Кровь обратившего

Прошло три дня. Стефан приложил поистине титанические усилия, и за это время у Елены не было ни единого шанса не то что остаться со мной наедине, а вообще приблизиться ко мне. Они перестали оставаться на ночь в нашем доме. Так что вечера я коротал в гордом одиночестве под легкое потрескивание огня в камине и едва слышный свист ветра в крыше. Днем я съездил в участок к Лиз, где раздосадованная шериф писала рапорт о том, как соскребали останки Коннора со стен хранилища в больнице. Ей никак не удавалось придумать причину столь мощного взрыва. Пришлось помочь. Через подвал проходит трубопровод подачи кислорода к аппаратам искусственной вентиляции легких в реанимации. Похоже, старая проводка в сочетании со старым трубопроводом привели к фатальным последствиям. Версия банальная, но тем она и хороша. Ничего загадочного, все быстро потеряют к происшествию интерес, тем более, что никто не погиб. Я сидел в баре, слушая городские новости и иногда отпуская едкие шуточки в адрес Мэтта Донована. Он дулся и молчал. Хотя на самом деле должен был мысленно благодарить меня, ведь я хоть немного разбавлял его беспросветное существование. В отсутствие брата и Елены заняться мне было особенно нечем. Много раз я ловил себя на мысли позвонить ей, или, хотя бы, Стефану. Один раз даже не удержался. Но недовольный голос брата резко прервал мое едва начатое приветствие, и сообщил, что мне не рады, я не вовремя, и вообще, как только им будет, что мне сказать, они позвонят мне сами. Вздохнув, я дал отбой и больше не звонил. На следующий день утром Стефан пришел домой один. — Надо же, братец, как так получилось, что ты ослабил хватку? Или Елену достало, наконец, твое занудство? — вместо приветствия спросил я. — Нет, Деймон, не достало. Но сегодня я проведу весь день с тобой. Стефан бросил рюкзак на тумбу у двери, снял куртку и медленно прошествовал в гостиную, глядя на меня своим все понимающим взглядом, который меня всегда бесил. — Мы будем сидеть у камина, пить бурбон и вспоминать о прошлом, как два старика, — продолжил он, придвигая кресло к камину. Похоже, братец в том настроении, когда ему хочется построить из себя моего друга. — Давай, садись со мной рядом. — Чем я обязан такому вниманию? — Я недоверчиво нахмурился. Поведение брата настораживало. — Ну как же, ты ведь решил взяться за старое, пытаешься отбить у меня девушку. Стефан, Стефан! Когда же ты поймёшь такую простую вещь! Если любишь кого-то, то других просто не замечаешь! — Я думаю, тебе надо больше доверять ей. Я наливаю виски в два стакана из резного хрусталя и протягиваю один брату. Раз уж у нас наметился разговор по душам, да ещё о женщинах, без выпивки никак. — Я доверяю! — Тогда успокойся и расслабься. Если ты прав, и твоя девушка тебя действительно любит, то я могу расшибиться перед ней в лепешку, и ничего не добиться. Она даже не заметит моих стараний. Ну, а если нет, то зачем тебе удерживать ее? Стефан нахмурился и уставился в огонь, не удостаивая меня ответом. Да, мой избалованный женским вниманием красавчик — братишка не привык чувствовать неуверенность. Это болезненный опыт, но полезный. Сажусь в кресло рядом и тоже смотрю в огонь. Рыжие отсветы скачут на резных гранях хрусталя, подсвечивая изнутри янтарный напиток. Завораживающая красота света граничит с магией. Она наполняет меня восхищением. Но мой брат не замечает её, весь погруженный в свои невеселые мысли. Неужели мне удалось вытащить на поверхность истинную причину его поведения? Он не уверен в чувствах Елены? Вот это поворот! — Ну так что, ты не передумал? — Что? Какой удивлённый взгляд! Похоже я прав. Тема настолько болезненна, что он даже забыл, с чего начал. — Ну как же! Сидеть у камина как два старика и вспоминать былое. — Деймон! Как ты можешь быть таким?! — Ладно, ладно! Остынь. Обещаю сегодня больше тебя не подначивать. Садись рядом с братишкой, расскажи новости, куда отпустил Елену одну и без охраны. Не боишься, что её вампирская сущность проявится во всей красе, и рядом не будет старшего вампира, чтобы остановить ее? — Ну вот зачем ты так? — Уж как умею. Давай, рассказывай. — Она с Бонни. — нехотя проворчал он. — Так что волноваться не о чем. Интересно, мой брат действительно так глуп, что сам верит в то, что сейчас сказал, или у него не было выбора? По себе знаю, ведьма может быть очень убедительна. Пришлось даже слегка встряхнуться, чтобы прогнать воспоминания о том, как Бонни использовала на мне заклинания. Иногда это было заслуженно, не спорю, но точно не всегда! Я бросил взгляд на брата. На его мордашке читалось страдание. Нет, она не могла применить к нему свою взрывалку мозгов. Никогда не понимал почему, но Стефан у всех одним своим видом вызывает симпатию и сочувствие. Скорее всего, ей удалось уговорить его, и теперь мой брат жалеет о данном согласии. — То есть мы сможем достаточно быстро и точно узнать о том, что произойдет? Не думаешь же ты, что ведьмочке хватит сил и скорости остановить голодного вампира от нападения? — Елена не голодна. Мы только сегодня утром сходили на охоту. — Вот как! И как прошло? Не бесись, пожалуйста, я просто интересуюсь. Ты раньше никогда не рассказывал мне, как вы охотитесь. — Деймон, это что, твоя новая игра?! — смотрит на меня раздражённо. — Дурачка решил изображать? Ладно. Я расскажу. Сначала надо почуять жертву. Услышать, унюхать, как угодно. Потом нужно её догнать, что для вампира не составляет никакого труда. Потом хватаешь её и пьёшь кровь. Вот и все. — Вот так просто? Не надо ничего внушать, или убирать улики? Клянусь, Стефан, ты чего-то не договариваешь. Если бы все было так, все вампиры давно перешли бы на твою диету и не имели бы проблем с людьми. Трупы животных конечно огорчают зелёных, но не более того. — Елена никогда не выпивает жертву досуха. Заботится, чтобы все они выжили. Эх, братец! Знал бы ты, почему она старается выпить как можно меньше их крови! — И что же потом, Стефан? Вы обнимаетесь в лесу? Или может быть даже… — Ты невыносим! — Такой уж я. — Ладно, хорошо! Если уж тебе интересны такие подробности, расскажу дальше. Охота — дело довольно грязное, а ты знаешь, как девушки относятся к чистоте. Елена сразу бежит в душ. А вот потом мы обнимаемся, и даже… — Ладно, ладно, понял, можешь не продолжать! — Ну уж нет! Хотел подробностей — слушай! Что-то мой братец не в меру разошёлся. Неужели начнёт рассказывать об их с Еленой ночном времяпровождении? На Стефана не похоже. Даже при очень большом желании позлить меня, так низко он не опустится. Я оказался прав. Быстро растеряв запал, Стефан сдулся и насупился в своём кресле, глядя в огонь. Ничего, пусть поразмышляет. Ему полезно. Сейчас не помешало бы найти Елену и проследить за ней. — Так куда же направились наша вампирша со своей подружкой-ведьмой? — Ты действительно думаешь, что я вот так возьму и расскажу тебе? Нет, я понимаю. Ты хочешь поехать за ними. Но ничего у тебя не выйдет. Ты больше не приблизишься к моей девушке. — Стефан, не будь тупицей! Если ты мне не доверяешь, ладно, поехали вместе! Здесь речь не обо мне и Елене! Кроме наших запутанных взаимоотношений существует масса других проблем, которые ты игнорируешь! Я сам не заметил, как вскочил с кресла и оказался перед братом. Что ни говорите, эмоции сильны, они часто управляют нами. — Хорошо. Считай, что ты меня убедил, — сказал Стефан, тоже поднимаясь с кресла. — Но ты со мной не поедешь. Я вполне могу справиться с Еленой один. — Да справляйся, пожалуйста! Почему мне просто не прокатиться с моим братишкой? Могу побыть водилой! — расплываюсь в самой обезоруживающей улыбке, которая мне доступна. — Это намного лучше, чем сидеть здесь и нервничать за вас троих. — Троих? Тебя и ведьма волнует? — Не то что бы, но все же. К ней я как-то привык. Жалко будет потерять, если у вас двоих сорвет крышу. Продолжая строить из себя воплощение братской помощи, я немного увлёкся, а может просто не ожидал от Стефана подвоха. Вот он стоит, допивая бурбон, а в следующий момент мой живот пронзает жгучая боль. Словно огонь вспыхивает прямо внутри меня! Силясь вдохнуть, я и вправду чувствую запах паленой плоти. — Стефан! Что ты делаешь?! — этот слабый хрип — все, на что меня хватает сейчас. Ковёр гостиной неумолимо приближается к моему лбу. — Я устал объяснять тебе, что третий — лишний. Я не беру тебя с собой. — Жёстко отчеканил мой брат и ушёл. Черт! Даже не вынул это из меня! Жутко хочется просто лежать и выть в ожидании помощи, но я — вампир, на такую роскошь мне надеяться не стоит. Нужно взять себя в руки и просто выдернуть это. Хватаюсь за штырь, торчащий из живота и от неожиданности с воплем отдергиваю руку — горячий! Мой чёртов братец додумался использовать кочергу прямо из камина! Придётся вернуть ему любезность при случае. Рубашка испорчена. Снова. Обматываю ей руку - все равно выбрасывать - и тяну что есть силы. Лучше сделать это быстро. Загнутый конец кочерги разворотил мне весь живот. Старательно абстрагируясь от ощущений, сосредотачиваюсь на планах мести брату. Черт! Знал бы он, как это больно! Он думает, что раз я пью кровь людей, то боли почти не чувствую. Я сам убедил его в этом, когда хотел приобщить к нормальному питанию. Ну ничего, он узнает... Вот прямо сейчас поеду, догоню его и верну ему эту кочергу. Успеет остыть конечно, но ничего. Мало все равно не покажется! Я попытался встать, но смог подняться только на четвереньки. Так я действительно упущу его. Рев мотора и свист шин резко стартовавшей машины сообщили, что я опоздал, мой брат уехал. Если бы я хоть знал, в какую сторону, дополз бы до своей машины, а восстановиться и в дороге можно. Я привалился к ножке дивана, так и не встав с ковра. Зачем расходовать силы, их и так не много. Рано или поздно он вернется, может быть даже с Еленой. Я могу и здесь подождать. Тело восстанавливалось быстро. Но чем слабее становилась боль, тем сильнее мучал голод. Хорошо бы добраться до холодильника в подвале. Там у меня припрятан небольшой запас донорской крови. Как раз на такой случай. Если, конечно, Стефан не перетаскал всё. Встать пока не получалось. Ничего, я не гордый, могу и доползти. - На твоём месте я не делал бы этого. От неожиданности я вздрогнул и слишком резко развернулся. Передо мной, привалившись к косяку входной двери, стоял Коннор. Вся его одежда была разорвана в клочья и покрыта кровью. Из тела то тут то там торчали осколки стекла. Один застрял прямо во лбу. Сомневаюсь, что с такими повреждениями живут. - Ты?... - Да. Нет, этого просто не может быть. Я убил его. Точнее, это сделали мы с Клаусом, Джереми и Мередит. Все видели его останки, размазанные тонким слоем по стенам и потолку. Если этого недостаточно, чтобы поверить в его смерть, могу предъявить расколотый череп. Я взял его себе в качестве трофея. - Тебя не может быть здесь, я тебя убил! - Именно поэтому я и пришел. Коннор подошел ближе и навис надо мной, глядя с глубочайшим презрением. - Ты – призрак? - Да. - Уходи. Призраки приходят только к тем, кто хочет их видеть, так что можешь быть свободен. - Обычно так и бывает. Но я – не обычный призрак. Видишь ли, я – охотник. А ты – моя последняя жертва. Тебе удалось убить меня, но самому тебе уже не спастись. Я заберу тебя с собой в могилу. - Да? Интересно, как? Ты же просто призрак, и ничего не можешь мне сделать. Или ты собрался заболтать меня до смерти? Разговор начал меня утомлять. Я просто не буду обращать на него внимания. Сейчас у меня есть дело поважнее, нужно восстановить силы до прихода Стефана. Однако, ползти на глазах у охотника, пусть и мертвого, было слишком унизительно. Я постарался встать на ноги, как можно меньше показывая свою слабость. И вот, когда мне уже удалось выпрямиться, прямо в ухо рявкнул голос: - Ошибаешься! От неожиданности я не удержался на ногах. - Я и не собирался убивать тебя. Нет! Ты сделаешь это сам, когда поймешь, что не достоин жить. Черт! Один-ноль в пользу охотника. Сейчас я перед ним практически беспомощен, даже убежать не могу. - Ну что ты ко мне прицепился? Иди, надоедай Клаусу. Он намного круче меня. На нем ты заработаешь больше плюсиков в карму. - Ты убил меня. Ты это всё спланировал и сделал. А он только помог. Так что основная моя цель – ты. - Ну и ладно. Я просто буду тебя игнорировать. Я повернулся лицом к камину, надеюсь, достаточно демонстративно, чтобы он понял. - Генри?!.. Справа от камина, привалившись спиной к теплой стене сидел мой давно погибший приятель. Грязная мешковатая форма на груди была пропитана кровью, на белом как мел лице темными бусинками сверкали карие глаза. Спутанные отросшие волосы слиплись от крови. В последний раз я видел его на том злополучном задании, когда мне поручили доставить дезертиров, прячущихся на ферме. Я не справился бы один, и уговорил друга пойти со мной, пообещав в случае успеха двухнедельный отпуск. Генри обрадовался тогда, он во всем меня поддерживал. Я спас ему жизнь однажды и был его героем. - Деймон, почему ты жив? Ты должен был умереть там вместе со мной. - Мне удалось выбраться из того дома… - Я погиб там из-за тебя. Ты сразу так планировал? Ты хотел обменять мою жизнь на свой отпуск? А я-то думал, что ты мой друг. – лицо Генри брезгливо сморщилось, словно он смотрел на что-то очень мерзкое. – Ты не достоин продолжать жить после того, что сделал со мной. - И он – только первая твоя жертва среди сотен других. – Коннор подошел и занял место у стены по другую сторону камина. – Убитых твоими рукам или из-за тебя. Сколько людей ты погубил? Ты всех помнишь? - Никогда не пытался их запоминать… - Ничего. С моей помощью ты вспомнишь каждого. Они все придут сюда, выстроятся в очередь, чтобы сказать, как они тебя ненавидят. Я внутренне содрогнулся от такой перспективы, но старался не показать этого. - Хорошо, я понял. Ты собираешься пробудить мою совесть и с ее помощью мучить меня. Я прав? - Я собираюсь объяснить тебе, насколько ты мерзкое чудовище, недостойное жить. Посмотри, он был твоим другом! И он погиб из-за тебя. А ведь ты тогда и вампиром-то еще не был! Ты должен был погибнуть на том задании, а не он! Твоя душа была черна уже тогда. - Нет! Неправда! Я должен был получить отпуск! Должен был помочь брату! Стефан звал меня, я был нужен ему! - Это всё отговорки. Ты просто пытаешься договориться со своей совестью. Но ничего не выйдет. Ты сам понимаешь, что не заслужил прощения. - Генри! Послушай меня! Разве я был виноват тогда? Мы оба не знали, что они прячутся в подвале. Я не мог знать, что они сразу начнут стрелять! Безразличный взгляд друга скользнул по мне и уставился на входную дверь. Я тоже обернулся. - Стефан! Как же я был рад видеть брата! Я поднялся на ноги и хотел броситься к нему, словно в нем одном было сейчас мое спасение, но натолкнулся на взгляд, полный неприязни. - Ты знал! – с ненавистью прорычал брат. – Ты знал, что там случится! Но откуда? Ты сам подговорил ее напасть на студента? Признайся, ты каким-то образом внушил ей это? - О чем ты? Догадка обрушилась на меня, словно ведро ледяной воды. Елена напала на человека! Она была голодна, потому что так и не привыкла к крови животных, и не смогла сдержаться. - Да, ты прав. – подтвердил Коннор мою догадку, останавливаясь рядом со Стефаном. – Это тоже твоя вина. Если бы ты не вмешивался, не давал ей свою кровь, она бы уже привыкла питаться животными. - Что ты сделал с ней? Лучше признайся сейчас, брат, пока не поздно. - Я не должен был вмешиваться… На меня накатило странное головокружение. Пол под ногами ходил ходуном, Коннор и Стефан то наплывали друг на друга, становясь единым целым, но оказывались по разные стороны от меня. Они что-то говорили, каждый свое. Кричали, обвиняя меня. Хотелось ответить, как-то оправдаться перед каждым, но я не успевал следить за ними, и никак не мог сообразить, что сказать. Наконец брат взял с тумбочки при входе свой рюкзак и повернулся к выходу. - Постой! Стефан, подожди! - Что? Я задал тебе столько вопросов, а ты ни на один не ответил. Что ты хочешь от меня? - Я ничего не внушал Елене. Ты должен знать, что это невозможно. Но в том, что случилось, виноват действительно я. Брат нахмурился, слушая меня, но рюкзак положил. - Что ты имеешь в виду? Лучше говори без уверток, или я не стану тратить на тебя время. Я нужен ей сейчас. Ты хоть понимаешь, что она чувствует, впервые убив человека? - Я… я не могу… Приходите сюда, и мы постараемся вместе всё исправить. Брат сокрушенно покачал головой, словно говоря, что ничего другого он от меня и не ожидал, и вышел за дверь, не сказав больше ни слова. - Видишь, даже твой брат согласен со мной. Я медленно обернулся. Коннор стоял за моей спиной, сложив руки на окровавленной груди и глядя на меня с терпеливым превосходством. Сегодняшняя ночь будет долгой.