Стеклянные аметисты

Что-ж. Видимо возвращаться в комнаты было все же херовой затеей. С чего такие выводы? Ну… Наверное с того, что сейчас эти трое заперты в клетке похуже прежнего? Давайте отмотаем время чуть назад… Двумя часами ранее. Сидя на своем полюбившемся подоконнике, Минэко слегка покачивала ногами, пока в ее голове всплывали воспоминания из жизни. Но от этого занятия ее отвлек тихий скрип двери, что тут же привлек внимание. В дверях показался знакомый силуэт низкорослой женщины, что сейчас держала своими пухленькими ручками две шкирки. Угадайте кто? — А вот и третья нашлась.- пролепетала женщина, довольно улыбаясь. Мико тоже попыталась улыбнуться ей в ответ, в знак уважения (нет), но это вышло слегка кривовато (слегка- это мягко сказано). Ну, а что? Может она вежливым поблажки дает… Как выяснилось, нет. Теперь женщина тащила в своих руках уже троих собратьев по несчастью. — А я здесь каким боком? Я вообще просто спал! — возмущался шепотом Риндо, опуская голову. — Ты во сне на нее косо через веки посмотрел!!! — уже не сдерживая свой ржачь, шептала ему в ответ Мико, все еще плетясь по полу.- Откуда у нее вообще такая сила? Как она нас троих тащит? — Она просто скрытый качок.-пожал плечами Ран, что до этого старательно пытался отцепиться от чужих рук. Не вышло. — Что вы там бормочите?! — противно пропищала жаба, дергая их за кофты. Кажется, Мико услышала хруст. Спасибо, что не кости.- Ну ничего, скоро вы даже губы разомкнуть не сможете.- последние слова она проговорила с большим удовольствием, садистка хренова. Кто ж знал, что жабы говорят напрямую. Теперь троица по несчастью познала ее слова в полном размере, когда их заточили в четырех стенах холодильника. И если вы сейчас подумали, что огромных морозильных камер не существует, советую вам подумать еще раз. Эта комната была полностью пуста, лишь стены и дверь, но особенность этой тюремки заключалась в ее температуре, а точнее в минусе этой температуры. Минус пятнадцать, как вам погодка? Мико считает, что в самый раз для снежного загара. Вернемся к настоящему, к которому мы и без того пришли. Сжавшись в кокон, девочка пыталась оттянуть ворот тонкой кофты как можно выше, лишь бы спасти свой бедный нос от отморожения. Поджав под себя ноги, она медленно выдохнула теплый пар, что тут же растворился в холоде. Дрожа как осиновый лист, Мико невольно перевела свои глубокие глаза в сторону братьев, которым повезло чуть больше. Двое блондинов сейчас прижались друг к другу, пытаясь хоть как-то отогреться, но видимо даже это не помогало, так как младший начал постепенно засыпать от холода. Это не самый хороший знак. — Хэй, Риндо, не смей дрыхнуть, температура упадет…- тормошил его дрожащий Ран, что сам выглядел не лучше брата.- Риндо, серьезно. — У тебя пальцы двигаются? — спросила Мико, вставая со своего места. Стало холоднее. Но этот холод не сравниться с холодом, с которым посмотрел на нее старший Хайтани. — Ты дура или прикидываешься? — Я комбинирую. А вообще, это прозвучало обидно, я, между прочим, пытаюсь помочь! — Чем? — хмыкнул косичка, откидывая голову к стене. Проигнорировав его вопрос, девочка подсела ближе, под пытливый взгляд сирени. — Если можешь, то растирай ему ноги, я буду лицо, нельзя долгое время сидеть в одном положении на морозе. Кровь перестает ходить, от этого мы и замерзаем. Растирай его тело, пока он окончательно не отрубился. Риндо действительно кажется собирался кидануть их в этой морозилке, так как глаза стали закрываться все чаще, а на разговоры он никак не реагировал. Пытаясь отогреть свои оледеневшие пальцы, девочка опустила чужую макушку на колени, начиная массажировать лицо мальчика. — Никогда не понимал, для чего ты это делаешь? Благородность хлыщет? — пробурчал под нос Ран, снимая обувь младшего. — Как грубо. Я может подружиться хочу. — Подружиться? — выгибая бровь, он словно насмехался над ее словами. Хотя, честно говоря, Минэко было самой смешно. Находить друзей в колонии? Очень интересно и забавно. — Ладно, херню высрала, признаюсь.- прыснула Имаи, ощущая как чужие щеки начали слегка теплеть.- О. Отморозился. Сиреневые глаза вновь начали открываться, с легким недоумением смотря на девочку. — Утречка.- улыбнулась брюнетка, скидывая чужую голову с колен. — ЭЙ! Больно же! — крикнул Рин, ударяясь затылком.- Я понять не могу, ты лечишь или калечишь? — Как я ответила твоему длинноволосому братцу, комбинирую, бро. — А где ты тут бро увидела? С каких пор я твой брат? — Ебучку на ноль вырубил, а то тебя обратно в микрокому пущу. Тем временем Ран смотрел на перепалку этих двоих тупейшим взглядом, думая лишь об одном… — Какие капли в глаза капать, чтобы перестать видеть идиотов? Теперь на него уставились уже две пары разгневанных глаз. — У вас в семье принято херню высирать? — обращаясь к Риндо, спросила Мико, угрожающе пододвигаюсь к старшему. Младший же лишь пожал плечами, сдерживаясь от конкретного ответа. После этого «веселого» диалога, вся троица вновь погрузилась в прежнюю тишину. Тратить силы на разговор в такой мороз не хотелось, но Ран все же не мог не спросить. — Где твои шедевроспособности вскрытия дверей? Они бы были сейчас кстати. — Карманы пусты, видимо по пути потеряла заколку.- высовывая язык, хмыкнула Имаи. — Пиздец. — Поддерживаю.

***

И так, что мы имеем? Трех отмороженных подростков, что сейчас, забившись в угол, отогревали друг друга. Мило? Да как же. Все это время в морозилке у Мико складывалось ощущение, что она не просто сидит в камере, а проживает различные психологические стадии. Неужели метод «отморозь себе мозги» реально рабочий? А теперь без шуток. Вы думали я серьезно? Стадия первая: отрицание. — Я чертовски замерзла, мне кажется еще чуть-чуть и здесь с вами будет глыба льда.- дрожащими губами, проговорила Минэко. — Так ползи к нам.- беспристрастно произнес Риндо, освобождая местечко. — Еще чего. Вторая стадия: гнев. — Блять, да вы можете не шуршать! Я может пытаюсь согреться мыслями! — Отвали, я ног не чувствую! — Если не перестанете, то не будете чувствовать уже кое-что другое! Третья стадия: принятие. — Ты мягкая.- прошептал посмеиваясь Ран, одной рукой обнимая «подружку». — Тебе руки оторвать? Или сам справишься? — слегка смущаясь, пыхтела Минэко. — Я не мазохист. — А я не терпила, лапы убери. — Так теплее.- прыснул косичка, обнимая ее еще крепче былого. В ответ послышалось змеиное шипение. Но как бы девочка не препиралась, теплее действительно стало. Чтобы сохранить хоть какую-то нормальную температуру в своем теле, Минэко пришлось присоединиться к телячьим нежностям семейства Хайтани. Никогда она не могла подумать, что будет жить по девизу: «Хочешь жить — умей обниматься.» Обнимайтесь чаще, люди.

***

— Жаба биологию не изучала или что?! — чертыхалась Мико, со всей дури ударяя ногой железную дверь, что успела уже покрыться легким инеем.- Я. Хочу. Ссать. ВЫПУСТИТЕ МЕНЯ УЖЕ ОТСЮДА! — Имаи продолжила дубасить дверь. — Боюсь, что до конца дежурства ее в наших краях не будет…- обречено шептал Риндо, засыпая на плече у Рана. — Тогда, до конца дежурства эта дверь и не простоит. — Верим и надеемся.

***

Когда в глазах каждого начала пролетать их маленькая жизнь, со стороны двери послышался шум. Кое-как разлепив веки, брюнетка подняла голову, смотря на открывшийся вид. Все та же ненавистная фигура застыла в дверях, недовольно уперев руки в бока. Моргнув пару раз, словно надеясь, что это лишь иллюзия, Мико разочарованно простонала, когда силуэт женщина никуда не пропал. — Выходите, ваше наказание закончилось.- ворчливо прошипела жаба. — Я отморозила мозги или два дня реально прошли? — в удивлении вскинув брови, Имаи уставилась на женщину, что уже начала выталкивать их из комнаты. — К вам приехали психологи на консультацию. «А, вот в чем дело.» Медленно повернувшись в сторону спящих Хайтани, девочка замершими пальцами начала тормошить их за плечи, в надежде, что те проснутся. Старший проснулся почти мгновенно, словно и не спал вовсе. Лениво разлепив свои аметистовые глаза, он недовольно уставился в сторону Минэко, ожидая объяснений его пробуждению, но говорить ничего не понадобилось, за нее это сделала жаба. — Выродки, вставайте быстрее. Кивнув, сонный Ран разбудил младшего, после чего они какое-как смогли доползти до выхода. Тело перестало слушаться от слова совсем. Казалось, словно каждая клеточка организма закристаллизовалась, замораживая тело в своеобразную кому. Ходить было сложно, Минэко даже думалось, что время замедлилось, настолько долго они шли. Но стоило им выйти за пределы ледяной комнаты, как в легкие тут же попал теплый воздух, который на тот момент казался раскаленнее огня. Вся кожа мгновенно покрылась мурашками, а глаза даже заслезились с непривычки. — Это рай?…- одними губами прошептала Имаи, стирая подступившие слезы. — Если будешь так топтаться, то я тебя точно туда отправлю.- пропищала жаба, разворачиваясь и начиная уходить куда-то в даль. Не став испытывать ее терпение, девочка последовала за ней, передвигая посиневшими ногами. Но когда она пошла, то сзади не услышала последовательных шагов, отчего повернулась и собиралась начать возмущаться, как увидала такую картину. В метрах пяти от нее на полу лежал Ран, с силой сжимая кулак в районе сердца. Лицо его казалось настолько измученным, что стало даже страшно на него смотреть. Губы плотно сжаты, глаза смотрели на все с легким прищуром. Косички растрепались, создавая ему еще более плачевный вид. Переведя глаза на все остальное, Мико заметила, что конечности мальчишки бьются в конвульсиях. «Ясно, судороги после перепада температур.» Девочка уже хотела было направиться помогать, как внезапно остановилась. Стоп. С каких пор она занимается благотворительностью? Действительно, почему она им помогает? Для чего? Минэко уж точно знает, что не ради дружбы. А может это привычка осталась еще со временем Аки? Может ей просто нужен человек, за которым она сможет заботиться? Но заботилась ли она вообще о ком-то? Она всегда была в своем окружении самой младшей, так откуда прет такая забота? Может это привычки ее покойной матери?… Ответов на эти вопросы Имаи не знала и ее серьезно пугали эти метания идеологий. Кажется, Мико перестала понимать саму себя. Она, конечно, не бессердечная, но столько раз помогать за день, это даже для нее жирно… Но она же помнит то чувство безысходности. Помнит, как нуждалась в помощи, в поддержке и как хваталась за нее двумя руками. Она помнит чувства, которые испытывала в момент растерянности. Заслуживает ли Риндо этого? Нет. Никто такого не заслуживает, тем более такой наивный маленький мальчик. Но такой ли он наивный, раз попал в колонию?… Переведя глаза на рядом сидевшего младшего брата, Минэко отчетливо почувствовала, как что-то сжалось в районе сердца. «Это что такое?» — ударяя себя по груди, шикнула брюнетка. — Ран, что с тобой? Ран, я здесь… Только ответь… Что делать, Ран…- отрывками долетали тихие фразы Риндо, от которых синеглазке становилось не по себе. Его глаза с ужасом смотрели на открывшуюся картину, руки дрожали, цепляясь за тонкую кофту старшего, а губы шептали непонятные слова, пытаясь успокоить то ли его, то ли себя. Риндо чувствовал полную безысходность. С вечной опекой старшего брата, который не позволял ему и шага лишнего сделать, Риндо не умел почти ничего дельного. Ему уже было десять, мать его, лет! Десять! В десять лет Ран уже заботился о нем как о собственном сыне. А что мог он? Ему даже книжки давались с трудом, не говоря уже об остальном. Все, что он сейчас действительно хорошо умеет — это прятаться за спиной у старшего брата. Неужели это все, на что он способен. Неужели он даже не способен спасти своего родного брата?! От множества мыслей и далеко не положительных, на сиреневых глазах навернулись слезы, что медленно стекали по щекам. Этим же временем Мико с силой сжала челюсть, сражаясь со своими внутренними противоречиями. Обернувшись на жабу, она отметила, что той на это совершенно по барабану, после чего резво обернулась. Послав все свои былые принципы куда подальше, девочка сорвалась с места, приближаясь к Хайтани. «Аркадий паровозов, епта.» Присев на холодную плитку, она тут же потянулась к старшему, пытаясь ухватить того за руку. Но тут ей помешал уже Риндо, что словно запуганный зверек вцепился в Рана и не позволял никому к нему приблизится. — Что ты делаешь?…- дрожащими губами, шептал блондин, видимо совершенно переставая соображать. — Братца твоего спасаю.- нахмурилась Минэко, продолжая.- Слушай внимательно, по второму кругу объяснять не буду. Тот на ее слова неуверенно кивнул, но больше не сопротивлялся. — Вытяни его руки вдоль тела, пальцы выгни в прямое положение. Ноги также выпрями и стопы потяни на себя.- давала указания черноволосая, которая сама принялась «вправлять» шею.- И побыстрее, а то твой брат коньки откинет. — Х-хорошо! Выдохнув, Минэко перевела глаза на его лицо и ужаснулась. До этого белоснежная кожа парнишки приобрела сероватый нездоровый оттенок, губы перекрасились в фиолетовый, а глаза начали неистово слезиться. «Да ну…» Быстро среагировав, Мико приблизилась, после чего подняла чужую голову. Без каких-либо промедлений, пальцы с силой сжали челюсть, открывая рот. Надавив на лоб, она опустила голову блондина к полу, а сама начала не сильно надавливать на грудь. Постепенно кислород стал поступать в организм и Ран смог вздохнуть. До ужаса перепуганная брюнетка облегченно вздохнула, вытирая проступивший пот. — Живой…- все еще находясь в шоке, прошептала она. В эту же секунду послышался чужой кашель и долгожданные признаки жизни. Оперевшись о девичье плечо, Ран наконец поднял корпус, держась рукой за шею и вдыхая воздух. — Ты астматик? — спросила Мико, что сейчас помогала ему встать. — Нет.- хрипло прошипел блондин. — Тогда, что это было? — Понятия не имею… Словно тело сковало чем-то неизвестным… — Ран! — истошно закричал Риндо, обнимая брата настолько крепко, что он кажется начал повторно задыхаться. — Я так испугался, Ран! Ты так внезапно упал, я думал, что ты умираешь! — со слезами на глазах, он уткнулся ему куда-то в плечо, продолжая хныкать. — Ну ты и плакса, Рин.- прыснул старший, легонько улыбаясь. С успокоением выдохнув, Минэко, почувствовав, что выполнила свой долг, встала и начала было уходить, как услышала чужой голос: — Спасибо! — крикнул Риндо, наконец отцепляясь от брата.- Не знаю, что бы делал, если бы тебя рядом не было… От его слов Мико впервые ощутила какое-то странное чувство… Оно растекалось по ее замершему телу горячим потоком, согревая каждую клеточку тела. На душе стало сразу так приятно и легко, что Имаи сама не заметила, как начала искренне улыбаться. — Не за что, обращайтесь. И отвернувшись, она последовала за жабой, спину которой даже видно не было, уквакала куда-то. И Мико даже знать не знала, что Ран сейчас с порозовевшими щеками тихо прошептал слова благодарности, не сводя глаза с ее спины. — Ты чего? — спросил внезапно Риндо, заметивший изменения в лице старшего. — Да так…