На мосту

      Домой Сона вернулась поздно вечером. Отвезла того парня, которого встретила на парковке, потом долго каталась по городу, пока улицы не опустели, а огни вывесок не стали казаться особенно яркими в темноте. Мысли путались в голове, возвращаться домой не хотелось. Чимин мог прийти к ней. Как же ей всё это надоело…       С какого момента она начала ревновать Чимина буквально ко всем? Поклонники в приложении, стафф, а в довершение ко всему эта девушка из группы, которая должна дебютировать… Это было похоже на сон, от которого она не могла проснуться.       Обвинить парня было совершенно не в чём. Он не давал никаких чётких обещаний и не делал однозначных шагов. Но в то же время он делал всё — кокетничал в интернете, улыбался другим, касался чужих волос так легко и непринуждённо. А теперь она видела это воочию.       Если рассуждать логически, они не были в отношениях. Только «носами тёрлись» на протяжении года, как она сама это когда‑то шутливо называла. Он не предлагал ей быть его девушкой, не звал начать встречаться. Она никогда не была у него дома, не знала никого из его друзей, даже коллег по группе. Ну и на что это было похоже? На игру? На забаву? На мимолётный интерес, который вот‑вот угаснет?       Так и не найдя ответа, она свернула на парковку возле дома, поднялась в квартиру и просто рухнула на пол в прихожей, не раздеваясь, не включая свет. Усталость навалилась всей тяжестью, а вместе с ней ощущение полной растерянности.       Кодовый замок запищал, оповещая о том, что его кто‑то открыл. В дверях стоял Чимин. Он уставился на девушку, видимо, никак не мог понять, почему та сидит в уличной одежде на полу, с пустым взглядом и сгорбленными плечами.       — Почему ты сидишь на полу? — задал он вопрос, пройдя в квартиру.       — Нравится мне так сидеть, вот и сижу, — буркнула Сона, не поднимая глаз.       Он разулся и сел рядом, оставив между ними небольшое расстояние.       — Может, тебя что‑то беспокоит? — мягко спросил Чимин.       — Да, пожалуй, беспокоит, — она сжала кулаки, чувствуя, как внутри закипает обида.       — Я могу помочь?       — Только ты и можешь помочь. Ты меня беспокоишь, — резко бросила она, наконец посмотрев ему в глаза.       — Извини, я опять пришёл без спроса. Ты так быстро уехала, я не успел спросить… — начал было Чимин.       — Как же мило, сейчас проблююсь, — перебила его Сона, скривив губы в горькой усмешке. — Да что за дерьмо происходит?       — Сона, что случилось? — Чимин слегка нахмурился, но голос остался ровным.       — Вот скажи мне, Чимин, что у нас случилось? — она подалась вперёд, словно требуя от него чёткого ответа. — Что это вообще такое между нами?       — Я не понял вопроса, — он слегка растерялся, провёл рукой по волосам.       — Конечно, не понял, — она горько усмехнулась. — А я вот всё поняла. Ты флиртуешь с поклонницами, улыбаешься всем, отвечаешь на сообщения, которые даже не мне пишешь. Потом я вижу, как ты трогаешь волосы какой‑то трейни, шутишь с ней, улыбаешься так, будто она центр вселенной. А со мной…       Весь этот диалог по‑прежнему проходил на полу, Сона как будто и не собиралась вставать.       — Ты вот мне объясни. Зачем пришёл? — она посмотрела на него исподлобья.       — Тебя увидеть, — Чимин по‑прежнему не понимал или делал вид, что не понимает, к чему весь этот разговор на полу квартиры. Лицо его сияло полуулыбкой.       И тут Сону понесло. Она высказала всё: и про переписки с фанатами в интернете, и про стафф, и не забыла еще раз высказать про эту милую девушку‑айдола. Говорила она долго и громко, размахивая руками, высказывала всё, что думает о нём, об этом непонятном общении, о редких поцелуях, о его внезапных появлениях и столь же внезапных исчезновениях. Под конец, когда она уже выдохлась и замолчала, переводя дыхание, Чимин улыбался во все свои тридцать два зуба.       — Что смешного? — резко спросила Сона, чувствуя, как снова закипает.       Он не ответил, а, повалив её на спину, утянул в долгий и тягучий поцелуй. Сона растерялась, но мягкие губы Чимина заставляли забыть обо всём и ответить на поцелуй. Так мог целовать её только он. Его поцелуи были самыми желанными, в них всегда было что‑то одновременно осторожное и страстное.       От губ он спустился к шее и стал целовать ее слегка покусывать её. Температура в комнате начала повышаться или это от страсти между ними стало так жарко? И именно в этот момент он оторвался и навис над ней, опираясь на руки.       — Кто бы мог подумать, что ты так сильно ревнуешь. Я даже не догадывался, — прошептал он, глядя ей в глаза.       Он водил носом по её щеке, оставляя лёгкие поцелуи на виске и у линии волос.       — Ревную?! — Сона была в негодовании. — Да с чего ты взял?       — А как это ещё называется? — Чимин слегка усмехнулся.       Девушка спихнула его с себя и попыталась встать. Чимин же, напротив, облокотившись на предплечья, остался полулежать на полу. Уже сидя, Сона повернулась к парню.       — Тебе всё кажется это смешным? — в её голосе звучала обида.       — Немного да. Ты милая, когда злишься, — он всё ещё улыбался, но в глазах появилось что‑то более серьёзное.       — То есть ты специально так делал? — Сона прищурилась.       — Иногда, — признался он. — Я же говорю, что ты милая. Когда злишься, когда смущаешься, когда вот так смотришь на меня, будто готова убить…       — Да ты обнаглел, — выдохнула она. — Я тебе что, милый плюшевый зверёк?!       Сона замерла, не зная, что ответить. Она засмотрелась на его чуть распухших губах, которые блестели от слюны, оставшейся от поцелуя. Он понял это и опять ухмылка мелькнула на его лице.       — Вовсе нет, — Чимин потянулся к ней за новым поцелуем.       Сону уже стала накрывать новая волна ярости. Смешалось всё, все чувства, которые её сейчас раздирали. Первое — жалость к себе, как она вообще могла оказаться в такой ситуации? Второе — ненависть к нему за то, что он издевается над ней. Он уже давно понял её чувства и всё равно играл с ней, как кот с мышкой.       Девушка оттолкнула парня и он опять повалился на спину.       — Знаешь что, Чимин? Пошёл ты… Я не собираюсь за свой счёт тешить твоё самолюбие.       — Сона, ты неправильно поняла, — он попытался сесть ровнее, но она не дала ему договорить.       — Всё я, блять, правильно поняла. Давай, поднимай свою задницу и вали отсюда. Видеть тебя больше не хочу. Никогда.       — Сона! — в его голосе прозвучало что‑то похожее на отчаяние.       — Ты слышал меня — никогда! Уходи! И не приходи сюда больше! — Сона уже кричала, голос дрожал от обиды и злости.       Чимин замер на мгновение, словно пытаясь найти слова, которые могли бы всё исправить. Но не нашёл.       — Хорошо, как скажешь, — тихо произнёс он.       Он поднялся с пола, медленно обулся и вышел за дверь, не оборачиваясь. Хлопнула дверь — звук прозвучал оглушительно громко в наступившей тишине.       Всё это время Сона сидела на этом проклятом полу. Она обхватила колени руками, уткнулась в них лбом и наконец дала волю слезам. Плечи дрожали, дыхание прерывалось всхлипами.       — Еб твою мать, что вообще происходит? — прошептала она в пустоту. — Вот же зазнавшийся мудак! Где этот ебучий телефон…       Девушка всё переворошила в сумке, чтобы найти телефон. Пальцы дрожали, пока она искала нужный номер в контактах. Наконец нашла и стала ждать гудки. Ждать пришлось долго, на том конце провода никак не хотели брать трубку.       — Ты что там, умираешь? — раздался наконец хриплый голос в динамике.       — Почти, — выдохнула Сона. — Яся, мне нужно опять напиться.       — План найти работу и сдохнуть на ней не сработал? — в голосе подруги прозвучала усмешка.       — Можно сказать и так. Мне нужно напиться так, чтобы забыть корейский, — Сона нервно хихикнула.       — Звучит как отличный план, — согласилась Яся.       — Ты дома?       — Да, но я не одна. Тебе же это не помешает? Подожди…       Сона услышала, как Яся обратилась к кому‑то, голос был мужской, но слов разобрать не удалось.       — Ты с Юнги? — догадалась Сона.       — Да.       — О! Я нарушила ваш романтический вечер, — Сона стала нервно хихикать, пытаясь скрыть дрожь в голосе.       — Хуйни не говори. Мы тоже пьём, — отрезала Яся. — Так что давай, выпивку возьми. У меня на всех не хватит.       — Океюшки, — Сона вытерла слёзы рукавом. — Тогда я сейчас приеду.       — Давай. Жду.       Сона достала из сумки карту, сунула в карман джинсов. Телефон и ключи убрала в куртку. Такси приехало достаточно быстро, и дорога к подруге также не заняла много времени.       Уже пройдя в квартиру, она выгрузила весь алкоголь на кухонный стол и прошла в гостиную. Там на полу возле низкого столика сидел Юнги, он разливал алкоголь по рюмкам. Яся предусмотрительно уже приготовила место и для неё.       Находясь на пороге, Сона поклонилась в пояс Юнги. Её волосы распались вперёд и коснулись пола.       — Здравствуйте, сонбэ‑ним, позволите сесть с вами за стол? — с наигранной почтительностью произнесла она.       Яся толкнула её сзади вперёд и проворчала:       — Хватит устраивать цирк.       Сона засмеялась и, пройдя в гостиную, села на угол стола. Пили они долго и много. Юнги был немногословен, в основном слушал женщин. Они разговаривали на корейском, родной язык использовали только тогда, когда нужно было особенно красочно выругаться.       С рассветом было решено идти спать. Юнги уложили в спальне Яси, а подруги вместе легли на диване. Разговор перешёл на родной язык, у Соны уже заплетался язык.       — Яся, наверное, тебе стоило лечь вместе с Юнги здесь, — пробормотала Сона, заворачиваясь в одеяло.       — Ты опять начинаешь говорить хуйню, — сонным голосом ответила Яся.       — Ну Яся, не будет же взрослый мужчина приходить в гости стаканчик пропустить… — Сона зарылась в одеяло и захихикала.       — Благодаря тебе моя честь спасена, спи давай, — буркнула Яся и повернулась на бок.       Проснулись только к обеду, но Сона до сих пор спала. Яся и Юнги пили в её комнате кофе, аромат растворимого кофе наполнял пространство, создавая иллюзию обычного спокойного утра.       — Это девушка Чимина? — наконец‑то решился спросить Юнги, помешивая сахар в чашке.       — Не знаю, с чего ты взял? — Яся откинулась на спинку кровати, скрестив руки на груди. Её взгляд невольно скользнул в сторону гостиной, где на диване спала Сона.       — Я видел её фотографии у него в телефоне, — Юнги поставил чашку на блюдце, звук получился неожиданно громким в тишине. — Он сказал, что это просто фото из интернета, но выглядело так, будто он просто сфотографировал тайком. Я назвал его сталкером.       Яся не смогла сдержать усмешки:       — И что он ответил?       — Покраснел, замялся и начал что‑то бормотать про рабочие моменты, — Юнги усмехнулся. — Сказал, что она помогает с какими‑то организационными делами в агентстве. Но взгляд у него был такой… не рабочий.       — Она же работает в вашем агентстве, поэтому это может быть правдой, — Яся пожала плечами. — Может, они случайно пересеклись на репетиции, он и сфотографировал. Юнги задумчиво покрутил в руках ложку.       — Да, пьёт она много, — снова заметил он, кивая в сторону гостиной.       — Это да, — вздохнула Яся, и её голос смягчился. — Прекрасное качество.       В этот момент из гостиной донёсся шорох. Обе головы одновременно повернулись в ту сторону. Сона зашевелилась, застонала и перевернулась на другой бок, но не проснулась.       — Тихо, — прошептала Яся, приложив палец к губам. — Пусть ещё поспит.