Элитный Колледж Стихий

— Что-то случилось? — Герц заходила к ректору с некоторой опаской. Как-то зачастила она сюда, учитывая, что в последний раз они сошлись на том, что из занятия и, соответственно, встречи, прекращаются. Свет в кабинете был слегка приглушен, ректор опирался спиной на собственный стол и стоял в очень расслабленной позе, скрестив руки на груди. Он слегка хмурился, когда девушка входила, но когда она подняла глаза, перестал. На его столе лежали списки специализации, едва ли заполненные студентами первого курса. Да, оказалось не все ребята были готовы так сразу выбрать то, на что они будут учиться следующие пять лет. Увы, ситуация того требовала. Рядом с этими списками стояла большая шкатулка с кучей охранных амулетов, направленных на определенную специализацию. Такие амулеты носили все старшекурсники как базовые, после навешивая на себя самостоятельно сделанные или приобретенные амулеты. — Не совсем, — если быть совсем откровенным, он тоже не понимал, зачем ему сейчас понадобилась тут Герц. Как только дверь закрылась, Мендес поманил её на себя рукой. Странен был вызов и в такое время суток. Пары закончились уже час назад, ребята собирались сегодня вечером посидеть, поговорить и поиграть в настольные игры. Но браслет Евгении завибрировал и ей пришлось в срочном порядке одарять ректора своим «вниманием». Андрей Алексеевич сел за стол, а Герц опустилась в кресло перед ним. Мужчина развернул на неё лист со специализациями и подал ручку. Девушка подняла вопросительный взгляд. Он же давал время подумать, почему её заставляют выбрать сейчас? — Пиши «Артефакторика». Что? Такой специализации просто не существует. Целительская, преподавательская, защитная или атакующая… Опять же, не существует. Евгения посмотрела на ректора взглядом а-ля «Что?». Мендес тяжело вздохнул, понимая, что придётся объяснять. Как же он не любил это делать. Может быть, именно поэтому он не преподавал в Колледже, а лишь занимал должность ректора? — Основных специализации четыре, ты права. Но, — он поднял указательный палец вверх, — Если преподаватель хочет курировать студента отдельно по специализации, возможно еще три выбора: Артефакторика, Тёмная магия и Демонология. Чем два последних отличаются, прошу, не спрашивай. Узнаешь на курсах выше, но по этим специализациям редко кто-то учится. Например, Дмитрий Маринетти учится на Тёмной магии. Ты вроде бы знаешь такого. Герц кивнула. Так. Это он сейчас ей предлагает быть на специализации «Артефакторика»… И кто же курирующий преподаватель? Словно прочитав мысли, Мендес пояснил: — Я хочу заниматься артефактами совместно с тобой. На тебя хорошо среагировал амулет, значит, защита приняла твою магию. Это хороший знак. То есть, могло плохо среагировать?! Мендес, словно поняв возмущенное лицо девушки, хрипло рассмеялся, откидываясь назад. Такой непринужденный ректор. И обстановка тоже. Примерно при таком же свете они обычно сидели с ребятами, обсуждали как прошёл день. Герц обычно сидела на диване, скрестив ноги между собой и укрывшись теплым пледом. Под головой лежала подушка, а под рукой шевелюра Аттеля. Почему-то они часто оказывались в таком соседстве. Рядом с Аттелем сидел Ланц, весело смеющийся от шуток друга, а на его коленях лежала Виан. Ребята были безумно близки, настолько, что появлялось куча сомнений в их дружбе. Рядом с Герц частенько сидела Клиффорд, в последнее время витающая в облаках. Но не витала она, когда появлялся Бауэр и забирал её с собой на какую-нибудь интересную прогулку. Берг не сидела с Маринетти чаще всего, а наоборот, отсаживалась дальше. Они проводили очень много времени вместе и на этих посиделках старались немного отдохнуть друг от друга. Ну, или неофициальная версия, по которой Дима очень сильно щекотал Лизу и из-за этого она дрыгалась и как-то пролила чай. Ксюша сидела с Алленом, но, в последний вечер, его почему-то вовсе не было. На вопрос «почему» и «где он?» Лурье пожимала плечами и отводила взгляд. Девочки коллективно решили, что они поссорились. Меглина обычно составляла компанию Ксюше и Аллену, опять же, в последние разы только Ксюше. И все это было так… уютно. Они обсуждали всякие мелочи, они обсуждали все на свете. Стало даже незаметно, как мальчики влились в их женский коллектив. Стали чем-то родным и теплым, к кому хочется обращаться. Это так странно, родные парни, к которым нет никаких романтических чувств. Как минимум, у Герц точно не было романтических чувств ни к кому из них. А к кому были? Это был интересный вопрос. Но, подумать о нём не было времени. — Студентка Герц, — позвал её Мендес. Девушка вопросительно вздернула голову, — Если вы планируете прожечь бланк специализации, то, напомню, у вас другая стихия. Что?.. Только сейчас Евгения поняла, что просто пялилась на бланк не отрываясь. Задумалась, называется. Она быстро взяла ручку и записала «Артефакторика». А потом подумала. Стоп, это ректор будет заниматься с ней отдельно, то есть еще больше времени занимать? Ужас. А когда спать? А есть когда? О личной жизни и подобных посиделках точно можно будет забыть. Это же не обычный полигон, артефакты это древнее искусство, которому безумно сложно обучиться. Практически невозможно… — Герц, — кажется, он звал уже не в первый раз. Мендес встал из-за стола, обходя его и наклоняясь к лицу Евгении, — Что с тобой? Та-а-ак, это ощущение Герц что-то совсем не нравится. Его лицо безумно близко, так близко, что в свете желтой лампы можно разглядеть текстуру его кожи. Небольшой белый пушок на подбородке, явно выдает то, что у него было очень много дел и слишком мало времени. Ну, она так думала. Светлые глаза приобрели желтый оттенок, как и всё его лицо. Точнее та часть, которую было видно. Тёмная часть на то и оставалась тёмной, девушка не могла её увидеть. — Все… нормально, — она отодвинулась, качая головой. Почему сердце отбивает такой дикий ритм? А почему хочется вернуться назад и без его дыхания на лице становится так холодно и некомфортно? — Точно? — он слегка усмехнулся, выпрямляясь. Дождавшись кивка водницы, продолжил, — Тогда можешь идти. Может ли она идти это вопрос спорный. Черт, Андрей Мендес, ты просто… черт! Вздохнув и поднявшись, она попрощалась и вышла за дверь. Там же прижалась к ней, прижимая руки к себе и слыша учащенное сердцебиение. Ректор, оставшись один, ухмыльнулся качая головой. Да уж, умеет студентка… завлечь. Но он не имел права поддаваться этому идиотскому чувству. Она студентка, он преподаватель. И случай сейчас был лишь оплошностью.

***

Библиотека угнетала. Не то что бы тут была ужасная атмосфера, но учеба в целом тоже. Стопка учебников, из-за которой практически не было видно девушку, становилась все больше и больше. А её несчастный спутник, который попался ей на пути, лазил за новыми книгами. До чего же она… упертая. Поспорила с каким-то преподавателем, и искала, искала, искала… — Лиз, — жалобно позвал Дима, притаскивая очередную партию учебников, — А может быть ты отдохнешь? Сколько ты уже не спала?.. Берг лишь качнула головой, таким образом прося не отвлекать её. Маринетти тяжело вздохнул, опускаясь рядом. Тоскливо взглянул на книгу, лежащую сверху. Кажется, он взял лишнюю… Потому что эта книга была по родовым символам и знакам. А первокурсники такое точно не изучают. Дмитрий вздохнул и открыл её на первой попавшейся странице. Иронично ли, что он вышел на род «Маринетти»? Все то, что тут было написано, он и сам прекрасно знал. Тёмные маги, влиятельные люди и обладают отличительными особенностями. У Димы её пока не было, но по роду должно быть что-то грандиозное. Парень вновь покосился на девушку. А её род в этой книге будет? Анализ буквы «Б» подсказал, что нет, не будет. Значит она не аристократка. Как же странно встречаться с человеком и не знать ничего про её род. Интересно, а родители у неё хорошие? Кажется, Маринетти переборщил со взглядами, потому что раздраженное «Что» разрезало тишину. Он тут же покачал головой, отворачиваясь и утыкаясь в книгу. Да уж, на разговор она явно не настроена. Взять что ли еще книг по родам? Только уже каким-нибудь церковным или крестьянским… Конечно, крестьян уже давным-давно не было. Но происхождение рода оставалось именно таким. Следующие три часа они вместе провели за книгами. Он за родовыми, Лиза за учебными. Дмитрий всё еще ничего не нашел, а книги уже заканчивались. Дух-хранитель библиотеки уже устал летать и показывать где что достать. Духом был старичок под семьдесят человеческих, полупрозрачным телом летающий около полок и доставляющий книги прямо в руки студентов. Не то что бы он любил свою работу, но выбора у него не было. Появился он не так давно, вместе с новым ректором, который, как раз таки, очень любил духов-хранителей. По слухам, у него даже был свой. Женщина, возрожденный дух, Демьяна. Но никто её никогда не видел. — Лиза, — она подняла глаза. Очень уставшие глаза… — О… понятно. Значит так. Прямо сейчас ты идешь спать. Протест не был оценен, книги были оставлены прямо на столе, а все, что она записала, быстро собрано Димой же.

***

— Извините, я не понимаю, — выдохнула Ольга, поднимая руку. Пара точно никак не шла. Тема была дико сложной, а преподаватель быстрым и слишком резким. Дашков каждую пару менялся, становился словно другим человеком. То был добрейшим и милейшим преподавателем, готовым повторять раз за разом, объяснять сложные темы, то был просто абсолютным зверем. Сегодня, например, было второе настроение. Он рассказывал про очень сложные вещи, какие-то соединения, магические связки… А Меглина в принципе тяжело понимала теоретическую часть магии. С практической не было абсолютно никаких проблем, но вот теоретическая не поддавалась от слова «совсем». Возле неё тут же оказался ошалелый Дашков, заглядывая к ней в глаза. Как безумный, он выхватил бумагу, быстро написал на ней время и комнату. Ту же самую. — Тогда вы не сдали, жду на пересдачу! Свободна! Что? Герц с огромными глазами проследила за тем, как преподаватель показывает на дверь. Оля же ничего такого не сделала, просто попросила объяснить немного понятнее! Но, она почему-то молчала. — Свободны! Меглина начала собираться. И слова против не скажет? Нельзя оставлять безнаказанным такое поведение. — Извините, — Герц поднялась, — Но Вас попросили объяснить. Просто объяснить немного понятнее. Никита Александрович посмотрел просто убийственным взглядом, но Герц осталась стоять. Если отчислят, то пусть отчисляют и помнят её героические поступки. — Я объясняю понятно. А если что-то непонятно студентам, библиотека с кучей литературы всегда вас ждет. Не отказывайте себе в удовольствии прочтения интересного материала. — Конечно же мы прочтем материал, который вы советуете… — Не надо, — шепнула сбоку Меглина, уже настроившаяся на обычное дополнительное занятие. Ну, пересдача и пересдача. --… Но ваша обязанность, как преподавателя, доносить материал понятно. О чём вас и попросили. Кажется, в повисшей тишине было слышно, как скрипят зубы Дашкова. — Вы тоже не сдали. К ректору, с докладной. Герц попыталась еще что-то сказать, но этого зверя было не переубедить. Пойдет ли она действительно к ректору? Да боже, конечно же нет! Ей прошлого вечера хватило выше крыши, чтобы еще раз ходить. — Спасибо, — слегка смущенно сказала Меглина, — мне жаль, что тебе пришлось. Ну… К ректору… — Ничего. Ну не говорить же ей, что она не собирается к нему? А вот Ольга к Дашкову на пересдачу собиралась.

***

Темнота ни разу не пугает, когда ты идешь с парнем. Пускай не со своим, но с очень близким и надежным. Так и думала Виан, идущая с Максимом и очень весело смеющаяся. Ребята решили прогуляться перед сном и забрели на какую-то лесную тропинку, но Ланц заверил, что знает, что делает. Не то что бы Алёна поверила на все 100%, но это все же было веселее, чем сидеть в четырех стенах. Так ведь можно было и с ума сойти… — Ну и вот, иду я значит по лесу… И мне навстречу… бобр! Шутки были такого разряда, но дико смешные. Хихиканье не мешало следить за дорогой, и когда вперед показалась коряга, Максим быстрым движением подхватил Виан на руки. И покатился вместе с ней куда-то вниз. Все удары коряг пришлись на Максима, поэтому в конце склона он сам был как коряга. И кряхтел так же… — Все в порядке? Ланц хрипло посмеялся, поднимаясь. Да-а… Красота. Ночное небо, тишина, он весь в корягах, грязный, перед ним прекрасная девушка, а над головой… — Омела, — улыбнулся Максим, поднимая глаза. Виан тут же перестала зевать, с огромными глазами смотря на Ланца. Тот молчал, смотрел на реакцию, все еще чего-то ждал. Пока Алёна не сказала слегка дрожащим голосом: — Ну и чего ты не целуешь?.. Ланц рассмеялся, притягивая её к себе и обнимая за талию. Легкий наклон и их губы соприкасаются. Алёна почти не дышит, лишь цепляется за его плечи. — Дыши, дурочка, — шепчет ей Максим, на секунду отстраняясь. Легкий кивок и они снова соединяются в поцелуе.