Опытным путем

Нежность воды надежней всего, что я знаю,

Но инженеры моего тела велели мне ходить по земле.

(С) БГ

      Вечер. Обычно для Джейса с Виктором это ничего не значило. Работа все равно продолжалась. Но почему-то именно сегодня они решили расслабиться. Они могли себе позволить это хотя бы ненадолго – хэкстековые врата заработали, а новообретенная возможность обниматься и целоваться все равно требовала времени.       Тем более что для Джейса это был первый опыт. Опыт отношений с мужчиной, разумеется. Виктор чувствовал это по всем изучающим взглядам в свою сторону, по прикосновениям, после которых Джейс бывало замирал, словно прислушиваясь к себе, к собственным реакциям, по тому блаженно-растерянному выражению его лица, которое порой возникало после какого-нибудь особенно головокружительного поцелуя.       Они как-то даже поговорили об этом. «Ты же исследователь, Джейс, – сказал тогда Виктор. – И понимаешь всю важность такого метода исследования, как опыт. Чтобы сомнений не возникало, просто нужно проверить все… опытным путем».       И они оба зацепились за эту мысль. И как-то само собой получилось, что именно этот вечер был спонтанно избран для опытных исследований. Вдоволь наобнимавшись и нацеловавшись в комнате, они перешли в ванную. Поболтали, пока набиралась вода, запустили пару шариков-бомбочек, скинули одежду. Кое-как устроились. И если Виктору со своей худосочностью было вполне себе удобно, то вот Джейс выглядел… как мишка в тазике.       Впрочем, горячая вода не только отлично унимала боль в колене, но и расслабляла, а приятный запах от бомбочек настраивал на нужный лад. Виктор откинул голову назад на бортик ванны, прикрыл глаза, отдаваясь приятным ощущениям… но Джейс вдруг напомнил, зачем они тут вообще-то собрались: заворочался (вода опасно колыхнулась, почти выплеснувшись), прижался, приник поцелуем к губам, почти наваливаясь сверху.       – Не торопись, – прошептал Виктор в нетерпеливые губы, кончики его волос намокли и потяжелели, прилипли к щекам. – Что чувствуешь?       – Я не тороплюсь, – тут же упрямо возразил Джейс. – Просто хочу изучить тебя всего, и… - он осекся, выдохнул, когда почувствовал, как тонкие узловатые пальцы скользнули по его груди, опустились ниже, исчезли под водой, останавливаясь под пупком. – Тепло. Легкую щекотку. Приятно. А… тебе?       Он повторил движение Виктора, правда, начал с того, что слегка надавил на один из сосков.       Как же хорошо… Виктор снова закрыл глаза, чуть покусывая губы. Хорошо – и даже не от этих пока слегка неуверенных прикосновений, а от слов: «Хочу изучить тебя всего». Хочу-тебя-всего. С этой худобой, которая еще шажок – и станет уже болезненной. Хромотой, от которой ощущаешь себя максимально непривлекательным и неловким. Со всем этим телом, которое иногда просто перестает слушаться и, кажется, еще немного и откажет совсем.       И ты – хочешь… Правда?       – Я очень чувствительный… почти везде… – едва слышно прошептал Виктор.       Но Джейс услышал.       Джейс – исследователь до мозга костей, и не был бы самим собой, если бы не проверил эти слова на практике, с осторожностью водя ладонями по телу Виктора: шея, плечи… низ живота… бедра… И на все, будто в подтверждение сказанных ранее слов, раздается тихий прерывисты выдох – еще не стон, но на грани, очень близко…       – Джейс… - имя на одном из таких выдохов прозвучало чувственно, волнующе.       Виктор под аккомпанемент тихого плеска воды (пока еще не выплеснулась, нет) подался вперед, и теперь Джейс был вынужден откинуться спиной на бортик ванной.       – Я тоже хочу изучить тебя. Расскажи мне? – Виктор внимательно посмотрел в его лицо, заметил, что оно слегка раскраснелось, но это могло быть и просто от жары и волнами накатывающего возбуждения.       Или Джейс все же смущен?       И вот когда уже Виктор готов был полностью увериться, что все дело в смущении, молодой человек тихо произнес:       – Мне нравятся ощущения вот здесь, – и указал на свои шею и ключицы. – И соски. А все, что ниже, – я один сплошной эроген. Попробуй…       И Виктор попробовал. Он почти улегся на Джейса и, быстро чмокнув его в губы, сразу же приник губами к шее, не просто целуя кожу, но и слегка прикусывая ее. Подушечками пальцев он чуть надавил на соски, а затем и губами добрался до них, не обделив вниманием и ключицы. Смуглая кожа на вкус была уже слегка солоноватой, а наощупь – восхитительно горячей…       – Хорошо… – тихо отозвался Джейс.       Вода снова плеснула почти до самого края, когда Виктора оторвали от его занятия, переворачивая на спину.       – Вот только если ты не перестанешь, – голос Джейса звучал низко и хрипловато, даже почти опасно, – я кончу прямо сейчас, и купаться в этой воде станет затруднительно…       – Если я не перестану, – тут же отозвался Виктор, – то купаться все равно будет затруднительно.       Его ладонь снова скрылась под водой, сразу же наткнулась на горячее и крепкое, обхватила головку, двинулась вниз до самого основания.       – Видишь? – прошептал Виктор, его зрачки расширились, глаза стали темными, бездонными, почти шальными, он жадно наблюдал за Джейсом, стремясь уловить малейшую реакцию, не пропустить ничего.       – Вижу… стонет Джейс в ответ.       И повторяет это движение, целует горячими губами шею, оставляет на коже яркий след. Виктор тихо стонет, свободной рукой перебираясь на спину, на поясницу Джейса. Он прижимает его ближе к себе – и они соприкасаются.       И это – будто точка невозврата. То сумасшествие, которое было так необходимо, чтобы отключить мозг и просто наслаждаться.       Постепенно их движения становятся едиными, ритмичными. Вода наконец все же перехлестывает через край, но как же это сейчас неважно.       Важным оказывается лишь желание продлить это ощущение соприкосновения, ласкающих ладоней, поцелуев куда придется…       Они кончают почти одновременно. Джейс – чуть быстрее, кусая плечо Виктора, почти рыча.       – Виктор, – хрипло выговаривает он, когда тот перестает крупно вздрагивать в его руках, издавая несдержанные, вибрирующие стоны. – Виктор…       И Виктор словно греется в звуках своего имени, жмурясь и не сразу открывая глаза. Хорошо, и двигаться совсем не хочется, хотя вода уже остыла, и теперь они оба это чувствуют.       – Мммм? – наконец отзывается он, и этот тихий, ленивый, все еще слегка вибрирующий звук даже немного похож на кошачье мурлыканье.       – Это было прекрасно. И в следующий раз я хочу… всего…