Сон о небесах...

      У Антона всё перед глазами плывёт, ему кажется, что ещё чуть, и он потеряет сознание. Ефим попал прямо в солнечное сплетение, и Шастун в течении нескольких секунд не мог вдохнуть. Он, словно карась, пойманный рыбаками, пытался хватать ртом воздух, но тщетно.       Шастун старался не поддаваться панике, и уже через мгновение он снова смог дышать. Антон, превозмогая боль, попытался встать. Всё тело горело, и при каждом движении отдавало тупой болью. Его шатало в разные стороны. Одной рукой он держался за живот, а второй хватался за тахту. Когда у парня получилось сесть на неё, он прижался головой к стене и закрыл глаза. В ушах был звон, а также Антон различал быстрый стук своего сердца. Шастун дышал ровно и глубоко, как учили на курсах.       Несмотря на то, что Ефим отбил парню почти всё тело, Шастун был рад тому, что тот не разукрасил ему лицо, и он сможет спокойно работать, не тратя часы на то, чтобы замаскировать синяки. Ну а остальное можно легко закрыть одеждой.       Придя в себя, и уже не ощущая себя в предобморочном состоянии, Антон встаёт и идёт в ванную, чтобы умыться холодной водой и окончательно прояснить разум. Шастун не думает ни о чём, кроме как не впечататься в какой-нибудь угол своей квартиры.       После этой махинации он пришёл на кухню, и стал внимательно всматриваться на дисплей телефона, пытаясь собрать буквы в единое слово, а далее составить из них предложение, и понять, что у кого произошло, требует ли это сиюминутного решения, или он может отложить все дела и спокойно пойти прилечь.       «2 пропущенных вызова от Арсений Сергеевич (т…»       Арсений Сергеевич (таинственный)       Антон, прошу прощения за беспокойство и за…       Антон хлопает глазами и быстро нажимает на сообщение и его переносит в диалог. от: Арсений Сергеевич (таинственный) «18:06» Антон, прошу прощения за беспокойство, и за то, что звонил. Не сразу сообразил, что Вы можете быть чем-то заняты и я Вас отвлекаю. Ещё раз извините. Вы предлагали свою помощь, в случае того, коль что-то произойдёт, и если у Вас сейчас нет никаких дел, не могли бы подъехать ко мне домой? Я пойму, если вы откажите.       Шастун ещё раз перечитывает сообщение, чтобы всё правильно понять, и тут же набирает ответ.

«18:18» Вы:

Буду у Вас как можно быстрее.

от: Арсений Сергеевич (таинственный) «18:19» Большое спасибо! Охранника предупредил, он Вам откроет.       Шастун выключает телефон и, насколько позволяет ему его тело, быстро идёт в комнату, чтобы переодеться в более приличную и чистую одежду. Он не глядя берёт первые попавшиеся футболку и джинсы. Стараясь не заострять особого внимания на покрасневшие участки кожи, Антон переодевается.       Взяв телефон, ключи от квартиры и машины, он начал искать глазами сигареты. Вспомнив, хлопнул себя по лбу и вышел из квартиры во двор. Антон завёл машину и выехал на дорогу. Минусы больших городов — пробки.       Парень старался как-то их объехать, но ничего из этого не вышло. Всё, что он мог, это быстро ждать, а это ну нисколько не помогало. У Шастуна в голове проносились миллиарды событий, которые могли произойти с Арсением. Он мог поскользнуться и упасть, тем самым сломать себе что-то, или что-то произошло с его женой или дочкой, если они существуют и это не слух. Может, он порезал палец, когда открывал консервную банку с оливками и не может остановить кровь? Даже самые абсурдные варианты приходили ему на ум. Например, он порвал каким-то образом уздечку у своего члена. И как такое могло прийти на ум?       Антон потратил полтора часа на дорогу, и облегчённо вздохнул, когда заехал на улицу, на которой живёт Попов. Когда он подъехал к воротам дома, они сразу же открылись, пропуская его во двор. Припарковав машину, Шастун выходит и быстрым шагом идёт к двери. И тут назрел вопрос. Что делать? Постучаться? Навряд ли услышит. Звонка на двери нет. Зайти в чужой дом - это как-то некрасиво. Но другого варианта нет, и парень открывает дверь.       Внутри дом кажется ещё огромнее. Он светлый, а интерьер не делает его слишком вычурным, холодным и пустым. Всё в меру. Спокойные оттенки, достаточно мебели, неброские элементы декора. Всё не было супер-пупер дорогим, но в то же время не отдавало дешевизной.       Антон разулся и снял куртку. Он оглянулся по сторонам, ища хозяина дома, но никого не увидел. Шастун сделал пару шагов к лестнице и услышал голос Попова, доносящийся со второго этажа. Парень, перепрыгивая ступеньки, поднялся, и стал идти на звук. — А вот если бы я не заглянул туда? — Антон прекрасно слышит недовольный тон Попова. — Пока ты спишь тут спокойно, я с ума чуть сошёл, если бы тебя так и не нашёл. Мне уже не восемнадцать, я стар для таких переживаний! Пообещай, что больше так папочку не напугаешь.       Всё же у него есть дочь, значит есть и жена.       Антон дошёл до нужной двери. Он взялся за ручку чуть прикрытой двери, и постучал по дверному проёму костяшками. — Арсений Сергеевич, извините, что отвлекаю. — Шастун видит перед собой совсем не то, что ожидал.       Посередине комнаты, которая судя по большому дивану, столику и телевизору была предназначена для гостей, стоял Попов с хорьком в руках. Настоящим хорьком. Шастун так и застыл в дверях. Ну, его можно понять, не каждый день увидишь фретку, которую держит Арсений с милым зелёным ободком в виде лягушки на голове и обычной домашней одежде. Парень думал, что он ходит в какой-нибудь шёлковой пижаме, которая стоит как весь гардероб Шастуна. — Я не хотел заходить в дом без Вашего позволения, но я услышал голос, и Вы до этого написали, что нужна… — Антон старался составить из слов связное предложение, но у него не получилось. — Антон, извините, что перебиваю, но всё в порядке. Вам не стоит извиняться. Спасибо, что приехали. — Арсений улыбнулся, а хорёк выбрался из рук Попова и спрыгнул на пол. — Арсений Сергеевич, что у Вас случилось? Чем я могу Вам помочь? — Антон опустил взгляд на хорька, который аккуратно стал подходить к парню.       Хорёк был белого цвета, переходящего в тёмный. На его мордочке были серые пятна вокруг глаз, а нос был полностью чёрного цвета. У него было длинное тело, присущее его виду. Глаза внимательно осматривали нового человека в доме. — Антон, извините. Получается, что я Вас зря потревожил. — Шастун оторвал взгляд от зверька, который уже совсем близко подошёл к его ноге. — Так вышло, что я не мог найти Клевера, моего хорька, и подумал, что он убежал через окно второго этажа, которое я оставил открытым. Я очень испугался, стал его везде искать, и когда обыскал весь дом, я написал Вам с просьбой о помощи. Думал, что дождусь Вас и мы пойдём искать его на улице. Нашёл Клевера я только что. Он залез под диван и уснул там крепким хорячьим сном. Прошу прощения за беспокойство. Я правда не хотел Вас тревожить. — Он опускает взгляд, и видно, как ему неловко из-за сложившейся ситуации. — Ничего страшного, я понимаю. Если у Вас всё в порядке, я могу ехать домой? — Шастун вновь обратил внимание на милое создание, которое его усердно обнюхивало. — Антон, мне жутко неудобно, что я испортил Вам вечер. Вы явно не хотели провести его вот так. — Арсений рукой очерчивает круг в воздухе. — Арсений Сергеевич, всё правда в порядке. Сегодня у меня не было и нет никаких планов, всё хорошо. Хотелось бы сказать, что это могло случиться с каждым, но не у всех есть домашние хорьки. — Арсений замечает, что Клевер уже практически залез на ногу Антона, и поспешил взять хорька на руки. Тот недовольно фыркнул и начал вырываться. — Клевер, прояви уважение к гостю. — На удивление, хорёк, ещё раз недовольно фыркнув, успокоился. — Может быть, если у Вас нет никаких планов, выпьете у меня чаю? Я чувствую вину, может хоть так я смогу исправить Ваш испорченный мной вечер. И ещё мне стоит с Вами ещё одну вещь прояснить.       Шастун хотел было отказаться, но ему стало жутко интересно узнать, о чём хочет поговорить этот таинственный. Ещё он не очень-то и горел желанием возвращаться домой. Мало ли, вдруг Ефим вспомнит, что что-то не договорил и вернётся. Нет, Антон не боялся его, Шастун знает, что не сможет дать ему отпор. Он никогда в жизни и ни под каким предлогом не ударит Ефима, а вот он, как оказалось, сторонник противоположных мировоззрений. — Давайте, я не против.       Антон отходит в сторону, чтобы Арсений смог пройти. Попов благодарно кивает, отпускает хорька на пол, и дальше Шастун следует за ним. Кухня расположилась на первом этаже, и была совмещена с залом. Разграничивал зоны еще один большой диван. Напротив него находился телевизор, он стоял на тумбе, а по бокам расположились два стеллажа. На них стоял разного рода декор, книги и награды Попова.       Сама кухня, так же как и весь дом, выполнена в светлых тонах. Роль стола играл большой кухонный остров. Обычный кухонный гарнитур, варочная и рабочая зона. Столешница сделана явно из дорогого натурального камня. Антон садится на один из высоких стульев, а Арсений подходит к шкафчикам. Открыв один из них, он спрашивает: — Будете чай или кофе? — Антон замечает возле своих ног Клевера, который вновь его обнюхивает. — Чай, если можно. — Клевер, понимая, что незнакомец никак ему не навредит, запрыгивает Шастуну на колени. — Клевер! — Зверёк посмотрел на хозяина с явным недовольством и, фыркнув, лёг, всё так же продолжая смотреть Арсению прямо в глаза. — Клевер, ты сегодня и так знатно проштрафился, слезай. — Попов, не заметив никакой реакции со стороны хорька, стал подходить, чтобы забрать его. — Пусть сидит, если хочет. Он мне совершенно не мешает. — Хорошо. — Арсений возвращается обратно к шкафчику. — Антон, извините, выбор вкуса чая у меня скуден, точнее, его нет. У меня есть только с чабрецом. — Попов поворачивается и смотрит извиняющимся взглядом. — Всё в порядке, давайте его. — Антон улыбнулся. — Я в основном кофе пью. Чай обычно гости пьют, но они у меня не часто, поэтому смысла покупать кучу сортов, я не вижу. — Арсений ставит на плиту чайник и зажигает огонь, затем он достаёт две одинаковые белые кружки и в одну из них кладёт пакетик чая, а вторую относит к кофемашине. — Сейчас кофемашина заработает, она довольно громкая, не пугайтесь.       Антон кивнул и посмотрел на хорька, который удобно устроился у него на коленях. Арсений включил кофемашину и та и вправду работала довольно шумно. Клевер даже от неожиданности вздрогнул. Шастун аккуратно прикоснулся кончиками пальцев шерсти зверька и, не заметив раздражения или любой другой негативной реакции, провёл рукой по тельцу фретки. Шерсть оказалась мягче, чем парень себе представлял, но жёстче, чем у кошки. — А как Вы решили взять Клевера? Просто немного странный выбор. Обычно ведь кошек и собак заводят. Извините, если этим оскорбил Вас и Ваш выбор, я этого не хотел, правда. — Сказал Антон одной сплошной скороговоркой, как только кофе налилось в кружку. — Не стоит извиняться. — Арсений полностью повернулся к Антону и прижался бёдрами к столешнице. — Когда я только переехал в этот дом, то с первого дня понял, что сойду с ума от одиночества в этих стенах. Стал сразу искать в интернете домашних животных. Любых. Начиная от кошек и собак, заканчивая бабочками и пауками. Я не имел никакого понятия, кого хочу завести, просто просматривал разные зоомагазины и заводчиков. Никто не цеплял. А потом, ну, знаете, как это бывает, смотришь на фото, и понимаешь, что вот именно он подходит тебе на сто процентов. С Клевером точно так же было. — А Вы его взяли хорёнком? Извините, я не знаю, как их правильно называют, когда они маленькие. — Шастун опустил взгляд на Клевера и продолжил его гладить. — Щенки. Их называют щенками. Я взял его, когда ему было два месяца. — Арсений смотрит куда-то в сторону и тепло улыбается, явно вспоминая маленького Клевера. — Трудно его содержать? — Ну, я бы сказал, что дорого. Особенно поначалу. Никогда не думал, что операция по кастрации хорька стоит целое состояние. Специальный корм, все его игрушки, домики, лотки, миски, поилки, ножницы для когтей, расчёска, шампуни, всё это не из дешёвых. — Арсений кидает короткий смешок. — А по уходу не труднее кошки. — Он такой милый. — Согласен, но вредный. Постоянно куда-то лезет, что-то прячет, роет, носится по дому, а потом мило спит. Всегда теперь проверяю одеяло на наличие Клевера там, а то он может укутаться в нём и уснуть, а сон хорька очень крепкий, фиг добудишься. — Чайник засвистел и Попов выключил конфорку. — Вам разбавлять водой? — Арсений оглядывается через плечо, держа при этом чайник. — Да. — Арсений кивает и наливает в кружку сначала кипяток, а затем разбавляет холодной водой.       Попов поставил перед Антоном его кружку чая, а напротив него свою с кофе. Он ещё раз подошёл к шкафчикам и достал оттуда печенье. Арсений так же положил его на стол. Наконец-то сев, таинственный отпил немного кофе и, отставив его, с серьёзным лицом начал: — Думаю, стоит обсудить с Вами меня, как бы странно это не звучало. — Антон так же отпил немного и коротко кивнул, показал, что готов слушать. Хотя совершенно не понимал, что вообще происходит, и не сумасшедший ли случаем этот таинственный? — Я Вас, кажется, напугал своим напором и излишним вниманием. — Шастун уже было открыл рот, чтобы возразить, но Попов жестом попросил его не перебивать. — Я уверен, что мои пристальные взгляды и просьбы находится ко мне ближе, чем это требуется, не скрылись от Ваших глаз. Любой, на Вашем месте, не был бы в восторге от такого. Хочу сразу всё прояснить.       Антону и правда казалось всё это немного странным, но ведь у каждого свои тараканы в голове. Шастун старался адаптироваться под Попова, чтобы тому было комфортно находится с ним. Но, как оказалось, на всё это, у Арсения есть причина. Интересно, что хранит в себе этот таинственный? — Я не испытываю к Вам никакой симпатии, влечения и всё в таком роде. — Шастун слегка хмурится, этот вариант ему даже в голову не приходил. В принципе, не сказать, что Антон прям сидел и думал, почему этот Попов такой. — Не пытаюсь, завоевать Ваше внимание. Не ищу случайных встреч. Тем более, я знаю, что Вы уже заняты. — Парень сразу напрягается, но ничего не говорит по этому поводу. — Думаю, что максимум взаимоотношения между мной и Вами, только после Вашего позволения, дружба. На моё странное поведение есть объяснение, но его я, к сожалению, не могу Вам сказать. — Арсений пододвигает чашку и делает глоток, тем самым ставя некую точку своём повествовании. — На самом деле, Арсений Сергеевич, я не считал и не считаю Ваше поведение странным. Оно как у всех, за исключением некоторых моментов, но ведь все люди разные. Вы не виноваты в том, что чуть больше других беспокоитесь за свою жизнь. Всё в порядке. — Антон улыбается и начинает елозить на стуле, пытаясь сесть чуть удобней.       И вот именно в этот момент, когда Шастун начал фокусироваться на собственных ощущениях, он почувствовал, как, оказывается, сильно болит и горит всё его тело. Каждый вдох сопровождался дискомфортом в районе грудной клетки, оттого, что он сидит, ноги, в особенности левая, ныли, а правое плечо, помимо того, что жутко чесалось, не менее сильно болело.       Антон, как он думает, был в состоянии шока и страха последние полтора часа, видимо поэтому до этого момента он не чувствовал боли. Ну или его мозг стал игнорировать боль этот промежуток времени, после получения травм. Только в момент получения, это не работает. То же самое было и с его ногой, когда он порвал мышцу. Лучше бы так и продолжалось. Но сейчас он старался меньше елозить на стуле, или делать это как можно менее заметно для глаз Попова. Плюсом шло то, что Клевер уснул. Тревожить сон этого милейшего создания просто бесчеловечно. — Антон, что-то не так? — Всё же принятие наиболее безболезненной позы оказалось замечено Поповым. — Всё в порядке, просто нога затекла. — Шастун замер и старался не шевелиться. Удобную позу он так и не смог найти. — Клевер такой хорошенький. — Парень перевёл тему, стараясь абстрагироваться от собственных ощущений. — Он заснул. — Обычно, он настороженно относится к новым людям, и старается их избегать, но Вы ему понравились. — Оба синхронно отпивают из чашек.       Антона привлекает жужжание телефона в заднем кармане. Он достаёт его и смотрит на экран: Мама. Шастун виновато смотрит на Арсения, и тот кивает, встаёт из-за стола, подходит к парню и забирает Клевера с колен. — Пойду отнесу его в комнату. — Сказав это, он уходит в сторону лестницы.       Шастун удивляется, насколько этот таинственный хороший. Долго об этом думать Антон себе не позволил и ответил на вызов. — Да, мам. — Парень встаёт и с облегчением выдыхает. — Тош, ты заболел? Вот только честно скажи.       Антон вообще ничего не понимал. С чего эти домыслы? Неужели, какая-то двоюродная сестра бабушки, которая была крёстной её знакомой, а эта знакомая работала вместе с подругой мамы, сказала, что видела Шастуна без шапки и что тот кашлянул или шмыгнул носом? — Что, в каком смысле, мам? Я нормально себя чувствую. Кто тебе это сказал? — Антон, мне собирать аптечку и брать билеты, чтобы к тебе приехать? — Нет! Что вообще происходит? — Антош, ну ты же сам у меня спросил про ветрянку. Просто же так ты это не спросишь, да и с чего бы тебе это понадобилось? Значит, ты заболел. У тебя какая температура? — Нет у меня никакой температуры. — Антон выдохнул и на секунду прикрыл глаза. — Про ветрянку спрашивал, потому что у меня какое-то пятно появилось и оно жутко чешется. Стой, не перебивай. — Шастун прекрасно знал эту женщину, и она наверняка бы уже собирала чемодан и попутно говорила парню, что, сколько и во сколько нужно выпить, а также поставила ему бы диагноз, который она сразу поняла, как только Антон поднял трубку. — Потом до меня дошло, что я же курить бросаю и заменяю сигареты конфетами. За день съел практически килограмм, вот и вылезло это пятнышко. Не переживай. — На том конце провода, слышно как мама облегчённо выдохнула. — Ну так бы и написал тогда, я уже тут на чемоданах практически сижу. Ты же у меня болеешь по безобразному. Всегда с высокой температурищей! — Антон сделал глоток чая и никак это не прокомментировал. — Поговорим завтра? Я просто сейчас не дома. — Антон краем уха слышит, как по лестнице спускается Арсений. — А где ты? Ой, ты на работе? — Нет, мам. — Да ну, Ефим наконец-то решил тебя куда-то сводить? Неужели. Завтра плюс сорок на улице будет. — Нет, поговорим об этом завтра? — Перед глазами появляется Арсений. — Ты где-то и без Ефима? Как так? — Она саркастично удивилась, явно в шутку издеваясь над сыном. — Да, без него. Я в гостях, всё, не могу говорить. Завтра позвоню. — Попов, будто бы совсем не замечая Антона, достал из кармана телефон и стал в нём что-то печатать. — Скажи хоть у кого гостишь? — Антон закатил глаза и отпил ещё немного чая. — Завтра скажу. Всё, давай до завтра. Люблю. — Ладно-ладно. Пока, мы тоже тебя любим! Не забудь позвонить или написать, как домой приедешь. — Обязательно. — Шастун кладёт трубку.       Антон убирает телефон обратно в карман и смотрит на Попова, он сделал абсолютно то же самое. Арсений улыбается и кивает на место перед собой и недопитый чай. Шастун сглатывает и садится за стол. Парень делает глоток от, кажется, бесконечного напитка, да ещё и без сахара, и хочет уже поскорей его допить и уйти или хотя бы встать. — Антон, можете брать печенье, чего эту крашенную воду пить. — Простите, сейчас мне лучше повременить со сладким. — Диету соблюдаете? — Шастун хмыкнул. Он ни разу не сидел на диетах. — Нет. Просто я начал бросать курить. — Арсений слегка приподнял одну бровь, пытаясь связать эти два абсолютно не вяжущихся между собой фактов. — И решил, что каждый раз, когда захочется покурить, буду лучше есть конфету. В результате, за день, я один съел килограмм конфет и вот результат. — Шастун улыбается над собственной нелепостью и приподнимет рукав футболки, демонстрируя Попову своё красное пятнышко.       Арсений смотрит на плечо Антона, затем на его лицо, затем ещё раз на пятно и на лицо. Парень буквально видел, как изменялись эмоции таинственного в худшую сторону. Шастун не думал, что Попов настолько серьёзно отнесётся к его реакции организма на переизбыток сахара в крови.       Оно настолько сильно расползлось что ли? Если так, то тогда оно появилось не из-за сладкого, а из-за стресса.       Шастун опускает взгляд на своё плечо и не замечает изменений в красном пятне. Оно стало казаться меньше, из-за огромного синяка выше. Он был тёмно-фиолетового цвета, и в некоторых местах даже достигал бордового оттенка. Место ушиба заметно припухло. Красный цвет по краям обозначал, что это ещё не конец, и гематома приобретёт ещё больший размер. Антон быстро опускает рукав, будто бы надеясь, что Попов не успел его заметить. — Только не говори, что сам упал. — Арсений сам даже не замечает, как перешёл на «ты». — Мне, наверно, уже пора домой… Час поздний, как никак. — Антон под хмурым взглядом со стороны Попова встаёт и направляется к выходу, но его останавливает крепкая хватка Арсения, которая сдавила запястье парня.