Подумай об этом

Стример смотрел вдаль из огромного окна, из которого можно было увидеть почти всю Москву. Тут не так дождливо как в Питере, от этого даже как-то непривычно. Как только он переехал в Москву, он стал счастливее чем когда либо. Ни в Новокузнецке, где он провёл своё детство, ни в Питере, где жил один долгое время. Здесь его пробирали положительные и новые чувства. Здесь у него появились дорогие ему люди. Он пытался не вспоминать жизнь в Питере и думал, что если переедет, то всё наладиться. Но кто бы мог подумать, что всё будет только ухудшаться. Кто бы мог подумать, что ему опять разобьют сердце.                                          *** Прошёл месяц с того стрима. Братишкин даже не позвонил ему. Он просто не мог. За это он начинал ненавидеть себя. Не мог элементарно хотя бы написать "Как ты?". Вроде бы он стримит и жизнь продолжается. Тогда почему хочется сорваться и поехать к нему, спросить как он, поговорить и поддержать? Как-нибудь помочь своему другу. Друг. Да, именно он. Вова даже не заметил как быстро сблизился с этим худощавым парнем. Он часто обращал внимание на его худое тело. Все шутки про вес Лёши всегда были смешными зрителям, стримерам, да и самому Хесусу. Но Вова часто задумывался об этом. Ведь его вес не норма для него. Это болезненный вес. Несмотря на его любовь к такой худобе, его всё равно пробирало волнение. Вова вспоминал их последнюю беседу в Питере. Эти приятные воспоминания отдавались в груди болью и самыми трепетными чувствами. Он никогда не забудет, что сделал перед отъездом. Лёша уже наверняка забыл, от чего становилось тяжело на душе. Но так было правильнее для них обоих.                                          *** Прошла ещё неделя и шутки Братишкина про Хесуса вернулись, а Хес в свою очередь шутил в ответ. Оба стримера заходили друг к другу на стримы и шутили каждый в своём стиле. Чат всегда любил взаимодействие этих двоих дурачков, которые, либо конфликтовали, либо шутили. Если они собирались сквадом поиграть в какую-нибудь игру, то Братишкин первого звал Хесуса, и сам с энтузиазмом отвечал Хесу, если тот тоже его звал во что-нибудь поиграть. Всем было нереально круто наблюдать за ними и все наслаждались обычными стримами, о чём говорило большое количество людей на стриме. Всё шло хорошо. И в какой же момент опять всё пошло не так?                                          *** Братишкин как обычно стримил, хотел поиграть в игру на стриме, специально по просьбе чата. И всё было бы прекрасно, если бы ему не спамили в чате сообщения, из-за которых он замер и, наверное, даже перестал дышать. "Хесус на стриме плачет". Сердце замерло. Чувствовал же что что-то не так. - Что?... Он не хотел верить в это. - А ну ка...Погодите. - Руки немного тряслись и не попадали по клавиатуре. Братишкин пытался зайти на стрим к Хесусу и вывести его на экран, чтобы его видел чат, но выходило не очень. Хес что-то говорил, однако Вова никак не мог уловить его слова. - Подождите он плачет? - Вова не был удивлённым, скорее разочарованным всей этой абсурдной ситуацией. - На протяжении всего месяца я таил в себе надежду, что всё получиться исправить. - губы Лёши дрожали при каждой сказанной фразе. Вова просто внимательно слушал, чтобы понять причину его слёз. - Я, можно сказать, обманывал людей вокруг, не рассказывая всю правду. - Лёша не мог контролировать свои эмоции и не мог сдерживать порыв слёз. А Вова всё слушал его. Желание поддержать его нарастало всё больше. Только вот Вова догадывался в чём причина и это его почему-то пугало. - Это было некрасиво по отношению к аудитории, людям, которые меня окружают и к Даше... О нет. Знал же. Он знал. Но ничего не сказал. Не сделал. Вова знал об этом всё. Знал, что Хесус и Гаечка, вроде как, встречались. Знал, что Хесус любил её. А Даша всё отрицала, тем самым расстраивая Лёшу. Вова пытался говорить хоть что-то в поддержку Лёши, потому что понимал, что на него может политься много ненависти от аудитории Гаечки. Он не хотел внедряться в эти отношения и пытался защищать Хесуса, даже если тот плохо поступил. Братишкин боялся за него и не смог пересилить в себе желание позвонить ему прямо сейчас, хоть и прекрасно понимал, что в таком состоянии он не ответит. Хесус принял всю вину на себя, хотя, по сути, его вина не такая уж огромная.                                          *** Его жизнь рухнула. Он думал о том, чтобы убежать и никогда больше не возвращаться или умереть. Стример понимал, что возможно раздул панику из ничего. Но его доверие опять пошатнулось. Он считал это предательством. Такая трещина, такой надлом потом зарастают, они заживают и забываются, но в самой тайной глубине они продолжают жить и кровоточить. Ты любишь человека, дорожишь им, а потом узнаёшь, что тебя предали. Нагло и мерзко. Так, будто бы это и было целью. Причинить боль. Сильную. Такую, чтобы было сложно забыть.                                          ***     Стример лежал в кровати и залипал в телефон. Хорошего настроения не было уже давно. Хотелось просто лежать в тёплой кровати целыми днями. Но он старался не показывать свои слабые стороны. Уже и так достаточно наговорил своей аудитории. Хорошо, что на эмоциях не наговорил лишнего про остальное. Так продолжалось постоянно. Ел один раз в день, опять лежал, потом стрим до поздна, не спал до утра, просыпался почти к вечеру и опять лежал. Такая рутина в принципе уже не мешала ему ничем. Аудитория, как и ожидалось начала винить во всём Лёшу. Неважно, что он сделал и в какой мере. Если ты обидел их любимого стримера, то уж извини, легко тебе не будет. Да, ему было больно. Но даже так он старался не держать на неё обиду. Он всё принял на себя. Главное чтобы её не трогали.  Вставать не хотелось, да и телефон давно уже был отложен. Думать уже не хотелось ни о чём. Обычно он думал о потерях в своей жизни: упущенном времени, умерших или ушедших людях, канувших мыслях.  Но думать о чём-то не позволил телефон, который зазвонил. Хесус с трудом приподнялся, чувствуя как хрустит его спина, и потянулся взять телефон. - Да? - прохрипел сонным голосом Хесус. - Привет Хес, ты как? Лёша немного расстроился, что не услышал того человека, которого бы хотелось услышать прямо сейчас, но всё же на душе было тепло, что кому-то не всё равно на него. - Жожо, не переживай, всё в порядке. Итак много делаешь. - Не сказал бы, что много делаю, я лишь хочу поддержать тебя. Я просто понимаю тебя лучше, чем кто-либо. - Да, это точно... - усмехнулся Хесус, вспоминая, что у Жожо тоже были отношения с Гаечкой, которые тоже закончились печально. - В общем, я если что могу приехать, что-то привезти если хочешь, помогу чем смогу, друг. В псоледнее время Серёжа ему стал очень хорошим и близким другом. Даже как-то необычно. Не потому что разница в возрасте десять лет, нет, не в этом дело. Просто раньше они очень плохо ладили друг с другом. А сейчас они очень важны друг для друга. - Хорошо, спасибо тебе, друг. - Лёша тепло улыбнулся. Он положил трубку и отложил телефон в сторону. И опять погрузился в свои мысли. В этот момент он вспомнил его диалог с Братишкиным. Тот видимо тоже переживал. Но почему тогда написал, а не позвонил? Вова лишь спросил как он и всё такое, но у Лёши сил отвечать совсем не было, особенно ему. Поэтому утром Хес лишь написал, что он в порядке и волноваться не стоит. В последнее время Братишкин занимал почти все его мысли. И как бы он не пытался не думать о нём, это просто не удавалось. Он должен был забыть то, что было в Питере, но как забыть такое, когда он находится так близко. Ни один стрим не проходит без упоминания Вовы. Он же его друг, это нормально. Но Лёша всё равно не может всё забыть. Даже если это лучше для них двоих, он просто не может взять и выкинуть все воспминая из головы. И если он не может сделать это с мыслями, то о чувствах даже заикаться не стоит.                                           *** Вова шёл по ночной Москве и не мог ни о чём думать, кроме как о состоянии этого несмешного стрмера. Он шёл совсем один, немного пьяный, уже без бутылки какого-то дешёвого пойла. Он сказал Алине, что поехал к своему другу Мише, но на самом деле он этого не сделал, а лишь просто хотел выпить сам. Братишкин понятия не имел куда ему идти и где ему ночевать, он лишь бездумно бродил по улицам. Но, честно гововря, у него была всего одна мысль куда пойти.                                           *** На часах было полчетвёртого ночи. Хесус не спал. Он правда пытался заснуть, но у него не выходило. Бессонница уже так надоела ему. Он бы спал целый день, если бы мог. Таблетки он не очень одобрял, они как бы вредят здоровью, но он уже не выдерживал. Ему всё же пришлось встать и пойти на кухню, чтобы выпить лекарство. В последнее время он пил много воды. Больше чем обычно. Хес думал, что у него уже почти получилось выпить таблетку и лечь спать, как он услышал стук в дверь. Он тихо положил таблетку и аккуратно поставил стакан с водой, чтобы не шуметь. Он никого не ждал и поэтому насторожился. Тихими шагами он подошёл к двери и заглянул в глазок. Сердце от чего-то заколотилось. Хесус повернул замок и аккуратно открыл дверь. - Вова? - Привет. - Что-то случилось? Вова ничего не ответил. Они стояли и смотрели друг на друга пару секунд, после чего Братишкин всё-таки заговорил. - Можно мне войти? - Да, заходи. - Не медля пропустил Лёша Вову. Они прошли на кухню и Вова как всегда решил сесть на своё любимое место, прям как в прошлый раз. Этот высокий стул, который прилогался к высокому кухонному столу ему так нравился. - Хочешь чего-нибудь? - А что у тебя есть? - Вова с трудом произнёс слова из-за влитого алкоголя в организм. - Боже Вова ты что выпил? - Хесус не сразу заметил его состояние. - Да. Немного. - Братишкин говорил кратко, чтобы не казалось, что он пьян, хоть и выходило это с трудом. - Почему ты пил? Алина знает? Братишкин опять молчал, разглядывая красивый, мраморный столик. - Видимо не знает. - Я завалился к тебе пьяный в 3 часа ночи, а тебя до сих пор волнует моя девушка. - Неожиданно для Лёши выпалил Братишкин. Хесус стоял напротив Вовы, их огрождал лишь выский столик. Лёша опустил голову и смотрел в пол, не зная, что сказать. - Прости. - Единственное, что Хесус смог ответить. Повисло молчание. Лёша стоял перед столиком, опираясь на него своими худыми руками. Его взгляд полез немного наверх, замечая перед собой чужие, худые руки. Он начала рассматривать их. Они были похожи на его руки, разве что немного больше своих. Казалось ещё чуть-чуть и их пальцы соприкоснутся. Но Лёша просто стоял и не позволял себе лишнего. Вова, сам того не замечая, немного придвинул свою руку к руке Лёши. Вова аккуратно коснулся двумя пальцами пальцев Лёши. Братишкин остановился на пару секунд. Не видя сопротивления или испуга, он медленно начал переплетать свои пальцы с чужими. Вову пробрал страх , когда его пальцы начали сжимать в ответ. Он приподнял свой взгляд на Лёшу, но тот смотрел на их сплетенные руки. Это было завораживающе и интимно для обоих настолько, что каждый из них возможно мог слышать быстрое сердцебиение друг друга. Вова вернул свой взгляд на их руки, а Лёша в свою очередь начал смотреть на Вову. Лёша хотел что-то сказать, что либо, но не мог поймать хоть какую-то мысль. Но в этом не было необходимости, потому что его опередили. - Помнишь как я тебя поцеловал?