Накануне Рождества

      Двадцатые числа декабря 1980 года        Возвращаясь из Лондона домой, все мои мысли были о тёплом душе и горячем чае: после ланча начался сильный снегопад, а я после работы задержалась в полюбившемся магазинчике, устроившем предрождественскую распродажу, но…       …но моим мечтам не суждено было исполниться…

***

      Начало декабря 1980 года       Оказавшись дома, я тут же написала отцу про разговор с Дамблдором и Парад Планет, отправив письмо с помощью Парных шкатулок. Пока готовила обед, вся извелась от нетерпения. Спустя час папа ответил, что Том вполне мог посчитать такое астрономическое явление знаковым и благоприятным для выполнения задуманного. А так же сообщил, что и защита островов, и разработка нашего «побега» находится на финишной прямой

***

      Пока я готовила ужин, меня глодало беспокойство. И, кажется, не только меня: хвостатые нервно крутились неподалёку, периодически выглядывая то в окно, то в кошачью дверцу. Кинув ещё один взгляд в окно и не увидев ничего подозрительного, решила, что поволноваться можно и на сытый желудок.       Метель усиливалась, всё с большим остервенением бросая горсти снега в окна. Из-за безумства погоды я не сразу обратила внимание на странности за окном, но когда мои теплолюбивые книззлы вылетели на улицу, я последовала за ними, набросив тёплое пальто на плечи и сунув ноги в зимние сапожки.       — …сама уродка — и сын такой же! — надрывался сосед-толстяк. — Пошла вон — мне не нужны в доме ненормальные! И подкидыша своего уродского забирай!       Бл%%%! Бл%%%! Бл%%%!!!       Как же это всё не вовремя! Этот скандал, как и разбитые стёкла (и на непогоду не спишешь — у соседей-то окна целые), не скроешь так просто, ведь это не загоревшееся полотенце/каша или сломанная магией техника…       Что же мне делать?! А ведь действовать тут надо быстро, пока не примчался наш Светоч с развевающейся бородёнкой и не придумал ещё какую-нибудь гадость… Хотя, по идее, он должен примчаться сюда, если я настучу на «неправильное» воспитание Героя или если случится что-то из ряда вон выходящее, но… даже если ДДД и занят, то Обливиаторы (или кто там работает с простыми людьми, увидевшими магию?) наверняка появятся. И дальнейшие их действия не могу предугадать: и Арабелла с ними не сталкивалась, и в книгах Роулинг это не прописано, так что…       Гр-р-р!.. Ладно, отец умный, надо с ним связаться, авось придумает, что мне делать дальше…       Пока я размышляла, Вернон вышвырнул Петунию и детей с наспех собранным чемоданом под причитания нескольких соседей, вылезших, как и я, на шум.       Всё! Тянуть больше нельзя! Как бы я не хотела связываться с МКВ, но и бросить его в такой ситуации тоже не дело, так что…       …так что затащив чемодан и Пет с детьми в дом, пододвинула ей чашку с чаем, детей уложила в сдвинутых креслах* возле горячей батареи и укрыла пледом, попросив книззлов за ними присмотреть, затем вызвала с помощью камина отца с братом.       — Белла? — отец вопросительно-удивлённо приподнял левую бровь в немом вопросе: «ты же не хотела ввязываться?».       — Не хотела, но… — тяжело вздохнув, произнесла я и с безнадёжно-печальным вздохом махнула рукой. — Чаю?       — Не откажусь, — благодарно кивнув, папа принял чашку и отпил ароматного чая. — Ладно, надеюсь, ты знаешь, что делаешь.       — Нам хватит, чтобы… — я показала глазами на чуть заторможенную Петунию и уснувших детей.       — Зелье сварено с запасом, да и… хм… тела достать не проблема. У тебя всё готово?       — Практически, осталось только кое-какую мелочёвку собрать, — про себя порадовавшись, что чемоданы давно собраны, а сегодняшние покупки не разобраны.       — Иди собирай, а мы пока принесём зелье и… хм-м… тела, — отец отставил чашку, а я кивнула.       — Миссис Дурсль, — когда папа с братом ушли за недостающим, прихватив книззлов и то, что уже было собрано, я тихонько позвала поникшую женщину, греющую руки о полупустую чашку, — вам есть куда уехать? Желательно на материк, чтобы вас никто не смог найти.       — Нет, все живут здесь, — чуть заторможенно ответила Петунья. — А что будет с нами? Боже, Вернон!.. Он же меня… нас… — женщина судорожно вцепилась в волосы, выронив кружку, и стала чуть раскачиваться, причитая. — Мне некуда идти… Дадли… и… Гарри… Что же делать, что…       С каждой секундой её всё больше и больше накрывала истерика, но времени особо рассусоливать не было, поэтому…       — Прекратить истерику! — рявкнула я и, взяв женщину за плечи, легонько встряхнула. — Всегда и везде, в любой ситуации можно найти выход. Выхода нет только из могилы!.. Ясно? — Петуния ошарашенно посмотрела на меня, потом медленно кивнула. — Отлично! А если вам негде жить, то можете отправиться вместе со мной и моей семьёй жить в защищённом месте.       — Спа-спасибо, но… — Петти всхлипнула и утёрла слёзы. — Это же дорого… и мы же вам никто… да и как я смогу…       — Во-первых, не дороже денег. Во-вторых, да, вы мне никто, но магов и так мало, и если я не помогу сейчас вам раскрыть ваш магический потенциал, то совесть меня съест без соли. В-третьих, у меня внук лишь немного старше ваших сорванцов, а вместе им будет веселее. Да и мне лишняя пара рук на кухне и в теплицах не помешает. Так что, вы примете мою помощь? — я внимательно посмотрела собеседнице в глаза.       — Я… я не знаю, как вас от-отблагодарить, — Петунья ещё раз всхлипнула, комкая в руках платок. — Я… я отработаю…       — Сочтёмся, — я махнула рукой, отправляясь наверх за оставшейся мелочёвкой.       Очнулась я от мерзкого вкуса во рту и жуткой головной боли. Помимо урчащего от голода желудка, моих ушей достигли шум прибоя и тихое позвякивание склянок. Глубоко вздохнув, попыталась потянуться, но тут же зашипела от боли — мышцы ощущались деревянными и на каждое движение реагировали болью.       — Как ты, Белль? — в поле моего зрения показался отец.       — Тело болит так, будто по мне проскакало стадо громамонтов, а во рту — пустыня Сахара, обосранная кошками, — прошипела сквозь зубы, сдерживая рвущиеся с языка матюки.       — Прости, пока нельзя обезболивающее, — отец виновато посмотрел на меня, помогая напиться. — Сейчас распоряжусь насчет обеда.       Папа поставил стакан на прикроватную тумбочку и направился на выход.       — Ты не составишь мне компанию?       — Хорошо, — улыбнувшись, отец щёлкнул пальцами, и перед нами появился поднос с куриным бульоном, чуть поджаренными ломтиками хлеба, овощным салатом и ромашковым чаем.       — Как всё прошло? И, — я отпила бульона, — сколько времени мы…       — Когда вы выпили зелье, мы с помощью домовиков переместились в аэропорт. Оттуда на самолёте отправились в наше поместье в Италии, где пробыли пять дней. После чего вернулись в Англию и, поплутав по стране, заметая следы, переместились на Скарифф вчера вечером. Итого вы семь дней пробыли в глубоком сне. А в Литтл Уингинг устроили пожар: для обычного мира — не уследили за детьми, свалившие ёлку в камин, а для волшебного мира — магический выброс. К сожалению, — отец чуть усмехнулся, — из-за непогоды пожарные не смогли прибыть вовремя. Как итог: сгоревший дом и четыре трупа — два взрослых и два детских.       — Были ли маги из?.. — я грела руки о чашку с чам.       — Помимо Обливиаторов, которые «подтирали» соседям память о случившимся с Дурслями, в тот же вечер и следующие пару дней были замечены Артур Уизли, Флетчер, Грюм, Эммелина Вэнс и ещё парочка, которых мой знакомый не успел разглядеть. Кстати, какие планы?       — Для начала — оклематься после своей мнимой смерти, а потом… — я вздохнула, обхватив себя за плечи, а отец присел рядом и приобнял меня, поцеловав в макушку. — Не знаю, особо не задумывалась. А вообще… — я задумчиво почесала щёку, поудобнее устраиваясь в папиных объятиях. — А вообще продолжу заниматься переводами, по вечерам буду возиться с детьми, ну и присматривать за теплицами. Ещё хотелось бы попробовать себя в пошиве одежды. А так же хорошо бы помочь Петунье освоиться с магией… Кстати, о ней, — я встрепенулась. — И по книгам, и в жизни, насколько я смогла заметить, Петунья неплохо готовит. Если это окажется действительностью, то можно будет сначала готовить на заказ для своих знакомых, а потом открыть небольшой ресторанчик.       — Хм-м… Неплохая идея, мы подумаем, что можно будет сделать. А теперь отдыхай, — отец поправил одеяло и, улыбнувшись, вышел из комнаты.