12 дней чистейшего ООС

Он сидел на кровати, сгорбившись и сжавшись в абсолютно маленькую точку. Его глаза смотрели в пустоту, а большие пальцы очерчивали узор на старой, едва потрескавшийся подвеске из хрусталя в форме пиона. «Мадам Цзинь не пережила эту войну и скончалась от болезни сердца.» Конечно, так Цинсюань и поверил. И ничего, что на ее шее виднелись следы удавки, да и те адепты клана Су рыскали по павильону с уж больно довольными лицами, будто увидели занятное шоу. Нет, все нормально. Ничего же страшного не произошло. Просто так получилось, что теперь гонения начнутся на клан Цзинь, что абсолютно противоречит оригиналу. Было ли Цинсюаню страшно? Да, было. Он постоянно думал о своих братьях и сестре, которых теперь могут выбросить на произвол судьбы, впрочем, как и его самого. И если раньше все было как-то понятно и просто, то теперь все поменяло простое осознание: они всем неудобны. Лани ненавидят их за сожжение Облачных глубин, впрочем, как и Цзян, Не будут избегать любых контактов из-за осады Цинхэ, а Вэни… А вот Вэни- это слишком сложно. Все таки, Вэнь Жохань уже сделал свой ход, вот только вопрос в том, что именно он сделал… Они, скорее всего, сохранят нейтралитет, но потом склонятся в сторону остальных кланов. Потому что так проще. Потому что так удобнее. Система? [Система приветствует Хоста.] У тебя есть какие-нибудь подсказки? [Просьба отклонена.] Почему? [Неправильное развитие сюжетной линии.] Потрясающе. А совет дня есть? […] [∆-∆] [√√-°√] Эй, что с тобой? [>∆^÷|{-^^-<65556||-+] [病毒. 病毒性質.] [一天提示 : 不要聽任何人.] Я не понимаю китайский! Система!!! Поняв, что этот диалог ни к чему не приведёт, Цинсюань медленно подошел к окну и, вцепившись в решетки, так и замер на месте. Прямо перед ним лежал мальчик лет десяти в золотых одеждах адепта с перерезанной шеей. Рядом лежала девочка трех лет с широко распахнутыми глазами, в которых больше не сияли искры жизни. И таких тел было до бесконечности много, будто целый город вырезали всего за одну ночь. А почему «будто»? - Скажи, ты счастлив? Цинсюань испуганно и резко обернулся, но так никого и не увидел. Но темнота теней стала еще более устрашающей, и парень снова сел на кровать, сворачиваясь в клубок и прижимая к груди подвеску. - Ты ведь именно этого добивался, да? Чужой голос отражался эхом от стен, но никого нигде не было, словно говорили не снаружи, а… Яркие сполохи фейерверка хлопком озарили черное небо, создавая отблески на холодном полу. На миг Цинсюань увидел полупрозрачный силуэт кого-то, но он тут же исчез, поглощаемый тенью. - Тебе больно, да? Голос больше напоминал шепот и был таким мягким, как прикосновения к розовым лепесткам. Он лелеял, обнимал, окутывал и остро врезался в сознание, как мигрень, от которой не помогает ни одно лекарство. - Они ведь поступают неправильно, да? - Да,- ответил Цинсюань, и кто-то был доволен этим исходом. - Твой народ еще можно спасти? - Можно,- прошептали в ответ, и небо снова озарил фейерверк. Оно стояло рядом, на расстоянии вытянутой руки, совершенно недвижимое и опасное. Это лицо состояло из двух половинок: мужской с лицом и волосами Цзысюаня, и женской с глазами и волосами Саши. Граница их раздела была небрежно сшита черными нитками, как и шея, ниже которой сияла некая пустота. Перекошенная улыбка с неровным рядом зубов заставляла сердце сжаться от ужаса и некого трепета. - Кто ты?- спросил Цинсюань, но кто-то рассмеялся, выдавливая: - Кто я? - Кто ты?!- снова воскликнул парень, но его снова передразнили: - Кто я? - ПРЕКРАТИ! - Почему это? Я ведь могу помочь тебе. - И каким это образом? - Ах,- оно сладко вздохнуло,- Наш бедный-бедный Цинсюань! Его все ненавидят и презирают! Отпрыск Гуаншаня, который поимел половину Поднебесной! Твою матушку убили, потому что она никому не нужна. Твоих братьев и сестру убьют, потому что они никому не нужны. А ты, если и остался бы с головой на плечах, то стал бы наложником в клане Вэнь, где каждый сможет засунуть в тебя свой… - ХВАТИТ! - И чего это ты боишься?- голос скучающе цокнул,- Это же ты прописал себе такое будущее. Парень закрыл уши ладонями, стараясь не слушать того, что ему говорят, но существо будто пробралась под корку его сознания и вещало изнутри. - И почему это ты бежишь от ответственности именно сейчас, когда уже все решено? Ха, могу тебя поздравить: ты не только ничего не изменил, но и все испортил! Подумай: Цинь Су и Мэн Яо прожили бы в относительном счастье примерно до тридцати пяти лет, Сюэ Ян бы встретился бы с Сяо Синчэнем, который бы остался бы в его сердце навсегда, а Мо Сюань Юй стал бы адептом клана Цзинь. Но этого уже не будет. Потому что ты все испортил. Это ты во всем виноват, Хэ Цинсюань! - Это не могу быть я! Я не виноват! Я же не виноват, правда? - Неправда,- спокойно ответили ему,- Этих детей если не сегодня, то завтра казнят. Или ты думаешь, что твоя матушка умерла просто от чьего-то глупого желания? - Зачем ты здесь?- вопрос потонул в грохоте еще одного фейерверка, который осветил чужое лицо с довольной улыбкой. - Я помогу тебе. Я все исправлю. В отличие от тебя,- существо будто поднял ноготком подбородок,- Я ничего не теряю. - И какова цена твоей помощи? - Никакая,- кажется, оно пожало плечами,- Мне всего лишь нужно ненадолго завладеть твоим телом, чтобы свершить все то, что мы задумали. После ты сможешь вернуться и забрать тех, кто тебе нужен. Люди из твоего клана не пострадают, ни единая капля крови не упадет больше на эти земли, я тебе обещаю. Повисла гробовая тишина, нарушаемая только хлопками искр и грохотом фейерверка. Алые, зеленые, голубые и фиолетовые краски освещали небо, но Цинсюаню не было до этого дела. Он все еще прижимал к груди хрустальную подвеску с такой силой, что ее острые края протыкали кожу ладоней, из-за чего пион окрасился кровью его наследника. - Я согласен,- прошептал он, протягивая вперед руку. В сиянии выглянувшей луны последнее, что Цинсюань увидел- это сверкнувшие двухцветные глаза существа, которое не отбрасывало даже тени на полу темницы.

***

Громыхнул первый раскат прекрасного фейерверка, и его рука дрогнула, и меч, который до этого до крови сжимал в ладони, звонко упал на пол, разбрасывая вокруг себя серый пепел потухшего пламени, но Вэнь Жохань даже не моргнул на это. - Почему?- прошептал Чао,- Почему ты его предал? - Я и не предавал,- мужчина медленно отвернулся,- Цзинь Цзысюань не должен был узнать о том, что происходит в Ланьлине, но желание госпожи Не испортило мои планы. - Но ты же ему обещал! Ты обещал, что его смерть решит все проблемы и остальные люди не будут страдать! - Ты действительно веришь в то, что смерть одного человека спасет тысячи? Чао-эр, тебе, кажется, уже не пять лет, чтобы верить в абсолютное благородство. - Значит, ты ничем не лучше Цзинь Гуаншаня… - Я думал, что это а-Сюй действует на эмоциях,- Жохань махнул рукой,- Но все таки именно ты больше похож на свою мать. Чжулю!- сзади появилась мужская фигура,- Вэнь Чао находится под домашним арестом. Если он отправится за мной в Ланьлин, то твоя голова будет раскрошена лично мной. Понятно? - Да, глава,- он резко кивнул головой и, зайдя за юношескую спину, аккуратно положил ладонь на его плечо. - Ты отправишься туда?!- руки Чао все еще дрожали,- И ты еще посмеешь смотреть ему в глаза?! - Я обещал его матери, что он умрет быстро,- он быстро зашагал по коридору, так и не обернувшись на выкрики и проклятия сына. Пройдя несколько пролетов, Жохань остановился и дрожащими пальцами вцепился в кромку плаща. Что-то внутри, старое и горькое, расползалось в нем, будто тонкая серебряная паутина, которая лишь кажется хрупкой, но на самом деле своей прочностью нисколько не уступает самому прочному кинжалу. Помнится, когда-то давно он испытывал нечто подобное, но тогда боль была в сто крат сильнее и пронзительнее. Кажется, тогда не стало его драгоценной Цзыянь, его янтарной госпожи, его лунного луча под этим испепеляющим солнцем. Он не любил Юй Цзыянь- он ее обожал. Каждый день, проведенный рядом с ней, казался юному Жоханю настоящим спокойствием и блаженством. Когда она забеременела и родила а-Сюя, их счастью не было предела. Позже появился Чао-эр, и, пусть даже они очень хотели девочку, он стал их новой радостью. Его мир рухнул с ее смертью. Его луна потухла, оставляя Жоханя в одиночестве каждый день защищать сыновей от палящего солнца. Однако его крылья начали опалятся и сжигаться, осыпаясь серым пеплом. Чао слишком похож на свою мать: гордый и бесхитростный, эмоциональный и доверчивый. И верный. Бесконечно верный. Когда ему было семь, он стал случайным свидетелем скандала в семье Цзинь, где смог спасти Цзысюаня от пьяного Гуаншаня. Тогда Чао впервые назвал его младшим братом и сказал, что будет защищать его до самой смерти. И если раньше это было умилительно, то сейчас это пугало. Благо, что у него есть а-Сюй, чей характер оказался точной копией Жоханя, но все же… Унаследовав от матери свет луны, Чао становился главной слабостью своего отца, которую он больше никогда не потеряет. - А-Сюй,- произнес мужчина,- И ты считаешь меня подлецом? - Нисколько,- неожиданно ответил парень, стоящий за его левым плечом,- Правитель может нарушить данное кому-либо слово, я это понимаю, но Чао-эр… Он не поймет. - Он никогда этого не поймет,- Жохань устало покачал головой,- Я рад, что именно ты унаследуешь клан Вэнь. И, больше ничего не сказав, он ушел, закутавшись в теплый зимний плащ.

***

- То есть… Пока я спал, ты придумал этот план? - Да, но и этот план они могут разрушить. Нам бы в союзники получить кого-то из великих кланов, но даже глава Лань откажет нам. - Теперь все ненавидят ифу. Но почему?! Я не понимаю! - Ну… Эм… От безысходности Ян откинулся назад, падая на бесконечные подушки. Утренняя заря ярко освещала покои, в которых их вчера запер Чжулю и где они успели провести целую ночь. - Дагэ,- мальчик решил побаловаться с кисточкой от балдахина,- А что мы будем делать после того, как спасем ифу? О, я придумал!- он резко сел,- Ты, я, ифу, Су-цзэ и Юй-эр убежим куда-нибудь на север, построим там дом. Можно даже новую школу совершенствования открыть! Это было бы так здорово! - Это… Интересно. Но я уже вступил в клан Лань и… - И что? Ты из-за каких-то ленточных предашь нас? Знаешь, доверять праведникам нельзя: они еще большие негодяи, чем убийцы и подлецы. - Но глава Лань не такой человек! Он добр, справедлив… - …Умен, красив, благороден! Буээээ- мальчик сделал вид, что его тошнит,- Это так мерзко, тупая романтика! Ты точно человека описываешь, а не статую Его Высочества Сяньлэ? Ты хоть знаешь о его недостатках? Может, он ест младенцев по утрам? Или еще что-то? Вот я никогда не восхвалял ифу!- на это Яо закатил глаза, и тогда Ян выкрикнул,- Я не вру! Ифу труслив и доверчив, никогда не думает перед тем, как что-то сделать, а еще слишком эмоционален и постоянно несбыточно мечтает. Но… Он все еще хороший. И в этом его слабость. Короче! Или ты остаешься, или уходишь. Учти, лично я по тебе не собираюсь страдать или скучать! Они просидели в тишине еще немного, каждый находясь в своих мыслях. Солнце ярко отражалось в медных зеркалах, а гербы клана Не все меньше казались ужасными чудищами. Время тянулось бесконечно медленно, и казалось, будто их план провалился, как вдруг… - Яо, дурень ты, не дай Сяньлэ, тебя здесь не будет!- прошептал чей-то знакомый девичий голос. - Цинь-цзэ, они тут!- громко крикнул ребенок, и двери открылись, впуская Цинь Су и Сюань Юя. Они выглядели потрепанными, уставшими и почему-то сырыми. Золотой искрой мелькнул Суйхуай, вылетевший из ножен и облетевший всех детей вокруг, как обычный цепной пес. - Этот меч совершенно непослушен!- девушка схватила пиалу с водой и сделала большой глоток,- Я его из воды целый час доставала, а он постоянно хотел улететь. Потом изворачивался и даже падал! - А-Су, ты просто золото!- Яо взял рукоять, резанув лезвием воздух,- Теперь нам нужно лететь в Ланьлин и спасти а-Сюаня. Вот только… Если об этом узнает Вэнь Чжулю… - Не узнает,- в дверях оказался Чао, тащащий на своей спине бессознательного мужчину,- Он случайно надышался снотворным и теперь не может нас контролировать. Удивлен, что Суйхуа вам подчиняется, но ладно. Летим вместе. Сейчас же!

***

К середине дня небо затянуло свинцовыми тучами, поднялся сильный ветер, разносящий трупный запах по всей округе. Оставшиеся ткани, когда-то украшавшие главный зал, беспорядочно болтались, касаясь навеки застывших служанок и адептов. Шаги главы и наследника клана Вэнь эхом разносились по коридорам, в какой-то части пугая. - Здесь по всюду веет странной Ци,- Жохань аккуратно ступал между тел,- Боюсь, мы здесь не одни. Держи меч наготове. - Да, отец. Но страх перед темными тенями не отступал. Наоборот, от яркого солнца не осталось ни следа, погружая Башню Золотого Карпа в отвратительную темень. В момент, когда они открыли двери темницы, время будто совсем остановилось, и даже дыхание тяжелым облаком пара оседало на холодный камень. Вот только все камеры пустовали. - Его же не могли уже казнить, так?- спросил Жохань, но, так и не дождавшись ответа, продолжил,- Люди Су Шэ явно над ним решили поиздеваться. Значит… Его тело надо искать в пыточных. - Не надо,- прошептал Сюй. Мужчина обернулся и застыл в изумлении и оцепенении: у входа в камеру стоял тот самый Су Шэ, вот только… он был мертв. Тело еще не успело покрыться трупными пятнами, но ребра были вывернуты наружу, обнажая искалеченные сухими отростками органы. Меч Сюя огненной стрелой снес мертвецу голову, но тот даже не колыхнулся, а просто продолжил стоять, когда голова покатилась к ногам господ Вэнь, марая грязной кровью сапоги. - Кто это мог сделать?- спросил парень, оглядывая глазницы,- Он же сюда на своих ногах пришел… Да и кто мог его убить?! Не Цзысюань же! Взяв один из отростков и растерев его между пальцев, мужчина аккуратно понюхал получившийся порошок. - Цветы пиона?- прошептал он, но вдруг порошок зашевелился, и в ладони появились мелкие ростки, въедающиеся в кожу. Вспыхнуло пламя, и только-только появившиеся листья исчезли в пепле, знатно взволновав Вэнь Жоханя. Проигнорировав встревоженный взгляд сына, он направился вверх по лестнице, туда, где находился женский павильон. Сюй долго гнался за отцом, который в какой-то момент перешел на бег, и краем глаза заметил странность: здесь совершенно не было трупов, а цветы золотых пионов продолжали цвести под белыми хлопьями снега. - Да что тут происходит?- он подошел к мужчине и снова замер, уставившись на странное зрелище. Беседка из белого дерева и хрусталя цвела самыми прекрасными бутонами, а внутри лежала госпожа Цзинь, опираясь телом на неестественно большие корневища, на которые было постелено золотое покрывало. Ее бледная кожа была похожа на дорогой нефрит, и только шею покрывали мелкие бордовые цветы, будто закрывая что-то от чужих глаз. И абсолютно все было пропитано темной Ци, тонкой паутиной, оплетающей каждую частичку пространства. - Вам нравится? Я потратил на это много сил, чтобы было красиво. Жохань и Сюй резко подняли головы вверх, смотря на фигуру в золотых одеждах с пятнами крови по подолу. Черные волосы свободно развевались на ветру, путаясь в бесконечном потоке снежинок, на голове блестела корона из хрустальных пионов, чье сияние напоминало ледяные осколки. - Кто ты?- прошептал мужчина, стараясь незаметно призвать пламя феникса. - Как странно,- ответил незнакомец,- Он спросил тоже самое. А потом он ушел. И она тоже ушла и попросила отомстить. Его ноги легко ступили на плиты, создавая внизу уродливую тень. Лицо, наполовину закрытое маской и открытой стороной слишком сильно напоминающее лицо Цзысюаня, было изрисовано цветами пиона и мягко улыбалось, будто и не источало темную Ци. - Цзинь Цзысюань,- Сюй сделал шаг вперед,- Это же ты, да? - Не угадал!- ему громко рассмеялись в ответ,- Даже и не пытайся угадать! Вы такие глупые, такие слабые, такие…- он резко остановился, улыбка пропала с его губ, сменившись злобным оскалом,- Гнилые. Корни, находящиеся вокруг беседки, медленно зашевелились, и каждый новый виток обрастал все новыми цветами, которые тут же гнили и возрождались вновь, будто крохотные фениксы. Пламя, вызванное Жоханем и Сюем начало опалять их, но те продолжали расти, все ближе подползая к чужим ногам. В конце концов, они оплели их тела, создавая прочный кокон, из которого невозможно выбраться. И в какой-то момент свет помер, застилаемый золотыми лепестками…

***

Огонь непрерываемым потоком касался толстых корневищ, но ничего не менялось, будто парень и не тратил на это всю свою Ци. - Откуда вообще появилась эта стена?!- прошипел Яо, увеличивая количество золотых искр,- Это же не может быть защитный механизм клана Цзинь? - Нет,- Цинь Су начала моделировать новую печать,- Все вокруг пропитано темной Ци. Для поддержания подобных техник даже при светлом культивировании используются методики темного пути, что повредило бы золотые ядра их же адептов. Это кто-то еще… - Учитель! Мэн Яо! Вы! Самые! Последние! Твари! Сюэ Ян снова стукнулся о барьер, но его мягко отбросило назад. Сложив ручки у подбородка, Сюань Юй сидел на одной из ступенек и наблюдал за всеми вокруг со скучающим видом. Когда они только прибыли сюда, то этих двоих сразу же заперли в ловушку, чтобы они сами себе не навредили. - Нет,- Чао остановил поток огня, тяжело дыша,- Так мы бессмысленно тратим время. Нужен другой способ. - И какой же?- Яо сел на корточки,- Среди нас нет культиватора темного пути. - Ау! Все обернулись, смотря на Сюань Юя, который в левой руке держал бутон золотого пиона, а на правой ладони виднелся длинный порез, источающий кровь. Алая капля упала на землю, расцветая бордовым цветком с черными листьями. - Зачем ты его...- хотел спросить Ян, как земля сильно затряслась. Быстро сняв ограничения, Чао схватил детей за шкирки, вытаскивая из того места, откуда начали выползать черные корни с расцветающими бутонами. - Цветочки…- прошептал малыш, прижимая злополучный цветок к груди. Все вокруг продолжало становится кроваво-красным с белыми тучами снежинок, которые мягко касались нежных лепестков. В какой-то момент пространства вокруг становилось все меньше и меньше до такой степени, что пришлось создавать новый защитный купол, который бы смог сдержать корни. - Это заклинание работает на крови…- Яо провел пальцами по стеблям,- Если я капну и своей кровью, то могу попробовать управлять ими и без своей Ци. Золотой клинок легко рассек его ладонь, и алые капли расцвели бордовыми бутонами вновь, вытесняя корневища неприступных стен. Спустя какое-то время между ними образовалась узкая щель, через которую не смог бы пролезть взрослый человек. - Я могу протиснуться,- Ян ловко забрался вверх,- Дайте мне какой-нибудь меч, а то я не пройду дальше. Ему в руки тут же положили рукоять Суйхуа, чье искристое сияние освещало путь. Аккуратно скользя по скользким корням, мальчик пробирался все дальше, несколько раз упав и поцарапав щеку до крови о засохший стебель. С каждым шагом лезвие меча все больше окрашивалось кровью, но Ян упорно шел дальше, не замечая этого. Он очень сильно устал, ему хотелось пить и есть. А еще хотелось к ифу. Хотелось прижаться к его груди, обнять крепко-крепко и не отпускать до того момента, пока он не задохнется. Возможно, его накажут, но это будет потом. Сейчас же нужно было не дать Вэнь Жоханю забрать самого дорого человека в его никчемной жизни. Глаза заболели от обилия белого цвета, и Ян зажмурился, не поверив своей удаче. Он вышел. Он смог пройти эту стену. Все вокруг было покрыто снегом, будто сейчас был не конец осени, а самый разгар зимы, когда от пурги не видно даже собственных рук. Но все же цвели золотые пионы, от которых шел приятный сладкий аромат. Сюэ Ян не знал, можно ли ему здесь кричать и кого-то звать: пустой дворец, в чьих стенах он был впервые, встречал его гулкой тишиной, которая ему совершенно не нравилась. Вдруг раздался чей-то пронзительный крик, и мальчик побежал на звук, который с каждым прыжком через корневища усиливался. Распахнув двери с прозрачными вставками, он сделал шаг назад, и капли крови так и не коснулись его перепачканных одежд. Перед ним стоял монстр. Огромные щупальца вились вокруг него, как недовольные хвосты кошки, половина лица была прикрыта маской, а вторая измазана кровью, черные одежды рьяно развевались на сильном ветру, которого здесь явно не должно быть. Рядом с этим существом расцветали пионами два кокона, внутри которых явно были люди. И этим монстром был он. - Ифу!-крикнул мальчик, дрожащими руками поднимая Суйхуа и принимая боевую стойку. Существо медленно, будто нехотя, повернуло к нему голову, холодно оглянуло его с ног до головы и прошипело так, как выносят вердикт о каком-то товаре на рынке: - Нельзя. Оно резко вскинулось, прогнулось в спине и, расправив плечи, снова посмотрело на него. В этот раз взгляд был более осознанный и хитрый, из-за чего хотелось спрятаться за одной из колонн. - Твой ифу не вернется. И они,- кивок в сторону коконов,- Тоже не вернутся. Здесь делать нечего. - Ты же демон, да?- собственный голос предательски дрогнул, обнажая страх и ужас ребенка. - Не знаю,- оно пожало плечами,- Я просто ем то, что мне скажут. Тебя есть нельзя. - Почему нельзя? - Он,- он указал на кровавую сторону лица,- И она,- на сторону в маске,- Запретили. - А кого еще ты… съешь? - Много кого,- одно из щупалец небрежно толкнуло оба кокона,- Тех, кто навредил им, надо съесть. - А потом? - Потом я уйду. - И мой ифу вернется? - Нет. Я их съел. Золотые глазки превратились в точки, ошарашенно понимая все происходящее. Цинсюань не вернется. Его ифу не вернется. Их больше никто не защитит, не обнимет, не полюбит. Они больше никому не нужны. - Верни мне его…- прошептал Ян, а потом громко крикнул,- Верни мне его!!! Без единой мысли он кинулся на существо, но то лишь грубо отпихнуло его на корневища с золотыми цветами, стараясь пресечь любые попытки навредить «поеданию». Когда он замахнулся мечом для новой атаки и корень снова пресек его, левая ладонь, вся разрезанная и перепачканная кровью, коснулась отростка. Тот в одно мгновение остановилось, каменея и расцветая алыми бутонами. Поняв, что это единственный способ добраться до существа, Ян легко рассек и правую руку и теперь пробирался так, марая все вокруг своей кровью. В какой-то момент алых цветов стало намного больше, чем золотых, и только тогда существо обратило на него внимание. Они смотрели друг на друга. Ребенок с трясущимися руками и грязный с ног до головы в собственной крови, и демон, холодный и неприступный. - Верни,- золотые глаза сверкнули ненавистью. - Не могу,- оно было спокойно,- Их больше не существует в этом мире. Я их съел. Ян снова устремился вперед, создавая вокруг себя красный цвет. Впервые он готов был признать, что уроки рукопашного боя от Вэнь Чжулю оказались весьма полезны, хотя и приходилось их постоянно менять, чтобы не наткнутся туловищем на проворные корни. Вдруг его резко схватили за ногу и, перевернув вверх тормашками, поднесли к существу. - Ты мне надое…- хотело сказать оно, но не успело. Вцепившись ногтями в чужие щеки, мальчик прижался плотнее, чтобы сильные корни не оторвали его от заветной цели. - Пусти!!!- кричало оно, но алые цветы и окаменение пробиралось все выше и выше, создавая из существа уродливую статую. Последний крик разнесся по округе, разрушая все то, на чем крепились золотые пионы, оставляя лишь алые цветы и белоснежные жемчужины, ярко блестевшие в лучах отвратительного солнца. Обессиленный, Ян упал на колени и громко зарыдал, прижимая запястья к глазам. Внутри все выло от пустоты, которая цепкими лапами сковывала все его нутро. Он кричал и ревел, израненными ладонями цепляясь за близлежащие цветы и разрывая их на лепестки, которые потом раскидывал вокруг себя. Мальчик не слышал того, как к нему кто-то подбежал, начал что-то спрашивать, а потом тоже плакал, проклинал, кричал. А снег все также продолжал падать на землю, будто ничего и не произошло…

***

[Перезагрузка…] [Поиск совпадений…] [Совпадения не найдены.] [Перезагрузка…] [Перезапуск системы…] [Восстановление аккаунта пользователя NEEDLE2OO400000000001] [Ожидание ответа сервера…] [Ответ не получен.] [Персонаж «Цзинь Цзысюань» был удален. Приносим свои извинения за оказанные неудобства.] [Перезагрузка…] [Перезапуск системы…] [Восстановление аккаунта пользователя NEEDLE2OO400000000001] [Ожидание ответа сервера…] [Ответ не получен.] [Внимание! Подводятся итоги пользователя.] [Внимание! Изменена сюжетная линия: «Дети одного бабника». ] [Списано: 400 очков. Начислено: 700 очков.] [Внимание! Изменена сюжетная линия: «Вэнь Чао». ] [Списано: 400 очков. Начислено: 100 очков.] [Внимание! Подводятся итоги основного задания.] [Статус задания: провалено.] [Причина: главный источник бед=главный злодей.] [Внимание! Производится восстановление аккаунта пользователя NEEDLE2OO400000000001 ] [Списано: 1000 очков.] [Капитал: -620 очков.] Девушка устало откинулась в кресле, потирая разболевшиеся виски. Это был провал. Теперь нужно было отчитываться за очередного пользователя, которого поглотил неизвестный ей самой вирус. Правда, оставался еще один вариант… Тонкие пальцы быстро застучали по клавиатуре, а глаза пробегались по бесконечным строчкам программного кода. В какой-то момент она остановилась и дрожащей рукой нажала на кнопку ввода. Дороги назад уже не было.

***

Солнце неприятно било в глаза, и парень, потянувшись, открыл их, окончательно просыпаясь. Прохладный ветер давно пробрался в комнату, из-за чего пришлось посильнее зарыться в одеяло, оставляя снаружи лишь кончики волос. Вдруг двери с грохотом распахнулись, впуская внутрь тринадцатилетнего юношу в золотых одеждах. Хитро улыбнувшись, он на цыпочках подкрался к чужой кровати и, выждав какое-то время, резко дернул на себя. Вот только он не ожидал, что его план раскроют, и теперь он сам попался в одеяло. - Эргэ, все! Хватит!- крикнул он, вырываясь наружу. - Ты первый начал!- старший беззлобно рассмеялся,- И почему это ты меня будишь? - Потому что все уже ушли! Мне сказали тебя позвать!- мальчик поправил растрепавшийся пучок,- А ты дрыхнешь, зараза такая! Недовольно цыкнув, парень нацепил на себя похожее ханьфу, наскоро собрал на затылке хвост и, схватив со стола конфетку, побежал за младшим братом. Спустившись вниз по узким ступенькам, они оказались на небольшой площадке, которая находилась в самом центре дворца. - Э!- парень толкнул за плечо младшего,- Ты сказал, что все уже здесь! - А мы для тебя кто?- маленькая девочка с двумя пучками на макушке высунула язык, на что стоящая рядом девушка мягко улыбнулась, поправляя чужие желтые ленточки. - Ты…- он задумался, приложив пальцы к подбородку,- Маленькая поганка- вот ты кто! Девочка сильно нахмурилась, закусывая верхнюю губу и готовясь разревется. - А-Цин,- мягко произнесла девушка,- Ты же не хочешь встретить главу Вэнь зареванной?- ей отрицательно покачали головой,- А Яна… мы потом с тобой побьем, хорошо? - Эй!- золотые глаза опасно блеснули,- Это вы со мной хотите соревноваться? Да я… - Что вы там опять не поделили? На площадку взошел молодой мужчина в белых одеждах с золотым мечом на поясе. увидев его, дети сразу же поклонились, одновременно говоря: - Приветствуем учителя! - Так что же?- его холодный взгляд остро полосонул по присутствующим. - Цзинь-сюн, не слишком ли ты строг с детьми?- раздался чужой голос, на который все вскинулись, радостно крича: - Глава Вэнь! Вэнь Чао весело улыбнулся, обнимая подбежавших ребят. Те что-то на перебой болтали, рассказывали и говорили, а он что-то отвечал, разглядывая повзрослевшие за десять лет лица. Чжулю, стоявший рядом, разглядывал огромный золотой дворец, чьи стены на какое-то время станут их домом. - Где госпожа Хэ?- спросил мужчина, подходя ближе к Цзысюаню. - Встречает Лань Яосюань,- спокойно ответили ему,- Думаю, она скоро придет. - Она уже пришла! Из-за спины появилась счастливая Цинсюань, размахивающая новым веером, а за ней шел юноша в бело-голубых одеждах со знакомым взглядом золотых глаз. - Не думал, что ты приедешь,- Чао наконец-то вырвался из цепких лап,- Глава Лань тебя отпустил? - Да, но ненадолго,- Яо с улыбкой потер виски,- Через две недели я уже уеду. - Что?- к ним подбежал Сюань Юй,- Дагэ уедет так скоро?! - За это время я вам еще надоесть успею. Они еще долго болтали, медленно подходя к тронному залу, где их ждал широкий стол, накрытый разными вкусностями, а рядом сидели младшие адепты, которые, до этого радостно галдевшие, теперь притихли, со всем уважением приветствуя главу Цзинь и учителя Хэ. Закатное солнце розовым светом освещало жемчужные бусины на дорогих шпильках, украшающих девичью прическу. Аккуратно вынув их, Цинсюань устало выдохнула и, достав резную шкатулку, положила их на место. В дверь тихо постучались и, не дождавшись разрешения, внутрь вошел Цзысюань, также распустивший волосы и снявший все украшения. Слабо улыбнувшись, он медленно подошел к девушке, становясь рядом. - Сколько лет нам ее еще ждать? - Семь,- ответили ему,- А до этого момента нужно сделать Хуань Хуа одной из лучших школ заклинателей. - И что же дальше? Ну, придет она, отучится, а потом? - А потом она встретила Таньлан-цзюня, влюбится в него, мы поженим их, и у них родится сын. Стоя около окна, они смотрели на последние лучи, которые медленно исчезали в тенях ночного неба. Двенадцатый день никогда не закончится…