на штанах и тихо усаживается в кресло, укладывая свой хвост на колени. Чон на вопрос реагирует сначала улыбкой: — Я уверен, что с тобой всё отлично, просто гормональный рост замедлен из-за окружающих факторов, одним из которых является стресс. Ты ведь нервничаешь, я прав? — доктор ответно смотрит на Пака, ожидая подтверждение своей догадки. — Ты весь скованый, это увидит любой дурак. Лис оглядывается по сторонам, затем снова смотрит на доктора Чона и еле заметно кивает, на что тот лишь вздыхает, поправляя ушанку. — Я могу дать травы, чтобы ты меньше переживал, и, — он поворачивается и достаёт всё из раствора и выкладывает на стёклышко, затем берёт ещё раствор и капает на это стекло, начиная что-то мешать на нём, привлекая внимание омеги. — сыворотку, которая должна в течение месяца вызвать первые признаки течки. — Что там? — в комнату заходят альфы, и Ли ждёт ответ от доктора. — Так вот.. Насчёт течки.. — от вглядывается на цвет жидкости, которая получилась в результате реакции. — Ожидать в этом году, до конца зимы максимум, если, конечно, никаких потрясений не произойдёт, иначе придётся ждать дольше, либо.. Вы получите калеку, и я не шучу, — бета хмуро оглядывает семейство Ли, надеясь, что хоть так они задумаются, что творят. Хосок умывает руки, достаёт ручку и листочек, записывая график: — И вот пускай пропьёт эти травы в таком порядке, — он протягивает главному Ли рецепт и убирает все вещи в чемодан. — Советую не игнорировать график.. И вот эту сыворотку обязательно в нужное время после приема пищи, — он протягивает бутылек с жидкостью в руки Чимина.

~

Снег наконец-то окончательно решил устроиться на земле и больше не таять, говоря о том, что зима наконец наступила. Уже за целую ночь снега навалило около пяти сантиметров, а снег всё не собирался заканчиваться, продолжая хлопьями ложиться на белоснежный слой на земле. На улице были слышны визги лисят и детей, гуляющих на улице, ловя снежинки руками, языком. Чимин разлепляет глаза и усаживается на кровати, потирая лицо, сгоняя сонную пелену, и смотрит на время: почти десять утра.. Когда он в последний раз так рано просыпался? Тело неприятно ломило, от чего встать и пойти мыться было довольно проблематично, но не невозможно. Поэтому омега встаёт, скорчившись, и направляется умываться, чтобы тело перестало так гореть. Папы рядом не было, и Чимин в который раз надеялся, что с ним всё в порядке, идя по коридору, молясь не услышать этих неприятных звуков. Только он собирается открыть дверцу в уборную, как оттуда выходит Усон, застегивающий пуговицы на рукавах рубашки. — Вот чёрт! — он резко хватает отпрянувшего Пака и прижимается носом к его бледной коже на шее, улавливая более яркие нотки феромона омеги. — Вот братишка обрадуется этой новости. — К-какой н-новости? — аккуратно интересуется у альфы Чимин, начиная дрожать. — Ты не догадываешься? — смеётся Ли в ответ, прижимая плотнее к себе тело лиса, продолжая уже тише. — Ну сейчас я помогу тебе понять.. Пака затягивают в уборную, закрывая дверь, разворачивая животом к стенке. Его хвост поднимают, пробираясь руками к завязкам штанов. Наконец, осознав своё положение, Чимин начинает рыпаться, но в ответ его лишь плотнее прижимают всем телом. Тело окидывает жаром, от чего сил выкарабкаться совсем не хватало. — Прекрати рыпаться и будет не больно.. — Пусти меня.. — мычит Пак в ответ Усону, болезненно упираясь костями в плиточную стенку, но ему прикрывают рот. — Какой же ты шумный, твой папка ведёт себя гораздо тише, — усмехается Ли, свободной рукой стягивая штаны, проходясь пальцами между ягодиц, вводя туда один из них. — Ну ничего, научишься. Палец заходит глубже, а лиса придавливают к стенке ещё сильнее, срывая с губ тихий писк. На Чимина это срабатывает как удар тока: он со всей силы, до крови кусает Ли, выбираясь из охапки альфы, но ему делают подножку, и Пак падает на пол, а на него наваливается рычащий Усон. — Ну уж нет, я с тобой не закончил. Я хочу быть твоим первым. Я нежнее, чем мой брат, поверь и поблагодари меня за такой жест, — здоровой рукой он прижимает голову лиса к полу со всей силы, а другой рукой достает свой член. Альфа сплевывает на руку и проводит ею по сфинктеру омеги, затем касается ею головкой члена. Пак начинает громко кричать, из глаз мгновенно выступают слезы. Он всем телом пытается дергаться, чтобы выбраться от этого дискомфорта, но внизу все словно разрывалось и ужасно горело. Открывается дверь, и Усона оглушают ударом близ стоящего стула. В Чимине открывается второе дыхание, он видит обратившегося пару, тоже обращается в лиса, и оба выбегают из комнаты. — Держи эту суку! — слышится крик неподалёку, который заставляет сердце вздрогнуть. Ихо пропускает Чимина вперёд к выходу и бежит за сыном следом на улицу. Сзади до сих пор слышны крики, но те не сдаются, мчатся по снегу в лес, в самую глубь, надеясь, что туда ноги человека не осмелятся зайти. Чимин замедлялся в беге, чтобы папа успевал догонять его, как спустя пару минут уши улавливают лай собак, надвигающийся в их сторону. Папа толкает того носом и рычит, заставляя ускориться и не ждать его. Чимин скулит в ответ, не желая бросать его, на что получает недовольное урчание и очередной толчок, уже более грубый и настойчивый. Тот всё-таки ускоряется, но продолжает поглядывать, не сильно ли отстал его папа, пока тот не сворачивает в сторону. Пак хотел было побежать следом, но спотыкается об ветку и кубарем катится вниз по холму, сильно ударяясь головой о что-то твердое. В глазах стремительно потемнело, и лис отключается..

~

Очнулся Чимин только когда солнце зашло за горизонт. Голова у лиса трещала, тело ныло, особенно, он аккуратно поднялся на лапы и попытался понять, где он находится. В голове проносятся воспоминания того, что произошло: они сбежали.. сбежали из этого ада.. И потерялись.. Омега преодолевает горку, взбираясь наверх и оглядывается по сторонам, решаясь идти дальше в глубь леса. Уже начали угукать совы, что нарушали лесную тишину. А вскоре вновь пошёл снег, сметая следы лиса от посторонних глаз.. Темнота сгущалась, дорогу из-за осадков было плохо видно, поэтому надежда была лишь на нюх и везение, что его не найдут. Чимин потерял счёт времени, пока брёл по лесу, как увидел огонёк неподалёку от него и силуэт рядом с освещением. Лис, ничего не думая, помчался на свет на радостях, чтобы попросить о помощи, а оказываясь ближе осознаёт, что держащий лампу являлся никем иным, как Ли Ханом.. Раздаётся свист и уши снова оглушает лай собак, заставляя развернуться в сторону и мчаться прочь.. Как можно дальше.. Гончие нагоняют уставшего омегу, окружают и заставляют упереться в дерево. Пара сучек впиваются зубами в шкуру лиса, от чего тот взвизгивает и оскаливает зубы, продолжая скулить, замечая, как приближается фигура Ли. — А вот и пропажа.. Ну и работку же ты нам дал, Чимин-а, — смеётся Хан, поставив лампу на снег и приближается к рыжему беглецу и ботинком тыкает ему в морду. — Какая же ты сука.. — цедит сквозь зубы альфа, пропуская мимо ушей визги. — Твой папочка проблем столько не доставляет, даже не думает об этом, тебе бы стоило поучиться у него манерам. Эта боль будет частью твоего наказания. Скули громче, маленькая, драная целка.. Или тебя уже братик поимел, я чувствую его запах на тебе, — он ухмыляется, наблюдая за тем, как издеваются над ним собаки. — Что ж, мне же лучше. Разработанный омега меньше хныкать будет, не люблю нытьё. — Подошва его ботинок оказывается над лапой Пака. Боль пронзает лапу, а затем и всё тело, Чимин начинает извиваться, пытаясь вытащить лапу из-под ноги. Он скулит, но это бесполезно, Хан над ним издевался, глаза его горят, он не собирается так просто останавливаться, ему нужно было насладиться этой болью и слабостью от того, кто возомнил себя выше своего хозяина, который подарил крышу над головой. У омеги начали течь слёзы, а следы от зубов начали щипать, перед глазами появились звездочки и мутная пелена. Еще немного и он потеряет сознание. Чимина оставалось лишь скулить, ожидая, когда это всё прекратиться. Где-то в глубине своего подсознания, Пак умолял высшие силы, чтобы его спасли.. И его как будто услышали.. Поблизости слышится громкий рык, после которого собаки начинают неистово скулить, приближаясь к Ли ближе, погруженные в жуткий страх. Альфа тоже замирает. Снова рык, на этот раз громче, и Хан вздрагивает, убирая ногу с лапы, которую Чимин еле осиливает поджать к себе, продолжая скулить. Его глаза замечают за спиной альфы огромную фигуру животного, от которого так и веяло могуществом, а ещё пахло корицей с нотками ещё чего-то грубого, и запах становился концентрированней, подавляя альфу, что отдавил лапу лису и натравил гончих. Пак ощущает страх, исходящий от сына хозяина, он мертвой хваткой охватил его с ног до головы. Ему страшно было повернуться, а вот собаки мигом бросились спасаться, но их тоже поджидали. Омега замечает, как пара волков нагоняет собак, махом перегрызая им глотки, откидывая бездыханные тела в сторону окаменевшего альфы. Огромный чёрный волк сзади рычит ещё громче, пока один из волков берёт лиса зубами за холку и уводит в сторону. Пака окутывает коричневая густая шерсть, от которой приятно пахло земляникой, и на секунду он встречается взглядом с голубыми глазами черношерстного зверя, но этот контакт быстро прерывается, и тот волк, убедившись, что все на нужных местах, толкает лапой человека, от чего тот падает, задевая лампу, что мгновенно гаснет в снегу. Теперь Хан вжимается в дерево, испуганно оглядывая волков, боясь произнести и слово, лишь стучит зубами от дрожи. Чёрный зверь переглядывается с другим, тёмно-серым, они кивают друг другу, а Ли ловит момент и подрывается с места, пытаясь убежать прочь, но совершить задуманное не удается: его мигом нагоняет серый волк, валит его на напорошивший на землю снег и отгрызает голову, без жалости, не дав человеку даже вскрикнуть от боли. Снег окрашивается в красный цвет вокруг лежащих бездыханных тел. Чимину дурно от увиденного: вокруг гора трупов собак и обезглавленное тело сына Ли.. Всё внутри неприятно сворачивается от такого количества крови перед глазами, все начинает кружиться, и лис теряет сознание, на последовательно вновь встречая голубые глаза перед собой..

~