12 дней чистейшего ООС

Мне следовало догадаться, что если пойду я, то за мной увяжется вся моя свита… [Включаю тему забивной Хюррем.] О, а кто-то явно шарит! Состояние Чао-какао было отвратительным: он сильно побледнел, выкручивал пальцы и почти истерически улыбался, иногда посмеиваясь. Он ни разу не поднял головы, но ноги сами несли его в больничное крыло, внутри которого царил хаос. Воздух, и без того душный, еще больше пропитался жаром, пышущим от Вэнь Жоханя, в груди которого зияла огромная черная дыра. И это была дыра в прямом смысле: можно было увидеть позвоночник, внутреннюю часть кожи и… то, что должно было быть вместо сердца. Самого органа не было, но был комок ало-белых нитей пульсировал, переплетаясь концами с венами и артериями. Вэнь Жохань не казался живым, но тот факт, что пульсация витала в воздухе, говорила об обратном. Подле отца сидел Сюй, держась за неподвижную руку и вливая огромное количество теплой духовной энергии. Его губы дрожали, но взгляд искрился, создавая иллюзию того, что это ресницы всполохнули и огненным веером застили ему взор. Вэнь Цин была везде: она сшивала раны, раздавала указания перепуганному брату и подручным, мешала какие-то снадобья и следила за током Ци. Каждое ее движение источало уверенность, хотя иногда ее рука слегка подрагивала, и в те моменты, когда листьев было высыпано немного больше, ее губы кривились и глаза сужались. - Вэнь Чао!- она лишь немного повернула голову,- Ты привел ее? - Да!- тот отрывисто кивнул,- Но… - Пусть она вливает Ци в другую сторону. Немедленно! Подчиняясь властному голосу, Цинсюань сел за отведенное ему место и направил силу золотых искр в чужое тело. Побелевшая кожа едва заметно заблестела, а потом вены будто засияли, наполняясь солнечным светом. В какой-то момент поток коснулся чего-то теплого, пахнущего воском и легкой гарью, и переплелся с этим, фактически сливаясь воедино. От этого странного ощущения объединения у Цинсюань перехватило дыхание, но он мотнул головой для сохранения рассудка. Возможно, Сюй ощутил нечто подобное, потому что он дернулся и открыл глаза, смотря на него. И внезапно тело Жоханя воспылало энергией. Цинсюань хотел отдернуть руку, но ее перехватил Чжулю, произнесший: - Не срывайте ритуал! Ритуал? Какой еще, к дьяволу, ритуал?! Дыра в груди начала преобразовываться: на месте алого сгустка начало образовываться сердце, а плоть стала срастаться, будто полотно из нитей. Вспыхнули талисманы, и рубиновые прозрачные перья взлетели в воздух, будто их сбросила божественная птица. Когда это видение пропало, Цинсюань и Сюй выдохнули, но не прекратили вливать Ци ровно до того момента, пока Вэнь Цин не сказала им об этом. Через какое-то время она отослала всех лишних, оставляя лишь брата, наследников, Чжулю и… - Хэ-цзэ,- Чао вцепился в него,- Что же нам теперь делать? - Ты меня об этом спрашиваешь?! - Глава Вэнь будет без сознания еще очень долго,- целительница влила в его рот отвар,- Он не сможет присутствовать на Совете Кланов. - Я заменю его,- голос Сюя был тверд,- Он оставил много записей, да и я был посвящен в эти дела. Цинсюань,- он посмотрел в чужие глаза,-Наше телосложение с отцом схоже. Я надену те одежды, что ты ему подготовил. И еще… Не мог бы ты поехать с нами? - Я?! Зачем там я?! - Я тоже против,- Вэнь Цин отрицательно покачала головой,- Рядом с главой Вэнь должен остаться хотя бы один из тех, чью Ци вливали при ритуале. - И присутствие того, кто для остальных мертв…- произнес Чжулю,- Для госпожи Хэ это будет весьма опасно. - Тогда поступим так,- Сюй встал, разминая затекшие ноги,- Чао-эр займется делами клана. Чжулю, ты возглавишь четвертый отряд и возьмешь на себя защиту Безночного города. А-Сюань, а-Цин, вы останетесь здесь для помощи отцу. Со мной поедет второй министр и генерал Пэй. Думаю, что этого будет достаточно. - Уже поздно,- целительница высыпала порошок в маленькие мешочки,- Все дела могут подождать и до утра. Раскланявшись, все устремились в разные покои, как вдруг… - Има, я не намерен терпеть кого-то еще! Пусть они уходят! - Има, он мне не нравится! Он дерется! - Госпожа Хэ, почему этот мальчишка бьет а-Юя?! - Госпожа Хэ, что здесь делает дева Цинь? И парень рухнул на пол, погружаясь в блаженную тьму.

***

Проснулся Цинсюань от того, что кто-то больно зарядил ногой в бок. Задохнувшись от такого, парень хотел было перевернуться, как вдруг наткнулся на еще одно тельце, свернувшееся калачиком на подушках. - Госпожа Хэ,- еле слышно прошелестел голос Су,- Они крепко спят. Вы можете выбраться. Аккуратно выпутывая пряди и рукава, парень сел, зажмурившись от утреннего солнца. - Сколько я спала? - Немного,- девочка разлила горячий чай по чашам,- Первый молодой господин Вэнь сказал, чтобы вы пришли к нему. А еще…- она склонила голову так, чтобы пряди спали на лицо, загораживая его,- Вы ведь… господин Хэ, да? - Что?- парень глупо хлопнул глазами. - Когда вас принесли в комнату, я заметила, что вы сильно пропотели. Я хотела помочь вам переодеться, но вдруг… - она стыдливо мотнула головой,- Почему вы скрывайте то, кто вы такой?,- но в тот момент, когда Цинсюань уже собрался ответить, как та сама затараторила,- Или вы безответно влюблены во второго молодого господина Вэнь?! - Что?! С чего это вдруг?! Я… Я же не… - Нет-нет! Я вовсе не осуждаю такие проявления чувств! Мы… Я просто хочу узнать… - В смысле мы?! - Мы!!! И Сюэ Ян с Сюань Юем вскочили с подушек, грозно смотря на Цинсюаня. Возражать уже не было смысла, поэтому, тяжело вздохнув, парень спокойно произнес: - Что конкретно вам нужно узнать? Теперь же на него уставились три пары широко распахнутых глаз + в комнату вошел Яо, и теперь по всему полу были раскиданы осколки бывших чашек. Ситуация могла бы стать еще более патовой, что и произошло, когда за спиной Яо появился Вэнь Сюй с этой убийственной фразой «Нам нужно поговорить!» Это. Просто. Пиздец. А что?! А давайте еще безвыходней ситуацию для этой несчастной комнатушки! [Запрос активирован!] НЕТ! - А-Сюань, тебе необходимо стать моей женой! - Има, что это значит?! Почему ты парень?! - Госпож.. дин Хэ, вы влюблены в первого молодого господина Вэнь?! - Как има может теперь стать ифу? - А-Сюань, это срочно! - Има! - Господин Хэ! - Цинсюань! И тут внутри что-то с отвратительным треском лопнуло, будто в стеклянный бокал налили кипяток, и золотые искорки пробежали по телу, погружаясь в кожу острыми иглами и проникая глубоко внутрь, туда, где находится золотое ядро. Саша судорожно начала соображать. У нее началось искажение Ци на фоне стресса и недостатка духовной энергии. Если сейчас она не придумает способ спастись, то ее и всех тех, кто сейчас находится с ней рядом, ждет учесть, похожая на учесть Минцзюэ и Хуайсана. Девушка старалась повспоминать имена тех персонажей, которые были во всех китайских новеллах, и это могло бы помочь, если бы не… Если бы ни тот факт, что ни один человек в этой прекрасной новелле не знает настоящего Цзысюаня. Только подумайте: госпожа Цзинь увидела в Саше более зрелого сына, Гуаншань вообще от него отказался, семья Вэнь достаточно давно не общалась с наследником Цзинь, семья Цзян его не одобряют, а со своими подопечными Цзысюань никогда и не был знаком. Да что там, с большей частью из них он бы и не встретился! И золотые искры превратились в ледяные шипы. Цзысюань был неудобен. Цзысюань был не нужен. Цзысюаня не было. И поэтому его заменил более удобный, знающий все наперед, нужный Цинсюань. Это мерзко. Это отвратительно! Кажется, парень начал падать, потому что перед глазами все поплыло, но чья-то крепкая хватка на предплечье не дала повстречаться с полом, и мощный поток огненной духовной энергии растекся по телу, наполняя полупустые меридианы силой. Усадив Цинсюаня за стол и опустившись рядом, Сюй взглядом приказал всем расположиться здесь же. - Как я понимаю,- начал он,- острее всего стоит вопрос о том, почему же Цинсюань оказался парнем. Это было сделано ради того, чтобы его не нашел один ужасный демон. Однажды заклинатель наложил на Цинсюаня проклятие, из-за которого демон будет его преследовать. Поэтому Цинсюань и переоделся в девушку. Во-вторых, я и Цинсюань скоро сыграем свадьбу. Третье: Цинсюань, у нас сегодня будет свадьба. Я думаю, что на этом все. - Чего?!?! Какая свадьба?! - Прости, что не смог об этом даже сказать нормально, но у нас возникла проблема… Видишь ли, один мой весьма мудрый предок передал нам традицию, что регентом может становится лишь женатый наследник. Это сделано для того, чтобы огненная Ци находила постоянный выход. Также в нашем клане принято прислушиваться к мнению женщин, поэтому у меня должна быть жена. - А Вэнь Цин тебе на что?! - Она приходится мне близкой родственницей. Нам уже нельзя быть вместе. Я кое-как уломал министров на тебя, но они настояли на том, чтобы это была прям церемония, хоть и максимально упрощенная. Будут лишь три поклона и танец Феникса. После брачной ночи я сразу же уеду Совет кланов. - Весьма хреново. - Цинсюань! Здесь дети! - Это не меняет отвратительность ситуации. Ладно, этот брак все равно ни к чему не обязывает. - Зато!- в дверях появилась макушка Чао,- Когда отец об этом узнает, то он отправит нас в Гусу учить этот дохренилиард правил. - У нас в любом случае нет другого варианта. Если я не женюсь, то регентом станет отец матушки, а это… Это не самый хороший человек. А-Сюань,- Сюй смотрел на чужие руки,- Тебе, как моей будущей жене-мужу, будут выделены отдельные покои. Твоим подопечным я дам знак приглашенных учеников, приехавших из клана Хэ. Поэтому теперь их будут звать Хэ Су и Хэ Сюань Юй. Извини, что появилось столько тонкостей и формальностей, но иначе никак. - Я понимаю. А еще… ты говорил, что нужно будет выполнить два ритуала: три поклона и… - Танец феникса. Это весьма красивый ритуал. В нашем клане принято, что в день свадьбы феникс в обличие невесты спускается с Небес и охотник, который как бы жених, должен словить ее. Раньше это были грандиозные соревнования по ловле девушек, но теперь обряд представляет собой совместный танец новобрачных. - Я слышал,- Чао задумчиво глянул на брата,- Что танец отца и матушки был одним из самых красивых. Мамины крылья отец самолично вышивал огненными нитями. - Тогда не шла война с кланом Цзинь,- спокойно произнес Чжулю, стоявший за юношеской спиной,- Сейчас же ситуация требует поспешных решений. Через час спокойной беседы дети смогли успокоиться, и теперь Сюань Юй играл с Сюэ Яном в догонялки, Су вышивала цветы на носовом платочке, а братья Вэнь обсуждали дела. Только Яо неудобно мялся, не зная, как ему подойти. - А-Яо, тебе нужно поговорить?- спросил Цинсюань, замечая чужую неловкость. Тот часто закивал: - Да, но можно наедине? Они прошли на небольшой мостик над прудом с алыми лотосами. - Я согласен стать наследником Цзинь!- выпалил юноша, неуверенно перебирая подол ханьфу,- Но! У меня есть условие: вы будете писать мне и будете всегда на моей стороне. Просто… В Башне Золотого Карпа… Там очень страшно и… Он не успел закончить, оказавшись в чужих объятиях. От Цинсюаня пахло чаем и домом, пахло пряностями и тканями. Его Ци была похожа на отблески свечей в жемчужинах на длинных шпильках. Цинсюань не был идеалом, но Яо видел его самым лучшим и бескорыстным человеком. - Глупый ребенок,- прошептали ему в макушку,- Глупый белый лотос, я всегда буду на твоей стороне. Если что-то пойдет не так, то ты сразу же летишь в Безночный город. В крайнем случае, я забираю тебя, Су, Юй-эра и Ян-эра, и мы уедем жить на север. Я слышала, что там есть школа Цанцюн, откуда выходят прославленными заклинателями. - Господ… - Называй меня а-Сюанем. - А-Сюань…- он попробовал новое обращение,- Ты должен пообещать, что с тобой не случится ничего плохого! Что ты не попадешь в беду, что не станешь лезть на рожон! - Хорошооооо… Я постараюсь. - Я уже поговорил с первым молодым господином Вэнь. Мы уедем вместе, но я выйду в Илине. - Что, набухаешься еще на моей свадьбе? - А-Сюань! - Да ладно тебе! Тебе же уже есть восемнадцать. Яо запыхтел и сверкнул золотистыми глазами. Да, это была их семейная черта, которая не передалась только Сюань Юю, хотя это, конечно, очень интересно.

***

Примеряя три тысячи слоев старого свадебного платья, Цинсюань гневно сдувал прядь распущенных волос, упавшую ему на нос. Его так бесило то, что его обряжают, будто куклу, но самым интересным было тем, что это все- неполный свадебный наряд. Невеста наследника Вэнь должна была облачиться в десять слоев одежды, каждый из которых имел индивидуальную вышивку, повествующую о десяти животных из зодиакального круга, исключая тигра и дракона. Последний был символом мужского начала, а первый- знак военной печати, которой женщине носить не пристало. И всем явно было все равно, что размер груди у этой «невесты» равен минус единице. - Тебе не идет красный,- скучающе произнес Ян, подперев щеку кулаком,- И ты на утопленника похож. И нужно много-много макияжа, чтобы ты стал похож на бабу. - А-Ян! Не сквернословим!- Цинсюань нахмурился,- Или кто-то получит приглашение на обучение в клане Лань. - Има, ты сааааамая прекрасная из всех! - Ян-гэгэ,- спросил Сюань Юй, сидя на ногах брата,- А има теперь стала ифу, или это все еще има? - Эммм…- тот задумался,- Это все еще има. У нас будет еще один дополнительный ифу, прикинь! - Ура! У нас будет самая большая семья! - Не больше, чем у одного ущербного…- прошептал Яо, поправляя подвески на плечах. Прыснув от подобного, Цинсюань вскрикнул, когда малыш дернул за прядь волос. Следующий этап кошмара начался в тот момент, когда а-Су внесла огромную коробку со шпильками, короной и различными украшениями, каждое из которых ковалось специальным заклинанием. Если прошлая госпожа Вэнь предпочитала янтарь, то у нынешней «госпожи Вэнь» всё было усыпано жемчугом и гелиодором, который создавал радужные отблески на шее и волосах. Зато корона больше напоминала луну, обрамленную цветами пиона. - Ммммммммммм… А у меня шея сломается. - Это еще не все!- сказала девушка, доставая накладные пряди и шиньоны. - Б.Л.Я.Т.Ь. - А-Сюань! - Има!

***

Воздуха не хватало, шея и голова болели, а двигаться было совершенно невозможно. А еще ничего не было видно из-за одной красной тряпки. Я этому ущербному Вэнь Сюю еще припомню. Пусть пятки мне целует! Из-за этого кошмара ни черта не было видно, поэтому пришлось полагаться на ту руку, что схватила его в какой-то момент. Спустя огромное количество ступенек они остановились, становясь на колени. - Первый поклон Небесам! Кланявшись, Цинсюань ощутил, как жемчужинки прикасаются к шее, оставляя отвратительные мурашки. - Второй поклон родителям! Парень повернулся примерно туда, где сейчас стояли Яо, а-Су, Сюань Юй и а-Ян, которые выступали в качестве ее семьи. - Третий поклон друг другу! Цинсюань повернулся к Сюю. Что ж… Вот так я и вышла замуж. За злодея. За ООС-ного злодея. После церемонии не было даже пира по той простой причине, что это заняло бы много времени и денег. Поэтому новобрачные сразу же прошли в свадебные покои, где ему бы сняли вуаль и заставили бы танцевать. В покоях было душно от благовоний, но совершенно пусто, что несказанно радовало. Когда человек напротив него остановился, тонкие пальцы коснулись вуали, срывая ее. Вэнь Сюй был прекрасен. Темные волосы были завязаны в высокий пучок с огромной заколкой в виде дракона, ловящего солнце. На нем также были многослойные одежды узорами солнца, облаков и четырех животных сторон света. На его плечах сверкали золотые латы, больше напоминающие крылья феникса. Сюй также затаил дыхание. Пусть, по традиции, снять вуаль, прикрывающую половину лица, можно было только во время второй части церемонии, но и то, что скрывалось под алым платком, заставило его прекратить поток абсолютно всех мыслей. Цинсюань был прекрасен. Волосы, убранные в сложную прическу, крепились огромным количеством жемчужных шпилек и золотой короной с живыми цветами пиона. В ушах блестели гелиодоровые серьги, а на лбу был нарисован алый полумесяц с цветочным узором. Жаль, что платье совершенно не шло парню: красный- не его цвет, но это не отменяло того факта, что он все еще был прекрасен. - Я не знаю, что делать дальше,- сказал Цинсюань, заставляя Сюя отмереть. - Сейчас за тобой придет Вэнь Цин и заберет тебя переодеваться. Потом будем танцевать. - Океееей. Когда его забрала девушка в специальную комнатушку, Цинсюань наконец-то смог нормально вдохнуть воздух. Оставаясь в одних белоснежных полупрозрачных штанах и топе, украшенных золотыми цепочками, парень чувствовал себя наложницей, которая будет выступать перед Императором. Сложную прическу переплели, оставляя лишь пару жемчужных шпилек, а вуаль надели другую: белую с золотой вышивкой. На ногах ничего не было кроме браслетов с золотыми бубенчиками, а в руки дали бубен со знаком солнца. Громко загремели барабаны, и Цинсюань выбежал на центр площадки, освещенной большим количеством факелов. В тот момент, когда заиграл цинь с толстыми струнами, парень вскинул вверх бубен, проводя им вдоль по своему телу, из-за чего создавалась иллюзия идеальной грации и пластичности. На каждый такт он делал новый плавный выпад, который мог бы зачаровать кого угодно. Вдруг тональность изменилась, заставляя замереть на месте с поднятыми руками и смотреть в противоположную сторону. На площадку выбежал Сюй в черных штанах и меховой накидке, прикрывающей грудь. В руках он держал длинное копье, а все его лицо было изрисовано в боевом окрасе, которое делало его лицо весьма устрашающим. Делая взмахи и росчерки оружием, от показывал свою ловкость и силу. Музыка на долю секунды остановилась, и оба героя замерли, переводя дыхание. [Совет дня: используйте заклинание «Крылья Золотого Пиона».] Прошептав нужные слова, Цинсюань взмахнул руками, как вдруг от них отошли полупрозрачные золотистые перышки, которые задрожали от порывов ветра. И они начали танец, оплетая друг друга и создавая обманчивую иллюзию ожесточенного сражения между плавностью и силой. Они то взмывали вверх, то сплетались, но тут же расходились. В один момент музыка перестала быть сплошным диссонансом, и герои начали двигаться вместе, не противореча друг другу, а дополняя своими особенностями. Их ладони сплелись, и Сюй притянул Цинсюаня к себе так близко, что тот оказался в чужих объятиях, ощущая тепло кожи. Охотник сорвал вуаль с лица феникса и, ослепленный его красотой и грацией, забрал навсегда к себе, ограждая от всех напастей в своем логове, где тот остался навсегда. Так они прожили долгую и счастливую жизнь. Ну, это всего лишь легенда. На деле же...