Я никогда не буду твоим

Все это время Артема не выпускали из дома и не давали созваниваться с Александром. Омега страдал по возлюбленному и не понимал, почему им нельзя увидеться. Шастун проводил много времени с сыном. Он его не ругал. Вспоминая себя юным, он прекрасно понимал желание омеги. Конечно, все интересно и любопытно, хочется все попробовать и узнать. Желание стать взрослым и крутым тоже присутствовало. Сон юноши был беспокойным, как в бреду шептал имя возлюбленного. Тёма соскакивал среди ночи от кошмаров. Его сердце разрывалось от страха, что ночные ужасы воплотятся в реальность. Утром, перед самым завтраком, Антон пришел в комнату к сыну, чтобы узнать о его самочувствии. — Папа… Мне плохо… — Что случилось, родной? — обеспокоенно спросил папа. — Мне очень плохо… — парень лежит какой-то бледный. Лица нет. Настолько сильны его любовные муки. Но он не может показать свою слабость и терзания, не может получить ответ от родителей. — Если ты грустишь из-за Саши, то забудь. — Папочка, но мы же с ним соулмейты. Я не могу забыть его. Почему должен перестать думать? — опять спрашивает несчастный. — Артем, я тебе потом объясню, — избегает важного разговора омега. Пока он не может рассказать о своем жестоком прошлом, которое продолжает разрушать настоящее и будущее детей. — Пап… Мне совсем плохо… — юноша бледен. Под глазами огромные темные круги, видно, что в добавок ко всему он еще и рыдал всю ночь тихо в подушку. Делал омега это тихо, но от родителей ничего не скрыть. Антон понимает все страдания сына, но облегчить их не может. Он сам убивает себя из-за чувства вины. — Сыночек, не всегда все происходит так, как мы этого хотим. — Антон пытается как-то успокоить сына. Но тот и слушать не хочет. Ему плохо. Его тянет магнитом Судьбы к альфе. Точно также притягивает и Александра. Артём не может больше быть без соулмейта. Сил больше нет. Он скоро так сломается и не сможет продолжать жить. Родителям нужно будет еще больше сил и времени за контролем юноши. А что они сделают против распоряжения судьбы? Ничего. Им остаётся смириться, но до этого шага взрослым очень далеко. — Ой… — омега побежал в туалет и вырвал. — Тёма… — Меня тошнит просто. Наверно еда плохая была. — Скажи честно, вы с Сашей предохранялись? — Шастун уже понял всё итак. Ему нужно было просто услышать это от сына. — Нет… — тихо ответил омега. — Я сейчас приду. — Шастун сходил в аптеку и вернулся с тестом на беременность. Во время его отсутствия за сыном следил Арс. Антон не сказал куда собирается сходить. Пока своему мужу он не сообщил о предположении о беременности. Хотя это довольно очевидно. Все это время Попов младший сидел как на иголках. Тошнота и головокружение могли списаться им на через чур многочисленные потраченные нервы. Нервная система юноши просто не готова к влюбленности и таким переживаниям. — Давай сделаем тест… — Шаст вернулся и предложил убедиться в догадке. Папа помог сыну. Они в напряжении ждали результата. Через несколько минут младший спросил дрожащим голосом: — Пап, а что означает две полоски? Я что ли сказуемое… — Да, а альфа подлежащее, — истерический смех пробивает его. — Если серьезно, то это означает, что ты скоро станешь папой. — Артём и слова сказать не может. Ему казалось, что он не станет папой так скоро. — Ой… — только и может сказать Попов младший. Он не знает радоваться ему или плакать. Натура омеги рада ребенку, но то что он вероятно будет папой одиночкой — не радовало вообще. Молодой человек в шоке. Хотя Антон уже сам взрослый дяденька, он тоже в шоке. Не от того, что существует беременность и дети после незащищённого полового акта, а от того что это произошло с его сыном шестнадцати лет. — Вот тебе и «ой». Ты не мог взять презерватив? — даёт волю эмоциям старший. — Папа… — краснеет юноша. — Не до этого было, конечно… А мы, как дураки с отцом тебе всё объясняли с тринадцати лет. Все запомнил, особенно про до свадьбы ни ни и про защиту! — психует Антон. — Папа… Не ругай… Я скажу Саше про ребенка, и мы поженимся, — отчаянно надеется он. Ему самому в какой-то степени это кажется бредом влюбленного мальчишки. Он положил руку на плоский живот, таким жестом защищая нерожденного от громкого крика дедушки. — Это исключено и невозможно. — Что ты от меня скрываешь? — Ничего. — А что с ребенком делать? — он гладит животик. Теперь он не простой мальчишка. С этого дня он ответственность несёт не только за себя, а за своего ребенка под сердцем. — Ждать шесть месяцев и рожать. — Шаст не знает, что сказать ещё кроме этого. Аборт он не может допустить. — У него же не будет отца, — сложности пугают мальчика. Ему же только шестнадцать лет. Он школу не закончил, а уже через полгода станет родителем. И его боязнь можно понять. Сейчас он думает, что родители откажутся от плохого сына, а отец альфа такой же подросток, которому точно также тревожно брать ответственность. Хотя про ответственность нужно было до того как вступать в интимную связь с омегой. Но разве про это думаешь, когда сердце в груди так бешено стучит и хочется только одного? — Про это надо было думать до того как идти на квартиру к альфе. — Он обещал мне жениться. В любви признался, — сейчас он понимает глупость веры в это. Артём хочет оправдаться перед папой. Он просто юный омега с гормонами, что от него требуют сейчас. Не разрешают встретится с альфой, телефон забрали и заперли, а теперь говорят быть одиночным родителем, что Саша в чем-то виноват. В голове путаница. Почему ему нельзя увидеть возлюбленного? Почему запрет на отношения именно с Сашей? — Они много что могут говорить, но делать не будут. Я пойду поговорю с твоим отцом. — Ты ему расскажешь? — Да. Отец должен знать, что станет дедушкой, — сам Антон со страхом идёт к мужу. Вдруг Арс не поддержит сына. Антон сначала должен подготовить его к такой новости, потом сказать саму новость и в ответ, если пойдет бурная негативная реакция, тоже каким-то способом успокоить мужчину.

***

Арсений не думал, что Артем забеременеет так рано. Но дело не только в беременности… — Мы не будем говорить, что у него есть старший брат, — упирается Антон. — Почему? Что в этом такого? — А как я объясню то, что получается бросил сына и ушел к другому альфе? И что теперь из-за моих ошибок страдают мои сыновья. — Антош, ты никого не бросал. Это условие поставил Эд и закон. Ты бы не мог поступить иначе, — брюнет положил свою руку поверх руки младшего. Оказалось совсем наоборот. Успокаивал Антон не Арса, а сам оказался на его месте. Омеги намного чувствительнее и эмоциональнее, чем альфы. Такова природа, наделившая омег большими сердцами, а альф — расчетливыми умами. — Арс, я — омега кукушка. Я должен был выбрать сына, а не альфу. Обязан был забрать его, но я ничего не сделал. Разве я хороший папа? Вместо этого выскочил замуж за любовника и родил ещё, — его чувство вины никуда не уходит. Шастун продолжает съедать себя за оставленного первенца. — И загубить второго сына. Ты же догадываешься, что Выграновский сделал бы с моим сыном? Тоша, против закона не пойдешь. — Попов успокаивает блондина. — Зачем про это говорить, если уже все сделано? Я не видел родного сына шестнадцать лет. Смотрю только на его фотки в соц сетях. Эд ему, наверно, наговорил про меня столько гадких вещей, что я стал для него врагом и предателем. Саша ненавидит меня. — Антон, давай ему расскажем! Артем имеет право знать истинную причину, по которой соулмейты не могут быть вместе, — нервы сдают у Попова. — Я не могу рассказать ему, что они братья и что при сцепке братьев, пусть сводных или родных, рождаются инвалиды. — Артём дальше не стал подслушивать. Он побежал к своему возлюбленному. — И аборт делать опасно, — вздыхает альфа. Это все неожиданно, — он устало трёт лицо, стараясь таким образом привести себя в чувства. — Ужас… Мы не уследили за нашим сыном. Мы виноваты в случившемся. — Тоша, успокойся. Есть пять процентов, что ребенок родится здоровым. — Арс сжимает его руку сильнее. — А остальные девяносто пять… — Но если аборт, то он на сто процентов останется бесплодным, а мы этого не хотим и не позволим. — Если он расскажет Саше про беременность, но утаит про их родство и родит больного ребенка, то тот сбежит скорее всего. Кому нужен ребенок инвалид, кроме папы омеги? — Тоша, они соулмейты. Он не должен сбежать. Но ты забываешь про отца Саши. Выграновский не смог разрушить твою жизнь, так найдет способ отомстить через твоего сына. Вернее, через двух сыновей. Они же оба страдают. Вон посмотри на Тёму. Не ест и не пьет, только и рвется к своему альфе… — Не говори, что Скруджи опять начнет вмешиваться. А Тёма и правда болен. Мы запретили ему выходить, следим сутками, а он мечется. Судьба притягивает их все сильнее и сильнее. Мы не в силах будем разорвать связь Судьбы. — Сейчас мы должны быть рядом с Тёмой. Он сейчас как никогда нуждается в нашей поддержке и понимании. Давай успокоимся и пойдем с ним поговорим. Ведь мы даже не спросили, чего он хочет сам. Всё ему расскажем, — Попов поднимается с кровати. — Мы совсем позабыли, что он вырос. — С этой чрезмерной опекой над сыном, мы забыли и друг о друге. Я хочу тебя поцеловать. — Так чего ты ждёшь целуй меня… — мужья поцеловались и решили идти на переговоры с сыном, но оказалось, что комната пуста. Артём сбежал.

***

По памяти он нашел дом своего любимого. Попов младший хотел все рассказать Александру и принять его ответ достойно. Ему было страшно как никогда. Вдруг он его отвергнет… В таком случае его сердце не сможет биться. Боль в груди сломает рёбра, и они проткнут лёгкие, но этого юноша не заметит. Ему будет больно от горьких слов соулмейта. Когда он дошел до дома, тогда увидел мужчину. Он мог предположить, что это его отец. Но мужчина был не очень похож на Сашу. Артём решил спросить у альфы. Другого способа нет. — Здравствуйте, мне нужно поговорить с Александром. Где я могу его найти? — Его сейчас нет дома, — он даже не глянул на омегу. — Чего здесь потерял? — грубо спросил Выграновский. — Я ищу Александра. Мне нужно поговорить. — Ты кто ему будешь? — парень не знал как ему представиться. — Знакомый. — Понятно… Очередная омега, выебанная моим сыном… Держи… — он достал толстенный кошелек и дал ему денег. — Спасибо за услуги, а теперь проваливай, - Артём просто хлопал ресницами и переваривал информацию. — Но… — у омеги челюсть выпала от шока. Скруджи только сильнее втолкнул деньги в руку омеги и сжал их в кулак своей рукой. — Вали отсюда, щенок, — насмехается мужчина с татуировками. — Я не возьму денег. Я хочу поговорить. Просто поговорить, — воздуха не хватает. — Глупенький, вам нечего обсуждать. Интереса больше к тебе нет абсолютно никакого. Ты уже ему все показал и дал. Проваливай. И если ещё раз я увижу, что ты пытаешься найти связь с моим сыном… Мало не покажется… Забудь сюда дорогу и не рассчитывай на что-либо. — Эдуард заходит в дом, оставив за собой парня.

***

Артем шёл назад и плакал. Очередная омега… Интереса нет… Ты все уже дал… Он не мог поверить, что его обманул соулмейт. Они же влюбились до беспамятства, дали клятву любви. Саша говорил, что у него не было отношений до Артема. А тут его отец говорит, что его сын тот ещё гуляка и водит часто омег, раз Артем стал очередным в этом списке. Его обесчестили и унизили, дали деньги и прогнали. Так плохо даже с проститутками не обращаются. Их никто не обманывает, не даёт обещаний и не кидается пустыми словами. Проституток используют физически, а Артема кажется морально. Он грязный. Он будущий папа. Как он будет смотреть в глаза малышу и говорить, что влюбился и пошел в постель, собрал лапшу на уши и остался в итоге с животом? Артёму стыдно. Он не послушал родителей, не воспользовался их наставлениями и в итоге оказался в такой ситуации. Но больше стыдно за то, что ему так понравилось в постели с соулмейтом... Дикое желание сильнее морали. Ой чего они только не вытворяли в кровати... Для двух новичков они отлично справились. Но этого ничего не повторить и мужьями им не быть. Он рыдал, вспоминая слова родителей, что, если случилась близость, не факт, что тебя не бросят и вы будете вместе навсегда. Ему было плохо. И душевно и физически и он не мог собраться с мыслями. Но одно он знал точно, что никогда с Сашей они не будут вместе и мужьями не станут. А что ему делать с меткой шоколада, которую он прятал от своих родителей? Она не уходит. Они избранные. Им суждено быть вместе. Артём рыдал от мысли, что его малыш родится больным. Он так сильно боялся. И кроме как плакать не знал, что делать. Юный парень был совсем не готов к таким испытаниям Судьбы. Тут ему на встречу шёл ещё один парень. Тоже омега. Он не мог пройти мимо рыдающего юноши. — Что случилось? Почему плачешь? — спросил он, останавливая его. — Я нашел соулмейта… — Так это же замечательно! Ты рыдаешь от счастья? — Нет тут никакого счастья. Я не могу быть с ним вместе, — когда он говорит, он немного успокаивается. Не может же он сильно рыдать при незнакомце. — Почему? — Только что его отец меня на порог не пустил, сказав, что я очередной… — Артём не хотел говорить дословные слова альфы. — дурак у его сына, — заменил слово на более приличное. — Деньги, что у тебя в руках, он дал? — парень от своего горя забыл про это. Купюры так и были сжаты в кулаке. — Да… — Артём подходит к ближайшей урне и выкидывает их. — Только что говоришь? — Да. Вон том дом. Самый большой и красивый на улице, — показал Попов. — Ооооо… — омега смотрит в указанную сторону. — Что? — Я живу в том доме. Меня зовут Андрей. Я младший сводный брат Саши, — омега офигел. Он настолько удивился, что забыл про слезы окончательно. Ему нужно было пару секунд, чтобы переварить всю полученную информацию. — Что? — переспросил омега. — У нас с твоим Сашей — отец Эдуард. А папы омеги разные. — У тебя папу как зовут? — Алан. А у брата — папа Антон, — объясняет Андрей. — Значит это правда… Я влюбился в свободного брата… — Ну и дела… Я помогу тебе. Давай, ты напишешь записку, а я ее передам? — Спасибо за помощь. — Андрей вытащил из портфеля листок и ручку, книгу, чтобы можно было упереться. Артем написал письмо, где рассказал абсолютно все, в том числе и о беременности. Выграновский младший пообещал передать письмо и принести ответ. Так что решено было омеге ждать на том самом месте. Через какое-то время вернулся Андрей. Артём уже успел подумать, что тот не вернется, как тот уже приближался к нему. — Тут такое дело… Он не очень обрадовался твоей записке… — он протянул записку. — Держи. — Спасибо… — он со страхом открыл бумагу.