Дракониха с сюрпризом

Глава 16

      Остаток дня я провела, бродя по поселению викингов, то и дело суя свой нос в разные викингские дела.       Конечно, иногда ко мне цеплялась пара-тройка человеческих детёнышей, но в огромную араву не собирались и на том спасибо. Я даже успела смирится с постоянной борьбой особо рьяных карапузов с моим бедным хвостом… ей богу, будто котята с клубком игрались!       В общем, культурное обогащение шло полным ходом, сопровождаясь знакомством с местными темпераментами и иногда руганью, когда я своей любопытной мордой особенно мешалась людям.       — Эй, ночная, поддай-ка огоньку! — Моя нынешняя жертва, местный пират в квадрате по числу отсутствующих биологических конечностей, Плевака, и по совместительству объект наблюдений помахал целой рукой в сторону плавильной печи.       После услужливого несильного плевка, тот вернулся к работе, со знанием дела раздувая пламя огромными мехами.       Запах в кузнице стоял весьма специфичный, оставляющий после себя желание чихнуть (ох уж эта угольная пыль) и вдохнуть снова, слишком уж понравился запах пламени и металла.       — «Ночная»? — Отстранённо переспросил проводящий какую-то тонкую работу с какой-то приблудой для хвоста Беззубика сын вождя. Иккинг прописался в здании кузницы ещё до моего появления и как-то беспокоить обоих мужчин я не стала и просто свернулась клубком в одном из углов помещения, где было меньше всего инструментов и утвари. — Воображение тебе откусили вместе ногой? Или рукой?       — Ха! Ну, воображение то у меня побогаче твоего будет. Вы же её вообще никак не назвали? — Не остался в долгу кузнец, перестав раздувать пламя и сняв со стены помятый клинок, переданный ему чуть ранее каким-то мужичком, принялся снимать с того деревянную рукоятку. — Вот я и взял дело в свою старческую руку!       Наблюдая за работой кузнеца и его подмастерья, я даже не заметила, как быстро побежало время. В кузнице было тепло, как в пещерах огнеедов, что в условиях похолодания на улице здорово поднимало общий уровень уюта.       Единственное, из-за чего я в какой-то момент была готова уйти — момент когда старший кузнец положил на наковальню раскалённый стальной клинок и принялся выпрямлять его.       Лязг метала бил по чувствительному слуху настолько сильно, что я даже прижала ушки к голове лапами. Но не уходила, слишком уж интересен был итог диалога викингов. Может наконец имя получу? А то соскучилась по тем временам, когда ко мне обращались не только на «фурия».       — А я те говорю, вертихвостка златоглазая она, и имечко подбирать ей надо соответствующе. Ты видел, чего у драконов в стойлах началось, стоило ей появится на острове? Полный траходром, все ящерицы как с ума посходили! — Распалённый Плевака покачал над головой дымящийся кочергой.       Иккинг на мнение мужчины лишь покачал головой.       — У нас уже есть несколько Вертихвосток: Змеевица, разнокрыл и ужасное чудовище. Вроде так даже кто-то скорожала назвал. Куда нам пятую? — Сын вождя задумчиво почесал шею, в который раз окидывая меня внимательным взглядом. Я отвечала ему тем же, с любопытно встопорщенными ушками переводя взор то на него, то на Плеваку. — Может, Беззубка?       Ответом на предложение Иккинга стало моё кислое выражение морды и скептический взгляд. Тот применительно поднял руки, видать по моим глазам читалось, что мне нафиг не упёрлось становиться Беззубиком номер два:       — Хорошо, хорошо, тогда, может, Полночь?       — Кто там мне за «Ночную» предъявлял? — Хохотнул кузнец, и сам предложил: — Ты лучше отвлекись от цвета чешуи и на глаза посмотри. Умные, красивые и светятся, как большие солнца в ночи! Может её и назвать Солнышком?       — А этот смертный знает толк в хороших шутках! — Довольно донеслось от приглядывающей за своей дочерью в данный момент Хель, видимо, припоминая тот случай, когда сама меня подколола, назвав «Солнышком».       Я закатила глаза и тихо фыркнула на заявление богини, но уже более заинтересовано повернула голову в сторону кузнеца, что оба человека восприняли как знак того, что они на верном пути.       — Ну, про солнце ты сильно загнул. — Усмехнулся сын вождя, откладывая в сторону незаконченное изделие и уже полностью поворачиваясь к нам и складывая руки на груди. — Может назвать…       Предложения полились как из рога изобилия, и некоторые довольно интересные даже, но про моё согласие или не согласие как-то очень быстро забыли и начали опровергать варианты друг друга.       — Бедняжки… — Наигранно печально вздохнула Хель, отвлекая меня, начинающую скучать от мозгового штурма людей. — …так усердно стараются над тем, что им не дано свершить.       — Свершить? Дать мне имя? — Я отвела взгляд в сторону, будто таким образом переключаюсь на другую ветку интереса, на конце которой висела покровительница. — Почему это им не дано?       — Вспомни нашу первую встречу, милая. — Скучающим тоном бросила высшая сущность. – Одно из условий которые я озвучила, прежде чем вселить тебя в новое тело.       Я в сомнениях посмотрела на звёздное небо. Откровенно говоря, я уже успела позабыть детали первой встречи со скандинавской богиней смерти. Воспоминания успели подёрнутся вуалью времени, а потому, на то, чтобы вспомнить тот разговор пришлось приложить усилия.       — Тогда передо мной была поставлена задача… — Аккуратно начала я, постепенно выуживая из пучин памяти детали диалога. — …спасти вид ночных фурий и была обещана личная фурия…       Озарившее меня воспоминание породило очень сильное желание хлопнуть хвостом по морде. Ведь по обещанию Хель, имя я могла себе выбрать сама и, судя по всему, это же имя дали бы мне и викинги. Твою то ящерицу за крылья…       — Вижу, ты наконец вспомнила. — Ехидно усмехнулась Хель, видя мои закатившиеся от обиды на саму себя глаза.       Хотя… на самом деле, отсутствие имени не сильно мешало мне жить ранее, скорее это бунтовала моя человеческая часть, а потому прокол забылся мной довольно быстро.       В своих дебатах и Иккинг, и Плевака предлагали довольно интересные варианты, которые нравились даже нынешней мне. Затмение, Лунохвостка, Звёздочка, Солнышко, Полночь — вариантов было много. И лились они как из рога изобилия.       — …Фрейя? — Выдвинул очередное предложение усевшийся обратно за стол Иккинг, и от этого варианта я невольно вскинула голову, встопорщив ушки.       Упоминание божественной сущности, являющейся антиподом моей покровительницы заставило непроизвольно напрячься, словно на краткий миг само пространство вокруг, пронизанные звуком, стало чем-то чуждым. Кажется я даже ощутила как недовольно морщится Хель.       — Воу, хорошо, хорошо… — Примиряюще подняв перед собой руки постарался успокоить меня сын вождя. — …видимо идея и правда не очень.       — Ну ты придумал конечно, ты бы ещё Скрилла какого, Одином назвал, да простит меня всеотец. — Буркнул Плевака, усаживаясь на жалобно скрипнувший под тушей викинга стул. — А может, Пламенейка?       — Да ну, не. — Отмахнулся Иккинг. — Больше подходит ужасному чудовищу.       — Да ты посмотри в её глаза. — Снова заладил своё кузнец, а я, повинуясь его словам, сама повернулась в сторону ближайшего отполированного круглого щита.       С куполообразного центра защитного снаряжения на меня смотрело отражение двух ярко мерцающих в ночи огоньков огнеедского пламени. До сего момента я даже и не замечала, насколько гипнотизирующее красив свет исходящий от них. Действительно, маленькое золотое пламя.       — К тому же, ей самой нравится. — Не давая Иккингу вновь возразить продолжил настаивать кузнец.       Конечно, дискуссия могла продолжиться, но мне слишком понравилось это имя. Говорящее, бойкое и зычное… и связанное с огнём. С моим «режимом огнееда» вообще сочетаться будет отлично. Последний факт, к своему удивлению, стал одним из ключевых, при принятии этого варианта.       — Пламенейка… мне нравится это имя. Могу ли я выбрать его? — Словно маленькая девочка осторожно поинтересовалась я у своей покровительницы.       — Конечно. — Донеслось от Хель. — Хотя, как по мне, «Солнышко» подошло бы больше!       Иккинг, хотевший было возразить Плеваке, на секунду задумался, после чего вновь посмотрел на меня, на собеседника и согласно кивнул.       — Если уж ей нравится… да и ты прав, наверное, ей будет идти.

***

      Плевака покинул кузню далеко заполночь, оставив нас с Иккингом наедине. Сын вождя что-то деликатно правил в каком-то механизме, больше похожем на набор спиц с растянутым куском материи между ними, а я просто лежала, смотря на восходящую полную луну и невольно едва двигая ушками улавливая тихие лязги от бьющихся друг о друга металлических прутьев.       Привычный прилив ночной энергии не наступил, видимо, прибывание на корабле охотников и на острове викингов сломало мой внутренний режим, из-за чего я стала больше походить на дневного дракона. А потому сейчас я полусонно позёвывала, в какой-то момент просто свернувшись калачиком даже не разогревая пол под собой.       — Ну что же, вроде выглядит неплохо… — Довольно пробубнил себе под нос тоже весьма подуставший Иккинг, расправляя перед собой получившуюся конструкцию похожую на перепончатое крыло. — Завтра можно будет сделать второй такой же… хей, девочка, не спишь? — Заметив, как я чуть высунула мордочку из-под хвоста, заинтересованная словами викинга, тихо позвал последний. — Не хочешь к остальным драконам? Здесь то и твёрдо и холодно.       — А там: тесно и жарко. — Профырчала в ответ я, отрицательно мотая головой, одновременно с этим подавляя зевок, после чего рассеяно посмотрела на человека, авось предложит альтернативу?       И человек, прикинув что-то в уме, предложил вариант, озвученный мне ранее одним из драконьих всадников:       — Тогда давай в мой дом, вы с Беззубиком вроде хорошо ладите. — Убирая «крыло» куда-то в угол кузни, махнул рукой Иккинг, призывая меня двигаться за ним, что я и сделала, покинув здание следом и волоча за собой хвост.       Я уже видела ночную деревню с высоты драконьего полёта, но в близи она была ещё интереснее, особенно сейчас, когда населяющие её викинги разошлись по домам. Виденые мной ранее пристройки зачастую не имели дверей и служили скорее огромными лежанками для одного-двух драконов. Чаще всего в них встречались змеевики и ужасные чудовища, хотя и парочку престиголовов с громмелями я тоже заприметила.       Не смотря на поздний час, деревня всё же спала не вся. Кое где в окнах домов тлели огоньки свечей или каминов, слышалась тихая речь или даже доносились запахи выпечки или мяса, что создавало очень умиротворённую атмосферу.       Не портили её даже сбежавшие из своих домиков разнокрылы, сразу же попрятавшиеся по переулкам, и, судя по почти неслышимому даже моими ушками ритмичному шуршанию, принявшиеся за излюбленное дело. Как я заметила — этот вид драконов просто без ума от публичных мест.       Иккинг, конечно, не видел то, что замечала я, а потому шёл как ни в чём не бывало, держа в руке перед собой играющий язычками пламени факел.       — Тебе, можно сказать повезло. — Завёл монолог сын вождя, переступая хвост дремлющего змеевика, вывалившийся из «гнёздышка» последнего. — Отец совсем недавно дом расширил, так что на вас с Беззубиком места хватит точно. Только прошу, не стаскивай мой протез по утрам, мне одного дракона страдающего таким чувством юмора хватает. — Усмехнулся он.       Я в ответ неопределённо проурчала, не пытаясь вкладывать смысла в этот звук. Придумывать ответ было лень, да и один фиг человек меня не поймёт.       Дом вождя и правда выглядел так, будто мог вместить в одной своей комнате несколько драконов. Даже окно на его вершине было соответствующих габаритов и, судя по всему, задумывалось как раз как вход и выход для ночной фурии (Беззубика, если быть точнее).       Иккинг махнул рукой, указывая мне на то самое окно, а сам скрылся за входной дверью.       Я же немного посидела у входа, снова окидывая взглядом деревню, благо дом вождя был не только самым большим, но и находился на приличной высоте, после чего широко зевнула и тенью скользнула на «чердак», где уже укладывался шатен.       Комната была просторной. В ней умещалась и двух, почти трёх, спальная кровать самого хозяина, такого же размера плоский с гладкими краями камень, на которой сейчас мирно посапывал мой сородич, шкаф с вещами и стол, усеянный пишущими принадлежностями и большой раскрытой книгой.       В последнюю я мельком глянула и обнаружила рисунок ночной фурии с текстом, расписанным под ним, но, поскрипев глазами, отвернулась. Рукопись была испещрена следами от затирания частей текста тканью, что делало нормальное её прочтение слишком сложным. Я не настолько заинтересована в этом сейчас.       Беззубик рассеянно повёл глазами по комнате, стоило половицам скрипнуть под моими лапами, когда я всё же пошла в сторону лежанки сородича, и, заметив гостью, самец тут же уступил своё место, сместившись на краешек камня.              — Спасибо. — Благодарно уркнула я, уже ложась рядом с самцом и, когда мы оба устроились друг на против друга, лизнула того в нос. А потом, наконец, так и не дождавшись ответного «чмока», провалилась в царство сновидений.

***

      Утро ознаменовалось криком: «Беззубик, сколько раз говорить, не трож протез, глупая ящерица!» и звуком гогочущей ночной фурии.       Последний как раз таки, будучи увлечённым процессом пробуждения хозяина, случайно наступил задней лапой на мой элерон. Неприятно, очень неприятно, Беззубик!       Провинившийся дракон с кошачьим ПО был нещадно побит лапой, после чего присмирел, но в глазах продолжали бегать чертенята.       От моего уже словесного возмущения фурёнка спас раздавшийся стук чего-то большого и тяжелого о дверь. Мы с Беззубиком синхронно повернулись в сторону звука, а бухтящий ругательства Иккинг пытался вернуть на место скользкий от драконьей слюны протез.       — Иккинг, уже не спишь? — Приоткрыв дверь в комнату заглянула сначала пышная рыжая бородища, а потом и её обладатель. Стоик, собственной персоной! — Вижу, что да.       Мазнув по комнате взглядом, викинг задержался на мне, заинтересовано приподняв бровь.       — Приютил вторую фурию? Куда тебе столько в одной комнате… впрочем, понимаю, но всё же заранее прошу в порыве не сжечь…       — Отец, хватит! — Возмущённо воскликнул парень, на чьих щеках проступил румянец. — Зачем пришел?       Здоровяк усмехнулся в бороду.       — Йохан уже приплыл и ждёт своего главного клиента, так что тебе бы поторопиться.       И Иккинг поторопился.       Впопыхах натянув одежду и всё-таки закрепив протез, сын вождя принялся крепить седло на услужливо присмиревшего Беззубика. Я же, стоило шатену занять положенное место на спине второй фурии, вымахнула в окно, откуда следом выпрыгнул и дракон с наездником, сразу же взяв курс к арене, где в холодных выдолбленных в камне помещениях дожидались своего часа канистры с драконьим семенем.       На площадке под сеткой уже развели деятельность прочие наездники, грузя на драконов обозначенные канистры и прочие вещи, да ёмкости, видать, тоже для продажи.       — Глядите, кто соизволил поднять жопу с кровати. — Прикрикнул недовольный Сморкала, цепляя очередной баул на седло Кривоклыка.       Иккинг, впрочем к упрёку отнёсся спокойно и, извинившись, принялся помогать остальным.       Под моим сочувствующим взглядом, Беззубика тоже обвесили вещами на продажу и через короткое время мы вновь летели на ту же пристань, где уже дожидалась торговая флотилия Йохана.       — Иккинг, мальчик мой, я как всегда рад видеть тебя! — Торговец приобнял викинга за плечо и махнул рукой остальным наездникам. — Вижу в прошлый визит вам не хватило драконов, чтобы перетащить всё.       — Приезжай почаще, и товаров будет больше. — Хохотнул Задирака. — У нас одной чешуи на четыре мешка накопилось за пару дней.       — Меня не только чешуя интересует. — Глаза торговца алчно блеснули. — Главный товар у вас?       — У нас. — Ответил за друга Иккинг, снимая с плеча руку Йохана и отходя к Беззубику, на которого ещё на арене, после небольших переговоров, перевесили все канистры. — Мы думаем нарастить производство… — Начал сын вождя, снимая первые две канистры и ставя их на землю. Видать, всё же передумал лично мастерить такую приблуду, либо поставит не две, а три такие штуки.       — Иккинг, дарагой, не слова больше! — От торговца повеяло довольством, заинтересованностью и жаждой наживы. — Ради тебя у меня всегда на борту есть ещё один набор! В цене сойдёмся.       После пятиминутных торгов мужчины ударили по рукам. Спустя ещё час, нагруженные покупками драконы с всадниками вернулись в деревню, а позже разбрелись по острову. Я заглянула в кормушку, где перекусила и, поплутав по деревне, поняла, что начинаю скучать.       Викингская рутина подразумевала под собой… рутину, в которой места любопытной фурии не было. Вообще я заметила, что жить в теле дракона интересно, увлекательно и захватывающе, но человеческие развлечения становятся недоступными.       Помнится, к началу второго фильма на Олухе начали проводить игры по ловле и закидыванию овец в сетки-корзины. Интересно, когда её наконец придумают? Хотя стоп, там же для участия необходим наездник… а я себе хозяина не хочу, делать мне нечего, людям прислуживать… хотя, и правда заняться нечем. Хотя была и другая причина…       Приподняв переднюю лапу, я повернула голову так, чтобы видеть свой живот. Пока изменения не были заметны, но я точно знала, что в скором времени они проявятся.       Мысли о грядущем тревожили. В ближайшем будущем на Олух обрушится сначала Драго Блудвист с его драконьей армией, а позже нами с Беззубиком неизбежно заинтересуется и Гриммель. Оба представляют смертельную опасность и если я останусь на Олухе — встречусь с ними гарантировано. Может, если бы переждать где нибудь подальше, на каком нибудь отдалённом острове…       Я устыдилась промелькнувшей идеи. Даже если я сбегу, поджав хвост, наездники и их драконы в числе которых фигурировал небезразличный мне Беззубик в любом случае не покинут Олух. Точнее покинут, но уже будучи с хвостом в виде одного настырного охотника. И как я, зная, что бросила разбираться со всем этим единственного близкого мне дракона, свалив в безопасное место, жить буду?       С другой стороны… если к этому моменту я буду уже не одна? Да, самки встреченные мной сами заботятся о моих детёнышах и где-то внутри себя я противоречий по этому поводу не чувствую, но одно дело это те самые драконихи, а другое — сама я. Что делать с моими драконятами? Оставить на Олухе? Знаю, что в каноне Олух сам по себе сильно не пострадал, но в каноне и драконы не стремились трахаться при любой возможности и люди им в этом не помогали.       Итого имеется выбор — спрятать яйца или, если к тому моменту они вылупятся, драконят и остаться с ними, но бросить Беззубика и остальных на произвол судьбы, либо остаться и подвергнуть опасности уже само потомство.       Хоть умом я и понимала, что даже если будет выбран второй вариант — плюс одна ночная фурия против целой армии мало, что сможет противопоставить, морально давил факт того, что за меня будет отдуваться один Беззубик.       Размышления прервал резкий и звонкий детский вой, услышав который я не вольно прижала ушки (чего-чего, а голоса у мелких человеков пронзительнее игл для чувствительных ушек фурии).       На хвост тут же упала тушка в меховой жилетке. Спустя пару мгновений то же случилось и с лапами.       — Ночная фурия будет моей!       — Нет, она моя! Я первый взял её лапу!       Я страдальчески закатила глаза и взмахом хвоста, откинула покатившегося волчком человеческого детёныша прочь, после чего, подпрыгнув на месте, сбросила с себя остальных, и пока к месту "приручения" подтягивались остальные, запрыгнула на ближайший дом и, взмахнув крыльями, поднялась в воздух.       Наградой за мои действия стали разочарованные стоны около десятка викингинят.       Я усмехнулась, дивясь безбашенности парней и девчонок, бесстрашно лезущих на, по сути, дикого дракона, и упорхнула подальше.       Мрачные думы на время отпустили и вместо того, чтобы накручивать себя и дальше, было принято решение просто... полетать. Прохладные потоки воздуха и яркое просвечивающее сквозь бархатисты облака, солнышко на удивление легко сдули всё плохое из головы.       Сделав пару кругов вокруг острова, по рассекав воздух над спокойным океаном, и на последок искупнувшись, повеселевшая и приободрившаяся, я вновь возвысилась к облакам. Невесомая белоснежная вата таяла, приятно увлажняя чешую и задорно холодя во всех местах на теле, а ощущение и осознание того, что надо мной, в сторонах и внизу полностью покорное воздушное пространство, в рамках которого можно было делать, что душе заблагорассудится грело душу.       В промелькнувшей меж облаков водной глади блеснули лоснящиеся чешуйки стаи кипятильников и я спустилась к ним. Конкретно эти драконы мне напоминали дельфинов своими беззаботными нырками в воду, чем навеивали ещё большое чувство комфорта.       На парящую в сантиметрах над водой ночную фурию морские драконы не обращали внимание, продолжая одним им понятный путь. От нечего делать, решила немного попутешествовать с ними и какое-то время либо кружила рядом, либо непосредственно над ними.       Как оказалось, путь стаи кипятильников близился к концу, что я поняла, когда вместо того, чтобы обплыть очередной остров (скорее даже выглядывающую из водной поверхности гряду голых, опасно выглядящих, скал, водные драконы вынырнули из воды и светя лазурными чешуйками в лучах солнца устремились к ранее не замеченному мной уступу у подножья видимой горы.       Я была бы не мной, если бы любопытно сверкая глазками не последовала за ними, слишком уж интересно было посмотреть на место обитания водных ящеров, да и агрессии последние не выказывали даже когда я тоже скользнула в, как оказалось, довольно широкий тоннель, ведущий куда-то в центр скалы.       – А вы тут живёте, да? – Без особой надежды на ответ поинтересовалась я, водя взглядом по гладким каменным стенам. – Странно, я думала, что в таких местах обитают камнееды и кочегары.       И снова меня проигнорировали даже не обернувшись. Ни один из стайки кипятильников даже хвостом не повёл.       Я закатила глаза и фыркнула, продолжив путь и более не пытаясь завести новые знакомства.       Постепенно стены тоннеля расширялись и чем глубже мы заходили, тем более гладкими они становились. В какой-то момент в свете своих же глаз я заметила едва заметные белые узоры на полу, какие видела ещё в прошлой жизни на окнах в зимнее время года.       Одновременно с этим кончиков ушек коснулся зябкий поток воздуха, словно кто-то подул на меня сквозь снег, и одновременно с этим кипятильники свернули в одно из ответвлений тоннеля, а когда я последовала за ними - была вынуждена панически скрести когтями и высекать искры из каменной, покрытой инеем, поверхности в попытке не свалиться с уступа!       Кипятильники, насколько я успела увидеть, улетучились в направлении вниз, а я всё же осталась на месте, переводя дух от неожиданной физической активности и с ненавистью поглядывая на гладкий, словно труба, спуск с уступа. Создавалось ощущение, что весь этот тоннель вымыло потоком воды, что подтверждалось...       Взор, сначала зацепившийся за подобные же тоннели, коими были испещрены стены куполообразного пространства внутри скалы (хотя уж скорее подводной горы), и некоторые из которых действительно исторгали из себя водные каскады, быстро пробежался по всему внутригорному пространству.       Как и было замечено, эта часть горы больше всего походила на естественную полость внутри горы циклопических размеров, стенки которых были напрочь дырявыми и из некоторых отверстий в полость поступала вода.       Я осторожно зыркнула вниз.       Там, на едва освещённом дне мерцала вода, чья поверхность постоянно колыхалась от снующих в ней кипятильников, шокеров и прочих водных драконов, некоторых из которых я даже в мультфильмах не видела, а по центру всего этого - приличных размеров серый островок суши припорошенный снегом.              – Любят же драконы пещеры... – Пробубнила я, смотря уже на верх, ища источники слабого, но всё же света.       Ими оказались всё те же отверстия, пропускающие на дно котлована лучики полуденного солнышка.              Сзади послышался шорох и скрип когтей по каменной поверхности и я обернулась. Слух сработал чётко и новый дракон пока даже не появился в зоне видимости и, судя по всему, только залетел в тоннель, и, если он будет таким же зомби подобным, как те кипятильники, я бы не хотела стоять у него на пути.       Я легко спрыгнула с уступа, расправив крылья и беззвучно планируя вдоль гладких стен странного гнезда. Странным было не только поведение водных драконов, беззаботно наворачивающих круги вокруг центрального островка с горой снега, но и проснувшееся предчувствие. Тревоги не было, даже наоборот, это место дарило какое-то ощущение безопасности и отрешенности от окружающего мира. Может так казалось из-за почти полной звуковой изоляции этого места. Тем не менее, в сравнении с тем же Олухом, этот оплот спокойствия был подобен тому центральному островку, незыблемо стоящему вокруг бурлящей драконами водой.       Я невольно восхитилась столь точному сравнению с окружающими миром, ставшим вдруг таким суетным и чуждым, и начала снижаться поближе к потоку рептилий, кружа с ними в одном направлении.       В какой-то момент из воды вынырнул один из уже знакомых мне кипятильников, и неспешно, почти грациозно колыхая полным животом, осел на остров у подножья горки на нём.       Внезапно, то, что я ранее сочла припорошенной снегом горкой на островке, зашевелилось, ощетинившись чем-то похожим на костяные наросты с тупыми, красными кончиками и подняло голову с только только начавшими расти бивнями.       Из глубины души пришло осознание, КЕМ являлся дракон, обретший убежище в этом месте и дающий убежище остальным и всё во мне затрепетало. В животе и груди запорхали бабочки, а глаза не могли оторваться от хозяина этого места, принявшего под свой кров десятки братьев меньших.       Тем временем левиафан открыл свои пронзительно голубые умные глаза и всмотрелся в морду кипятильника, который в свою очередь раскрыл пасть и вывалил перед хозяином часть добытой им рыбы. Целая, не надкусанная и не проглоченная ранее, она скрылась в пасти левиафана.       Только закончив трапезу он наконец обратил внимание на кружащую вокруг его острова в воздухе ночную фурию и, удостоив меня взглядом, вернулся ко сну.       Я же... моргнула. Странные мысли и ассоциации покинули чешуйчатую голову и я, ещё раз осмотревшись, выпорхнула из этой гипнотической обители, внутренне содрогаясь и стараясь убраться подальше. Мне всегда казалось, что разные там гипнозы и контроли разума - штука абсолютно невозможная и созданная сюжета ради, но прочувствовав это на себе... НУ НАХРЕН!

***

      Вернулась на Олух я уже ночью, и, не став будить Иккинга с привыкшим к дневному образу жизни Беззубиком, устроилась в "кормушках", где уже кемарили дневные рептилии. Точнее, попыталась устроиться. Места не было от слова "совсем", а спать верхом на других драконах для моей привыкшей к уюту и мягкости тушке, было чрезмерно хардкорно. Так что выбор ночлега был сделан в пользу уже родного овражка, где было и озерцо с завтраком, обедом и ужином, и спокойствие.       Так, прогрев себе местечко за кучей высоких камней и свернувшись калачиком, я и заснула.       Снилось мне что-то непонятное, больше похожее на калейдоскоп образов с самыми разными смыслами и сюжетами, но во всех фигурировал солнечно огненный цвет, выделяющийся на фоне тьмы. И если сначала он появлялся мельком, то чем больше шло времени, тем ярче огонёк освещал всё вокруг, принося с собой... такое чертовски знакомое, ничем не замутнённое, отдающее во все части тела, от ушек до кончика хвоста, удовольствие. И горело это золотое пламя всё сильнее, пока... Я не проснулась!       Целых несколько секунд я ошалело пыталась вырваться из сна, пока очередной сладкий импульс не заставил моё тельце свернуться ещё сильнее и прижать что-то к себе поближе, погружая член во что-то очень жаркое, влажное и узенькое~       Последний факт на секунду отрезвил и я с удивлённым урчанием убрала одно из крыльев, заглядывая меж задних лап.       Довольно урчащая, покрытая ярко красной чешуёй жуткая жуть с самозабвенным выражением мордочки заглатывала весьма не малый член под самый узел, нещадно растягивая горлышко, что так приятно сокращалось, стремясь выдоить из сладкой палочки побольше "мёда".       Кто я такая, чтобы отказывать дракончику в столь понятном желании? К тому же, надо ведь что-то делать с утренним стояком, ведь так?       Отгонять жуть я не стала, лишь изменив позицию, перевернувшись на спину и перекинув запаниковавшего дракончика на свой животик. – Почему остановился? – Недовольно рыкнула я и маленькая рептилия, благо что смекалистая, вернулась к полировке фурийного ствола.       Удовлетворённо урча, я раскинула крылья и поджала лапки, наслаждаясь усердным и весьма осторожным минетом, то и дело сладко порыкивая.       Бьющий в глаза утренний свет причинял дискомфорт, так что я их прикрыла. Ушки же наоборот были торчком, улавливая каждый хлюп и влажный "чпок" исходящий со стороны жуткой жути.       Постепенно интенсивность минета нарастала, дракончик прилагал всё больше стараний, а я порыкивала всё довольней, пока наконец не насадила маленького дракончика до узла и с урчанием не слила в маленькую рептилию утреннюю порцию семени, заставив мелкого принять всё до капли.              – Хорошо...~ – Уркнула я, греясь в лучиках утреннего солнышка и посторгазмического свечения по всей тушке, что постепенно угасало.       Пьяненькая от захлестнувшего её афродизиака, жуткая жуть, пошатываясь, поплелась куда-то в сторону, наверное искать себе партнёра по размеру, чтобы вытрахать из того душу, но наполненный просвечивающей сквозь тонкие стенки светящейся спермой, животик явно мешал мелкому передвигаться. Ну и ладно, его (или её) проблемы. А мне просто хо-ро-шо...~              Вернулась в деревню я уже ближе к обеду и первым делом проведала своего самца и...       – Кхем-кхем. – Саркастично "покашляла" я, залетев в "окно" жилища Хэддока.       Представшая передо мной картина... вроде как не сильно удивляла, учитывая события последних дней, но...       – О, привет, девочка! – Улыбнулась мне Астрид, лёжа на кровати своего парня... правда без него.       Беззубик, обвившийся вокруг воительницы замер и виновато потупил взгляд, и хоть оба голубка и были прикрыты большим драконьим крылом, я почему-то не сомневалась, что девушка была без одежды, а по запаху, заполнившему комнату, можно было догадаться, что если наездница и не "объезжала" дракона, то как минимум упорно готовила его к этому.       – Я у тебя ненадолго одолжу Беззубика, ты же не против~?       – Это не то о чём ты подумала! – Начал было оправдываться дракон, но я лишь усмехнулась. – Она просто...       Учитывая мой весьма фривольный образ жизни, факт того, что мой фурёнок трахает и других самок как-то меркнет, а потому, вместо упрёков я просто потёрлась о самца мордочкой, получив ласку в ответ.       – Заделай этой шлюхе пару яичек. – Проурчала я на ушко самцу и нежно прикусила его, вызвав у последнего дрожь по телу. – И не волнуйся, наши условия мы можем отменить... но если Кривоклык в следующий раз накачает больше семени - я позволю ему использовать в качестве тары уже меня~       – Ох, Беззубик... – Простонала Астрид, закатывая глаза. Ага, видимо она всё таки уже соответствует своему титулу и во всю наездничает. А Беззубику мои слова очень понравились. Вот блин, никогда не думала, что стану кукушкой...       – Н-но... – Проурчал в ответ Беззубик, но, видимо тело угольного самца действовало уже отдельно, аккуратненько насаживая человеческую самку на драконий член, от чего уже у него самого неконтролируемо вырывалось рычание, перебивающее речь. – Х-хорошо... фыр.       Окончательно сдавшись и перестав стыдиться наблюдающей за процессом пары, фурёнок принялся за разведение Астрид. Последняя явно была не против, скача на члене дракона.       Я же выпрыгнула из дома. Мне пока и утренней разрядки хватило, нечего накручиваться опять.       В очередной раз решила навестить Иккинга в кузнице, где тот неустанно работал над всё тем же механизмом из спиц. Присмотревшись и проторчав рядом часик, наконец поняла, на что это нечто было похоже. Крылья. Искусственные, для человека. Точнее что-то типа планера на ранце. В общем, предок финального костюма-крыла, который он будет использовать ближе к событиям третьего мультфильма. Занятненько.              – Привет, Иккинг. О, ночная змеюка тоже здесь! – В кузню ввалился Плевака, таща грохочущий ящик с инструментами. – Ты уже думал ей тут лежанку обустроить?       – Не нужно, она живёт у меня дома. – Закрутив очередной болт и затянув ткань отрешенно проговорил сын вождя.       Дальнейшие разговоры я не слышала, поскольку Плевака снова заработал молотом, а мне было не настолько лень двигаться, чтобы не свалить от звука лязгающего металла. Следующим пунктом назначения была арена, но она пустовала, а я проголодалась, так что было принято решение посетить стойла.       Уже на месте проскользнула между немногочисленных драконов и перекусила свежей рыбкой.       – Приветик! – Прочирикал откуда-то слева знакомый голос и я, заглатывая очередную рыбину, скосила взгляд на сине-желтого змеевика.       Громгильда, судя по полному животу, уже перехватила свою порцию и сейчас собиралась отлежаться, чтобы усвоить съеденное.       – Денёчка. – Проурчала в ответ я и схарчила ещё рыбки. Последние дни голод был особенно сильным и тут фиг поймёшь, виноват ли в этом лёгкий доступ к еде или...       – Вижу вы с Беззубиком времени не теряли. – Любопытный взгляд по птичьи склонившей голову змеевицы был устремлён куда-то вниз, и, проследив за ним, я поняла о чём она говорила.       Мой животик, казалось, был немного больше, чем в последний раз, когда я на него смотрела. Но ведь яйца не могут расти так быстро? Наверное просто наелась так. Хотя...       – Хель. – Мысленно воззвала я к покровительнице. – Какой срок беременности у ночных фурий?       – Продуктивный. – Уклончиво ответила богиня, и... мне кажется, или я слышу хихиканье? – Тебе кажется~       ...богиня смерти, покровительница ночных фурий, страшнейших драконов класса разящих, дамы и господа. И главная ягоза в пантеоне, как я понимаю.       – Превращу в жуткую жуть.       – Молчу, молчу...       Вдоволь наевшись, принялась шататься по деревне, предварительно снова заглянув в дом вождя, где Беззубик уже не скрываясь натягивал валькирию в позе собачки, скрежеща когтями по полу и пытаясь вогнать в человеческую самку узел.       Следить за парочкой не стала и, спрыгнув на ближайшую тропу, пошла куда глаза глядят. Дважды увернулась от единичных представителей молодого поколения, а в конце даже повстречала знакомых вкусных подростков. Последние, правда, мою приветливую улыбочку не оценили и на трясущихся ногах забежали в дом. Как грубо...       В своих пеших изысканиях я даже до причала добралась, попутно стащив одну свежую рыбёху и некоторое время посидела, любуясь океанической водной гладью. Всё таки красиво здесь. И, даже несмотря на викингский быт за спиной, спокойно~       Так я и сидела сначала минуту, а потом и час. В голову снова полезли мысли о тревожном будущем. Сейчас, по ощущениям, у меня появились самые нужные дракону для комфортной жизни вещи: Еда и кров, пара и стая, но... что-то гложет изнутри, настойчиво требуя что-то ещё. Но что?       – Трахаться ты хочешь. – Скучающе отозвалась Хель, одной простой, но правдивой фразой смывая мысли о высоком. – Вокруг тебя земли населённые десятками тысяч драконов разных видов, по сравнению с некоторыми из которых даже спаривание с королевой огнеедов покажется скучным перепихоном. Так почему ты ограничиваешься одним Олухом? Перед тобой открыт весь мир!       Сомневаюсь, что Хель правда не понимала корня моих переживаний, но такой простой ответ на столь щепетильную тему не смог не рассмешить!       Я хихикнула в крыло, ловя странный взгляд рыбака, что как раз пришвартовывал к причалу лодку, полную пахнущих рыбкой бочек.       – Я тут голову ломаю, как мне своих детей сберечь, куда я с ними путешествовать то буду?       – Поживут у бабушки! – Мысленно махнула рукой богиня смерти, а я... хлопнула себя по лицу. Ну конечно! Это же гениально! Ведь кому больше всего надо сохранить ночных фурий? Их хозяйке! Почему мне такая мысль в голову не пришла?       – От недотраха голова не работает. – Буркнула высшая сущность в моей голове. Это такой намёк? – Да, намёк. Почему у меня всё ещё так мало внуков?       – Но королева огнеедов...       – Нужно больше ночных фурий!